Гарри, который Волдеморт

Мантию-невидимку Гарри спрятал в гоблинский кошель и всегда носил с собой. Уизел-младший подозрительно косился на него, но молчал. Из чего Гарри сделал вывод, что о мантии тот осведомлён. Но на третий день Уизел всё-таки не выдержал и спросил: — Гарри, был же ещё какой-то подарок, от кого? Покажешь? — Это не подарок, а возврат старого долга. И нет, не покажу, это личное. Теперь в башне Гарри появлялся только перед сном, а в Большой зал являлся исключительно поесть. Всё остальное время он проводил в       Комнате-по-требованию, убираясь и читая копии книг из Запретной Секции по рекомендациям Тома. Как уже успел понять Гарри — родовой дар Поттеров — артефакторика и чары. По этим направлениям он и читал. Все каникулы. С утра до вечера. *** Каникулы как-то вдруг закончились, и студенты вернулись в Замок — опять началась учеба. Гарри на уроках предпочитал отмалчиваться, но его эссе, как всегда, были на высоте. Претензии преподавателей вызывал лишь подбор дополнительной литературы. — Мистер Поттер! Задержитесь! Макгонагалл задержала его после своего урока. И, дождавшись, пока остальные покинут класс, высказала свои претензии: — Это недопустимо! Вы должны следовать рекомендованному преподавателем списку литературы, он составлен согласно Вашего возраста и уровня знаний! Вот именно уровень знаний Гарри и смущал. Если верить воспоминаниям Тома в бытность студентом, то программа была куда сложнее и глубже. Эссе измерялись не длиной, а качеством исполнения и подбора дополнительной литературы. Гарри равнодушно пожал плечами и стал делать как велено — но все интересные находки перекочевали в его блокнот «HÓMO MAGICUS». И лишь Снейп буравил его недовольным взглядом при каждой сдаче домашнего задания, но молчал. *** Как-то резко активизировались близнецы — на каникулах они облазили весь Замок и прокрались в Запретный коридор, где и «познакомились» с трехголовым псом. Еле сбежали, но пришли в восторг. И стали агитировать соучеников на экскурсию. Гарри тоже предлагали, но на все попытки близнецов затащить его в Коридор, он отвечал неизменным отказом. К счастью, преподаватели буквально завалили их домашними заданиями, и можно было отговориться занятостью. Пасхальные каникулы, по сравнению с рождественскими, были короче, но Гарри с Невиллом провёл их точно так же. Как и полагается примерной девочке-отличнице, Грейнджер составила расписание подготовки к экзаменам и рвалась помогать всем и каждому, кто попросит помощи. Гарри и Невилл справлялись сами, Уизелу-младшему было плевать. Но желающие нашлись, и теперь Грейнджер, Дин, Симус и Лаванда Браун проводили вечера вместе за кипами учебников и книг дополнительной литературы. Гарри и Невилл стали проводить гораздо больше времени в Комнате, не только повторяя пройденное, но и изучая новое. Впрочем, и в библиотеке они иногда появлялись. *** Гарри с тоской уставился в окно библиотеки — сегодня впервые за несколько недель выдался по настоящему теплый денёк. Небо было ясным и ярко-голубым, а в воздухе витало предчувствие лета. Невилл, листавший пособие «Тысяча волшебных растений и грибов», оторвал взгляд от страниц и неожиданно громко воскликнул: — Хагрид! Что ты здесь делаешь?! Хагрид попытался спрятаться от них за полками, но поняв, что его увидели, вышел к ним. Близко не подходил, а руки держал за спиной, словно что-то прятал. И был совершенно не рад встрече. — Дык я так… э-э… посмотреть зашёл, — пробасил Хагрид, отводя взгляд. — Гарри, зайдёшь вечерком на чаёк, покажу чегой-то? — Я с Невиллом приду, — согласился Гарри. «Рыжий и сам прицепится». Хагрид согласно угукнул и вынесся из библиотеки. — Интересно, что он там прятал за спиной? Пойду посмотрю, в какой секции он был. Невилл явно устал от занятий. Через пару минут он вернулся со стопкой книг в руках. — Драконы! Вот: «Разновидности драконов, обитающих в Великобритании и Северной Ирландии», «Пособие по разведению драконов: от яйца