Восхитительная мразь

— Не понимаю, и чего он так дуется, — пробурчал себе под нос Дазай, сидя за столиком в столовой и без энтузиазма ковыряясь в салате. И то иногда промахиваясь, ибо взгляд его был направлен в сторону другого столика, около окна, где удобно расположился Чуя со своим безэмоциональным другом. Парень тяжело вздохнул, потому что рыжик отказывался обращать на него внимание уже целую вечность. С человеческого — неделю. — Действительно, с чего бы ему не обращать на тебя внимание после твоих выходок, — закатил глаза Доппо, отпивая кофе и читая очередной учебник. Кажется, им говорили на сегодня выучить что-то по конституционному праву, так что он, как всегда, был с головой погружён в различные книжки, лишь иногда отвлекаясь, чтобы ещё раз ткнуть Осаму в то, что он дебил. Шатен на это только возмущённо фыркал. — Ты обещал отстать от него, а в результате не то, что обещание не выполнил, с этим он ещё как-то смирился, ибо не мог ты так просто отвалить, но потом-то на тебя что нашло? — решил добить и так грустного студента Куникида. — Да что я такого сделал-то? — буркнул, немного надув губы, Осаму. Кстати сказать, за всю прошедшую неделю он больше не одевался так вырвиглазно, вернув свой прежний, более сдержанный стиль. На это Чуя вздохнул с облегчением, ибо уже начал думать, что прикончит второкурсника за его безвкусицу. А Дазай, отодвинув от себя еду и сложив руки на столе, уронил на них голову и прикрыл глаза, стараясь вспомнить, что же так могло задеть его рыжика, что он вот уже несколько дней игнорирует сообщения и ловко меняет направление, если видит его на улице или в коридорах университета. Даже вон, в столовой отсел как можно дальше! Неделей ранее. Понедельник. Около дома Чуи. — Ну, мы пришли, — Накахара неловко кашлянул, дабы развеять тишину, что нависла над парнями, когда они подошли к дому. Второкурсник незаметно вздрогнул и перевёл взгляд с многоэтажки, к которой его привёл рыжий, на него самого и широко улыбнулся, лукаво сощурившись. — Теперь я знаю, где ты живёшь. Осаму негромко рассмеялся, когда увидел, как вытянулось лицо младшего от осознания, что он привёл человека, от внимания которого хотел избавиться, к своему дому. Вот же хитрый чёрт! Но Чуя только фыркнул на это и сложил руки на груди, отвернувшись в сторону высотки и задумчиво покусывая губу. Собственной глупости признавать не хотелось. — Ты не знаешь, в какой квартире я живу, — спустя пару минут выдвинул весомый аргумент юноша и с видом победителя посмотрел на Дазая, но тут же стушевался под его снисходительным взглядом и напрягся. — Я могу обзвонить каждую квартиру и спрашивать у жильцов, где живёт милый рыжий чибик, — шатен пожал плечами, говоря об этом, как о само собой разумеющемся, и это заставило бедного Чую только открывать и закрывать рот от чужой наглости, а ответ в его светлую голову почему-то до сих пор не приходил. — А этаж хотя бы скажешь? — аккуратно обойдя отвернувшегося парня, спросил старший и немного наклонился к его лицу, немного приподняв уголки губ. Ему очень хотелось понравиться Накахаре, но он абсолютно не знал, как это сделать, поэтому постарался пока брать его улыбкой. Тем более, в интернете же писали, что людям нравятся те, кто может много улыбаться и шутить! — Четвёртый, — вздохнул всё же первокурсник и покосился на забавного шатена перед ним, с трудом сдерживая усмешку. На самом деле, пока они шли к его дому, то нашли довольно много разных тем, на которые оба могли поговорить и не чувствовать себя так, будто бы один призывает Сатану, а второй рассказывает сказки. Одной из таких тем стало увлечение литературой, всякими детективными романами да и не только. Правда, когда Дазай достал ему свою любимую книгу «Полное руководство по суициду», рыжий немного от него отшатнулся и предпочёл перевести тему. На фильмы. Так что сейчас он не смог не улыбнуться. Осаму оказался вполне нормальным человеком, особенно если ещё не приставал к нему и не использовал в качестве этих приставаний глупые подкаты. Но, надо отдать ему должное, на игнорирование со стороны Чуи он реагировал стойко и всё равно добивался от