Свет в темноте

— Я тоже л… — Т-с-с… — перебил девушку профессор, положив той палец на губы, — Ты уже говорила мне это. И смею предположить не раз. Я это чувствую. Гермиона улыбнулась. — Вы тот, кто спас мою душу, вы — мой свет в темноте. От этих слов у Снейпа закружилась голова. Он словно находился в своем самом лучшем сне. Он был одурманен девушкой, что стояла перед ним. Когда он смотрел в ее глаза, он забывал о страхе, о боли, о грусти. Он никогда еще не чувствовал того, что чувствовал сейчас — взаимная чистая и нежная любовь. Северус снова припал к мягким губам Грейнджер. Он схватился за талию девушки и сильно прижал ее к себе, словно боялся потерять. Мужчина почувствовал, как стало тесно у него в штанах. Гермиона тоже это ощутила своими бедрами. Она ухватилась рукой за ягодицу мужчины и сильно сжала. Мужчина, не ожидавший такого действия от скромной отличницы Грейнджер, от удивления отстранился и посмотрел на нее с недопониманием. — Вы же тоже этого хотите, профессор? — произнесла девушка шепотом, но этот шепот был настолько сладок и приятен, что не давал мужчине повода уйти, отказаться, как велит здравый смысл. Он тяжело вздохнул, погладил девушку по густым волосам, после указательным пальцем правой руки провел линию от шеи по позвоночнику. Гермиона почувствовала, как ее спина стала покрываться мурашками. Это заставило ее еще сильнее вжаться в возбужденную часть тела мужчины. — Что Вы со мной делаете? — произнесла она тихо, закрыв глаза. — Нас могут увидеть… — так же тихо ответил мужчина. Его голос казался самой искусной музыкой для ушей Грейнджер. Она приблизилась к его губам, чтобы снова ощутить их на своих, но Снейп чуть отпрянул, дразня девушку. — Гермиона… — тихо и возбужденно протянул он, кусая губами ее щеки, подбородок, но ни в коем случае не губы. Она с ума сходила от желания снова дотронуться до них, не сравнимых с самыми сильными в мире удовольствиями. Ей хотелось всегда чувствовать его рядом, всегда, всегда, всегда, и быть лишь с ним одним. — Я не отпущу тебя! Никогда… — Я знаю… — ответила Гермиона и снова сделала попытку словить губы мужчины, но тот не поддался и снова отдалился. — Мы не можем здесь, — прошептал Снейп и подарил Гермионе короткий, но такой трепетный и желанный, поцелуй. — Пока мы рядом, мы можем все! — ответила девушка и все-таки получила горячие губы мужчины, затянув их в страстный поцелуй. Внутри нее, словно взорвался вулкан и нежные чувства заполонили ее тело. Мужчина, уже полностью потеряв контроль, прислонил Гермиону к одной из колонн и завел ее руки над головой. Он навис над ней, опустив на ее хрупкое тело большую черную тень. Свободной рукой он гладил ее острый подбородок. — Плюс пятьдесят очков Слизерину, профессор! — произнесла девушка, на секунду оторвавшись от губ Снейпа. Она почувствовала, как профессор улыбнулся, не разорвав поцелуй. Грейнджер резко вытащила свои руки из крепкой хватки Снейпа и скинула с него черную мантию. За ней она начала расстегивать хорошо сидящий на профессоре сюртук. Северус оторвался от поцелуя и взглянул Гермионе в глаза. Он наклонил голову и приподнял брови. — Ты точно хочешь этого? — спросил он теплым тихим голосом. — Больше всего на свете! — ответила Грейнджер. Она не соврала мужчине, потому что любила его, потому что мечтала никогда никому его не отдавать и спрятать ото всех. Сердце Гермионы бешено стучалось, предвкушая то, что произойдет с минуты на минуту. Она хотела почувствовать мужчину, она хотела доверить себя ему, тем самым показать свои чувства, свою любовь. Она снова принялась раздевать мужчину. В это время тот поцелуями исследовал ее шею. Каждое прикосновение, даже самое легкое и недолгое, оставляло следы на ее коже. От каждого поцелуя девушка издавала тихий, но такой необходимый для слуха Снейпа, стон. Он положил руку на ягодицу девушки и легонько сжал ее. Девушка вскрикнула, но не от боли, а от удовольствия. Рубашка Северуса полетела на холодный каменный пол, оголив