Кошмары жизни Элизабет Купер.

*** Снова. Это произошло снова. Ведь обещала себе больше этого не делать. Снова это чёртово дежавю. Снова лезвие в руке. Снова кровь исчезает в канализации, смешиваясь с водой. Снова нужно будет надевать большие свитера, чтобы никто не увидел шрамы. *** — Бетти, мы развелись с твоим отцом, — говорила мать, попивая вино. Хах. Смешно. — Ты не умеешь шутить, мама, — ответила я ей, перестав писать формулы по математике. — А я и не шучу, — сказала она и вышла из моей комнаты. Я распахнула глаза, вспоминая все их ссоры. Как он бил маму. Непрошеные слёзы потекли по щекам. Ну когда. Когда и в какой момент моя жизнь пошла по наклонной? Когда она стала такой чёрной? Почему я получаю столько боли? Я всхлипнула. Пошла в ванную, посмотрела на себя в зеркало. Семнадцатилетняя девушка смотрела на меня. Но она не была на меня похожа, она ухмылялась. Я посмотрела вниз, встряхнув головой. На глаза попалась бритва. Я шмыгнув, взяла её в руки. Крутила её из стороны в сторону. Снова посмотрела на девушку из зеркала. Она кивала. «Сделай это.» Я больше не слышала себя. *** Прямо сейчас я сидела и смотрела в глаза человеку, которому нельзя было видеть меня такой. Рубашка, рукава которой я закатала до локтей уже вовсю намокла. Я посмотрела на свои руки. Из двух глубоких порезов до сих пор текла кровь. Глаза болели. Слёзы жгли невыносимой болью. Я увидела, как тело Джонса дёрнулось. Он присел и стал тянуть ко мне руки. Они обхватили моё тело, вытаскивая из душевой. — Боже, Бетти… Он усадил меня на пуфик. Огладил по волосам, беря лицо. — Что с тобой творится, Бетс?! Зачем ты это сделала? — крикнул он. Я зажмурилась. Тело обдало дрожью. Я посмотрела на руку. — Господи… — он встал, и стал искать аптечку. — Ответь, что-нибудь, чёрт возьми, — Джаг вернулся в прежнее положение, но уже с аптечкой. Он достал вату и перекись. — ОТВЕТЬ! — крик отразился от стен ванной и проник в самую глубину мозга. — Я не закрыла дверь… Он медленно поднял голову, открыв рот и широко распахнув глаза. — Что? — почти шёпот. — Ты серьёзно сейчас блять думаешь о какой-то чёртовой двери?! Я снова начала плакать. — Да что случилось? Объясни мне… — Я БОЛЬНА! ПСИХИЧЕСКИ И МОРАЛЬНО ПОДАВЛЕНА! — рыдания вырывались всё чаще. Он умолк, смотря на меня. Из его рук выпала аптечка. Медикаменты, флаконы и другие предметы рассыпались по полу. Но нам обоим было на это наплевать. — Что это значит? — он сглотнул ком в горле. Я забрала у него ватку и промокнула перекисью. Стала прижимать к ранам, шипя. — Давай я. — Нет. Ты вообще не должен был этого видеть. Нельзя, — я стала ещё больше прижимать ватку к ранам, чтобы остановить кровь. Джагхед выдохнул. — Почему ты отталкиваешь меня? Я резко подняла голову. Чтобы защитить тебя от своей боли. — Я вовсе не отталкива… — Отталкиваешь! Не смей спорить. Ты, видимо, после всего дерьма в своей жизни перестала доверять людям. И мне не можешь довериться. Почему? Что я должен сделать, чтобы ты объяснила причины всего этого? — махнул он рукой и показывая на мои раны. Я закусила губу. — Ты выстроила вокруг себя толстую стену из бетона. Я уже бился об неё руками час назад, — я увидела, что его глаза заблестели. — Но она непробиваемая. Видимо, не нужно было, раз всё зря, да? Он сощурился и из глаза на щеку упала слеза. Джагхед плачет. Плачет из-за меня. Я причинила ему боль. — Я доверяю тебе, — голос дрогнул. — Такое сложно рассказать. По сравнению с твоей болью — моя в сто раз хуже. Джонс посмотрел на руку. — Пожалуйста, — взглянул мне в лицо, беря его в свои