На службе Истины

************** Фрегат «Покаяние» класса «Меч» Инквизитора Ордо Еретикус Тодеуса Кларка, 976.M41. Орбита мира-храма Гедерий-2. ************** Статного вида мужчина сидел в крупном кресле алого цвета, вышитом золотыми нитями, простирающимися по краям мебели и заставляющими оттого её отблескивать в свете тусклой электрической лампы, которая сейчас освещала капитанскую каюту и намеренно была приглушена. Мужчина этот был облачен в длинное пальто светло-бежевого цвета; одна рука его была продета в рукав, другая же свободна и выглядывала из-под расстегнутого пальто, быстро передвигая пальцы по широкому и тонкому экрану инфопланшета и временами поддерживая норовящую выпасть из чуть пожелтевших зубов сигару. Из-под пальто был виден безрукавный камзол со множеством посеребрённых пуговиц; следующим слоем одежды служила рубашка, но рукава ее были расстегнуты, и капитан корабля выглядел теперь довольно неопрятно. Его длинные красные штаны уходили в толстые коричневые сапоги с металлической застежкой и толстой, прошитой свинцом подошвой. Это был никто иной, как сам Тодеус Кларк, о чем свидетельствовала инквизиторская инсигния с пурпурным знаком, прикрепленная к его груди. Другая инсигния была вышита на правой перчатке, выделанной из кожи одного из бесчисленных зверей, обитающих на просторах Галактики. Это был мужчина в возрасте, но еще стойкий и бодрый, с темно-каштановыми волосами, уложенными назад, через которые во всю пробиралась седина; у него были пышные усы, за которыми, очевидно, хорошо ухаживали, гладко выбритое лицо, здоровое, но, с другой стороны, с видными морщинами, небольшими мешками под глазами и подернутое тенью от курения и иных бед, с которыми приходится сталкиваться провозвестнику Золотого Трона. Тодеус имел карие глаза, правильно и ровно расположенные; у него были тонкие губы, нижняя из которых оказалась подпорчена небольшим белеющим шрамом. Сейчас инквизитор сидел, откинувшись в спинку кресла и закинув сложенные ноги в сапогах на стол; он что-то активно искал в планшете, затем хмурился, перечитывал написанное, открывал другое окно и сверял данные, полученные извне, после чего толкал кресло, и оно будто бы само подвозило его к тумбе с открытой нижней дверцей, к которой мужчина наклонялся для того, чтобы достать очередной носитель информации, теперь уже бумажный, и проверить, все ли формальности соблюдены верно. Наконец, когда он убедился, что записи правильны, канал верный, коды совпадают и ошибки быть не может, служитель Инквизиции обессиленно опустил голову и некоторое время молчал, но потом, мотнув головой, снова прокатился на кресле, теперь уже к командной панели, нажал какую-то красную кнопку и, услышав в динамике что-то вроде «Чем могу услужить?» начал быстро отдавать приказания. — Отправьте сообщение лорду-инквизитору Сатину. Мы выдвигаемся в систему Дец. — Астропатическое сообщение будет отправлено в течение часа, Господин Инквизитор Тодеус, — притворно почтительно заявил гнусаво-механический голос. Тодеус отпустил кнопку, выдохнул и нажал другую, теперь зеленую. — Чашку рекафа. — Сию минуту, Господин Инквизитор Тодеус, — ответил на этот раз женский голос. ************** ВЫДЕРЖКА ИЗ ДИСТАНЦИОННЫХ ПЕРЕГОВОРОВ МАГИСТРА ОРДО ЕРЕТИКУС САТИНА ЗОРИ С ВЕЛИКИМ МАГИСТРОМ ТЕРЕЗИЕМ ЛЛОЙДОМ: — Скверна распространяется по миру Баргус чрезвычайно быстро. — Наблюдается дефицит сил служителей Ордо Еретикус. Последние десятки циклов в субсекторе выдались особенно тяжелыми. Что Вы предлагаете? — Ввиду отсутствия приемлемых альтернатив настаиваю на применении протокола D1828/13. — Тяжелое решение. Каждый посещенный им мир расширяет наши круги поиска, если ему вдруг захочется уйти. — Риск оправдан. Если мы разберемся с сектой на Баргусе, то защитим не только сам Улей, но и близлежащие агромиры. — В таком случае, действуйте. ************** Несмотря на то, что