Близость

      По прошествии нескольких недель, Фриск, к глубочайшему удивлению, обнаружила у себя большой интерес к истории и социологии. Она внимательно слушала все уроки Ториэль по обоим предметам и старалась максимально хорошо писать отчёты о текущих событиях. Ей было любопытно узнавать о том, как именно произошедшее в прошлом сформировало нынешнее социальное и политическое состояние мира. Девушка начала задумываться, действительно ли её жажда приключений возникла из желания прославиться, запомниться и оставить свой след в истории. Учитывая, что по крайней мере частично девушка ответственна за разрушение барьера и возвращение монстров на поверхность, пацифистка, вероятно, уже достигла этой цели.       Её четвёртый отчёт, составленный в конце месяца, был о реакции мировой туристической индустрии на приток монстров-путешественников. Учитывая, что они были способны перемещаться куда угодно, индустрия туризма процветала, по крайней мере в определённых местах. Так вышло, что одни страны ещё не разрешили монстрам въезд на свою территорию, другие же открыто приветствовали их, и было сказано, что реакция широкой общественности этих самых стран была в основном положительной. Вероятно, что большинство людей хотели, чтобы экономика их страны росла, и туризм был одним из способов достижения этого.       В этом отчёте Фриск получила А+.       Чара же, в отличие от пацифистки, пренебрегла составлением половины отчётов, и в конце концов Ториэль лично отругала её. В итоге алоглазой было запрещено использовать ноутбук для игр или просмотра веб-страниц, пока та не закончит всё домашнее задание. Но, конечно же, Чара нашла способ обойти этот запрет — у неё всегда был открыт отчётный документ, и едва мама заходила в комнату, она сразу же переходила к нему с помощью alt-tab. В конце концов, Фриск пришлось помочь девушке выполнить большую часть домашки.       — Тебе нравится школа? — спросила однажды Чара в тот момент, когда партнёрша помогала ей с математикой.       — Думаю, да, — ответила Фриск. — Мне нравится посещать уроки и обсуждать всё, что происходит в мире. Хотя некоторые предметы, например, английский, до ужаса скучны.       — Все предметы скучны, — возразила Чара. — Однако, думаю, мне нравится музыка. Ты слышала произведение, которое я написала на днях?       — Ты имеешь в виду на пианино?       — Ага! Всем в классе оно понравилось, и кто-то даже сказал, что мне стоит начать более углублённо учиться этому.       Идея казалась странно забавной. Фриск никогда не думала, да и не могла представить Чару в роли пианистки. Но теперь, когда алоглазая упомянула об этом, шатенка поняла, что в этом что-то есть. Дриммурр любила музыку и всегда слушала разные песни на UnderTube, пока делала уроки. Единственная проблема заключалась в том, что уроки игры на фортепиано были дорогими, а инструмента для обучения дома у неё не было.       Позже, когда Чара наконец предложила эту идею маме, Ториэль ответила, что изо всех сил постарается накопить достаточно денег для покупки пианино, но пока дочери придётся практиковаться в школе.       Ближе к концу первого месяца учёбы Чара, на удивление, стала более неугомонной и, казалось, ей надоело сидеть дома каждый день после занятий и на выходных. Она по-прежнему не очень любила разговаривать с людьми или даже с монстрами, — именно поэтому Фриск оставалась её единственным другом, — она даже хотела «сбежать от скучной школьной рутины и для разнообразия сделать что-нибудь интересное и необычное».       Просматривая новостные порталы, Фриск случайно наткнулась на заметку о том, что в соседнем городе открывается рынок, полностью принадлежащий монстрам. До торжественного события оставалось всего несколько дней, он открывался уже в эту субботу. Почему-то шатенке показалось, что Чару это может заинтересовать.       — Целый день в другом городе? — спросила алоглазая со странной интонацией в голосе. Она была одновременно заинтересована и встревожена. — Как мы туда доберёмся?       — Мы можем купить билеты на поезд, — ответила Фриск. — Конечно, если ты не против ехать в нём с множеством других людей.       На мгновение в глазах Чары промелькнуло разочарование. Но потом она просто пожала плечами.       — Отлично. Думаю, надо съездить.       — Хорошо!       Ториэль отпустила их, так как верила, что обе сами смогут позаботиться о себе и о друг дружке. Поэтому в день поездки они встали рано утром, — легкий подвиг для Фриск, но не для Чары (которая засиделась слишком поздно, снова играя в ужастики), — взяли билеты и поехали на местный вокзал.       Даже несмотря на утро там было полно людей. Как обычно, Чара подошла вплотную к Фриск и просила её держать себя за руку каждый раз, когда они попадали в большую толпу. Шатенка не стала спорить, понимая, что так будет лучше, чем они потеряли бы друг друга. А если это когда-нибудь произойдёт, у алоглазой может случиться нервный срыв.       Они зашли в поезд и стали искать свои места. Чара села у окна. Поездка, если верить расписанию, должна была занять два часа. По пути поезд проехал по мосту, с которого открывался прекрасный вид на океан. Лучи раннего утреннего света ярко отражались от поверхности воды, переливаясь, словно драгоценные камни. Затем поезд прошёл по туннелю через гору, и их сразу же окружил густой лес. Это напомнило Фриск о её приключениях и путешествии на Эботт. И хоть она была лишь на одной горе, выше этой, девушка все равно испытала прилив ностальгии.       Наконец поезд прибыл к месту назначения, и, к ужасу Чары, этот город был намного огромнее, гораздо более густонаселённым, а на станции было в разы больше людей, чем в их поселении. Когда она встала со своего места, то тут же потянулась к руке Фриск. Шатенка взглянула на партнёршу, по которой было видно, как она нервничает. Не сказав ни слова, Фриск сжала руку Чары, и они вместе вышли из поезда.       Рынок находился недалеко, к тому же везде были вывески, буквально кричавшие о «Торжественном открытии», чтобы все желающие могли без проблем найти его, не используя карты. Зайдя на территорию рынка, Фриск быстро поняла, что направляются они в старую часть города, построенную людьми столетия назад. Улицы были узенькими, извилистыми и вымощенными булыжником, их соединяло множество переулков и узких коридоров, которые были закрыты крышами домов. По крайней мере это место было довольно чистым.       — Я думала, что этот рынок принадлежит монстрам, — паникуя, сказала Чара. — Почему вокруг столько людей?!       — Наверное, потому что им интересно, что продают монстры?       — Но разве они не могут, ну знаешь, не приходить такими большими толпами?       С этим Фриск пришлось согласиться. Там, как и на обычном рынке, улочки были тесными, и места было ну очень мало, поэтому приходилось максимально следить за дорогой, чтобы ни на кого не наткнуться. Каждый раз, когда Чара касалась другого человека, она инстинктивно напрягалась, и шатенке приходилось осторожно тянуть её за руку, чтобы та снова расслабилась, почувствовав, что партнерша рядом. Алоглазая подошла к Фриск, наклонившись ближе, их плечи почти соприкоснулись. Казалось, что та хочет минимизировать количество потенциальных контактов с другими людьми по максимуму (и максимально увеличить количество контактов с Фриск).       К счастью, когда они прошли вглубь, улица стала шире, и у них появилось больше места, отчего огибать других прохожих стало куда легче. Теперь они не натыкались на людей каждые несколько секунд. На самом деле, Фриск не знала, с чего начать исследования, так что в итоге выбрала случайное направление, спускаясь вниз.       