Розы в огне.

POV Пик.       Я с нова поднял руку на своего подчиненного. В принципе ничего нового. Если не брать в расчет тот факт, что сегодня я перестарался. Просто меня уже заебало то, что каждый раз когда я прихожу домой с ночной смены меня встречает картина Балтера: «Вару накосячил.» Я знаю, что не должен был этого делать, но всему есть предел. Я ведь не собирался обижать его сильно. Я просто отдался эмоциям… И опомнился только тогда, когда эти чертовы очки разбились. Опомнился и ужаснулся. Вару сидел на коленях, и из глаз его лились слезы, а сам он сжимал осколки очков, безжалостно вгоняя стекло в ладони… Я никогда не видел как мой валет плачет. Никогда. Даже когда пинал и бил его, из Вару нельзя было выдавить и всхлипа, он всегда поднимался самостоятельно, бросаясь колкими фразачками.       — Вару? — спрашивает Зонт. — Все в порядке…        — Да, все хорошо. — его голос звучит слишком хрипло и сдавлено, чтобы поверить в это. Валет медленно разжимает окровавленные ладони. — Пик прав. — он смотрит на нас, растерянно, и с каким-то страхом в перемешку с грустью. — Я всех заебал, но поверьте мне. Себя я ненавижу больше, чем вы. Простите меня за все… если сможете.       Вару буквально вылетает в коридор, хлопая дверью.       — Эй, стой, ты куда на ночь глядя?       Спрашивает Феликс, пока на моих глазах рушится составленный мной же образ мудака.       — Ребят, это так оставлять нельзя. Вы видели в каком состояние и в какую погоду он ушел из дома!       — Вару не из тех, кто режет вены по пустякам. — замечает Куро. — Но все равно оставлять его одного, я считаю не целесообразным.       — Мы должны найти его. — тихо сказал Зонт.       — Я должен найти. — поправляю его. — Я эту кашу заварил, мне ее и расхлебывать.       — Ты уверен, что тебе не нужна помощь?       — Да — уверен.

***

Мы никогда не были врагами, но и друзьями нас назвать тоже было нельзя. Скорее просто товарищи. Как бы парадоксально это не звучало, но Вару был не плохим собеседником. Он прекрасно разбирался в утопиях и антиутопиях, так как был знаком (правда только в аудио) с произведениями: Томаса Мора и Рэя Бредбери. С ним можно было вести очень легкий и непринужденный спор по вопросам: литературы, истории, оружия и даже медицины. Вару далеко не идиот, как думают многие, исходя из модели его поведения. Ведёт он себя мягко говоря не очень. Но разве не бывало моментов, когда он задумчив и молчалив? На моей памяти такое случалось раз пять. Каждый из них помню, как будто это было вчера. Я прихожу со смены, а он сидит на подоконнике и смотрит на улицу. На его губах играет глупая полуулыбка, он не сразу замечает мой приход, продолжая задумчиво изучать улицу. Только когда мой вещмешок с грохотом падает на землю, зелёнка оборачивается, а потом сдвигается к краю, жестом предлагая мне присоединится. Я сажусь, но даже тогда мы не начинаем говорить, боясь разрушить чудесную магию этого момента. Вару молчит и смотрит в окно, лицо его задумчиво и спокойно, несомненно он думает о чем-то важном, а я смотрю на него и испытываю какое-то странное и непонятное чувство, с родни спокойствию и комфорту, такое необычное и на удивление приятное, такое абсурдное и до чертиков простое, такое, которое хочется чувствовать вечно, оно пугает и притягивает, не давая отвести глаз. Но вот он начинает говорить, голос его необычно тих и приятен. Я отвечаю. Постепенно наша беседа переходит в монолог, так как я заслушавшись этого голоса, постепенно пропускаю вопросы мимо ушей, и Вару уже сам отвечает на них. Организм требует сна, а душа просит подождать еще чуть-чуть, я прищуриваю глаза, он превращается в маленькое зелёное пятнышко, а потом и вовсе исчезает. В такие моменты, он превращается в человека, в которого хочется верить и с которым приятно общаться, жаль, что в остальное время он мудак, которому хочется въебать.       Но сейчас не об этом. Я иду по мокрой улице и ищу Вару. Почему я сейчас вспомнил эти моменты? Потому что в один из таких моментов он сказал: «Единственное место, где меня всегда будут ждать — морг.» Именно туда-то я сейчас и направляюсь, потому что, а почему бы и нет. У меня была какая-то странная уверенность, что я найду его именно там. И она меня не подвела. Дверь морга была чуть приоткрыта, я вошел туда аккуратно придерживая дверь. Холодное помещение слабо освещалось, но этого света хватало, чтобы не натыкаться на трупы, прикрытые темно-синими простынями. Похоже на заделку к дешевому ужастику. Моя пропажа нашлась в конце ряда. Вару сидел возле стола, сжимая и разжимая пальцы, с каким-то странным удивлением наблюдая за этим.       — Ну и куда ты поперся? А главное зачем? — спрашиваю я, он с минуту задумчиво смотрит на меня.       — Просто хотел побыть один. А ты?       — А я просто хотел извинится… — я подсел рядом. — Ты хоть и бываешь не выносим, но все же…       — Тебе не за что извинятся. — он пожал плечами. — Пойдем домой. Пожалуйста.       Он оперся руками, чтобы встать, но через секунду его лицо скривилось и он сел обратно. Я с начало не понял почему, но вскоре до меня дошло — осколки.       — Хорошо, мы пойдем домой, только сначала, — я взял его окровавленную руку. — давай я вытащу стекла.       — Перекись и пинцет на столе, возможно там же найдешь какую-нибудь тряпку, — я послушно начал обыскивать стол. — но я и сам могу обработать.       — Левую — да, — я тактично согласился. — а правую — нет. Поэтому молчи, сиди и не двигайся.       На мое удивление Вару не стал ёрничать, а вполне спокойно принял свою участь. Я кое-как смыв кровь тряпкой, пропитанной перекисью, на правой руке было три глубоких царапины, из одной из них торчал огромный осколок, я извлек шесть осколков. На протяжение всего этого действие Вару внимательно разглядывал меня, мне даже показалось, что он сказал, что-то вроде: «Такой же…» — но на мой вопрос: «Что-что» ответил: «Нет, ничего.» Покончив с этим, я помог ему подняться и мы вместе поковыляли к выходу. Дома нас ждали Феликс и Куромаку, остальные участники этого спектакля уже мирно посапывали в кроватке, в то время как мы — мокрые и сонные стояли на пороге.       — Вару?       — Давай завтра, Феликс.

