Часть 15
12 августа 2020 г., 21:59
Месяц провождения Чон Хосоком в доме Кимов был крайне напряженным. Мужчина старался не попадаться на глаза Намджуну и Джину, очень злясь, что этот «мелкий говнюк» практически постоянно рядом со своим другом. Он видел, что между ними ничего нет, поэтому не понимал, от чего Джун так печется о своем гувернере, но потом сообразил. Хосока часто прижимал младший Ким в коридоре, когда тот пытался хоть как-то взаимодействовать с Сокджином.
— Я не сделаю ему ничего плохого. И вообще это взрослое дело, которое тебя не касается. — Рыкнул Чон, ощущая сильное давление предплечьем на горло.
— Он мой друг, поэтому касается, или тебе еще раз объяснить? — Еще сильнее прижимал к стене мужчину подросток.
— Ты просто сам хочешь его, верно? — Ехидно улыбнулся парень. — Может совместим два желания?
Как мерзко прозвучала эта фраза, моментально разгорячив юношу, который готов был собственной рукой оторвать яйца этому мерзавцу, заставляя его их съесть, но нужно держаться, ведь в прошлый раз избиение почти заметили.
— Как тебе такое в голову могло прийти. — Прошипел Намджун. — Дорабатывай спокойно и проваливай, иначе новые проблемы я тебе обеспечу. — Сверкал яростью младший Ким.
— Что здесь происходит? — Грозно раздался женский голос.
Намджун быстро отпустил мужчину, который откашлялся и начал поправляться. Юноша опустил глаза, стиснув зубы от злости и ненависти не то ли к Хо, не то ли к себе, потому что Чон был прав — он сам хочет заполучить Джина.
— Небольшой конфликт, миссис Ким. — Уголками губ улыбнулся учитель музыки. — Мужские разборки.
— Не в моем доме. — Нахмурилась Миен. — Хосок, вы взрослый человек. А ты, Намджун, что себе позволяешь. — Отчитывала мать.
— Прости, мам. — Мягко произнес юноша, подходя к женщине.
— Что у вас случилось? — Чуть тише произнесла Ким, все еще хмурясь.
— Это моя вина. — Не дал ответить Джуну Хо. — Я разозлил его, извините, я не хотел. — Он виновато посмотрел на миссис Ким, под удивленный взгляд юноши, который явно не ожидал этого.
— В следующий раз будьте осторожны. Оба. — Кинула испепеляющий взгляд мать, уходя вниз.
— И что это было? — Повернулся к Чону подросток.
— Ну это же правда. Я тебя разозлил. Правда, я сделал это специально. — Усмехнулся Чон. — Пока ты пытался не дать мне своего любимого гувернера, он сам отдался. — Летящей походкой направился в комнату к Суен мужчина, оставляя Намджуна, который до побледнения костяшек сжал кулаки.
— Ты врешь! — Крикнул ему в след парень.
— У него под правым соском родинка, а под левой ягодицей шрам. — Не поворачиваясь проговорил Чон. — Еще подробностей? — Он притормозил шаг и, ухмыляясь, добавил: — Слышу по твоему недовольному сопению, что нет. — Скрылся в комнате сестры парень.
Юноша стоял уставившись в пол, не моргая, из-за чего глаза жутко жгло, но кого это сейчас волновало? Зубы скрипели, пальцы ныли. Подросток заметил эти отличительные приметы своего учителя еще давно, когда мыл его пьяного и наблюдал за тем, как он переодевается. Он не мог понять — когда? Ведь воспитанник всегда был поблизости, когда в доме находился Хосок. Почему? Ведь они договорились, что Джин не станет делать этого, однако, Джун сам сказал, что это дело сугубо его гувернера, поэтому злиться и тем более идти и истерить к мужчине — не выход. Глаза начали слезиться, чтобы убрать это ужасное чувство сухости. Ким вынул из кармана телефон, набирая номер.
— Алло, Тим. Твое предложение на конец июня всё еще в силе? Хаха, нет, я подожду конец экзаменов. Да, все, заметано.