до адского чудовища» и тому подобное. — Но это незаконно! Разведение драконов запрещено Конвенцией магов от 1709 года, это общеизвестно. В Британии же нет драконов? — с надеждой спросил Гарри. — Разумеется есть. Обыкновенные валлийские зеленые и черные гебридские. Министерство магии массу сил тратит на то, чтобы спрятать их от маглов. — Интересно, что же задумал Хагрид? — предвкушающе заметил Гарри. Вечером они с Невиллом направились к хижине Хагрида, и к ним действительно прицепился Уизел-младший. Прогонять его не стали, так было даже интереснее. Странно, но занавески на окнах хижины были задёрнуты, а Хагрид впустил их, только убедившись, что это они. И тут же закрыл за ними дверь. Внутри было довольно жарко — несмотря на то, что на улице было тепло, в камине горел огонь. — Слушай, Хагрид, может, откроем окно? Тут у тебя задохнуться можно… — Извини, Гарри, нельзя, — торопливо ответил Хагрид и так явно покосился на горевший в камине огонь, что Гарри, поймав его взгляд, тоже заглянул в камин. — Хагрид! Что это?! В пламени, под висящим над огнём чайником, лежало огромное черное яйцо. — А… это… — Хагрид смущённо потеребил бороду. — Ну… это… — Откуда оно, Хагрид? Оно же стоит целое состояние, — заглянули в камин и Невилл с Уизли. — Да выиграл я его… Вчера вечером и выиграл. Пошел в деревню… ну… выпить… А тут парень какой-то… в картишки перекинуться предложил… Хотя, по правде, он… э-э… даже рад был яйцо проиграть, видать, сам не знал, куда его девать-от. — А что ты будешь делать, когда из него вылупится дракон?! — возопил Уизел-младший. — Ну, я тут прочёл кой-чего, — Хагрид вытащил из-под подушки толстенную книгу. — Вот, в библиотеке взял, «Разведение драконов для удовольствия и выгоды». Старовата малость, но там всё есть. Яйцо в огне держать надо, во как! А когда оно… ну… вылупится, надо ему раз в полчаса ковшик цыплячьей крови давать и… э-э… бренди еще туда доливать. А вона смотрите — это как яйца распознавать. У меня — норвежского горбатого, редкая штука. Хагрид явно был счастлив, но Гарри с Невиллом его восторгов не разделяли. — Хагрид, ты живёшь в деревянном доме!!! *** Спустя пару недель на очередном завтраке Хедвиг принесла Гарри записку от Хагрида. В записке было всего два слова: «Он вылупляется». После занятий Гарри с Невиллом и Уизел-младший торопливо бросились к опушке Леса. — Он почти вылез! —возбужденно прошептал Хагрид, затаскивая их внутрь. Яйцо в глубоких трещинах лежало на столе. Внутри что-то двигалось, постукивая по скорлупе. Они придвинули стулья к столу и сели, затаив дыхание. Внезапно раздался треск, яйцо развалилось пополам и на стол выпал маленький дракончик. Его нельзя было назвать красивым — он был тощенький, топорщащиеся на спине крылышки казались слишком большими для такого тела. Мордочка дракончика была длинная, с широкими ноздрями, с бугорками пробивающихся рогов и выпученными оранжевыми глазищами. — Ну разве не красавчик?! — проворковал Хагрид, вытягивая руку, чтобы погладить детёныша по голове. Дракончик рпспахнул пасть и лязгнул острыми клычками, пытаясь ухватить Хагрида за палец. — Хагрид, а как быстро растут драконы? — озадачился Гарри. Хагрид открыл было рот, чтобы ответить, но внезапно побледнел и, вскочив на ноги, метнулся к окну. — Там в окно-от заглянул кто-то, паренёк белобрысый. Гарри выглянул следом: — Это Малфой! Интрига закручивалась и, по словам героини известной сказки, становилась всё страньше и страньше. *** Уизел-младший теперь каждый день пропадал у Хагрида, помогая кормить дракончика, которым был очарован. Звал с собой Гарри, но тот весьма успешно отнекивался. Впрочем в субботу они с Невиллом решили составить Уизелу компанию. За неделю дракончик стал раза в три крупнее. — Выпусти его на волю, — в который раз уговаривал Гарри. — Не могу. Он же кроха совсем. Он погибнет один. Хагрид влюблённо уставился на дракончика. — Он меня уже узнаёт… я имя ему придумал… смотрите вот. Норберт! Норберт! Где