Счастье было так близко...

На улице стояла жаркая, удушающая погода. Прогнозы на это лето не менялись изо дня в день. Это и радовало людей и одновременно опечаливало, так как солнечные лучи надоедливо прожигали тело, от чего вещи неприятно намокали, испуская не самые приятные запахи. Удивительно, но именно в этот день, к вечеру, погода ожидалась чуть прохладней. Чимин нехотя встал с дивана и отправился на кухню за стаканом охлаждающей воды. Родителей дома не было, да и не должно было быть ещё несколько дней, так как те благополучно уехали к тётушке отдохнуть. Внезапно по комнате раздалась тонкая трель звонка мобильного. Можно было бы возмутиться: «Кто это звонит в такой-то час?!», но оказалось, что времени было уже пять часов вечера, просто из-за солнца этого было не видно... — Алло? — парень поднял трубку телефона, откинув назад локоны пышных рыжих волос. — Хэй, принцесса, ты до сих пор спишь?? — раздался до боли знакомый голос, от чего омега выпрямился по струнке и сразу же заулыбался. — Я же просил так не называть меня... — тихо отвечает он, жутко краснея. — Даже сейчас я чувствую что ты покраснел, ведь так, Минни? — Атцтань, дурак, — буркнул рыжик, а после вновь расплылся в улыбке. — Ну так, чего звонишь? Неужели господину Чону, есть время до обычной служанки?? — Ой-ой, посмотрите как запел, — фыркнул Чон, после чего оба залились смехом. — Я вот что звоню. Не хочет ли моя принцесса быть украденной из замка? — Хм... Ну смотря куда, — ехидно протянул парень, хотя уже знал, что с Гуком он был готов поехать в любую задницу Земли. — Я просто хочу выкрасть тебя и отвести в парк, а там может быть и в кофейню. Ммммм... Звучит заманчиво, неправда ли? А хочешь добью? Знаю, что хочешь, — звучит очень коварно. — Пломбирное мороженое с двумя шариками любого вкуса, с тёплым и таким жидким тёмным шоколадом и всё это за мой счёт... — это было сказано очень томно и пошло, как может только Чон, отчего омежка уже просто расплывалась на полу. — Дааааааааааа, я согласен на всё!! Только забери меня, забери! — визжит Пак в трубку, прыгая на носочках. — Хорошо, дорогуша, я уже бегу к твоему дому. У тебя есть 15 минут на сборы, а после я беру тебя в любом виде. И я далеко не шучу, — а после раздаётся нежнейший смех и какое-то подобие на ухмылку. Так у Пака и состоялось первое в его жизни настоящее свидание. На котором он выглядел самым что ни на есть прекрасным образом. Ведь рыжие тени и маленькие стрелочки вкупе с обтягивающими чёрными джинсами никого не оставили без внимания. Знаю, тут можно было бы углубиться в подробности и рассказать как бились в унисон сердца двух друзей. Можно уточнить, что гуляли они в ночном парке, под лиричную песню стрекота из свежей травы, под шум деревьев, а главное под широким звёздным небом, которое втягивало в свои бездонные дали. Да только всё это забылось, как самый дерьмовый день в истории. Спросите почему? А всё очень просто... Ночью того же дня, лёжа где-то в глубинах парка на траве, Пак наконец осмелился посмотреть в глубокие кофейные глаза. Они затянули его в бездну, отчего оба, по зову диких сердец, поддались навстречу друг другу. Их губы наконец соприкоснулись. Сразу чувствовалось, что у Чимина это было впервые, поэтому Чон начал вести в этом танце. Их языки впервые соприкоснулись, а сильные пальцы альфы вплелись в рыжие корни волос. Так они и продолжали любоваться друг другом до самого рассвета, а утром расстались. В этот день оба не смогли больше уснуть, но и писать друг другу они тоже не стали. Да, после Гук и дальше стал клеиться к невинной омеге, да вот только они никогда не поднимали тему отношений. Нет, вы правильно поняли, они не были парой. Может запутавшимися подростками? Да, это уже звучит правдоподобнее. Вот только от этой неясности тяжело было обоим. И казалось бы, в чём проблема просто поговорить? На этот вопрос у меня не может быть ответа, так как у каждого из них были свои бесконечные думы, которые привели к тому дню, когда где-то в мире, на детской площадке, произошёл нервный срыв. В тот день сердце омеги залилось чёрной тушью, упало в бездну бензина и отравилось, закрывшись от мира на долгие месяцы скитаний.