***
Многим известно чувство безответной любви, верно? Представьте каково, когда ты ходишь и живешь под одной крышей с этим самым человеком, с которым у вас очень близкие отношения, и к тому же он знает о ваших чувствах. Паршиво, правда? Сердце не перестает ударять в виски, не желая быть отвергнутым, от чего приходится затыкать его различными средствами. Руки и ноги уже давно в синяках и царапинах от непрерывных боев в спортивной секции, дома с боксерской грушей, деревом в саду, задиристыми парнями… Только это не спасает от поглощающего чувства отчаяния и ярости, от боли, когда смотришь на любимого человека, который счастливо смеется с другими. Намджун не знал, куда еще деть свою энергию, которая вырабатывается от генератора вспыхнувших чувств. Часами подряд он был в домашнем спортзале, выпуская пар, как внезапно у него щелкнуло в голове. Зайдя в комнату, он сорвал все плакаты, свалил всю атрибутику и книги, с громким, воющим криком, доносящимся из самого нутра. Подросток кардинально поменял гардероб, добавляя туда классические вещи, одежду в романтическом, казуальном, минималистическом стиле, оставляя лишь парочку рокерских вещей в стиле гранж. Также вместо выбритых висков, подросток носил и прическу, смахивающую на гранж, не желая снова сбривать эту часть. Теперь блондин зачесывал короче средней длины волосы назад, был очень серьезен в официальной одежде, уже не смахивая на подростка. Это последний месяц, когда он ходил в свой клуб, ведь выпускной класс он посвятит экзаменам и улетит в Корею продолжать дело отца, после того как проведет время до своего совершеннолетия на самом предприятии, поэтому и выглядеть нужно соответствующе. Младшему Киму до смерти не нравятся все эти вещи, поэтому он заранее начал привыкать, аж за год до выпускного, и очень изумился, когда почувствовал себя очень комфортно. Родители были поражены и обрадованы такому резкому взрослению сына. Отец давно начал понемногу посвящать его в свой бизнес, а это лето Намджун проведет целиком на предприятиях, разбираясь в производстве и бумагах, но это потом. А сейчас последний «свободный» месяц — июнь, который и подходит к концу. — Джун, ты куда собрался? — Поинтересовался Тэмин, видя, как сын надевает куртку. — Я к Тиму, я же предупреждал. Он устраивает вечеринку в честь своего дня рождения. — Спокойно ответил сын, поправляя прическу перед зеркалом. — А Джина почему с собой не берешь? — Это сугубо школьная вечеринка. Да и там будет то — я, Тим, Том, Чимин, Элен и Кристина. — Ну хорошо. Во сколько будешь? — Продолжал нагнетать Тэмин, стоя около лестницы. — В двенадцать или немного позже. Всё, я пошел. — Помахал на прощание Намджун. — Будь осторожен. — Крикнул вслед старший Ким, направляясь в свой кабинет. Перемены младшего Кима первым заметил, конечно же, его друг, который и помогал с выбором одежды и прически. Ему чертовски понравилось, как выглядит Намджун, который даже поменял манеру разговора и походку, однако, с Джином он продолжал тепло общаться, уверенно и умело делая вид, что его признание — всего лишь шутка. Про Хосока он ничего не сказал, решая раз и навсегда вычеркнуть это глупое чувство из своей жизни, руководствуясь только разумом. Всего лишь какие-то три недели, а юношу уже не узнать. Молодой и уверенный в себе мужчина, который выглядит и имеет разум человека гораздо старшего возраста. Миен часто охает, что и не заметила, как тот вырос, забывая, что ему скоро восемнадцать. Отец был уверен, что его сын скоро приведет невесту. Боже, если бы он только знал, скандал был бы колоссальных размеров, однако, почему был бы — будет. Джун был категоричен и настроен решительно, направляясь в дом к своему однокласснику. Сегодня он хотел напиться, как никогда, чтобы потом все лето быть погруженным в дело его семьи. Его напрягало, что там будет его бывший, но увидя, как тот ему приветливо улыбается, выдохнул, будучи уверенным в отсутствии на него зла и обиды. Девчонки задорно смеялись, а после трех бутылок начали флиртовать с мальчиками, пуская явные намеки. Веселая компания начала играть в бутылочку. Сначала всё было гендерно, а после еще нескольких рюмок Элен и Кристина не отказались опробовать на ощупь губы друг друга. Далее Том, который был натуралом, и Намджун, а потом Намджун и Чимин, после них игра обрела другой поворот. Том и Тим забрали к себе девушек, поднимаясь наверх, оставляя двух целующихся парней на диване в холле. Они целовались мокро, потому что алкоголя в крови было слишком много. Пак начал раздевать юношу, желая почувствовать такое знакомое тепло. — Нет, Чимин. — Смог