Близость

      Фриск неподвижно лежала на траве. Глухой стук металлических ботинок всё отдалялся и отдалялся. Девушка задержала дыхание, надеясь на то, что кто бы ни шёл в этих массивных доспехах, — кажется, её имя Андайн, — не станет возвращаться.       Она затаилась на какое-то время, пока наконец звон брони не стих вдали. После этого девушка медленно приняла более удобное положение, потянувшись, однако тут же почувствовала, что каждая из конечностей отдаётся тупой болью. Фриск совсем не двигалась несколько минут, ведь боялась, что таким образом обратит на себя внимание капитана Королевской гвардии. Трава была очень высокая и обеспечивала хорошее укрытие, но при этом очень громко шелестела от малейшего движения.       Что-то ещё зашуршало в траве.       Фриск застыла и даже задержала дыхание. Не было похоже на то, что Андайн возвращалась, ведь тогда бы она снова услышала громкий стук ботинок. Тот, кто шёл в траве, скорее всего, был намного легче, но передвигался достаточно быстро, так что шелест всё приближался. В темноте, в густой высокой траве шатенка едва ли могла видеть дальше своих вытянутых рук. Она вслушивалась в шуршание, пытаясь определить, с какой стороны к ней подойдёт существо. Но совсем скоро она не выдержала напряжения и закрыла руками лицо, будто в попытке защитить себя.       Несколько травинок раздвинулись, а сразу за ними появилась знакомая девушка с длинными коричневыми волосами и в ярком зелёном свитере. Сначала Фриск выдохнула с облегчением, после чего вновь напряглась, едва поняла, что Чара пристально смотрит на неё. Пристально смотрит этими пронзительными глазами.       — Приветствую, Фриск, — произнесла Чара с нотками самодовольства в голосе. Она подошла ближе к девушке, после чего присела, нахмурившись. — Я надеялась, что ты проявишь больше Решительности. О чём ты думала, когда отсиживалась в траве? Что было бы, если бы Андайн потратила больше времени на твои поиски? Она бы тебя точно нашла, — Чара прищурилась. — Прятки делают тебя слабой. В тот момент, когда враг найдёт тебя, ты будешь абсолютно беззащитной. В такой ситуации не будет и шанса победить Андайн. Она уничтожит тебя, а после отведёт к королю Азгору.       Фриск попыталась отвести взгляд от Чары. Она понимала, что алоглазая разочарована из-за того, как девушка пряталась, подвергая себя огромной опасности в случае обнаружения. Но, несмотря ни на что, она не хотела драться. Шатенка для того и скрывалась, ведь хотела избежать конфронтации, чтобы ей не пришлось вредить Андайн.       — Ты знаешь, что случается с людьми, которых отводят к королю, не так ли? — произнесла Чара, скрестив руки. — Король убивает их, а после забирает души.       Девушка встала, тихо посмеиваясь себе под нос. На несколько секунд она отвела взгляд от Фриск, которая наконец почувствовала свободу и вновь смогла беспрепятственно двигаться, нервно выровняв спину.       — Полагаю, мне стоило ожидать этого, — с усмешкой сказала алоглазая. — У тебя было столько возможностей убить своих врагов. Когда Папайрус пощадил тебя, ты могла бы пойти против него и убить его прямо на месте. Каждый монстр в том жалком маленьком городке Сноудине мог бы быть твоей добычей. Разве ты не понимаешь? Если никого не убьёшь — никогда не станешь сильнее. Ты никогда не станешь достаточно могущественной, чтобы добиться своих целей, не сокрушишь тех, кто стоит на твоём пути.       Фриск вздрогнула от этих слов. В некотором смысле она говорила правду. Девушка не хотела никого давить и сокрушать, но в тоже время она и не становилась сильнее. Так или иначе, рано или поздно она встретит врага, — может даже это будет Андайн, — которого не сможет победить. Шатенка, конечно, попытается избежать стычки разговорами, но что если ей не дадут иного выхода, кроме как сражаться?       Мысли Фриск вдруг прервал другой шелест, раздавшийся совсем рядом. Обе девушки как раз вовремя повернули голову в сторону звука. Из скопления высоких травинок вынырнула небольшая круглая голова жёлтого цвета. Яркие, любопытные глаза уставились на них. Фриск сразу узнала монстра — это был Монстрёнок из городка Сноудина, который буквально идеализировал Андайн.       — Оу, привет! — весело воскликнул маленький Монстр. Он полностью вышел из травы, подойдя к Фриск. — Йо… Ты видела, как она пялилась на тебя? — продолжил он.       — Это было… НЕВЕРОЯТНО! Я ТАК завидую! Что ты сделала, чтобы она обратила на тебя внимание?       