Свет в темноте

Что же дальше, мисс Грейнджер? — задал вопрос Снейп. Он не хотел слышать на него ответа, и сам не понимал, зачем он задал его. Но все же он сделал это. Гермиона не ответила, она взяла мужчину за руку и куда-то повела. Пройдя несколько метров они попали в очень странный коридор. В конце него ничего не находилось. Лишь слепящий свет, который так и манил пройти в него. Северус посмотрел туда, а затем на Гермиону.  — Что это? — спросил он, недоумевающе. — Я думаю, Вам пора… — ответила она грустным голосом. — Пора? Куда? — удивился Северус. Он совершенно не хотел никуда уходить от Грейнджер, хоть и белый свет, что слепил его, всеми способами звал его пройти вглубь коридора, — Я же сказал, что никуда тебя не отпущу! Я не уйду! Нет! Что происходит? — Северус, — сладко прошептала девушка и положила мужчине руку на щеку. Легкая щетина покалывала ее ладонь, — Я никуда не уйду. Я всегда буду с тобой! Где бы ты не был. Всегда! Но сейчас ты должен идти… Девушка закрыла глаза и опустила голову вниз, не отрывая руки от щеки Снейпа. Она хотела запомнить тепло, исходящее от него, запомнить и никогда не забывать. Северус не понимал, что происходит. Куда вел этот коридор, почему Грейнджер подталкивала его идти туда. По его щекам потекли слезы. Да! По щекам Снейпа потекли слезы! Он не понимал, куда ведет этот коридор, но точно знал, что ему нужно пройти в него, что, когда он это сделает, он больше не увидит гриффиндорку. Никогда… — Гермиона, прошу! Я не хочу идти туда! Я хочу остаться с тобой! — заикаясь, говорил мужчина. Гермиона вытирала слезы, что текли по его щекам. Она не хотела, чтобы Снейп плакал, чтобы он чувствовал боль, чтобы он страдал, но это было неизбежно. — Ты должен, Северус! — девушка посмотрела зельевару в глаза. Она увидела испуг в его душе. Он боялся потерять ее, боялся, что, если уйдет, то больше не увидит ее. — Почему ты не можешь пойти со мной? Гермиона… — мужчина схватил девушку за плечи и аккуратно потряс ее. Он хотел, чтобы она поняла, что он не сможет ее отпустить. Что за свою жизнь он уже натерпелся разлук, обид, смертей. Он не хотел повторять ту боль, что знал с детства. Он не хотел опять терять любовь, как случилось около двадцати лет назад. — Не заставляйте нас использовать силу, Северус, — вдалеке прозвучал добрый и хриплый голос. Северус повернулся на звук и увидел, что в нескольких метрах от него с Гермионой стоял бодрый и здоровый Дамблдор, за его спиной он видел: Римуса Люпина, Фреда Уизли, Нимфадору Тонкс и других его когда-то погибших знакомых. В этот момент Северус окончательно запутался. Он отпустил плечи девушки и развернулся спиной к свету, создавая перед собой огромную тень, доходящую до Альбуса. — Где я? — задал он вопрос, стоявшей впереди него огромной толпе. — Сейчас это совсем неважно, Северус. Мы лишь хотим, чтобы ты сделал то, что должен и прошел вперед по коридору. В это время ты нужен совсем не нам, а тем, кто ждет тебя. — Я уже сделал что должен, Дамблдор. И Вы это прекрасно знаете! Я не хочу уходить, я хочу остаться! Дамблдор вздохнул. — Вы всегда были храбры. Вы никогда не давали мне сомневаться в Вас. Вы были примером чести. Я гордился Вами, Северус. Вы многое сделали для Гарри. То, что он оставался жив на протяжении его учебы в Хогвартсе — Ваша заслуга. Так теперь же выполните последнюю мою просьбу, последнее мое задание — вернитесь. Вернитесь назад, взгляните в глаза своей судьбе и пройдите по коридору. После слов Дамблдора Северус снова обернулся к Гермионе и посмотрел ей в глаза. Она тоже не могла сдерживать слез. Ее нежное красивое личико все было покрыто влагой. — Ты должен идти… — сказала Грейнджер и, встав на носочки, словила губы Снейпа в поцелуе. Их губы нежно соприкоснулись. Сначала Северус не хотел отвечать на поцелуй, так как понимал, что это последний раз, когда он мог касаться губ девушки, он хотел растянуть этот момент, он хотел убежать и спрятаться, но ни в коем случае не уходить. Но как только девушка прикусила нижнюю губу мужчины, тот растаял и ответил ей. Их лица соприкасались, отдавая друг другу свою влагу, состоящую из горьких и горячих слез. Этот поцелуй совсем