Тодеус, действительно, являлся столь важной особой, как член Инквизиции, он бы не смог получить в собственное полноценное распоряжение целый фрегат, находящийся в хорошем состоянии, да еще и с экипажем, если бы не один удивительный гость, который и являлся причиной столь его привилегированного положения. Гость этот сейчас прогуливался по нижним палубам, переходя из одного машинного отделения в другое и распугивая своим грозным видом многочисленных инженеров и механиков, которые следили за тем, чтобы грандиозных размеров машина продолжала работать; ему даже не приходилось пользоваться дверными проемами, и мужчина медленной походкой шёл вперед, просачиваясь сквозь многочисленные толстые стальные перегородки между отсеками, делившими одни механизмы от других, входя во фронтальную стену и выходя с ее оборотной стороны. Никто иной, как Алукард, сейчас ходил по палубам «Покаяния»: удержать его было невозможно, как бы не хотелось всем тем людям, которые знали о его существовании, и потому высший вампир спокойно передвигался по любым комнатам, избегая, однако, грязных жилых отсеков экипажа. Его старый наряд был теперь сильно изменен: вместо красного плаща на нем висело белоснежное пальто, которое, почему-то, совершенно не было запятнано смолой и гарью, заполнявшими нижние палубы; черный жилет, прежде закрывавший часть рубашки, исчез, и теперь она была прекрасно видна; вместо галстука шею венчала красная бабочка, на голове красовалась белая шляпа с черной подвязкой, и только очки с полукрасными линзами остались теми же самыми, застилая взор цветной пеленой. Весь наряд его был испещрен святыми печатями и длинными бумажками, простирающимися вниз до пояса и исписанными молитвами и литаниями столь мелко, что разобрать выведенные на высоком готике слова было бы просто невозможно без увеличительного стекла; кисти, закрытые белыми же перчатками, были украшены совершенно по-разному: на правой руке до сих пор была нарисована печать Кромвеля, на второй же руке перчатка была новой, и размашистая надпись гласила: «The Emperor is on the Throne now». Все пуговицы, имеющиеся в наряде, были тщательно застегнуты; нестриженные волосы ниспадали за воротник, а высокие сапоги светло-светло-коричневого цвета чеканили шаги по металлическому полу довольно высокими каблуками. Наконец, гость остановился, и, услышав пиликанье, оттянул назад рукав своего пальто, обнажив моргающий инфопланшет, закрепленный на предплечье и показывавший теперь вызов от Тодеуса. Через секунду Алукард стоял уже на капитанском мостике, на который давно прибыл Инквизитор; он появился из ниоткуда, будто с него резко спало что-то вроде невидимости, за краем зрения присутствовавших, и потому никто не заметил вампира, пока он не стал подходить ближе к капитану корабля, цокая каблуками по натертому полу. Окружавшая Тодеуса пёстрая свита расступилась, но Алукард не стал подходить ближе, остановившись в двух метрах от Кларка. — Ты звал меня, Инквизитор? — Через две недели мы прибудем к точке Мандевилля на краю системы; полёт через Варп займёт еще около двух недель, как нам стоит надеяться, — Тодеус не оборачивался, продолжая что-то передвигать по множественным экранам, расположенным перед ним, — Появилась работа на мире-улье Баргус. — Новое место. Что за работа? — Культ Слаанеш. Найти и уничтожить. — Других задач мне и не дают, — оскалился вампир. — На этом всё. — Твое желание, Тодеус Кларк! — произнес Алукард наигранно-восторженно, кланясь по пояс и прикладывая руку к груди. Присутствующие бросили на него взгляды ненависти и презрения из-под бровей: никому, кроме очень узкого круга высокопоставленных лиц, не была предоставлена возможность обращаться к Инквизитору по имени. Вампир начал постепенно уходить под пол, буквально утопая в металлических листах, а затем исчез из поля зрения. Капитан вздохнул. Хотелось бы ему, чтобы это оружие не выпускали так часто.