ладони. — Пообещай, что больше ты этого не сделаешь. Клянусь, я убью тебя, если увижу у тебя в руках лезвие. Убью тебя быстрее, чем ты проведёшь им по своей коже. Пообещай. Я всхлипнула. Если я не смогла сдержать обещание перед самой собой, то смогу ли перед ним? Вздохнула. Он вглядывался в мои глаза. — Обещаю, — совсем тихо сказала я. — Прости меня… Он обнял меня, прижимая к своему тёплому телу. — Пойдём в комнату, нужно обработать порез, — он помог мне встать, и собрав все медикаменты взял аптечку. — А твой отец увидит меня… — Он уехал к Джеллибин, — Джагхед вывел меня из ванной. Вот же чёрт. Мы зашли в его комнату. — Почему ты не поехал с ним? — мы сели на кровать. — Потому что я хотел поговорить с тобой. Когда я поднялся на второй этаж и не обнаружив тебя в спальне, зашёл отец. Он сказал, что поедет к ней. Я ответил, что мне нужно поговорить с тобой. Выйдя из твоей комнаты, я услышал, как идёт вода, — Джаг убрал вату. — Кровь не идёт, уже хорошо, — он взял новый кусочек ваты. — Что было дальше? — спросила я, когда он промокшей от перекиси ваткой стал стирать уже запёкшуюся кровь. — Отец ушёл. Я хотел зайти к тебе, но думал, что дверь заперта, — сказал он, посмотрев на меня. — Я попытал удачу, проверив свою догадку, и не жалею об этом. Он замолчал. Лишь дальше обрабатывал мои раны. Нашёл бинт, разорвал немного пополам. Стал заматывать запястье. Я посмотрела на него. За что я заслужила такого человека, который прямо сейчас же не ведёт меня к психиатру? Не пытается унизить, а старается лишь достучаться до правды и помочь мне? Почему он обрабатывает мои порезы на руках? Кто со мной так поступал… Ответ напрашивается сам. Никто так не проявлял ко мне такой заботы. У всех были свои проблемы, всем было не до меня. — Чем я заслужила тебя? — вопрос вырвался с моих губ. Он поднял глаза. Вздохнул. Завязал узел на бинте. Осмотрел меня. Нахмурился. — Тебе нужно переодеться, — ответил он, посмотрев в глаза. Я нахмурилась. Он ушёл из комнаты и я думала, что Джагхед больше не зайдёт. Но Джонс появился через две минуты с моей одеждой в руках. Положив её рядом со мной на кровать, поцеловал мою макушку. — Переодевайся. Он вышел из комнаты, закрыв дверь. Сердце нескончаемо билось. Дыхание участилось. Я посмотрела на своё перевязанное запястье. Провела по нему ладонью. Да, Купер, ты в дерьме. Мало того, что вытворяешь такие вещи, так ещё и делаешь человеку больно, не рассказывая ничего. Да к чёрту. Я сорвалась и побежала вниз. На лестнице я увидела, как Джагхед стоит возле кухонного стола. Пока я шла к нему, он обратил на меня нахмуренный взгляд. Я остановилась. — Почему ты не… — Мои родители развелись. Мой отец был серийным убийцей. Мать психопатка, начала пить и трахаться с мужиками, которых приводила в наш дом после развода с ним, — я всхлипнула. — У нас с ней постоянно были ссоры. Она говорила, что я никому не нужна на этом свете. Что всем на меня наплевать. Она даже… — я горько усмехнулась. — Даже стала жить в моей комнате, под предлогом того, что в их родительской ей всё напоминало об отце. Я остановилась, а Джаг стоял и молча слушал, боясь, видимо, шевельнуться или спугнуть меня, пока я была максимально откровенна. — Да и отец не был дураком. Когда я в первый раз увидела его в этой… чёрной маске… у меня в постели… Я не хотела верить, понимаешь? Но он запудривал мне мозги. Говорил, что такие, как мы должны не хранить демонов внутри, а позволять им иногда проявлять себя. Когда мне было больно, я постоянно наносила себе шрамы. Я впивалась ногтями в ладони, — я выставила