выговорить Джун, отстраняясь и останавливая руки парня. — Но почему? Разве ты не хочешь меня? — Хныкал Чимин, начиная целовать шею, вырывая руки и пытаться расстегнуть ремень на брюках Кима. — Мы с тобой обо всем уже говорили. — Оттолкнул парня юноша. Ему было хорошо и плохо, потому что опьянение играло с разумом, но и оно было не в силах отключить его от всех переживаний. — Я люблю другого. — Но ты же еще не с ним, так почему бы не повеселиться? — Пытался соблазнить пьяного бывшего Чимин. — Отстань. — Встал с дивана, немного шатаясь Ким, поправляя брюки. — Нет, значит нет. — Хмурясь, буркнул юноша, выходя на улицу, не обращая внимания на ругательства сзади. Приятная прохлада летних ночей ласкала горячее лицо от коктейлей парня, а легкий ветерок игрался с волосами, в конец портя укладку. Он вдохнул полной грудью, немного отрезвляя голову, что позволило ему набрать номер на телефоне. — Ты не спишь? Можешь забрать меня? /адрес/ Ждать пришлось недолго. Знакомый автомобиль остановился у самого крыльца, ожидая своего пассажира. Младший Ким неуверенной походкой поплелся к машине, из которой вышел водитель. — Я сам. Не нужно помощи. — Проговорил юноша, пытаясь открыть переднюю дверцу. — Ага, я вижу. — Своей рукой надавил на ручку Джин, пуская ученика в салон. Он никогда не видел настолько пьяного Джуна, но его поведение было спокойным, что не могло не удивить гувернера. — Спасибо. Ночной город был восхитителен: яркий и менее оживленный, но такой живой. Именно в это время суток хочется жить, гулять и любоваться звездами. Намджун любовался лишь одной красотой — красотой профиля своего гувернера, в который раз рассматривая любимые черты. Если ночью его разбудят и скажут: «Рисуй портрет Сокджина в профиль и анфас», — то будьте уверены, он сделает это и с закрытыми глазами. — Джин, а ты красивый. — Показал притягательные ямочки Намджун. — А ты пьян. — Не отрываясь от дороги, произнес слегка сонный учитель. — Ну и что? Завтра я буду трезвым, а ты все равно останешься красивым. — Не убирая улыбки, продолжал удовлетворять себя приятным зрелищем младший Ким. — Ты знал, что при дневном свете твои глаза делаются бледно-сиреневыми? — Оу, дружище, ты сильно пьян. — Усмехнулся Джин. — Серьезно что ли? — Услышал вопрос Джин, немного поражаясь наблюдательности своего воспитанника. — Ага. От настольной лампы — платиновые, а сейчас — темно-серые. — Продолжал на веселе выдвигать свои наблюдения подросток. Гувернер понимал, что сейчас Намджун не в силах контролировать свои чувства к нему, поэтому покорно подыгрывал и не намекал на прекращение, ведь границы юноша не переходит, значит и волноваться не о чем. У Сокджина не было времени подумать о сказанном ему в библиотеке Джуном, но сейчас… — Приехали. Выйдешь или мне помочь? — Нет, я сам. — Снова не мог найти ручку, чтобы выбраться, Намджун, пыхтя. Закатывая глаза, Ким открыл с той стороны дверцу, приговаривая: — Прошу, мой господин. — Шуточно кланяясь, подобно вельможе. — Дурашка. — Потрепал его макушку Намджун, направляясь в дом. Пока парни разувались, пьяненького Джуна разморило и на лестнице он пару раз навернулся, грозясь скатиться вниз кубарем. Гувернер подхватил его за руки, отмечая, какой он тяжелый, ведя его в комнату. Младший Ким плюхнулся на кровать, без сил раздеться. Молча, Сокджин начал расстегивать верхние пуговицы на поло, сидя с боку. Его действия прервала тяжелая ладонь, схватившая бледные руки. — Пожалуйста, не надо. Не прикасайся ко мне. — Жалобно проскулил Намджун, поворачивая голову на гувернера. — Ты собираешься так спать? — Не убирал руки с груди юноши мужчина. — Да. Лишь бы ты не трогал меня. — Я тебе уже стал противен? — Ухмыльнулся Джин, но тут же опомнился. «Черт, я забыл». Он никак не привыкнет к некой дистанции между своим учеником, которая жутко бесила и раздражала. — Если бы… — Поправился на постели младший Ким, садясь и также держа чужие руки, убирая их от ворота поло. — Джин~и, Джин~и… — Ласково произнес подросток, нежно смотря на гувернера, который сам не понимал, почему его не испугала новость о влюбленности в него своего ученика и почему он сейчас не возражает. — Ладно, ты прав. Так спать нельзя. Хорошо, раздень меня, но только быстро, иначе я не сдержусь. — Поднял руки вверх подросток, позволяя мужчине стянуть с него футболку с коротким рукавом. — Все, можно спать. — Улегся на бок юноша, закрывая глаза. — Ты ничего не забыл? — Ехидно произнес Ким. — Блин. — Повернулся обратно на спину ученик, вздыхая. Он попытался встать, чтобы самому стянуть с себя брюки, но чуть не грохнулся с