его сильное мужское тело. Его мощные плечи еще сильнее возбудили гриффиндорку. Она схватилась за руку Снейпа, что была у нее на ягодице и переместила себе на правую грудь. Мужчина отпрянул от шеи Гермионы и снова посмотрел той в глаза. Ему нравилось смотреть и тонуть в них, проникая с каждой секундой все глубже в ее душу, в ее сознание. Гермиона оттолкнула от себя Северуса, скинула мантию, за ней свитер и бюстгалтер. Оба они стояли друг перед другом с оголенным верхом и с изумлением наблюдали. Тело Снейпа пронизывали лучи солнца, пробиваясь через колонны. Про него нельзя было сказать — мужчина со слабым телосложением, ведь за его мантией, как оказалось, скрывалось такое красивое крепкое тело. На груди у Северуса Гермиона заметила небольшой шрам. Профессор увидел, что девушка остановила на нем свое внимание. — Не спрашивай меня о нем, пожалуйста… — сказал он грустным голосом. Когда-то в детстве обращенный в оборотня Римус Люпин напал на Северуса и нанёс удар по его груди. К счастью, Лунатика сумели вовремя оттащить от бедного слизеринца и сохранить ему жизнь. Снейп не хотел вспоминать то, как получил этот шрам. Грейнджер подошла к профессору и поцеловала его в ямку между ключицами, затем она поцеловала его грудь, живот, и опустилась на колени. — Гермиона, ты не долж… — пытался остановить девушку Снейп. — Т-с-с! — перебила она его и провела ладонью по бугру, выпирающему из тесных штанов профессора. Когда девушка сделала это, Северус испустил довольный стон. Это заставило Гермиону продолжить. Пряжка ремня щелкнула. Девушка стянула с мужчины штаны вместе с нижним бельем. Перед собой Гермиона увидела возбужденный орган мужчины. Она подняла взгляд вверх и встретилась с ним глазами. Глазами полными любви и неизвестности. Она никогда не делала ничего подобного и боялась сейчас облажаться перед мужчиной, но остановиться уже не могла. Грейнджер пальцами одной руки провела по всей его длине. От холодных, но чертовски приятных, прикосновений девушки, он откинул свою голову назад и закрыл глаза, чуть приоткрыв рот. Губы Грейнджер быстро оказались близко с ним. Очень медленно и аккуратно она коснулась его, вызвав у мужчины протяжный стон. Кончиком языка круговыми движениями Гермиона начала спускаться вниз. Мягкие, влажные, теплые губы девушки становились все ближе и ближе, и наконец коснулись этой гладкой теплой кожи на самом его кончике. Гермиона начала повторять этот цикл снова и снова, вызывая у мужчины волну удовольствия, словно самый сильнодействующий наркотик захватил в свою власть его организм. Не устояв на месте, Снейп впился в плечи девушки своими руками и выгнулся всем телом. Гермиона освободила орган мужчины и дорожкой из поцелуев снова достигла его губ. Северус целовал губы гриффиндорки сначала осторожно, а потом все более настойчиво. Он был безумно благодарен ей. Она смогла быть с ним, принять его характер, полюбить его. Она смогла то, что за тридцать восемь лет его жизни не смог никто. Гермиона все сильнее прижималась к мужчине, ощущая прикосновение твердого столбика у себя на бедрах. Не разрывая поцелуя, мужчина снял с девушки штаны и трусики. Северус расстелил свою мантию на полу и аккуратно положил девушку на спину. Его холодные пальцы коснулись поднятой диафрагмы, провели по животу, где рука мужчины невольно задержалась. Он почувствовал маленькую выемку, осторожно дотронулся до неё и замер около прижатых полусогнутых ног. Он невольно улыбнулся, когда заметил, как два карих глаза, обрамлённые густыми ресницами, следили за ним. Он довел руку до бедра девушки, а после поднял ее и обволок ее голову, снова затянув губы Грейнджер в поцелуе. Он развел ее бедра. Как только Северус дотронулся до ее возбужденной плоти, девушка разорвала поцелуй и издала стон. Снейп остановился, но девушка попросила его продолжать. Он начал медленно и постепенно входить в нее. Это было очень сложно, так как для Гермионы это был первый интимный опыт в ее жизни. Первый и самый