мамочка?! — Он рехнулся… Хагрид, — громко позвал Гарри. — Еще две недели, и Норберт не поместиться в твоей хижине! Хагрид закусил губу. — Я… Я ж понимаю, что оставить его здесь нельзя, но и бросить не смогу… Гарри вдруг резко повернулся к Рону. — Рон, ты что-то рассказывал про своего старшего брата, который в Румынии изучает драконов. Можно же отправить Норберта к нему! — Чарли! Гениально! — завопил Рон. — Как тебе идея, Хагрид?! Идея Хагриду не понравилась, но после долгих уговоров и убеждений он согласился, чтобы Рон написал брату. Малфой стал со значением посматривать на Гарри, впрочем нападки на Невилла прекратил. Гарри это устраивало, а что там себе надумал Малфойчик, его не волновало. Через неделю пришёл ответ от Чарльза Уизли, с которым Рональд их и ознакомил: «Привет, Рон! Я с радостью возьму норвежского горбатого дракона. Но доставить его сюда будет непросто. Лучше всего будет переслать его с моими друзьями, которые прилетят ко мне на следующей неделе. Проблема в том, что никто не должен видеть, как они перевозят дракона, — это незаконно. Будет идеально, если вы сможете принести дракона на самую высокую башню Хогвартса в полночь субботы. Тогда они успеют добраться до Румынии до утра. Пришли ответ, как можно скорее. Чарли». Гарри с Невиллом задумчиво переглянулись. — Придется рискнуть, — важно произнёс Уизел-младший. И со значением уставился на Гарри. «Что, ждёшь, что я сознаюсь в наличии мантии-невидимки? Не дождешься!» — Мы рисковать не будем, — отрезал он. — Хагрид взрослый и сам способен решать свои проблемы. Он вполне может сам отнести дракона на башню. Когда они подошли к хижине Хагрида, чтобы рассказать тому о предложении Чарли, тот даже не впустил их внутрь, а разговаривал с ними через окно. — Не пущу я вас… Норберт тут расшалился, — пояснил он. — Он же ещё ребёнок… Но ничего такого… уж я-то с ним справлюсь. «Ребенок» ударил хвостом в стену, и хижина заходила ходуном. Когда они шли обратно к замку, Гарри про себя подумал, что хорошо бы хижина уцелела до субботы. *** В пятницу дракончик умудрился укусить Уизела-младшего и к вечеру тот загремел в Больничное крыло с воспалившимся укусом. Как сообщил им чем-то довольный Уизли — мадам Помфри, медиведьма Больничного крыла, грозилась продержать его у себя не менее трёх дней. Когда вечером субботы Гарри с Невиллом заглянули к Хагриду, тот уже упаковал Норберта в огромный деревянный ящик. — Я там ему ещё крыс запихнул и бренди, чтоб не проголодался по пути. И плюшевого мишку положил, чтоб он по дороге не скучал, — срывающимся голосом выдавил из себя Хагрид. И выжидательно уставился на мальчишек. — Ну мы тогда пойдем, отбой скоро, — спокойно произнес Гарри и потянул за собой Нева. — Гарри-от, а ящик кто отнесёт на башню? — Так ты и отнесёшь, — Гарри выразительно пожал плечами. — Ты взрослый и сильный, и в Замок можешь приходить, тем более в полночь. И не слушая дальнейших возражений, Гарри с Невиллом весьма резво рванули к Замку. — Гарри, что это было? — притормозил Невилл в холле Замка. — А ты не понял? Нас хотели заставить нарушить правила, чтобы затем подловить. Поэтому мы быстренько идём в нашу Гостиную и ложимся спать. Они успели за полчаса до отбоя, и спокойно легли спать. И проблемы Хагрида их абсолютно не волновали. *** О том, что произошло ночью, Гарри и Невилл узнали утром. На завтраке Дамблдор величаво поднялся и потребовал тишины: — Прошлой ночью произошло вопиющее нарушение дисциплины: студент Слизерина Драко Малфой был пойман профессором Макгонагалл после отбоя у самой высокой замковой башни. Он утверждал, что Гарри Поттер пронесёт на башню дракона. Естественно, на башне и рядом никого не оказалось. И мистера Малфоя ждёт наказание. Мистер Поттер и мистер Лонгботтом, встаньте! Гарри с Невом недоуменно переглянулись, но встали. — Вы скормили Драко Малфою глупую историю про дракона, рассчитывая, что посреди ночи тот выйдет из спальни и наткнется на кого-то из