Сны, что сводят с ума

Он пытается выбраться. Выбраться из этого старого заброшенного дома. Он ищет выход. Он открывает все двери в надежде, что вот он – долгожданный способ выбраться наружу. Но нет. Везде скрываются свои ужасы. Том открыл первую дверь, но увидел лишь тьму, мрачную и леденящую. Том открыл вторую дверь и тут же закрыл ее, потому что за дверью были лишь крики. Том открыл третью дверь и тут же пожалел об этом, когда из комнаты начали выбегать полчища тараканов. Он не смог сдержать визга, когда они начали взбираться на него. Но всё это прекратилось так же быстро, как и началось. Том добрался до четвертой двери, боясь её открывать. Он знал, что там его ждет нечто ужасное. Но он рискнул. И натолкнулся на какую-то девочку, сидящую в углу и играющую с куклой. Том нахмурился. Здесь было что-то не так. Он сделал шаг вперед. И дверь захлопнулась. Он в страхе начал дергать ручку. Но дверь была заперта. Он толкал ее, пинал и начал паниковать, когда дверь не делала поддаваться. Внезапно девочка заговорила: — Ты не выберешься отсюда, — сладкий голосок резанул по ушам. Том медленно развернулся, не решаясь подавать голос. Но девочка видимо и не ждала этого, — отсюда нет выхода. Ты зашел сюда, а значит здесь и останешься, — девочка начала качать в руках куклу, будто убаюкивая. — Что… Что ты имеешь в виду? — Голос дрожал. — Ты не первый, кто здесь оказался. Были до тебя уже люди, — девочка даже не смотрела на Тома, а лишь счастливо улыбалась своей кукле. — И… И где они сейчас? — Как только вопрос прозвучал из его уст, он тут же об этом пожалел. — Сейчас в Аду. Но до этого они провели несколько лет в этой комнате, прежде чем сошли с ума. Они играли со мной, разговаривали, надеялись, что рано или поздно смогут выбраться отсюда. Том сглотнул в горле ком. Он больше не хочет здесь находиться. Он просто хочет проснуться. — Еще увидимся! — радостно попрощалась девочка, прежде чем всё растворилось.

***

— О, ты снова здесь? — поприветствовала его та же самая девочка несколько дней спустя. Кошмары не прекращались. Они преследовали его каждую ночь, не давая нормально спать. Он старался не засыпать, когда наступала ночь, он знал, что его ждёт, едва он закроет глаза. Знал, и потому не хотел. Он чертовски боялся, что очередной ужасный сон, в конце концов, по-настоящему сведет его с ума. — Признаться, я ждала тебя. Довольно скучно проводить всё время одной. — Девочка раскладывала своих кукол вокруг столика. Том молчал, он не отходил от двери ни на шаг, надеясь, что когда-нибудь она откроется. — Ох, не переживай, она откроется, — девочка будто смогла услышать мысли, что сейчас вертелись у него в голове. А может и не будто. Том с силой сжал ручку, прежде чем задать вопрос: — Когда? — Когда наступит твоя очередь, — отвечала она односложно, расставляя по столу игрушечную посуду. — Очередь куда? — Это был плохой вопрос. Очень плохой вопрос. Ему следовало просто молчать. — В Ад, конечно, куда же ещё? Том дернул дверь на себя еще сильнее. — Как тебя зовут, кстати? — вдруг спросила девочка, поняв, что так и не знает имени юноши. — Т-том, — он заикнулся, но не отрывал взгляда от девочки. На вид ей было не больше пяти. Белое платьице выглядело слегка поношенным, а длинные черные волосы и вовсе практически полностью закрывали её лицо. — Приятно познакомиться, Том, — девочка улыбнулась. Но ничего больше не сказала. Она преподнесла чашку ко рту своей куклы, делая вид, что игрушка пьет сама. — А тебя как? — решился он задать вопрос, так как называть девочку девочкой было слегка странно. — Меня зовут Белла, — девочка снова улыбнулась, подходя к другой кукле. — Красивое имя, — высказал свое мнение Том, слегка расслабляясь. Когда Белла не говорит о том, что он здесь сойдет с ума и скоро настанет его очередь попасть в Ад, то выглядит она вполне милой. — Да, я знаю. Спасибо. Мама мне сама его подобрала. — А кто твоя мама? — спросил Том в замешательстве, только сейчас поняв, что у нее могут быть родители. — Я знаю, что вы – люди – называете ее Смертью, — Белла снова улыбнулась. Том задержал дыхание. Конечно, она не могла быть просто обычной девочкой. Но почему она выглядит человеком? — Потому что так тебе легче воспринимать меня, — ответила на его не заданный вопрос. — То есть… — Том пытался сформулировать вопрос, но нужные слова никак не желали подбираться. — Будь я в другом облике, ты бы не смог меня понять, — пояснила она, но Риддл по-прежнему ничего не понимал. Том молчал и через минуту снова попытался дернуть ручку. Но та не отворилась. — Ты такой нетерпеливый, — заметила Белла, — если хочешь, я могу попросить маму, чтобы очередь дошла до тебя быстрее. — Нет, не надо! — испуганно воскликнул он. Он хотел проснуться. Просто проснуться. На удивление, собственное сознание снова его услышало. И он очнулся в своей комнате.