него какого-либо ответа, от чего после его губы вновь и вновь растягивались в победной усмешке. А сейчас Накахару, как и весь день, смешил наряд Дазая. Как оказалось, рост у него целых сто восемьдесят один сантиметр, так что теперь рыжий понял, почему этот костюм так его веселил и выглядел на парне нелепо. — Ладно, ладно. Прекрати так улыбаться, придурок, — буркнул якобы недовольно Чуя и фыркнул, словно ёжик. — Я пошёл. И больше не надевай это на себя, иначе я прикончу тебя за издевательство над модой, — и, более не обернувшись на счастливого Осаму, удрал домой. Возможно, у них даже получится подружиться, ведь младший дураком не был и прекрасно понимал, что шатен от него не отстанет ни за что. Вторник. Утро Чуи началось вполне себе обычно. Принятия душа с ещё закрытыми глазами, потом уже более осмысленный выбор одежды, хотя выбором это назвать трудно. В его гардеробе были только чёрные брюки да белые рубашки, и всего несколько джинсов и футболок, которые он ни разу ещё не надевал. Собственно, одевшись и перед зеркалом закрепив на рубашке любимую портупею, Накахара вышел из комнаты и почти нос к носу столкнулся со своим другом, что тоже только закончил собираться. Переглянувшись, парни слегка улыбнулись друг другу и направились на кухню, откуда уже давно доносился вкуснейший запах. — Доброе утро, Гин-чан, — хором поприветствовали юноши единственную девушку, жившую вместе с ними. Хотя, это как посмотреть. На самом деле, это не Гин жила с ними, а Чуя жил с Рюноске и его сестрой. При выборе университета, в который друзья поступили, оказалось так, что семья Акутагава жила ближе, чем было общежитие. Брюнет, в принципе, ни секунды не сомневался, когда позвал рыжика жить вместе с ними, при этом клятвенно заверив, что места у них хватит и обделён никто не будет, а так как его младшая сестрёнка заканчивает старшую школу, а они начинают более серьёзную учёбу, то видеться все будут исключительно по утрам и вечером, если повезёт и они втроём не упадут спать прямо в коридоре от большой нагрузки. Накахара тогда подумал пару дней, но всё же согласился: это было действительно хорошим вариантом. При своём переезде он извинился перед младшенькой за то, что им некоторое время придётся жить всем вместе, подарив ей большую коробку конфет и цветок в горшке. Фиалку, вроде бы. — Доброе утро, братик, Чуя-сан, — солнечно улыбнулась девушка и уже через пару минут вся троица сидела за столом, поглощая завтрак. Парни почаще старались хвалить Гин, так что на комплименты о том, как вкусно была приготовлена еда, не скупились. — Ах, да, кстати, — когда они покончили с едой, Рюноске мыл посуду, а Чуя и брюнетка ждали его в коридоре, она внезапно о чём-то вспомнила и достала что-то из шкафика, где обычно хранилась её косметика, парфюм живущих и всякие аксессуары. Но в этот раз она достала оттуда какую-то коробку, судя по всему, с конфетами, и небольшой букет. — К вам утром, пока вы ещё спали, заходил какой-то парень. Просил передать. Девушка протянула презент в форме сердца, но рыжий принял его чисто на автомате, ещё не до конца понимая, что происходит. — А этот парень, — когда ситуация начала медленно доходить до его мозга, начал Накахара, — высокий шатен с карими глазами? — Да-да. Именно он, — радостно кивнула Гин, а Чуя был готов выбросить коробку куда-нибудь, но пришедший Акутагава-старший спутал ему все планы своим лицом, словив им «посылку». — Я, конечно, тоже тебя люблю, но кидать-то зачем? — недовольно проворчал брюнет, глядя на рыжего осуждающе, с видом оскорблённой невинности. Кстати сказать, вот он как раз оделся гораздо проще своего друга: обыкновенные чёрные джинсы да такая же кофта с длинным рукавом и воротом. Ещё раз вздохнув и покачав головой, Рюноске всё же решил осмотреть кинутый в него предмет, легко открывая его и тут же провожая взглядом упавший, ярко разрисованный листочек. Немного склонив голову, парень накрыл коробку крышкой и поднял, как он понял, записку, открывая её и быстро пробегаясь глазами по строчкам. Через пару секунд на его губах заиграла улыбка, а потом послышались и смешки, которые юноша всеми силами