ладони, где можно было увидеть полумесяцы. Он подошёл и посмотрел на них хмурым взглядом. — Физическая боль заглушает душевную. Я так думала, — ответила я, закусив губу. — Резать руки я начала, когда развелись родители. Мать била меня. Последний день, когда я была в том доме, мужик, с которым она собралась переспать… — я снова сорвалась на рыдания, он прижал меня к себе. — Она ублажала его на моих глазах, Джаг… Я хотела уйти, но тот схватил меня за руку и заставил смотреть, как мать делает ему минет. Сказал, что я должна у неё поучиться, и что он меня бы тоже трахнул… Я сжала его футболку настолько сильно, что была готова разорвать её в клочья. Я зарыдала, уткнувшись носом в его грудь. — Боже… — выдохнул он, прижимая моё тело ещё ближе к себе. — Тише, малая, тише, — говорил он в волосы. Я отстранилась, взглянув в его глаза. — И я настолько чувствую себя брошенной и не нужной… Мне никогда не была понятна фраза: «Семья — твой дом, твоя защита». Я и не знала, что такое семья… — Ты нужна мне, ясно? Теперь я твоя семья, — твёрдо сказал Джонс, хватая меня за лицо. Я замерла, рассматривая его лицо. — Что? — Теперь я твоя семья, Бетти, а ты моя. — Я не понимаю… — Ты моя девушка, так? — я кивнула. — Я твой парень. Теперь у тебя есть я. И не смей думать, что ты брошена и никому не нужна. Ты нужна мне. Да даже Джелли. Ей богу, — он закусил губу. — Самое дерьмовое на этом свете будет, если я потеряю тебя и больше нигде не найду. Ты нужна мне, слышишь? — Джаг… — сдавленно и вымученно произнесла я. — Верь мне. Я всё сделаю, лишь бы ты не возвращалась в своё дерьмовое прошлое, обещаю, — он наклонился и поцеловал мои губы. — Плакса, твои губы солёные. Его искренние и до боли нужные слова резали все проблемы на мелкие куски. Исцеление? Помощь? Тревога за меня? Плевать. Я хотела поцеловать его ещё. Я притянула его голову, и он снова накрыл мои уста своими. Сминал, кусал, оттягивал нижнюю губу, дабы углубить поцелуй. Кажется, этим поцелуем Джагхед хотел забрать всю мою боль себе. Мои пальцы потянули его за волосы. Его низкий стон отдался эхом вниз моего живота. По-моему, там сейчас свершится ураган. Я отстранилась, задыхаясь. Он глубоко и часто дышал. Зрачки его глаз значительно расширились. — Ты веришь мне? — спросил он. — Да, — уверенно ответила я. Впервые на этот вопрос я могу ответить положительным ответом. Ведь за свой двадцать один год я реально верю человеку. *** — Привет, Джелли, — мы с Джагхедом зашли в палату. Она старалась улыбнуться, но произошло как-то вымученно. — О, вы пришли, — сказал ЭфПи. Джелли сидела на постели и смотрела на нас. На её глазах появились слёзы. — Джелька… — Джагхед бросился её обнимать. Я подошла к ЭфПи. — У вас всё хорошо с Джагхедом, Бетти? — спросил он внезапно. Я закрыла на минуту глаза. Тут же открыла их и улыбнулась мистеру Джонсу. — Всё в порядке, просто произошло небольшое непонимание с моей стороны, — я посмотрела на Джонсов младших. — Ну и хорошо, я уж думал, что что-то серьёзное, — ЭфПи расслабленно улыбнулся. Я покачала головой и улыбнулась ему в ответ. — Бетти, — к нам подошёл Джагхед, положив ладонь мне на талию. — С тобой хочет поговорить Джелли, — он мельком посмотрел на отца. — Ладно, — я вздохнула и пошла к Джелли. Мужчины вышли из палаты, закрывая дверь. Я присела на кровать рядом с Джеллибин. Она потянулась ко мне. Я тут же схватила её в охапку, крепко обнимая её. Она зарыдала мне в шею. Поцеловала её в макушку. — Милая, — тихо позвала её я. Она отстранилась и мельком улыбнулась, вытирая слёзы. — Бетти, — голос был до