Пройдя по переулку, они подошли к небольшому мосту, переброшенному через ручей. Здесь было на удивление тихо. Чара отпустила руку Фриск и зашла на мост, где положила руки на перила и перегнулась через край. Шатенка подошла к ней и осмотрелась.       Несмотря на то, что уже была осень, сегодня воздух был очень тёплым. Погода поражала своим спокойствием и небольшим мягким ветром с почти полным отсутствием облаков на небе. Звук текущей воды заглушал грохот городской толпы, доносящийся издалека. В воздухе витал запах копчёной еды из находящихся поблизости ресторанов. С ним смешивался свежий, больше похожий на пыль воздух, вероятно, из-за близости города к горам.       — Мы ходили по рынку, но так и не заглянули ни в одну лавочку, — сказала Фриск, чтобы нарушить повисшую между ними тишину. Чара смотрела на воду, которая текла под мост.       — …Хей, Фриск.       — Да?       — Помнишь, как однажды, ещё в Подземелье, мы сидели на мосту в Водопадье и разговаривали?       — Конечно, — воспоминания всё ещё были свежи в голове Фриск.       — Это было до… До всего, что произошло, — продолжила Чара. Она опустила голову и положила подбородок на руки. — Столько всего изменилось, тебе так не кажется?       — Верно. Весь мир меняется.       — Ну, я имею в виду, даже между нами. Я никогда не думала, что… После того, как все закончится, после битвы с Азриэлем и разрушения барьера, мы очутимся здесь. Будем жить с Ториэль, вместе ходить в школу, посещать разные города… Я, я даже не представляла, что когда-нибудь снова захочу оказаться рядом с людьми. И все же, я здесь.       — Я тоже не думала, что это произойдёт.       Чара явно была удивлена такому заявлению. Она повернулась к Фриск с широко распахнутыми глазами, полными любопытства.       — В самом деле? А как ты думала, что произойдёт?       — На самом деле я вообще не думала об этом, — ответила Фриск. Её голос стал мрачнее. — Я никогда не планировала далеко наперед. Я всегда отправлялась в приключение… Всегда посещала места и искала что-то новое. Я никогда не планировала оставаться на одном месте надолго и тем более ходить в школу.       — Тогда почему ты здесь? Почему ты решила жить с Ториэль?       Сказанное Чарой застало Фриск врасплох. Она тоже много раз думала об этом. Но пока что это был один из тех вопросов, на который у неё правда не было ответа. И даже если бы он был, то в любом случае не удовлетворил бы Чару, ведь шатенка всегда выбирала действия, основанные на интуиции, а не следовавшие плану. Иногда пацифистка даже злилась на себя за то, что так прожила жизнь, за то, что принимала каждое важное решение спонтанно, а не обдуманно. Это лишало ее уверенности. И когда же она наконец подумала о том, что же заставило ее стать такой…       — Я просто хотела, — наконец сказала Фриск. Она не сразу поняла, что стиснула зубы, но как только осознала это, то попыталась расслабиться и улыбнуться. — Я хотела попробовать что-то новенькое, понимаешь? Я всегда просто ходила по миру, исследовала его, при этом никогда не привязываясь к одному месту или человеку надолго… Поэтому я подумала, что попробую… Попробую с кем-нибудь остепениться. Вот почему я здесь.       Чара была поражена ответом Фриск. Она отвела глаза.       — То есть… Это было твоё очередное интуитивное решение? Ты этого не планировала?       — Я не особо люблю планировать, — просто ответила Фриск.       — Но, ну, наверное, я хочу спросить… Тебя устраивает такое решение?       Было так много способов ответить на этот вопрос, что на мгновение мозг Фриск словно отключился. Она смотрела Чару, не отвечая, пока алоглазая не стала пялиться в ответ.       — Я… Думаю да, — наконец ответила та.       — Что ты имеешь в виду?       — Давай пойдём дальше, ладно?       — Фриск, — теперь Чара была раздражена.       — Да?       — Если не хочешь об этом говорить, так и скажи.       — …Хорошо.       Однако, все не было хорошо.