преподавателей. Это недопустимо! А что касается Вас, мистер Поттер, я надеялся, что принадлежность к факультету Гриффиндор значит для Вас куда больше. Что ж, вы все трое будете наказаны. Кроме дисциплинарного наказания, вы получаете по тридцать штрафных очков каждый. Гарри тихо присвистнул, — гениально! — он, еще вчера бывший самым популярным учеником школы и всеобщим любимцем, в одно мгновение станет самым презираемым и ненавидимым. Теперь по плану Дамблдора он должен из кожи вон вылезти, чтобы заслужить прощение. Невилл дёрнулся, и Гарри толкнул его плечом: — Тихо, ты! Не ломай интригу! Ближе к вечеру они отправились к Хагриду, чтобы разузнать, что и как с драконом. По словам Хагрида, друзья Чарли оказались весёлыми парнями, тем не менее, пунктуальными и продуманными — они захватили с собой специальное крепление для транспортировки дракона на метлах. Вся операция по передаче Норберта заняла не более десяти минут. Хагрид переживал и маялся, Гарри заметил под столом огромную припотевшую бутыль с мутноватой жидкостью — явно что-то алкогольное. Поэтому, дёрнув Нева за рукав, он поспешил распрощаться с Хагридом. *** На следующее утро за завтраком Гарри и Невиллу принесли записки: «Для отбытия наказания будьте сегодня в одиннадцать часов вечера у выхода из школы. Там вас будет ждать мистер Филч. Проф. М. Макгонагалл». В одиннадцать вечера они спустились в Холл. Филч уже ждал их там вместе с Малфоем. — Идите за мной, — скомандовал Филч, зажигая лампу и выводя их на улицу, а затем по направлению к хижине Хагрида. Из ночной темноты к ним вышел Хагрид с огромным луком в руках, на его плече висел колчан со стрелами, а у ног крутился Клык. — Ну наконец-то, — произнес он. — Я уже жду. Как вы, Гарри, Невилл? — Я бы на твоём месте не был так дружелюбен, Хагрид. В конце концов, они наказаны. Я вернусь к рассвету… и заберу то, что от них останется, — крайне зловеще произнес Филч и пошёл обратно к замку, помахивая лампой. Малфой, проводив его полным испуга взглядом, повернулся к Хагриду. — Я в Лес не пойду, — заявил он. — Пойдёшь, если не хочешь, чтобы из школы выгнали. Нашкодил, так теперь плати за это, — сурово отрезал Хагрид. — Но так нельзя наказывать… мы ведь школьники, — продолжал протестовать Малфой.—Я думал, нас заставят написать какой-нибудь текст или что-то в этом роде. Если мой отец узнает, он… — Он скажет тебе, что в Хогвартсе надо делать то, что велят… Тексты он писать собрался! А кому от того польза? Ты чегой-то полезное теперь сделать должен — или выметайся отсюдова. Ну давай, чего стоишь? Малфой не двинулся с места. Он бросил на Хагрида яростный взгляд, но тут же отвел глаза. — Значит, с этим закончили, — подытожил Хагрид. — А теперь слушайте, да внимательно, потому как опасно это — то, что нам сегодня сделать надо. За мной! Хагрид подвел их к Лесу и, высоко подняв над головой лампу, указал на узкую тропинку, терявшуюся среди деревьев. — Вона видите… пятна на земле видите? Серебряные такие, светящиеся? Это кровь единорога, так-то. Где-то там единорог бродит, раненный. Уже второй за неделю. Я в среду одного нашел, мертвого. А этот жив ещё, и надо нам его найти. Помочь или добить, если чо… — А если то, что ранило единорога, найдет нас? — весьма здраво поинтересовался Малфой, не в силах скрыть охвативший его ужас. — Нет в лесу никого, кто б вам зло причинил, ежли вы со мной да с Клыком, — пафосно заверил Хагрид. — С тропинки не сходите — и нормально всё будет. Сейчас разделимся и по следам пойдем… в разные стороны, потому как… ну… много следов-то. И кровь всюду. Он со вчерашней ночи тут шатается, единорог-то… а может, и с позавчерашней. — Я хочу вести собаку! — быстро заявил Малфой, глядя на внушительные собачьи клыки. — Хорошо, но псина-то трусливая, — пожал плечами Хагрид. — Значитца, Гарри и Невилл со мной пойдут, а ты, Малфой с Клыком будешь. Ежли кто находит единорога, зеленые искры посылает, ясно? Попробуйте прям щас… ага, вот так. А