старался замаскировать под кашель, но Накахара дураком не был и бумажку выхватил, впиваясь в неё взглядом. Брови же от каждой новой строчки поднимались всё выше и выше, а один глаз начал нервно дёргаться. Твои глаза, как сливы сок, Всё говорят «не разевай роток». Твои глаза, как сердца стук, Как кайф при дрочке самых нежных рук. Твои глаза, как два алмаза, Блестят из дырки унитаза! P.S. Конфеты со вкусом винограда и в форме бутылочек вина, чибик. :) Проклятья, посыпавшиеся на голову Дазая, слышал и он сам, стоя аккурат под окнами этакой семейки и довольно улыбаясь. Правда, он всё же решил свалить в университет, ибо рыжику нужно будет время остыть от такого великолепного подарка. В остальном же этот день у них прошёл без особых приключений, так что Осаму и Чуя даже поели вместе на обеде, и парень поблагодарил второкурсника за утренний презент, но тут же спустил его с небес на землю, заявив, что стих у него получился откровенно дурацким. Шатен, конечно же, младшему не поверил и как всегда улыбнулся добродушно на претензию. А вечером они оба вновь медленным шагом, разговаривая друг с другом о каких-то совершенно неважных вещах, шли к дому Чуи. Хотя рыжий сначала и протестовал, уверяя, что гораздо спокойнее дойдёт с Акутагавой, но тот, как назло, куда-то смылся и появляться в ближайшее время был явно не намерен. Среда. — Я тебя умоляю, скажи мне, что за окном не он, — чуть ли не в панике прошептал Чуя, стараясь не подходить близко к балкону или окнам в их доме. Утро и день прошли вполне спокойно, если не учитывать того, что кто-то весьма коряво написал на доске в аудитории первокурсников: «Когда тебя создавал бог, то он хвастался и показал всё, на что способен», а снизу была прикреплена фотография самого Накахары из его профиля Line и нарисовано скромненькое сердечко в уголке снизу. Что сказать… студенты тогда только и могли, что прижиматься к стенам в коридорах, дабы их случайно не задел разъярённый рыжий и смеющийся, да ещё к тому же и обрёхивающийся, Осаму. — Вы сами попросили не говорить, — улыбнулась Гин, стоя прямо у окна и поглядывая на крутящегося во дворе Дазая. Говорить Чуе, что он был не один, девушка не стала, иногда только бросая на парня хитрые, не предвещающие ничего хорошего, взгляды. — Я пожалею о том, что он собирается сделать? — попытался выведать ситуацию рыжий, на всякий случай пригнувшись пониже, чтобы его точно никто и ни за что не заметил. — Хм, — девушка ещё раз выглянула в окно, где оба парня уже приняли какие-то позы. Дазай, например, встал на одно колено, одну руку положив на своё сердце, вторую же отведя куда-то в сторону, а вот его напарник удобно примостился на небольшом стульчике и начал что-то делать с гитарой. Понаблюдав за ними ещё немного, брюнетка решила приоткрыть окно и отошла, примерно догадываясь, что сейчас может произойти. Только зазвучали первые аккорды, как уже догадавшийся о происходящем Чуя подлетел к окну и чуть из него не выпал, во все глаза смотря на развернувшуюся под его окнами картину. Однако стоило только Осаму открыть рот, как рыжий пожалел, что не убил его сегодня. — Откуда ты взялась, Восхитительная мразь… Он что, совсем охренел? Специально прийти к подъезду Накахары только для того, чтобы покричать оскорбления в его адрес?! Да пусть этот чудик считает последние часы своей жизни. Ни звуки гитары, ни неплохой голос не улучшали ситуацию в глазах рыжего. Рядом послышался вздох Гин. — А они не в курсе, что их трупы Я сложу к твоим ногам. В моём тихом омуте звери, В квартире твоего бойфренда Выбиты двери, Его тело болтается в петле На качели, И в новостях нам сообщат, что В моём тихом омуте звери, Бета-самец из твоей стаи Удушен в постели, Омежка мордой вниз Пропылесосил бассейн — Это ли не повод чтоб Набрать меня. — Я убью его, — тихо прорычал себе под нос Чуя, впиваясь в подоконник пальцами до побеления костяшек и сверля недовольным взглядом придурка, которого ошибочно считают человеком. — А по-моему мило, — встрял Рюноске, ведь тоже слышал эту своеобразную «серенаду», просто на кухню решил прийти только когда она закончилась, посмотреть на реакцию друга