незабываемый. «Какая же она нежная! Словно гренландская роза, что только что сорвали…», — подумал Северус. Он не мог поверить в то, что сейчас происходило. Он полностью отдался чувствам, и единственное что он хотел сейчас — это доставить девушке удовольствие. Он боялся навредить ее хрупкому телу, поэтому сначала был очень осторожен, словно в его власти сейчас находился самый тонкий, самый блестящий и самый прекрасный хрусталь в мире. Девушка вжалась в мантию, что лежала на полу и прикусила губу. Она не боялась того, что происходило, она наоборот хотела, чтобы это случилось и никогда не заканчивалось. Поначалу ей было больно, но она знала, что боль пройдет, что боль сменит наслаждение. Она ничуть не жалела о происходящем, так как знала, что отдала себя правильному, поистине любимому человеку. Снейп полностью вошел в нее и начал медленно качать бедрами вперед назад. Девушка была права. С каждым его движением ей становилось все более приятней, словно быстрый поезд уносил ее в дальние края, где она хотела прожить всю свою жизнь. Наслаждение медленно растекалось по ее телу, ударяя в мозг, заставляя очень громко стонать, доходя даже до крика. Мужчине было настолько приятно, что тот забылся и с медленного темпа перешёл на более быстрый. Он прикусил кожу на шее девушки, так как сам уже не мог сдерживать стоны. Через какое-то время он затянул ее губы в страстный поцелуй, проникая внутрь ее рта языком. Он поднял ее с пола и пристроил к колонне. Гермиона обвила его крепкое тело своими стройными ногами, а руками она вжалась в широкие плечи профессора. Сильными руками мужчина начал покачивать Гермиону вверх и вниз, проникая в нее все глубже и глубже. Грейнджер еще сильнее сдавила тело Снейпа своими ногами, но тот не обращал на это внимание. С приоткрытым ртом и сведенными веками, он, тяжело дыша, находился в полном экстазе, ощущая, будто он не на земле, а на небе, вдыхал приятный аромат лилий. Гермиона периодически открывала свои глаза и видела его лицо. Никогда она даже подумать не могла, что сможет довести профессора Снейпа до таких чувств, до такого состояния. С каждым толчком Гермиона издавала звуки все громче и громче. Удовольствие, что она получала, было несравнимо ни с чем. Ситуация окончательно добила мужчину и он, издав громкий стон, извергся внутрь Гермионы. Он всем телом вжался в Грейнджер, впечатывая ее в колонну. Все это время он тяжело дышал, а на лбу у него выступали капельки пота. Сейчас он и Гермиона находились в безумно приятной эйфории от всего испытанного и от чувств, что они ощущали по отношению друг к другу. Неизвестно сколько времени прошло, пока Северус не уложил гриффиндорку обратно на мантию. Сам же лег рядом с ней и посмотрел ей в глаза. Они проникали в душу друг друга, все больше открывая тёплые и приятные кусочки их сознания. — Я люблю Вас… — шепотом произнесла Грейнджер. Как же ей хотелось повторять это снова и снова, чтобы мужчина поверил ей, но тому было достаточно одного раза. Он поцеловал гриффиндорку в лоб. — Я тоже люблю Вас, мисс Грейнджер… — сказал он и закрыл глаза. Некоторое время они просто молча лежали так на полу, пока Северус не уснул. Проснувшись, он обнаружил сидящую рядом, уже одетую Грейнджер. Он потянулся, нежно поцеловал ее в губы и тоже принялся одеваться. По ощущениям был уже вечер. Обычно в это время на месте, где находился Северус и Гермиона, гуляло много учеников, но сейчас там никого не было. Гермиона и Северус поднялись. — Что же дальше, мисс Грейнджер? — задал вопрос Снейп. Он не хотел слышать на него ответа, и сам не понимал, зачем он задал его. Но все же он сделал это. Гермиона не ответила, она взяла мужчину за руку и куда-то повела. Пройдя несколько метров они попали в очень странный коридор. В конце него ничего не находилось. Лишь слепящий свет, который так и манил пройти в него. Северус посмотрел туда, а затем на Гермиону. — Что это? — спросил он, недоумевающе. — Я думаю, Вам пора… — ответила она грустным голосом.