ежли кто в беду попадёт, тогда красные искры, я сразу на помощь приду. Ну все, осторожнее… а сейчас пора нам. В лесу царили тьма и тишина. Вскоре тропа разделилась, и Гарри, Невилл и Хагрид пошли налево, а Драко с Клыком двинулись направо. Они шли абсолютно молча, внимательно глядя под ноги. Лунный свет сквозь кроны деревьев освещал пятна голубовато-серебристой крови на опавшей листве. Хагрид был чем-то очень озабочен. — Никак не пойму, кто такое мог сотворить, и не слышал никогда, чтоб кто-то единорога убил. Они прошли мимо поросшего мхом пня, где-то поблизости журчал ручей. На извилистой тропинке то тут, то там виднелись пятна крови. — Не волнуйтесь, найдем мы его… не мог он с такой-то раной далеко уйти. БЫСТРО ЗА ДЕРЕВО, ОБА! Хагрид схватил в охапку Гарри и Невилла и, сойдя с тропинки, поставил под высоченный дуб. А сам натянул тетиву лука, готовясь выстрелить. Вокруг стояла абсолютная тишина, но постепенно послышались какие-то странные звуки — словно кто-то крался к ним, шурша по опавшей листве. Хагрид уставился туда, откуда доносился звук, но через какое-то время всё стихло. — Так я и знал, — пробормотал Хагрид. — Бродит тут кое-кто, кому здесь не место. Ладно, пошли за мной, и потише. Давайте. Они тихо двинулись дальше, вслушиваясь тишину. И вдруг уловили какое-то движение на видневшейся впереди опушке. — Кто? — окликнул Хагрид. — Покажись — или стрелять буду! Из темноты вышло нечто непонятное — до пояса это был человек с рыжими волосами и бородой, но от пояса начиналось лоснящееся, каштановое лошадиное тело с длинным рыжеватым хвостом. Гарри и Невилл от удивления раскрыли рты. — А, это ты, Ронан. Как дела-то? Хагрид подошел к существу и пожал ему руку. —Добрый вечер, Хагрид, — печально приветствовал его Ронан. — Ты хотел меня убить? — Да нет… я ж не знал, что это ты, а сейчас… ну, особо осторожным надо быть… Что-то плохое по этому лесу бродит. Да, забыл совсем… это школьники наши, из Хогвартса. А это Ронан, кентавр. — Добрый вечер, школьники, — обратился к ним Ронан. — И много вы уже выучили в школе? Похоже, вопрос был риторическим, поскольку затем он вздохнул, откинул голову и уставился в небо. — Марс сегодня очень яркий. — Ага, — согласился Хагрид, тоже посмотрев вверх. — Слушай, Ронан, я даже рад, что мы тебя встретили. Мы тут единорога ищем раненого, ты не видел ничего? Ронан медлил с ответом. Какое-то время он, не мигая, смотрел в небо, а потом снова вздохнул. — Всегда первыми жертвами становятся невинные… Так было много раньше, так происходит и сейчас. — Ага… Так ты видел чего, а, Ронан? Необычное чего-то? — Марс сегодня очень яркий, — повторил Ронан, словно не замечая нетерпеливого взгляда Хагрида. — Необычайно яркий. — Да слышали мы уже про Марс-то, —сердито проворчал Хагрид. — Лады, ежли чего, мне сообщите. Ну все, пошли мы. Гарри и Невилл двинулись за ним, оглядываясь на кентавра, пока не потеряли его из виду. — Ну никогда кентавры эти напрямую ничего не ответят… Звездочеты мордредовы! Если что поближе луны находится, это им уже неинтересно. Они шли сквозь заросли. Гарри нервно оглядывался, у него было неприятное чувство, что за ними следят. И тут Невилл резко схватил Хагрида за руку. — Хагрид! Красные искры, они в опасности! — Здесь ждите! И с тропинки ни шагу! И Хагрид ломанулся сквозь заросли. А потом снова наступила тишина, лишь листья шелестели вокруг. Гарри и Невилл стояли и смотрели друг на друга. — Думаешь, они попали в беду? Малфоя мне не жалко, а вот Клык… Время словно застыло — минуты тянулись, как часы. А в голове вертелось два вопроса: что произошло с Драко и почему так долго нет Хагрида? Вскоре громкий треск оповестил о появлении Хагрида — Малфой и Клык шли за ним. Оказалось, Малфою просто стало страшно. — Так… по-другому разделимся — Невилл со мной пойдёт, а ты, Гарри, бери Клыка и этого идиота. Так что Гарри пошел с Клыком и Малфоем. Они уходили все глубже в Лес, и где-то через полчаса деревья