***

      Какое-то время Фриск активно отрицала, буквально доказывала себе, что корень её проблемы — бесцельного прожигания жизни — это не страх приобрести привязанность. Наверное, это началось с самых ранних её воспоминаний, когда девочка в одиночестве блуждала по городу, не сумев найти родителей. Она даже не помнила, были ли они у неё. Но как бы то ни было, с того дня девушка продолжила скитаться. Иногда шатенка оставалась в определённых местах какое-то время, к примеру, жила в приютах или искала семьи, которые хотели бы принять её на какое-то время. Тем не менее, каждый раз, когда она начинала хорошо знакомиться с каким-то местом, достаточно знакомым, чтобы называть его своим домом, Фриск решала двигаться дальше. Она никогда бы не рискнула позволить себе привязаться.       Тем не менее, теперь девушка снова почувствовала то же самое. Она жила с Ториэль уже несколько месяцев, и в её разуме появилось неусыпное желание двигаться дальше, продолжать своё путешествие. Было бы слишком больно оставаться здесь на дольше. Куда конкретно она пойдёт, пацифистка ещё точно не знала. Но так же было и раньше. Что же и в этот раз помешает ей сбежать?       — Хей, не хочешь заглянуть в этот магазин? — спросила Чара.       Она же и вырвала Фриск из своих мыслей. Девушка посмотрела туда, куда указывала Чара. Магазин под названием «Запасы Сноудина», где продавалась зимняя одежда.       — Ториэль попросила купить много одежды на зиму, помнишь? — добавила Чара.       — Д-да, — Фриск неуверенно кивнула.       Они вошли внутрь и осмотрели помещение. Владелица магазина была знакомым кроликом, однако не той, которая владела гостиницей в Сноудине. Монстр ласково улыбнулась Фриск и Чаре, упомянув, что сегодня они стали её первыми клиентами. Фриск же в ответ сказала, что магазин очень миленький.       Чара нашла темно-синее шерстяное пальто, которое идеально подошло ей. Девушка для верности ещё и примерила его, рассматривая себя в зеркале в течение целой минуты.       — Стильно, — с улыбкой произнесла Фриск. — Ты выглядишь довольно мило.       — Ты так думаешь? — на лице Чары появилось удивление.       — Конечно.       Удивление сменила лёгкая улыбка. Чара расстегнула куртку, сняла её и протянула Фриск.       — Примерь-ка.       — Зачем? — уточнила Фриск.       — Мне кажется, на тебе она будет смотреться ещё симпатичнее.       Девушка чуть не покраснела. Она оглянулась, гадая, находится ли владелица магазина в пределах слышимости. Но прежде чем она успела что-то ответить, Чара подошла и схватила шатенку за руку, потянув ту к зеркалу.       — Нет, серьёзно. Примерь.       Чара отдала куртку Фриск, и та, подчинившись, надела её. Ко глубочайшему удивлению, пальто подошло ей лучше, чем алоглазой. На самом деле, оно было очень мягким и тёплым. Дриммурр же стояла за плечом Фриск, ухмыляясь.       — Тебе так идёт. Выглядишь очень мило, — произнесла Чара. Она положила руку на голову девушки и нежно взъерошила волосы.       — Чара… — та аккуратно, почти нежно стряхнула руку девушки и убрала волосы, которые стали лезть в глаза.       — Ты такая очаровательная, я сейчас просто потрепала бы тебя за щёчки, — продолжила Чара, явно имитируя голос Ториэль.       — Ладно, ладно. Мне тоже оно нравится.       — Все-таки купишь его?       — Ага, если это сделает тебя счастливой.       Осмотревшись ещё немного, Чара нашла другой предмет одежды, а точнее, аксессуар, который хотела бы приобрести: интересный шарф, сделанный из очень толстой серо-белой пряжи. Присмотревшись ближе к бирке, Фриск заметила бренд, который указывал, что вещица была сделана компанией «Ткачи Маффет». Девушку от этого осознания тут же окатила волна неприятных воспоминаний, воспоминаний о том, как большая, голодная паучиха поймала её в ловушку, и как девушка потом бежала от неё, однако Чару это не смущало — ей очень понравился аксессуар.       — Тебе нравится этот шарф? — спросила владелица магазина, когда девушка пошла примерять его. — На самом деле забавная вещь. Кажется, у компании, которая его произвела, есть магазин по соседству.       — …Прямо по соседству? — обеспокоенно переспросила Фриск.       — Ага, — крольчиха рассмеялась. — Думаю, что они же — кафе на полставки. Может, вы заглянете и туда?       Несмотря на просьбы Фриск, Чара решила не упускать возможность и потащила девушку в следующую лавку. Это был магазин, который назывался «Приёмная Маффет». Снаружи он был тщательно украшен паутиной, чтобы посетители уже знали, что будет внутри.       Как шатенка и ожидала, магазин полностью принадлежал паукам. Маленькие паучки висели вдоль стен, плетя новую, казалось бы, бесконечную паутину (или, как они это называли, «украшение»), в то время как более крупные, походящие на Маффет, пауки были официантами. В воздухе витал запах свежей выпечки. Перед каждой паутиной была поставлена маленькая баночка для пожертвований, и в итоге в заведении находилось огромное количество этих самых банок, поэтому Фриск приходилось следить за каждым шагом, чтобы ненароком не опрокинуть одну из них. Чара же была в восторге от атмосферы этого заведения.       Сама Маффет стояла за стойкой. Когда же Чара подошла, монстр одарила ее до тошноты сладкой улыбкой, и все пять глаз паучихи открылись.       — Добро пожаловать в мою булочную, дорогуша, — произнесла Маффет, заканчивая предложение в своей привычной причудливой манере. Каждое произнесённое ею слово звучало так, словно она хихикала. — У меня было не так много клиентов-людей. Мне даже кажется, что вы двое самые первые.       — Не так уж и много людей любит пауков. Разве они не странные? — ответила Чара.       — Ох, выходит ты не человек, дорогуша? — Маффет снова захихикала.       — Думаю, что, хотя бы отчасти я монстр.       Фриск полностью проигнорировала взгляд Маффет, когда та посмотрела на нее. Чара должна была говорить за них двоих, и, по просьбе Фриск, их усадили за столик на балконе на втором этаже, подальше от паутины и паучьих официантов, пытающихся забрать свои деньги. Алоглазая заказала паучьи вафли со вкусом шоколада, а Фриск заказала паучий пончик, а также обе взяли чай из золотых цветов.       — Не знала, что тебе нравится чай с золотыми цветами, — удивлённо произнесла Чара, когда подали напитки.       — Я распробовала, когда Андайн заставила меня выпить… много, — ответила Фриск.       — Андайн, а?       — А что с ней?       — Думаю, — Чара откинулась на спинку стула. — Меня до сих пор удивляет то, что ты завела столько друзей в Подземелье. Тем более, что половина из них хотела поймать или убить тебя.       — Ну, я просто изо всех сил стараюсь подружиться со всеми.       — Я знаю. Ты уже говорила мне это.       Фриск сделала глоток чая. У него был отчётливый… паучий аромат, такой же, как у пончика и сидра.       — Хей, Фриск, — позвала девушку Чара. — Ты, кажется, уже давно не видела всех своих друзей, не так ли?       — Ага.       — Может пригласишь их домой, устроишь что-то вроде… Вечеринки?       — Я думала об этом, — ответила Фриск.       — Ну так? Тогда почему ты этого не сделала?       Фриск поставила чашку.       Хороший вопрос. Почему же она ещё не позвонила своим друзьям и не пригласила их к себе? У девушки не было ответа. Пацифистка регулярно переписывалась с ними в UnderNet и отлично знала, что у большинства из них было свободное время и они могли бы прийти (за исключением, может быть, Азгора, который взял роль посла Папайруса на себя. К тому же, наверное, пригласить его в дом Ториэль может стать неприятной проблемой). Хотя Фриск и хотела их пригласить, у неё так и не хватило решительности довести дело до конца, как бы иронично это не звучало.       