и в очередной раз понасмехаться над ним. Нет, конечно, ему несомненно было Накахару жалко, но он так забавно злился на Дазая, что брюнету это даже начинало нравиться. — Согласна с братом. Он так старается вам понравиться, — Гин прикрыла рот ладошкой, дабы скрыть улыбку, но смеющиеся глаза выдавали её с головой. А рыжий только и мог, что махнуть на всех рукой, кинуть в героя-любовника огурец, который мирно себе отдыхал на солнышке последние дни, и гордо уйти в свою комнату, бурча себе под нос, что «понравиться он сможет только психиатру, как интересный случай». Четверг. Ранним утром, будучи уже в университете, первое, что обнаружил Чуя на своём законном месте в аудитории, была шоколадка. Заботливо перевязанная красной ленточкой с симпатичным бантиком, а рядом, словно издеваясь над нервами парня, лежала круглая записка в виде улыбающегося смайлика. Но Накахара не стал ни читать, что там написано, ни убирать сладость в сумку. Фыркнул только раздражённо и, взяв всё это добро со стола, выбросил в мусорное ведро, после чего с чувством выполненного долга и гордым видом сел на своё место. Наблюдавший за всем этим Акутагава мог лишь покачать головой и тяжело вздохнуть, мысленно даже немного сочувствуя бегающему за рыжей бестией второкурснику. Весь последующий день в учебном заведении проходил совсем из рук вон плохо, как считал сам Дазай, и просто прекрасно, как считал Накахара. И почему же только у парней такое разное восприятие одного и того же дня? Наверняка этому есть свои объяснения. — Ацуши-кун, ты представляешь, он выкинул подаренную мной шоколадку! — В голосе шатена плескались возмущение и обида на действия голубоглазого чертёнка, так что парень даже оторвался от своего телефона и, пару раз глупо хлопнув глазами, уставился на друга. Находящиеся рядом Куникида и Эдогава тоже уставились на него, не совсем, правда, понимая, в чём же суть трагедии, что Осаму даже начинает присматриваться ко всяким балкам и рассчитывать траекторию падения из окна с возможными травмами. Это изрядно напрягало компанию, но активных действий со стороны «отвергнутого» пока не было. — А почему выкинул? — спустя пару минут полюбопытствовал паренёк, на всякий случай прикрывшись телефоном, как щитом. Зачем, правда, никто так и не понял, ибо Дазай даже не обратил на это никакого внимания, грустно глядя в окно и понимая, что от падения он максимум отобьёт себе ноги. Ну или трещину заработает, смотря, как приземляться. Это его неимоверно расстраивало, так что вопрос от Накаджимы был почти проигнорирован. — Если бы я знал, зачем он это сделал, я бы никому сейчас об этом не говорил. Или назвал бы причину, — всё же буркнул недовольно парень, а потом решил, что стоит подкладывать сладости Чуе в сумку, дабы находил их не сразу и не расправлялся так жестоко. Ещё немного подумав, шатен достал из кармана брюк телефон и, открыв самый привлекательный для него контакт с милейшей фотографией, пару секунд тупил, глядя в их диалог. Но потом, собравшись с мыслями, решился написать. От: Дебил со второго курса. Кому: Рыжий коротышка: Эй, чибик, как смотришь на то, чтобы провести вместе время за поеданием прекрасного десерта? Осаму даже прикусил нижнюю губу, немного нервно перебирая пальцами и хмурясь, когда ответа не поступало вот уже пять минут. Нет, Чуя прочёл его сообщение, но намёка на ответ не было даже близко, поэтому второкурсник ударился головой о подоконник, что-то тихо бурча себе под нос и пугая собственных друзей ещё больше. Они нервно переглянулись, а Доппо, уже было решивший пойти и высказать всё наглому рыжему идиоту, был остановлен предупреждающими взглядами на поникшего шатена. — Тц, вот ведь придурок, — блондин потёр пальцами переносицу, а затем стукнул друга лёгкой книженцией по затылку, заставив того тут же возмущённо подняться и недовольно оглядеть очкарика. — Сегодня идём развлекаться. Сразу после учёбы. И даже не думай улизнуть, кретин! Ребята недоумённо оглядели их всегда спокойного и сосредоточенного друга, но уже через пару секунд еле слышно рассмеялись, на всякий случай отвернувшись, дабы не получить по маковке за такую реакцию. И