окончательно преградили им путь. Казалось, что пятен крови тут больше — все корни деревьев были забрызганы кровью, словно несчастное создание металось здесь, обезумев от боли. Сквозь толстые ветви стоявшего перед ними древнего дуба Гарри разглядел поляну. — Смотри, — произнес он показывая на блеск, исходивший от земли. Они пролезли между ветвями дуба и вышли на поляну. В нескольких метрах от них лежал мёртвый единорог. У единорога были длинные стройные ноги и жемчужного цвета грива. Гарри шагнул ближе и вдруг замер, услышав шорох. Кусты на другом конце поляны зашевелились, и из мрака выступила фигура в длинном балахоне с наброшенным на голову капюшоном. Фигура в балахоне, никого не замечая, подкралась к мертвому животному, опустилась на колени и, склонившись над огромной рваной раной в его боку, начала пить его кровь. — А-А-А-А-А! Малфой с диким криком бросился прочь, а следом за ним помчался трусливый Клык. Фигура в балахоне подняла голову и уставилась на Гарри, с невидимого лица на балахон капала кровь. Потом фигура поднялась с земли и сделала несколько быстрых шагов к Гарри. А Гарри от испуга не мог даже пошевелиться. Вдруг его голову пронзила острая боль, словно шрам на лбу вспыхнул. Гарри попятился назад. Внезапно позади раздался стук копыт, и что-то огромное пронеслось мимо него к фигуре в балахоне. Через минуту или две боль в шраме прошла так же внезапно, как и появилась. Когда Гарри поднял голову, фигуры в балахоне на поляне уже не было, а над ним стоял кентавр. Помоложе, с белокурыми волосами и белым телом в черных пятнах. — Вы в порядке? — спросил кентавр. — Да, спасибо, — неуверенно пробормотал Гарри. — А что это было? Кентавр уставился на Гарри своими пронзительно-синими глазами, задержавшись на шраме, который, казалось, налился кровью и припух. — Гарри Поттер. Кентавр не спрашивал, он знал, кто перед ним. — Вам лучше вернуться к Хагриду. В лесу сейчас опасно, особенно для Вас. Вы умеете ездить верхом? Так будет быстрее. Я — Флоренц. Кентавр опустился на передние ноги, чтобы Гарри смог вскарабкаться на его спину. Флоренц поднялся на дыбы, и это произошло так внезапно, что Гарри пришлось вцепиться ему в плечи, чтобы удержаться, затем резко развернулся и рванул в чащу. Гарри с трудом удерживался на кентавре, но думал не о том, что может упасть, а о том, что происходит. — Так от кого Вы меня спасли? Флоренц перешел на шаг, но совсем не торопился отвечать на заданный вопрос. Он так долго молчал, что Гарри решил, что тот не хочет с ним говорить. Но когда они пробрались сквозь почти непроходимый участок Леса, Флоренц вдруг остановился. — Гарри Поттер, знаете, зачем нужна кровь единорога? — Н-нет… На уроках мы используем только толченый рог и волосы из хвоста. — Это потому, что убийство единорога считается чудовищным преступлением… Лишь тот, кому уже нечего терять, способен на такое… Кровь единорога спасает жизнь, даже на волоске от смерти… Но плата высока… Тот кто убьет такое прекрасное создание ради собственного спасения, с момента, как кровь единорога коснется его губ, будет проклят. — Но кто же решился на такое? Если цена жизни — проклятие, то уж лучше смерть, чем убийство единорога, так? — Так. Но разве Вы не знаете того, кто все эти годы цеплялся за жизнь, дожидаясь своего шанса?.. — Вы хотите сказать… Вы хотите сказать, это Вол… — Гарри, ты в порядке?! К ним со всех ног бежал Невилл, за ним, пыхтя, Хагрид. — Я в порядке. Единорог мертв, Хагрид, он лежит на поляне в чаще Леса. — Здесь мы расстанемся, теперь Вы в безопасности, — произнёс Флоренц, когда Хагрид бросился в чащу, чтобы лично увидеть единорога. Гарри соскользнул со спины кентавра. — Удачи, Гарри Поттер. Она Вам ещё понадобиться. Флоренц повернулся и исчез в Лесу, а Гарри уставился ему вслед. * * * Рон спал в Общей гостиной — похоже вернулся из Больничного крыла, ждал их возвращения и задремал. Гарри с Невиллом не стали его будить, слишком устали сами. Утром… всё утром…