Шатенка перевела взгляд на балкон, осматривая город. Улицы внизу кишели как людьми, так и монстрами. Каждый шёл своей дорогой и просматривал все недавно открывшиеся магазины. Близился полдень, и воздух заметно теплел. Над их головами пролетали птицы, вероятно чайки, издавая пронзительные крики. Фриск почувствовала легкий ветерок на лице, и глубоко вдохнула, чтобы почувствовать свежий запах природы, доносившийся с близлежащих гор. Девушка закрыла глаза, думая.       Все это снова возвращало её к мысли, что всякий раз, когда она оставалась в каком-то месте или с кем-то слишком долго, у неё формировалось чувство привязанности к ним. По правде говоря, Фриск действительно хотела снова увидеть их. Больше всего на свете шатенка хотела увидеть своих старых друзей из Подземелья. Но она также отлично знала, что может слишком сильно привязаться к ним, а это означало, что она будет чувствовать себя невероятно одиноко, когда ей придётся уйти. Формирование сильной привязанности к живым существам неизбежно приведёт к боли, когда придёт время прощаться с ними. Девушка слишком хорошо это знала.       — Фриск? — наконец прервала тишину Чара.       — О, я… прости, — ответила Фриск, моргнув и протерев глаза. — Чара, я не знаю, что сказать или как на это ответить.       — Опять? Фриск, тебя что-то беспокоит?       Фриск вздохнула. Было слишком сложно объяснить природу проблемы, которая её беспокоила. Но, в каком-то смысле, это нормально. В первую очередь она была рада просто иметь друзей. Шатенка была счастлива, что с ней была Чара, Ториэль и даже Азриэль. Возможно, однажды им-таки придётся попрощаться друг с другом, но, к счастью, этот день ещё не настал. В этом плане она пока чувствовала себя в безопасности.       — Я… Нет, меня ничего не беспокоит.       — Фриск, — она явно не убедила Чару.       — Да?       — Ты молчала весь день. Даже я могу сказать, что с тобой что-то не так.       — О… Выходит, это так очевидно, да?       — Скажи мне, что не так, — Чара наклонилась ближе к ней.       — Я… — Фриск снова закрыла глаза, как обычно и делала, когда хотела сказать что-то важное. — Я думала, — наконец начала она. — Я тоже думала об этом. Обо всем, что произошло с тех пор, как мы вернулись на поверхность. Наверное, я даже немного потрясена всем этим. В плане, не потрясена, а скорее напугана, но, ну, я как будто пытаюсь приспособиться к этому новому образу жизни. Все совсем по-другому, если сравнивать жизнь с тобой и мамой, и мою жизнь до всего этого. Настолько иначе, что я… Как бы боюсь, что однажды все это может закончится, — Чара внимательно слушала, не перебивая. — Я… Я не хочу потерять тебя. А также я не хочу терять маму. И, честно говоря, мне очень нравится ходить в школу. Мне очень нравится, как сейчас все складывается. Я просто так сильно привязываюсь ко всему, и, если бы все это однажды исчезло, я бы и не знала, что делать. Я бы, я бы…       К удивлению, Фриск, Чара встала со своего места, обошла стол и крепко обняла ту.       — Фриск. Этого не произойдёт.       —… Чара?       — Знаю, обычно это ты утешаешь меня, — произнесла Чара. — Но… Я просто не могу видеть тебя в таком состоянии. Я никогда не знала, что тебе так одиноко внутри. Если бы я знала, я бы…       — Чара, я же сказала, что все в порядке.       — Прекрати пытаться быть такой сильной, Фриск, — Чара снова встала. — Фриск. Ты так много сделала для меня, для матери, для моего брата, для… Для каждого монстра в этом мире, правда. У тебя нет ни единой причины чувствовать себя так испуганно и одиноко. А ещё, позволь мне заверить тебя — я никогда не исчезну из твоей жизни. И, если честно… Я думаю, что ты мне очень нравишься! — алые щеки Чары стали ещё краснее. — Так что не бойся. Я буду рядом с тобой, несмотря ни на что.       Фриск медленно кивнула, после чего встала и снова обняла Чару.       — Спасибо, Чара. Я… Я думаю, ты права. Мне нужно было это услышать.       Чара нежно похлопала Фриск по спине.       — Не за что.