только сам Дазай сразу заулыбался, как только Куникида немного смущённо покраснел, и восхищённо хлопнул в ладоши. — Куникидушка, ты так переживаешь за меня! — Я переживаю за казённое имущество, придурок! Пятница. — Ой, как головушка-то боли-и-и-ит, — протянул Осаму, почти что лёжа в аудитории на столе и мечтая только о том, чтобы выпить рассольчику. Пустыни Сахара во рту не было, и на том спасибо, а вот голова болела так, будто бы он вчера не просто два стаканчика выпил (во всяком случае, сам шатен помнил только о двух), а как минимум половину бара. Или опустошил половину заведений всей Йокогамы. — Ну так сходи в медпункт, — пожал плечами Доппо, который чувствовал себя как огурчик. По нему и не скажешь, что вчера он был готов лезть на барную стойку, чтобы показать всем желающим — и не очень — стриптиз, который они никогда в жизни не забудут. Стриптиз он, кстати, таки показал, но дома, когда его укладывали спать, а душа требовала продолжения. — Я что, по-твоему, совсем отбитый? Самостоятельно идти к Ёсано-сесней? Да лучше сразу с самолёта прыгнуть, — фыркнул Дазай и постарался сесть ровно, всё ещё морщась от пульсирующей боли в висках. Интересно, он точно два стакана вчера выпил или его просто подводит память? — Ну и страдай дальше, — пожал плечами Куникида, старательно пряча глаза в тетрадь и бубня себе под нос заученный конспект. Сегодня с больничного возвращается Мори-сенсей, так что им придётся несладко, если хотят сдать ему экзамен через пару месяцев. Шатен, конечно же, на это только закатывает глаза и выдавливает из себя улыбку, предпочитая оставить при себе мнение о зубрёжке друга. Тот, того и гляди, скоро упадёт в обморок от волнения. Хотя это будет не удивительно, ведь Мори-сенсей любимый учитель их милого очкарика, но все упорно делают вид, что они слепые. — Кстати, Дазай-сан, вы подложили Накахаре-сану шоколадку? — оживился вдруг Ацуши, ненадолго убрав телефон в сторону и полностью развернувшись к старшему, дабы получить ответ на свой вопрос, а заодно и понаблюдать за его занимательной мимикой. Парень же, не ожидавший обращения к себе, сначала уставился на Накаджиму, будто бы видел впервые в жизни, а потом только усмехнулся и кивнул. — Разумеется. Без записки, правда, но я думаю, что он поймёт, кто пытается накачать его мозг глюкозой, — Осаму, на всякий случай, решил достать телефон и проверить сообщения и свой Line. Может, он пропустил слова благодарности от рыжика и тот теперь только ждёт, пока второкурсник прибежит с букетом шоколадных роз и бутылочками вина? Был в сети в 15:32. Парень расстроенно вздохнул и, немного подумав, с грустью убрал телефон назад и вернулся к своему любимому нытью, что никому он не нужен и умрёт в одиночестве, но всё это резко прекратилось, стоило профессору появиться в аудитории и с любимой маньячной улыбкой поприветствовать студентов. Суббота и воскресенье. От: Дебил со второго курса. 05:07. Доброе утро, чибик. Как спалось? От: Дебил со второго курса. 05:24. Ой, точно, ты же спишь… От: Дебил со второго курса. 06:14. Знаешь, а мне сегодня снился классный сон. С твоим участием! Мы там мир спасали, а у тебя была милая способность превращаться в маленькую девочку в розовом платье и влюблять в себя врагов. Потом появлялся я и мы двойной любовной атакой уничтожали противников, превращая их в свинюшек с крылышками и глазами в форме сердечек. А после боя мы с тобой пошли срывать свадьбу Мори-сенсея и Куникиды-куна. Ты, кстати, яростнее всего кусал профессора за ухо, забравшись ему на плечи и каблучками упираясь в его спину! — Кому там, мать твою, не спится? — разлепив сонные глаза, проворчал убийственно Чуя и, взяв телефон в руки и открыв диалог с единственным придурком, который мог на свой страх и риск разбудить его в это время, закашлялся. — Что он, блять, курил? — хриплым от сна голосом прошептал Накахара и с тихим воем уткнулся обратно в подушку. Уснуть сегодня он больше не сможет. От: Дебил со второго курса. 07:02. О, Чуя-кун, ты проснулся! Доброе утро ещё раз! Как смотришь на то, чтобы провести этот день вместе и прогуляться в каком-нибудь парке? От: Дебил со второго курса. 