Гарри, который Волдеморт

Сколько Гарри себя помнил, а это примерно лет с двух-трёх, он был не один. ИХ было двое. Младший, которого было много, и Старший, которого было меньше. Объяснить это словами было трудно, да и, по правде, некому. Младшему было столько лет, сколько и телу, он был ребенком — слабым, иногда капризным и непослушным, а Старший был взрослее и опытнее, он-то и помогал ИМ прятаться от кузена Дадли и избегать наказаний у тётушки Пет. Гарри был сиротой и семья тётушки была его единственной родней. О его родителях говорить в семье тётушки было не принято, та словно каменела, когда он спрашивал о родителях. Единственное, что он знал — его мама и тётушка были родными сестрами, а родители погибли в автокатастрофе. Кузен гонял Гарри почём зря, дядя откровенно недолюбливал, тётушка внимания почти не обращала, и Старший стал для Младшего настоящей семьёй, заменив ему и родителей и брата. Однажды шестилетний Гарри, расстроенный нападками кузена и равнодушием тёти и дяди, в сердцах бросил: — Лучше бы меня сдали в приют! — Нет, не лучше, — возразил ему Старший и показал картинку — унылое серое здание, унылые бледные дети в унылой серой одежде, маленькие порции еды, холод и сырость неотапливаемых комнат… — Что это? — удивился и испугался Младший. — Приют, — мысленно пожал плечами Старший. — Тебе ещё повезло, тебя одевают, пусть в поношенное, но вполне приличное (одежду Гарри донашивал за кузеном, вещи тому покупали не дешёвые, но он быстро из них вырастал, рвал или ему надоедало что-то носить), кормят (самые вкусные кусочки доставались, разумеется, Дадли, но тетя любила и умела готовить, ей нравилось баловать семью чем-нибудь вкусненьким, перепадало и Гарри), и комната у тебя своя, пусть это и бывший чуланчик под лестницей, но зато тебя никто не беспокоит. — Работать заставляют, — насупился Гарри. — Пф…тоже мне, — фыркнул Старший, — домашняя работа — просто отдых. — Дадли же не заставляют, — продолжал упрямится Гарри. — Ему же хуже! — отрезал Старший. — Почему? — опешил Гарри. — Вырастет лентяем, жирдяем и неумехой. Возражений у Младшего не нашлось. В младшей школе Дадли нашёл себе дружков-подпевал, и гонял Гарри уже компанией. Гарри научился быстро бегать, ловко уворачиваться и тщательно скрывать последствия столкновений с бандой Дадли (к счастью, довольно редких). Учиться в школе было интересно, Младший был любопытен, а Старший обладал фотографической памятью. И довольно часто Гарри скрывался в школьной библиотеке от Дадли с дружками — это было последнее место, куда они могли бы заглянуть. На свое восьмилетие Гарри получил в подарок пару носков и стойку-вешалку для одежды. Не сравнить с Днём Рождения Дадли, которого просто завалили подарками. Младший обидчиво похлюпал носом, тогда Старший вновь показал ему сценку из приюта — где на Дни рождения полагалась простая булочка, стакан холодного молока и пара карамелек. — А тебе тетушка испекла пирог с патокой. — Почему это мне? — А кроме тебя эту сладкую пакость никто не ест. — Вот ещё! — повеселел Младший. — Дадли ест. — Не считается — он всё ест, обжорка. На дворе стояло лето, каникулы, и Гарри старался всё время проводить на улице, бегая от Дадли с дружками (сочетая приятное с полезным, как любил повторять Старший, добавляя: «Тебе приятно, а Дадли — полезно»), или в тишине школьной библиотеки, где Старший выискивал самые интересные книжки: про приключения и путешествия, про устройство всего на свете, про другие страны и континенты. И однажды, возвращаясь из библиотеки домой, Гарри столкнулся с Дадли и его дружками. Пришлось резво броситься прочь. Перебегая дорогу, Гарри оглянулся посмотреть, не догоняют ли его. Чей-то отчаянный крик… Удар… И темнота… *** О