кровати. — Оп, держу. — Вовремя поймал его Джин. — Лежи уж. — Он начал расстегивать ремень, пока Намджун свел челюсть до хруста, чтобы сдержать свой пыл, но алкоголь в крови говорил «давай», «ну же, чего ты ждешь?». Рука уже потянулась к мужчине, который уже закончил с ремнем, но тут же упала рядом с телом. Нет, мозг все еще работает, не позволяя брать руль управления непонятным веществам. — Спасибо, Джин, что все равно заботишься обо мне, даже так, не смотря на то, как я тебя воспринимаю. — Проговорил Джун, закусывая губу и отворачивая взгляд. — Все хорошо, Джун. Это пройдет, когда ты встретишь действительно своего человека. Поднимись. — Мужчина выдернул из-под парня одеяло, которым заботливо и укрыл юношу, который снова перевернулся на бок, находясь в полудреме. Сокджин с улыбкой погладил его по волосам, наклоняясь к его носу, чтобы чмокнуть на ночь, но встретил мягкие губы, пахнущие коньяком. Испуганно учитель отстранился, округляя глаза, наблюдая за повернувшимся парнем, который что-то промычал. — Джи-и-ин… — Стала понятна речь. — Ммм? — Произнёс мужчина проводя пальцами по своим губам. — Полежи со мной. — Он приоткрыл веки и закинул руку на парня, переворачиваясь к нему. — Обещаю держать себя в руках. Из двух зол Намджун выбрал быть рядом с возлюбленным, без возможности быть принятым им, что сводило его с ума, но мысль о том, что он никогда не сможет увидеть любимые пепельные глаза, губки бантиком, прикоснуться к бархатной молочной коже, заставляла страдать его душу гораздо сильнее. — Ты тяжёлый. — Вылетело из Джина, который падал рядом под этой тяжестью. Кто бы мог подумать, что агрессивный и вспыльчивый человек со сложным характером, пьяным окажется таким медвежонком. Сокджин хотел воспротивиться, уйти, возмутиться, но как? Это же Джун… Он целый месяц после признания пытался быть холоднее и сдержаннее, однако, как сложно не обнимать своего ученика по привычке, как сложно не делать при нем обычных милых вещей. По своей натуре Джин был очень ласковый, и в «приступы нежности» он тискал Намджуна без задней мысли. — Джин~и, ты так вкусно пахнешь. — Уткнулся в шею преподавателю младший Ким, агрессивно вдыхая аромат любимой кожи, прижимаясь сильнее. — Я тебя вызвал из душа? — Почти… — Напрягся от таких обниманий Сокджин, но все же положил свою голову на белую макушку, и вынул руку из-под Джуна, приобнимая его за спину. — Джин, откуда у тебя шрам на левой ноге? — Внезапно спросил подросток. — В детстве с забора неудачно упал. — Объяснил мужчина. — А ты когда успел заметить? — Хосок сказал. — Стиснул зубы юноша, сжав бок гувернера до боли. Алкоголь алкоголем, но Намджун был решителен прекратить все свои чувства, но разве это возможно? Разве поэтому он его обнимает так сильно, ликуя внутри? — Эм… Что он ещё тебе сказал? — Был в замешательстве учитель. — Только то, что я и так знаю. — Выдохнул в шею Джун. Преподаватель замолчал, не зная, что сейчас именно чувствует его подопечный, что он думает и как поступит. — Мы не спали. — Разрушил тишину Сокджин. — Он зашёл в душ, потому что кое-кто сломал замок. — Язвительно проговорил мужчина. — Простите, что я такой вот нехороший. — Не меняя своего положения, щекотал ресницами Джина Намджун. — И почему он ничего не сделал? — Крайне спокойно интересовался юноша, что было очень странно. — Я сказал, что теперь состою в отношениях и хочу быть верным своему выбору. Потом пару психологических приемов… В общем он разозлился, но ушел ни с чем. — Задумавшись, гладил по предплечью своего ученика Ким. — Ты с Чонгуком теперь вместе? — Почувствовался тот самый тон и то же сжатие кулака на теле парня. — С чего ты взял? — Поджал губы от легкой боли Джин, но решил промолчать об этом. — Ты сам сейчас так сказал. — Я соврал ему специально. — А почему, почему ты не переспал с ним, ведь неизвестно, когда выпадет следующий шанс близости. — Положил голову на грудь учителю его подопечный, рисуя пальцем на его животе невидимые узоры. — В жизни есть нечто важнее простого перепихона: честь, достоинство, светлое чувство в конце концов… — Так ты все-таки влюблен. — Перебил его подросток, уставившись на платиновые глаза. — Я просто привёл примеры. — Почувствовал горячее дыхание смешанное со спиртовыми парами учитель. Со вздохом, закатывая глаза, юноша снова уткнулся в шею учителю, который находился в своих мыслях, ругаясь с всевышним. Через несколько минут послышалось равномерное сопение обнимающего своего, любимого, друга. Джин погладил его по волосам, засыпая с ним, под вертевшиеся в голове вопросы, большинство которых начинались с «почему».