07:22. Ну, раз ты не хочешь парк, то мы могли бы пойти в кино. Там сейчас идут интересные ужастик и боевик. Я думаю, тебе понравится! От: Дебил со второго курса. 07:34. Хочешь провести этот день дома? Тогда как насчёт марафона фильмов и пиццы? От: Дебил со второго курса. 07:47. Ладно-ладно, я понял, маленький игнорщик! Тогда я тоже не буду тебе отвечать! От: Дебил со второго курса. 07:47. И писать тоже! От: Дебил со второго курса. 13:27. А-а-а, Чуя-кун, смотри, какая прелесть! Он так похож на тебя! Фотография. Накахара с любопытством заглянул в диалог, ненадолго отвлекаясь от разборок Рюноскэ и Гин, которые решили пройтись по магазинам, ибо девушка заявила, что ей решительно нечего надеть. Да и брату было бы неплохо прикупить новых вещичек в связи с новым увлечением, чтобы оно от него не сбежало куда подальше. Теперь же эти двое спорили по поводу длины выбранных Гин-чан шорт. Акутагаву-старшего она решительно не устраивала и он требовал что-то длиннее, а младшая яростно отстаивала понравившуюся вещь. Тяжко вздохнув и найдя в себе силы отвлечься от занимательной ссоры, юноша уставился на присланную фотографию. Там был сам Осаму, довольно улыбающийся и вытянувший губы в якобы поцелуе, а к его щеке прижат милый белый лемур с неестественно большими голубыми глазами. Блёсток в эти глаза, конечно, не пожалели. Рыжий же на это только немного улыбнулся и покачал головой. От: Дебил со второго курса. 13:30. У вас двоих глаза поражены болезнью под названием красота. — Дурак, — буркнул себе под нос Чуя и быстро убрал телефон в карман, закатив глаза. Кто-нибудь, научите этого придурка нормальным подкатам! От: Дебил со второго курса. 18:57. Чуечка, а ты знабл, чтооо будьт я котром, я бы првёл все девять жизньей с тобой? — И когда только успел надраться, идиот? — приподнял бровь Накахара, только с третьего раза поняв, что же было написано в сообщении. — Интересно, со скольки стаканов и с чего его так унесло? От: Дебил со второго курса. 01:15. Чуя, твоё место в музее! Ты являешься произведением искусства! От: Дебил со второго курса. 01:20. А ты опять спишь, да? А я вот не сплю, я страдаю! От: Дебил со второго курса. 01:44. А ты знаешь, на каком языке думают глухие? От: Дебил со второго курса. 01:53. А я ещё с первого дня заблудился в твоих глазах. Поможешь мне найти выход? От: Дебил со второго курса. 04:38. У тебя отлично удалось пробраться в моё сердце. Не вылезай оттуда никогда. — Сука, когда ж я высплюсь? Настоящее время. — Я не понимаю! — чуть ли не взвыл Осаму и начал медленно съезжать куда-то под стол, но его вовремя вздёрнул за шиворот Накаджима, шикнув и кивнув в сторону лектора. Кажется, шатен успел пропустить тот момент, когда они переместились из столовой в аудиторию, и мог только неловко пожать плечами. — Дазай-сан, вы правда не можете даже предположить, что его могло задеть? — осторожно спросил Ацуши, пока преподаватель отвлёкся на ноутбук, дабы найти нужные для презентации слайды. — Либо какой-то из подкатов, либо… нет, я даже предположить не могу, — сокрушённо произнёс шатен и повернулся к другу, глядя на него. Хотя в его голове и промелькнула возможная идея. — В конце концов, не на серенаду же он обиделся. — А какой у серенады был текст? — решил на всякий случай уточнить парнишка, и как только заветный листочек оказался у него в руках, а глаза пробежались по словам, он несильно ударил старшего по голове своей тетрадью, куда кропотливо записывал лекции. — За что это? Осаму возмутился, чем привлёк внимание остальной компании. Даже Куникида отвлёкся, ибо не часто увидишь Ацуши настолько серьёзным и надутым, словно хомяк, готовый к бою. — Ну кто будет называть человека, который нравится, мразью, Дазай-сан? — укоризненно фыркнул Накаджима, ткнув пальцем в самые первые строчки. В следующие несколько секунд все могли с неким удивлением наблюдать, как за короткое время на лице шатена промелькнуло множество различных эмоций, а затем он подорвался с места, оправдываясь тем, что очень уж ему приспичило по зову природы, и вылетел из аудитории пулей. Вот только никто так и не понял, зачем ему сумка.