том, что случилось, Петуния узнала от соседки справа. — Петти, быстрее, там на дороге сбили твоего мальчишку, Гарри! Петуния в фартучке рванула к трассе. Первое, что увидела Петуния, как бросился к ней зареванный Дадлик. Икая, всхлипывая и подвывая он мог только твердить: «Там… Гарри…машина… Я не хотел!!!» Обняв сына, Петуния прошла дальше. Стояла машина реанимации, полицейская и небольшой грузовичок, вокруг толпились случайные прохожие. — Да пацан сам выскочил на дорогу! Я и сделать-то ничего не успел! - объяснял полицейскому коренастый мужчина в комбинезоне, видимо водитель грузовичка, сбившего Гарри. Санитары как раз задвигали носилки в машину. — Я тётя мальчика и его опекун, — сказала Петуния, — как он? — Неважно. Серьезное сотрясение мозга, мы повезём его в Центральный госпиталь, возьмите все документы и подъезжайте. Высокий усталый мужчина в белом халате залез внутрь следом за носилками. Стоявший рядом мужчина, которого Петуния не заметила, захлопнул дверь, бросился к водительскому месту и машина резко стартанула, включив тревожный сигнал. К Петунии подошёл полицейский. Хорошо, что копы любезно подвезли Петунию и Дадли до дома. Посмотрев все документы и переписав данные и телефоны для связи, они попрощались. Побросав документы в сумку, и сняв наконец-то фартук, Петуния вызвала такси. — Мам, я с тобой! — плаксиво заканючил Дадли. — Иди умойся, — рассмотрела Петуния зареванную и чумазую мордашку сына, — быстрее, такси уже едет. Дадли умчался в ванную и через три минуты умытый и причесанный сбежал вниз. *** В больнице пахло лекарствами, отчаяньем и надеждой. Гарри поместили в реанимацию. Как объяснил Петунии врач, мальчик находится в коме, сейчас они отслеживают его состояние, сотрясение мозга серьезное, но они надеются избежать операции — лишь бы не развился отёк головного мозга. Пока увидеть ребенка нельзя — первые дни самые тяжёлые, но возможно дня через три, когда состояние стабилизируется. Доктор ещё раз записал телефон для связи, пообещав тут же сообщить о любых изменениях, и посоветовал ехать домой. Возвращались домой в молчании, только у самого дома Дадли спросил: — Мам, а что будет с Гарри? Он поправится? — Надеюсь, сынок. Дадли всхлипнул. О случившемся Вернон узнал вечером дома — Петуния просто забыла ему позвонить, не до того было. Вернон был потрясён, и вдруг задумался о своём отношении к Гарри — парнишка его раздражал своей «ненормальностью», с ним постоянно случались какие-то странности, и они с Петти до ужаса боялись, что вскроется правда о родителях мальчишки. Теперь-то он понял, что мальчик ни в чём не виноват, он «таким» родился, и глупо было считать, что он может стать другим. В «том» мире он лишился родителей, и его просто выкинули к ним на порог, как ненужного щенка. В этом мире они так и не стали для него семьёй, но ещё есть возможность всё исправить — главное, чтобы он выжил. *** Петуния тоже пересмотрела своё отношение к племяннику и ужаснулась. Она была холодна с ним, подсознательно виня его в смерти сестры. Но он-то всего лишь ребёнок, и ни в чём не виноват. Это всё чёртовы маги, сначала рассорившие её с сестрой, затем убившие её. Но ничего, она всё исправит, лишь бы Гарри поправился и вернулся к ним. *** Петуния затеяла ремонт в маленькой комнате, которую раньше использовали как склад сломанных игрушек Дадли. Дадли мужественно сгреб в мусорные мешки весь свой хлам и оттащил его на помойку. Недорогие, спокойной расцветки обои, светильник и прикроватный коврик оживили комнатку. Вернон съездил на распродажу в мебельный магазин и привез кровать, письменный стол, небольшой шкаф для одежды, стул и настенную полку для книг. Гарри ждали домой и очень надеялись на чудо, пожалуй впервые в жизни.