***

      Ближе к вечеру Фриск и Чара снова принялись шататься по рынку, рассматривая витрины. Время от времени шатенка узнавала какого-то монстра, к примеру Фитилька, и махала рукой. Она также втайне надеялась, что случайно столкнётся здесь с кем-то из своих старых друзей. Однако, шатенка прекрасно понимала, что это маловероятно, поскольку рынок и сама толпа были огромны, и определить среди них конкретного монстра было практически невозможно. Разве что, только в том случае, если они будут одеты в очень узнаваемую одежду, как например Папайрус.       Пацифистка также заметила изменения и в поведении Чары. Утром алоглазая вела себя достаточно замкнуто и беспокойно в толпе людей. Дриммурр все ещё казалась немного нервной, но она больше не опускала голову во время ходьбы, а также разговаривала в обычном для себя темпе. Девушка в целом стала заметно более уверенной. Наверное, это произошло из-за разговора, который у них был ранее. Теперь же Фриск нуждалась в некоторой уверенности, и Чара была готова стать смелее и позитивнее для неё, чтобы им было весело вместе.       Когда же они вошли в магазин костюмов, Чара осмотрелась и сразу же направилась в отдел с вывеской «Ужасы».       Фриск как раз вспомнила, что в конце десятого месяца люди праздновали Хэллоуин, праздник, когда все наряжались в костюмы, в основном страшные. Она несколько раз видела празднество, но ни разу в нем не участвовала. Так или иначе, поскольку до праздника оставалось всего несколько недель, в отдел «Ужасов» завезли много разных вещей, и Чара была в полном восторге.       Она схватила и надела длинное струящееся чёрное пальто, которое напомнило Фриск плащ Азгора. Оно было слишком большим для Чары, отчего половина пальто лежало на полу, однако ей было все равно. Затем алоглазая надела корону с шипами и схватила игрушечное оружие в форме косы. Она подошла к Фриск, жутко улыбаясь.       — Приветствую. Я Чара, демон, который приходит, когда люди называют его имя, — произнесла Дриммурр низким и жутковатым тоном. Она подняла косу в воздух. — Неважно когда. Неважно где. Каждый раз я буду появляться, — Чара протянула Фриск косу, а затем схватила шапку из пластиковых костей и одела ее на голову девушки. Шатенка несколько раз моргнула. — И вместе мы искореним врага и станем сильнее!       — Эм… Чара?       — А теперь, партнер, — продолжила Чара. — Давай отправим этот мир обратно в бездну.       Фриск не знала, смеяться или подыгрывать ей. Девушка сняла с себя шляпу и уставилась на неё. Эта вещица напомнила ей Санса. После чего шатенка посмотрела на алоглазую и саркастически нахмурилась.       — Я не сотру этот мир, — ответила она.       — Нет…? Хм… Как любопытно. Ты, должно быть, неправильно меня поняла, — Чара снова сделала страшное лицо. — С КАКИХ ПОР ТЫ ТУТ ГЛАВНАЯ?       Фриск собралась с силами, когда Чара подняла руки и бросилась на неё.       Она не знала, чего конкретно ожидать, но точно не могла и предположить, что Чара её обнимет. На самом деле, убийственные объятия. Фриск почувствовала, как руки девушки обвивают её спину и сжимают так сильно, что ей на секунду даже показалось, что у неё вот-вот хрустнут ребра. После чего алоглазая вновь жутко улыбнулась, и наклонилась к Фриск за тем, чтобы… Нежно поцеловать её в щеку.       — Видишь? Я демон, — прошептала Чара на ухо шатенки. — Демон, который любит тебя.       — Эм… спасибо?       — Идём, — Чара отстранилась. — Помоги мне выбрать хороший костюм.       — Да, хорошо.       В конце концов, они вообще ничего не купили, так как обе решили, что все костюмы в магазине слишком «клишейные, слишком «монстро-, скелето- и призрако- подобные» и там не было «ничего по-настоящему отвратительного, ужасного или психологически пугающего.» (Фриск понятия не имела, какого рода костюм ищет Чара, но что-то ей подсказывало, что он должен быть как-то связан с ужастиками, в которые та недавно играла. Может быть, Альфис могла бы самостоятельно смастерить ей костюм, или даже сделать косплей.)       К вечеру девушки посетили сувенирный магазин, где Фриск нашла красивый снежный шар, внутри которого находилась миниатюрная модель всего городка. Она была настолько точна, что девушка невольно вспомнила все детали, которые только могла, и, на удивление, они идеально совпали, вследствие чего шатенка таки решила купить его. Чара же, в свою очередь, купила фигурку Цундереплана, «реплики которой были озвучены ею самой» (половина из которых — вариации «Не то чтобы я не сделала X для тебя или что-то ещё, б-бака!!!»), а также… Плюшевую игрушку Меттатона?       — Не знала, что тебе нравится Меттатон, — шутливо сказала Фриск, толкнув Чару в бок.       — Не то чтобы он мне нравится, — ответила Дриммурр. — Но все монстры в школе без ума от него. Когда они увидят меня с этой плюшевой игрушкой, они обзавидуются!       — Это…       — О, думаешь мне взять прямоугольную коробку Меттатона или Меттатона Экс? — продолжила Чара. — О! А это что? Похоже на Меттатона с пушкой и крыльями, но я раньше никогда не видела, чтобы он выглядел так…       — …       — Думаю, я просто куплю прямоугольного Меттатона в платье.       Наконец пришло время уходить. Обе были ужасно голодны, и, к тому же, Ториэль велела им быть дома к ужину, поэтому девушки очень хотели вернуться как можно быстрее.       В поезде на Фриск напала внезапная усталость, а веки резко стали невероятно тяжёлыми. Не в силах сопротивляться, она положила голову на плечо Чары, и наконец стала засыпать, слушая звук пыхтящего поезда и стук о рельсы.       Когда же она проснулась, то к собственному удивлению обнаружила, что сползла ещё ниже, и её голова уже спокойно покоилась на коленях алоглазой, которая, к слову, тоже дремала.       Медленно, чтобы не разбудить Чару, Фриск подняла голову, выглянув в окно.       Уже была почти ночь, а поезд только что выехал с гор и как раз собирался пересекать мост. На голубом ночном небе мерцали звезды. Полная луна ярко сияла над очертаниями черных гор, вырисовывающихся вдали. Внизу свет звёзд и луны отражался от поверхности океана, да так чётко, что это выглядело как огромное зеркало для неба. И когда поезд пронёсся мимо, ей даже показалось, что она видит, далеко-далеко, вершину горы Эботт, возвышающуюся над всеми.       Фриск села на своё место, ощущая странное удовлетворение.       В целом, сегодня был хороший день. Девушка поняла, что, возможно, её дух приключений иссяк. Сегодня вечером все, что ей хотелось сделать, так это вернуться в свою комнату, свернуться калачиком в постели и смотреть, как Чара до ночи играет в ужастики, пока наконец не устанет и снова не предложит спать вместе.