Чара с ненавистью смотрела на ребёнка. Фриск же все ещё сидела не шевелясь, ведь не была уверена, что сказать им обоим.       — Ты помеха. Вали отсюда, — произнесла Чара. Она подняла руку, словно собиралась ударить ребёнка.       Практически мгновенно Фриск встала перед Монстрёнком, защищая его. Её рука опустилась в один из карманов, в котором она прятала игрушечный нож. Девушка не собиралась его использовать, — да и до сих пор такая надобность не возникала — но если всё не закончится, она хотела иметь хоть какое-то оружие, чтобы защитить себя. К тому же, игрушечный нож был всего лишь безобидной безделушкой, какой реальный вред он может нанести?       К удивлению Фриск, Чара опустила руку.       — Так что, эм… кто ты? — спросил Монстр, выглядывая из-за спины Фриск, бросая быстрые взгляды на алоглазую.       — Я?       Чара на мгновение наклонила голову, словно раздумывала над ответом. Девушка все ещё выглядела немного злой, но, казалось, она хотела обрести некое подобие самоконтроля.       — Я никто, — в конце концов ответила Чара, хихикая. — Но, если хочешь, я могу стать твоим худшим кошмаром. Твоим безжалостным врагом.       — Т-ты человек? — ребёнок продолжил расспрашивать, а его голос начал дрожать. Фриск медленно протянула руку, чтобы придержать Монстрёнка за плечи.       Чара переступила с ноги на ногу и слегка отвернулась от пары.       — Нет. Я не человек.       — Правда? Ты тогда монстр?       От этого Чара вновь разозлилась. На мгновение показалось, что она была готова рвать и метать, но, к удивлению Фриск, сдержалась. Даже наоборот, Чара снова успокоилась после вспышки гнева.       — Забавно, — произнесла та, а её голос стал тише. — Ты на самом деле сначала подумал спросить, человек ли я?       — Ну… Так ты человек?       — Нет. Я не человек и не монстр.       Пока Чара говорила, её голос становился всё тише и тише, возможно даже мрачнее, а выражение лица превратилось в странно угрюмое. Девушка взглянула на землю и нахмурилась.       — Тогда… Что ты? — продолжил спрашивать ребёнок.       — Что я?       Чара медленно потянулась к траве и схватилась за один высокий стебелёк.       — Если ты хочешь знать, что я… Ну, я мертвец.       Она откинула голову назад и рассмеялась. Это был сдавленный смех. Девушка будто что-то скрывала.       — Но, эмм, я не понимаю, — сказал Монстрёнок. — Ну, в плане, как ты можешь быть не монстром, не человеком, а просто… покойницей?       — Ты думаешь, мне есть дело, понимаешь ты, или нет?!       Монстрёнок сделал шаг назад.       Чара бросила угрожающий взгляд на Фриск, отчего у неё по спине побежали мурашки. Она раньше никогда не видела такого взгляда Чары. Девушка обычно выглядела и говорила с дерзкой и надменной уверенностью, будто она всегда права. Но сейчас казалось, что на её лице появилась крошечная доля сомнения. Глаза больше не пронзали, а наоборот стали необычайно холодными. Но даже так они всё ещё пугали.       Фриск подняла глаза на потолок. Оттуда свисали маленькие и синие червеобразные нити, мерцая, словно крошечные звёзды. Звёзды её родного мира, которые многие монстры никогда ранее не видели.       — Это даже не имеет значения, — сдавленно произнесла Чара. Она прочистила горло, прежде чем продолжить. — Ты хочешь знать, что со мной случилось, малявка? — девушка сломала травинку и бросила её на землю. Крошечный белый цветок упал рядом с ней. — Я убила себя.       Чара развернулась и ушла прочь.       Фриск не могла найти в себе сил двигаться. Какое-то время она стояла, словно вкопанная, думая, что алоглазая имела в виду. Шатенка не понимала, кто или что Чара такое. Всё, что она знала, так это то, что она была кем-то близким, кем-то, чьё присутствие наполняло её могущественной Решительностью. Чара тоже об этом знала. Не было точно ясно, каким именно образом они связаны, и чем больше Фриск думала об этом, тем больше вопросов у неё появлялось. Откуда Чара появилась, и почему она всегда так стремилась убивать?       Размышления девушки прервал Монстрёнок, который стал настойчиво тыкать её в руку своими острыми шипами, пока наконец она не обратила на него внимание.       — Та личность была очень странная, — произнёс он, прежде чем развернулся. — Йо, может быть Андайн всё ещё где-то рядом. Пойдём, посмотрим, как она разбирается с бандами плохих ребят!       Фриск встала и медленно кивнула.