жути надломленный. — Мне страшно… — Посмотри на меня, пожалуйста, — я схватила её мокрое от слёз лицо, заглядывая в глаза. — Тебе нечего бояться, мы рядом с тобой, Джелли. Мы тебя теперь ни за что не оставим одну. Никогда, слышишь? — мой голос дрогнул. Вместо ответа она обняла меня. Рыдания с каждой минутой отступали. Она опустилась на подушку позади неё. Я взяла её за руку. Погладила мягким и осторожным движением. — Ты в порядке? — спросила я. Она легонько мотнула головой. — Ох, Джелли. Всё будет хорошо. Тебя никто не даст в обиду. Мы рядом… — Я больше ни за это тешусь… — её глаза обратили взгляд на меня. — А за то, что я не смогу иметь детей… — Возможно, Джелли. Возможно. Это слово должно тебе давать силы и не сдаваться, идти вперёд сломя голову. Если у тебя будет цель и ты захочешь к ней придти, то ты пойдёшь по головам, чтобы она достигла достижения. А мы все будем рядом с тобой, — я пригладила её волосы. — Ну же, Джелли, — пелена слёз стала заполнять мои глаза. — Вернись ко мне. Верни мне ту девчонку, которая всегда подбадривала меня, и не давала унывать в трудные минуты моей жизни. — Она больше не вернётся, — шёпотом, почти шевеля губами произнесла она. — Нет! Вернётся, обязательно. Она должна. Без неё мы не будем такими, какими были пару дней назад. И ты должна нам помочь с этим справиться. Мы все пойдём следом за тобой, если ты не останешься с нами. А ты нужна нам. Как вдох свежего воздуха. Мы без тебя не сможем, — я зарыдала, крепче сжимая её руку. — Я без тебя не смогу, подруга, — я обняла её, умоляя вытесниться той боли, которая засела внутри неё. — Бетс… — она зарылась пальцами в мои волосы. — Хорошо… Одно слово, а столько облегчения. Мы обе вздохнули. Дверь вдруг открылась. В палату вошли мужчины. Увидев нас, сразу же остановились у входа, шокированные. — Бетс. Джелька…? — немой вопрос так и не был сформулирован. — Всё хорошо, — вдруг сказала Джелли. Я затаила дыхание и поднялась, стирая слёзы с лица. Все уставились на Джеллибин Джонс, у которой вдруг в глазах загорелся проблеск воина. Я легонько улыбнулась. — Всё будет хорошо, — она посмотрела на родных. Она не сдастся. Джеллибин Джонс обязательно вернётся. *** Спустя два дня Джелли чувствовала себя лучше. Успехи, конечно, были небольшими, но они того стояли. Она старалась изо всех сил. Начала ходить, хоть и в первый раз она упала, заплакав, но собрав всю силу в кулак — встала. Первые шаги давались нелегко, только с помощью медсестры. Она жаловалась на боль между ног во время ходьбы. Провели обследование. Назначили медикаменты и не сильную и долгую подвижность. Она плакала по ночам. Да, ей было жутко, больно, тяжело, страшно. Но за этим всем стояла Джеллибин Джонс, которая была убеждена в том, что она сможет. Пока рядом с ней находятся люди, которых она любит. Пока земля круглая. Она победит свой страх. Победит всё ради того, чтобы в будущем в её доме слышался топот крохотных ножек. — Не сдамся, — говорила она себе, запивая медикаменты стаканом воды. — Дойду до конца. Я найду тебя и ты увидишь всю мою ненависть. *** Мы лежим с Джонсом в обнимку на его кровати. Я лежала у него на плече, наши руки были сплетены в замок у него на груди. Его большой палец поглаживал так полюбившуюся выемку между большим и указательным пальцем. Джелли шла на поправку. Уже завтра её выписывают. Доктор сказал, что результаты стали лучше, и долечиться она может дома. Правда Джеллибин долго отпиралась, настаивала на том, чтобы остаться в больнице до конца лечения. Но мы настояли на своём. *** — Джелька, тебе же лучше