***

Том сторонился зеркал и любых отражающих предметов. Он не хотел в очередной раз видеть свое истощенное лицо. Круги под глазами теперь были видны слишком отчетливо, их можно было заметить даже с довольно дальнего расстояния. Месяц, целый месяц его преследуют эти кошмары. Целый месяц он уже нормально не спал. Ему уже осточертело просыпаться посреди ночи с криком ужаса и боли на устах. Он больше не может выносить этого. Это всё для него уже слишком. Казалось, он пересек некую грань, что разделяла жизнь и существование. Он устал.

***

— Мистер Риддл, зайдите сегодня в кабинет директора после уроков, — сказала ему профессор Макгоннагал, как только закончился урок. Том нахмурился. Чего от него хочет Дамблдор на этот раз? — Хорошо, профессор, — он дал знать, что услышал и вышел из класса, направляясь на обед. Минерва обеспокоенным взглядом проводила ученика, который выглядел как настоящий ходячий труп. У Риддла даже будто кожа немного пожелтела.

***

Поднимаясь по ступеням вверх в кабинет директора, Том уже знал, что так быстро оттуда не выйдет. Видимо, с ним хотели поговорить насчет его самочувствия и точно не отпустят его без ответов. Впрочем, он их всё равно не намеревался давать ни под какими уговорами. — Здравствуй, Том, входи, присаживайся, — поприветствовал его директор. Помимо Дамблдора в кабинете находились еще и Слизнорт с Макгоннагал. И если присутствие декана его факультета никак его не удивляло, то вот присутствие тут профессора Трансфигурации навевало определенные вопросы. Риддл сел на свободное кресло напротив директорского стола и тут же съежился от изучающих взглядов сразу троих людей. Было очевидно, что они пытались поверхностно оценить его состояние. Это немного раздражало. — Вы хотели меня видеть, директор? — Напомнил о себе Том. Хотя не то, чтобы о его присутствии кто-то забывал. — Да, Том. Мне бы хотелось узнать, как у тебя обстоят дела. Профессора говорят, что ты немного скатился в учебе. Это было действительно так. Если раньше Том редко получал что-то ниже «Превосходно», то теперь его оценки едва ли были выше отметки «Удовлетворительно». Об этом говорили все, кому не лень. Даже в его присутствие никто не стеснялся обсуждать его и его нынешние «успехи» в учебе. Том не знал, что ответить на высказывание Дамблдора, а потому просто промолчал. — Скажи честно, мой мальчик, — Риддл скривился в отвращении. Он терпеть не мог, когда директор обращался к нему подобным образом, — есть, что тебя беспокоит? — Абсолютно ничего, директор, — отмахнулся Том, прекрасно зная, что в это никто не поверит. — Ох, Том! — горестно вздохнул Гораций. Он был так разочарован нынешним состоянием Тома. Уже около месяца его любимый ученик совершенно не слушает и не отвечает на уроках. Декан даже не помнит, когда в последний раз тот улыбался, — почему же ты не хочешь нам рассказывать? Уверяю тебя, мой мальчик, мы обязательно поможем тебе уладить твои проблемы, что бы у тебя там не случилось, — предлагал помощь Слизнорт. Но Тому она была не нужна. — У меня нет никаких проблем, профессор, — продолжал он настаивать. Но тут вмешалась Минерва. — Прекратите отмазываться, мистер Риддл, мы все прекрасно видим, что Вы не в порядке и Вам требуется медицинская помощь. Том дернулся, как от пощечины. «Не в порядке». Он не в порядке. Он не в порядке. Они только что сказали, что он не в порядке? Это ли не намек на то, что его считают сумасшедшим? Паранойя Тома продолжала бы набирать обороты, если бы голос директора не прервал его хаотичные мысли. — Мы прекрасно понимаем, что ты не хочешь говорить нам о том, что у тебя случилось, Том. Но тебе вовсе необязательно скрывать это от своих друзей. Если ты не хочешь, чтобы мы тебе помогали, то расскажи хотя бы своим друзьям, что с тобой происходит. Они и все мы очень беспокоимся за тебя, Том. Риддл не верил ни единому слову. Они хотят помочь? Это звучит настолько глупо, что Том даже не станет смеяться над этим. — Со мной всё в порядке, директор Дамблдор, уверяю вас, — Минерва поджала губы, а Слизнорт снова тяжело вздохнул, — я просто в последнее время не совсем высыпаюсь, — в итоге признался он, но не то, чтобы эта информация показалась им хоть как-то полезной. Но Альбус нахмурился. — Ты плохо спишь? — поинтересовался он. И Том понял, что всё-таки сказанул лишнего. Ему стоило просто молчать. Риддл не ответил и нервно перевел взгляд. Он ужасно утомился за этот день. Да и все предыдущие дни он тоже уставал довольно быстро, что, впрочем, было совсем неудивительно. — Мы можем обратиться к мадам, Помфри, чтобы она дала тебе небольшую порцию Зелья Сна Без Сновидений, чтобы ты мог лучше спать, — на это предложение глаза Тома предвкушающе загорелись. Как он не догадался об этом сам? Это же было очевидно! — Пожалуй, я приму Ваше предложение, профессор, — согласился он, внезапно почувствовав приток сил. Альбус довольно улыбнулся.