Дневник усопшего

Я… я так привык всех их удивлять, что это уже смешно. Каждый раз меня мучал лишь один вопрос: не перестарался ли я? И ведь пугал меня не сам факт того, что я сделал что-то лишнее, когда можно было обойтись и малым; Как не пугал и факт того, что я слишком часто делал что-то резкое и громкое, достаточно сытное. Меня пугал факт того, что люди могут переесть. Они привыкнут к этому так же, как привыкают к обычной еде. Даже чёрная икра в большом количестве будет ощущаться не деликатесом, а чем-то обычным, уже привычным и даже успевшим надоесть… и именно поэтому, деликатесы принято давать небольшими порциями — лишь для того, чтобы распробовать всю необычность его вкусов и в тоже время не привыкнуть к нему, как к обычному хлебу с маслом. Я этого делать не умел. Если я решил удивить толпу, то пытался выдавливать их восклики до самой последней капли. Да, я тот жадный человек, что тупой стороной ножа выдавливает остатки майонеза из пачки. И тем самым, часто эту пачку рвал. Мои тёмные делишки — яркие делишки. Моя мерзкая тьма порождала свет фотокамер, прожекторов вертолётов и сми. Я игрался с ними, вплёскивая новую дозу… адреналина в их неокрепшие умы. В своей белой и начисто вылезаной маске неуловимого убийцы, я родил новый долгострой на просторах интернета и телевидения — бесконечное шоу, где бравые ребята пытались поймать опасного преступника. Но, я каждый раз убегал. В своей угрюмой маске, цвета белого воска. Её неестественная трупность, наоборот, оживляла всё вокруг. Люди в городе суетились, бегали, гадали, пытались выдумывать свои версии, даже вести свои расследование. И какой же смех — сами становились уЧАСТЬниками моего шоу. Где-то могла лежать их голова, где-то руки… но я каждый раз выкобенивался, пытаясь придумать что-то новое с этим. Необычное. И, кажется, всегда попадал в точку. Каждый стал одержим не мной, а маской — им хотелось сорвать её, словно кожу. Может быть они думали, что тем самым убьют меня? Или сделают не богом, а простым смертным? Но, разве я позволю им это сделать? Конечно же нет… я так умело скрываюсь от их фанатичных попыток схватить меня за лицо, увидеть мою душу, мою обычную внешность… но, я не хочу, чтобы они разочаровывались. Я хочу быть их двигателем, их колесом. Я хочу дарить кипящую жизнь в этот город, тем, что её забираю. Я так сроднился со своим образом, что отдавать часть своего лица мне так же жалко, как отдать свою квартиру и машину. Если они сорвут с меня маску, то только лишат себя мотивации двигаться вперёд, как и почувствуют себя обманутыми. Вместо ужасного существа, за пределами папье-маше, они увидят осунувшееся и уставшее лицо морщинистого мужика за тридцать. Такого же, как они… унылого, серого, скучного и неинтересного. Желающего себе определённого сюжета в жизни. И это им подарит лишь одну мысль: убийцей может стать каждый второй, даже я… но буду ли я тогда индивидуален? Думаю нет. Даже я не имею индивидуальности в своих зверствах. Я это понимаю, а люди в округе, не очень… может, мне их немного жаль? И лишь поэтому я всё так же усердно дразню их, как тревожных хомячков в клетке?