будет. — Да нифига, Джонс, не-а, — она сложила руки на груди. — Я не хочу, чтобы вы со мной сюсюканьем занимались. Мне нянька не нужна, я долежу тут. Я закатила глаза. Упёртая. Посмотрела на Джагхеда, тот вздохнул. — Не ври. Ты устала уже от этой пропахшей спиртом и лекарствами комнаты, — сказал он, не собираясь отступать. — Джаг… — Джелли, если ты просто боишься вернуться туда, то я обещаю, что поставлю решётки на окна и сто замков на все двери. Я выпучила глаза. Он же не серьёзно? — Ты же не серьёзно? — спросили мы с Джелли вместе. Мы все рассмеялись. — Нет, конечно. Просто хочу, чтобы ты вернулась домой. Джеллибин посмотрела на меня, потом вздохнула и снова перевела взгляд на Джагхеда. — Ладно. *** — О чём задумалась? — вдруг спросил Джонс. — Да ни о чём, всё в порядке, — я посмотрела на него. Он вздохнул. — Всё хорошо? — я коснулась его лица. — Отец хочет забрать Джелли ненадолго в Нью-Йорк. После того, как оправиться и полноценно выздоровеет. — Ох. Ну я думаю, что ей не помешал бы отдых от этого всего. Джагхед кивнул. — Получается… — начал Джаг, посмотрев хитрым взглядом на меня. — Получается что? — Мы будем жить вдвоём, малая, — закончил он, вдруг подминая меня под себя. — Да? А я даже об этом и не подумала, — я неловко отвела взгляд, когда он коснулся молнии на моей кофте и неторопливо потянул её вниз. — Стесняешься меня? — поцелуй в шею заставил все мышцы сжаться от нетерпения. — Джаг… — тихим и хриплым голосом произнесла я. — Твой отец может зайти… — И что? — он посмотрел на меня, ухмыльнувшись до ушей. — Ты невыносим, — я легонько ударила его в плечо. — Ты что, только что меня ударила, Бетти? — вдруг лицо приняла серьёзность. — Я же не… — За это придётся кого-то наказать, — я увидела, что в его глазах заплясали чёртики. — Что? — глухо спросила я. — Что? — он лёг обратно, а я осталась лежать в оцепенении. Я посмотрела на него со странным выражением лица, а он прыснул со смеху. Через пару секунд его смех передался и мне. — Бетти, Бетти, — он покачал головой. — Так мы не будем… Он снова начал смеяться. Да что я говорю не так? — Ты минуту назад говорила, что мой отец может зайти, — Джагхед закусил губу. Чувство разочарования вдруг накрыло с ног до головы. Но в районе живота до сих пор бушевал рой бабочек. Он ведь всего лишь немного расстегнул мою кофту и поцеловал в шею. Что со мной, чёрт возьми. — Ты что там уже представляешь в своей умненькой головке, извращенка? — он поставил руку на локоть и облокотил голову об неё. — Неправда, я ничего не думала, — с возмущением произнесла я. — Помнишь те моменты, — Джонс свободной рукой коснулся моей оголённой ключицы. — Когда я пил воду, — я вздохнула, указательным пальцем он прошёлся от выпирающей ключице к плечу, оголяя и его. — Как ты наблюдала за мной тогда. Мои щёки загорелись румянцем, а кожу обжигало от его невинных прикосновений к моему телу. — Помню, — ответила, уверенно посмотрев в его глаза. Его рука спустила рукав кофты до локтя. Наклонившись он коснулся губами плеча. — О чём ты тогда думала? — шёпот в ключицу, которая в этот же момент оказалась зацелована мелкими, но медлительными поцелуями. Я взялась правой рукой за простынь, сжав её. Дыхание стало учащаться. Я закрыла глаза и еле сдержала стон, когда он втянул кожу почти под самым ухом. Я открыла губы, выдохнув. — Просто ты тогда… был притягательный, а ещё эта капля, которая стекала у тебя по подбородку… — быстро заговорила я, открывая глаза. Джагхед посмотрел в мои глаза. — Ты хотела её слизать? — Как пошло, — я немного скривилась, а он