***

POV Вару.       Шёл день, второй, третий, четвертый подходил к концу. А я окончательно запутался в серебряных нитках лжи. Даже избавившись от самого клубка, я не могу окончательно срезать их, они душат меня, связывая по рукам. Я смотрю на таких знакомых мне людей, но не узнаю. Тот же Зонт, но уже не та улыбка, не то восприятие. Он не ненавидит меня, а боится. Когда он стал таким? Никогда. Он всегда был таким, но я этого не видел. Только слышал, но одних слов было мало, чтобы поверить. Я еще больше издевался над ним, когда видел, а сейчас даже в глаза боюсь смотреть. Мне стыдно. Я впервые за долгие годы испытываю угрызения совести, которые сжирают меня изнутри. Я не знаю, что мне делать, я даже не могу говорить с ними, те же голоса, но другие лица, другое понимание. Мое сознание разделилось на две реальности, и я не знаю, что из этого правда. Мне надо подумать, мне надо попасть туда, где меня не увидят, где можно спокойно подумать. POV Феликс.       Последнее время Вару ведет себя странно. Он почти не общается с нами, не то чтобы раньше он был очень разговорчив. Просто сейчас он вообще на контакт не идет, все время прячет глаза и не выходит из комнаты. Никто этого не замечает, все на работе. А я… Я вижу и знаю, что ему надо помочь. Я все рассчитал, сегодня воскресение, все дома, и очки Вару я починил. Конечно как раньше смотреть в них уже нельзя, но раз они были ему дороги, то пусть хоть так. И вот настало время Куро, Пик, Ромео, Зонтик, Данте и Габри сидели на кухне, поглощая макароны с сыром. Вару отказался от обеда.       — Нам надо серьезно поговорить. — начал я.       — О чём? — спросил Ромео. — Нашел себе девушку?       — РОМЕО! — выкрикнул я.       — Что-то случилось? Феликс, что-то случилось? А что случилось?       — Об этом я и хочу сказать. Вару ведет себя странно. Очень странно.       — О чем ты?       — Вот когда он с вами в последний разговаривал? Вот тебя Зонтик он когда в последний раз задирал?       — Четыре дня назад. Вроде…       — А когда он из дома ушел?       — Четыре дня назад. — уверенно сказал Пик.       — Вот. Я хочу знать, что с ним происходит?       — Я тоже это заметил. — вступил в диалог Куро. — На мой вопрос: «Будешь ли ты кофе?» — он посмотрел на меня, улыбнулся и сказал: «Спасибо, но нет.» Вару сказал спасибо.       — Так давайте у него спросим. Вот как раз и он идет. ****.       Вару зашел на кухню и стал заваривать себе кофе, не обращая внимания на нас.       — Вару.       — Да? — он вздрогнул и повернулся к нам.       — Что с тобой происходит?       — А что не так? — слишком нервничает.       — В последний раз когда ты подкладывал мне в бутерброд пасту было три дня назад.       — Тебе так понравилась паста? Хочешь, я тебе ее всю отдам.       — Я не про пасту. С тех пор как твои очки ты стал каким-то другим.       — Другим? — он удивленно вскинул бровь, и истерически усмехнулся. — Я всегда был таким. Разве какие-то очки могут поменять меня? Я остаюсь все тем же. Просто поменялось мое восприятие.       — О чём ты?       — Я бы объяснил. Но увы, очки сломаны.       — Я их починил. — Феликс вытащил из свитера очки и протянул Вару.       — Что ж. — он нацепил их на себя — Сейчас на мне вы видите обычные очки. А знаете что вижу я?       — И что же?       — Феликс, подойди сюда. — Вару надел очки на жёлтого. — А теперь, посмотри на Зонтика.       — Всё… Здесь всё другое… Вы другие.       — Я видел эту реальность и считал ее настоящей. А теперь оказалось, что все что я видел — ложь. Я просто стараюсь привыкнуть к этому. Но как вы видите, получается хреново.