***

— Простите, извините, я к вам по заданию, — влетев в аудиторию первокурсников и чуть не пропахав носом пол, выпалил запыхавшийся Дазай, согнувшись и уперевшись ладонями в колени, дабы немного перевести дыхание. — Какому такому заданию? — недоумённо вопросил профессор, окидывая известного студента-суицидника подозрительным взглядом. — Ну, нам ещё перед болезнью Мори-сенсей задал пронаблюдать за поведением людей в различных ситуациях и устроить им якобы допрос. Я вот вспомнил, решил проверить, как ведёт себя человек разумный на лекциях, — и улыбнулся обезаруживающе, что старый учитель только и мог, что фыркнуть недовольно и кивнуть ему на ряды учеников. Дазай уже давно выцепил Чую взглядом, так что, не теряя больше ни секунды, направился к нему с чётким намерением всё разъяснить. И только он сел рядом с ним, как рыжий гневно повернулся в его сторону. — Хули надо? — Ты не мразь. Парни уставились друг на друга, несколько раз глупо моргнув, а Акутагава уже тактично отодвинулся подальше и подпёр голову рукой, решив пронаблюдать за разворачивающимся представлением с довольной улыбкой Чеширского Кота. — Ладно, ты первый, — кивнул Накахара, ибо начало его достаточно заинтриговало. Осаму глубоко вздохнул и, дабы на время объяснений чем-нибудь рыжика занять, протянул ему очередную шоколадку, которые подкладывал ему в сумку каждый день после того, как чибик на что-то обиделся. — Чуя, ты не мразь, — повторил шатен то, что сказал уже минутой ранее, на что парень только довольно кивнул, отгрызая кусочек сладости. — Ты восхитительная мразь. На этом моменте Чуя поперхнулся. И это он извиняться пришёл?! — Не перебивай, я не договорил, — поднял ладонь, словно Папа Римский, Дазай. — Так вот. Ты самое прекрасное, что я когда-либо видел. Ты как те веснушки, от которых я всегда был без ума; ты самый вкусный чай на всей планете; как сладкий зефир, который в американских фильмах жарят над костром; ты поцелованный солнцем чибик; ты доказываешь существование фей своей красотой и прекрасными рыжими локонами, — парень замолчал, чтобы перевести дыхание, а Чуя только и хлопал глазами, словно совёнок. Кажется, ему столько комплиментов не отвешивали со времён никогда. — А твой стиль в одежде это отдельная тема. Я постоянно хочу сорвать этот чокер с твоей шеи, а портупею на тебе увидеть в совсем другой обстановке и без рубашки, — рыжик немного покраснел, — и именно поэтому ты просто самое прекрасное, что я когда-либо видел. — То есть я, — Накахара немного прокашлялся, чтобы голос не звучал так смущённо, будто бы он какая-то семиклассница. — Восхитительная мразь? — Да, — кивнул с готовностью Осаму, но буквально через пару секунд яростно начал качать головой из стороны в сторону, грозясь сломать себе шею. — В смысле, нет, я не то имел в виду, ты вовсе не мразь, ты просто очень прекрасен и я не… — Я уже понял, что от тебя это высшая степень комплимента, горе-романтик, — тихо прыснул Чуя, прикрыв рот ладонью и смеясь. Шатен слегка удивлённо приподнял брови, а потом и сам выдохнул, наконец-то улыбнувшись и нагло заграбастав рыжика в свои объятия. — Я пока не твой парень, убери свои лапищи. — Пока? — Просто заткнись. А Рюноске только и мог, что переводить ничего непонимающий взгляд с одного идиота на Чую. О нём, кажется, в очередной раз все забыли.