усмехнулся и издал смешок. — Увернулась от ответа, — заметил он, и его рука переместилась на мой живот, требовательно сжимая майку. — Да, хотела, — его шаловливые пальцы пробрались под резинку шорт. — А чтобы ты сделала после того, как… слизала бы эту каплю? — его бархатный голос задурманил голову. Я обвила его шею руками, он коснулся своим носом моего. Рука продолжила путь. Пробралась через трусики и прямо к центру пожара. Я вскрикнула. — Эй, тише, — шёпот завораживал ещё больше. Я притянула его для поцелуя, но он только укусил мою губу. Пальцы начали медленные движения. Вызывали трепет и дрожь. — Я бы поцеловала тебя… — А потом заставила бы меня трахнуть тебя? Его грубость и пошлость слов, давала пожару разгораться всё больше. — Джаг… Он вошёл в меня одним пальцем, а я, дабы заглушить стон поцеловала его, выдохнув через нос. Низко простонав, я забралась пальцами в его волосы и требовательно потянула их. Джагхед разорвал поцелуй, властно посмотрев мне в глаза. Его пальцы не останавливались, я укусила себя за руку, а он лишь усмехнулся. Закрыла глаза, чувствуя, как всё тело расслаблялось и покалывало. Низ живота потянуло, меня дёрнуло от оргазма. Ладонь Джагхеда всё также поглаживала клитор, как бы нечаянно задевая комочек нервов. — Джа-аг… — я открыла глаза и посмотрела на него. — Чувствительная девочка, — сказал он, вытащив руку из моих шорт. Смотря мне в глаза, он облизнул пальцы. Его глаза вспыхнули ярким пламенем, когда я в шоке открыла рот и тут же залилась багровым румянцем. — Так ещё и вкусная, — заявил Джонс. — Ты… тебе… — Что? — он нахмурился, но при этом же улыбнулся. Я посмотрела вниз. Там показывался бугор, который касался моего бедра. — Ты возбуждён, — я почему-то ухмыльнулась. — А почему не должен быть возбуждённым? Подо мной девочка нестерпимо горела от желания заполучить мой член. Конечно это дико возбуждает, малая, — с хрипотцой сказал он, сглатывая. — Нужна помощь? — я выгнула бровь, и не дожидаясь ответа опрокинула его на кровать и забралась верхом. — Ты можешь мне предложить что-то очень интересное и… вкусное? — его пальцы впились в мои ягодицы. — Здесь только я, Джонс. Предлагаю себя, — я заёрзала на его члене, а его пальцы сильнее впились в мой зад. Я часто задышала. Поставила ладони на его грудь, сжимая его футболку. — Ты оставишь на моей заднице синяки, — сказала я. — А другого и не стоит ожидать. Разденься и трахни меня наконец, малая, — сказал он властным и требовательным голосом, от которого у меня побежали мурашки. Вдруг я услышала, как хлопнула входная дверь. ЭфПи ушёл? Тут же пискнул телефон Джонса на тумбочке. Он потянулся к нему и стал читать. Посыл означал что-то хорошее, ведь он стал улыбаться как Чеширский кот. — Что там? — в нетерпении спросила я. — Можешь не бояться, что отец зайдёт, — он отложил телефон и сел, встречаясь своим носом с моим. — Уехал? — Да. Он уже до конца расстегнул мою кофту. Стал целовать шею и плечи. Телефон снова завибрировал. Он рыкнул. Я слезла с его ног, он сел и ответил на звонок. Я тут же почувствовала укол разочарования и недостатка тепла. — Да… нет, — ответил он. — Прямо сейчас? — он перевёл взгляд на меня и вздохнул. — Буду, — пауза. — Сказал же, буду, — Джагхед сбросил трубку. — Что случилось? — я сглотнула. — Мне нужно опять уехать в Нью-Йорк. — Зачем? — с прищуром спросила я. — Бетти, это… — Зачем, Джонс? Он посмотрел в потолок, вздохнул. Снова перевёл взгляд на меня. — Отец позвонил моему другу из банды, Фэнгсу. Мне нужно к нему. Я вернусь с ним через пару дней, и мы начнём поиски Свит Пи.