не был быстрым, наоборот, он был медленный и тихий, Северус хотел запомнить губы девушки такими, он хотел в последний раз почувствовать их. Они стояли и ласкали друг друга долгое время, пока у обоих не кончилось дыхание. Мужчина с закрытыми глазами отстранился от девушки. Отстранился, понимая, что это конец. Конец его недолгого счастья. — Я буду ждать тебя… — это были ее последние слова. Последние слова, которые мужчина мог услышать. Он открыл глаза и оказался совсем один. Вокруг не было ни Гермионы, ни толпы, что минуту назад окружала его. Казалось, голос девушки еще разносился эхом по замку, заставляя вспоминать произошедшее несколько часов назад. Он потрогал свои губы, вспомнив недавние ощущения. Этот поцелуй он запомнит на всю жизнь. Он медленно шел вперед, не зная, что его ожидает. Внутри него не было прежнего огня, что горел при близости с девушкой, внутри него не было ничего, ничего кроме боли, пронизывающей его насквозь, заползающей в самые скрытые части его души, удаляя все счастливые моменты, заставляя Северуса их стереть из памяти и чувствовать лишь только печаль. Белый свет. Белый свет — все, что видел сквозь веки сейчас мужчина. Он услышал голоса вокруг себя. Внутри него появилась надежда, что сейчас он проснется и увидит ее. Он проснется и увидит Грейнджер, увидит и заберет. Заберет и никому не отдаст. Он резко открыл глаза. — ГЕРМИОНА! — выкрикнул он весь в поту. Вокруг него ходили люди, они разговаривали о чем-то, шептались. Северус огляделся. Он знал это место — больница Святого Мунго. Как только мужчина открыл глаза, вокруг него начались какие-то волнения, медсестры, что сидели рядом с ним, тут же начали что-то друг другу кричать и куда-то бегать. «Какого Святого Мерлина я здесь делаю?» — первый вопрос, посетивший его голову, которая ужасно сильно болела. Боль была настолько острая, что все попытки мужчины — подняться на локти — оказывались неудачными и приносили лишь еще больше страданий. «Где Гермиона? Где Грейнджер? Она тут?» — вторая серия вопросов, посетивший голову Снейпа. При одной только мысли о Гермионе его голова болела сильнее, словно пыталась заставить его забыть о девушке, стереть о ней все воспоминания. Но боль не помогала ему перестать думать о гриффиндорке. Он мечтал, что прямо сейчас к нему придет Гермиона, посмотрит на него своими проникновенными глазами, улыбнётся и горячо поцелует, желая скорейшего выздоровления мужчине. Вдруг Северус услышал знакомый приближающийся голос. Нет, это не голос Гермионы. Это был голос человека, который был так же важен для Снейпа. Северус услышал голос человека, которого всю жизнь защищал, которому перед «смертью» отдал важные воспоминания. «Поттер жив?» — третий вопрос, посетивший голову мужчины. Он не мог поверить в это. Он думал, что мальчику суждено умереть, Дамблдор сам сказал, что для победы над Темным Лордом Гарри не может остаться в живых. Альбус предал Снейпа тогда, но мужчина смог принять это и в нужный жизненный момент сообщил Поттеру. Снейп совершенно не мог представить то, как будет говорить с Поттером, ведь после передачи важной информации совершенно не собирался этого делать, считая, что от укуса Нагайны скоро потеряет жизнь. Вспомнив о змее, Северус дотронулся до своей шеи. Он почувствовал небольшую продолговатую выпуклость, вероятнее всего, шрам. «Волан-де-Морт мертв?» — четвертый вопрос, что посетил раскалывающуюся от боли голову Северуса. Он проверил свое левое предплечье, на котором находилась метка. Он провел по нему правой рукой, но ничего не произошло. Ни боли, ни какого либо знака. Он чувствовал, что связи с Темным Лордом нет. Значит тот мёртв? Зельевар снова услышал знакомый голос. Источник звука приблизился к нему. Да! Это был Поттер! Поттер, который раздражал Северуса своей схожестью с отцом; Поттер, который раздражал Северуса своей заносчивостью; Поттер, который раздражал Северуса своей популярностью; Поттер, которого Снейп, несмотря на все его недостатки, любил, как собственного сына. Гарри подошел к койке профессора и сел на соседнюю. Взгляды их встретились. Северус не мог поверить в то, что снова увидел те зеленые любимые им глаза. Они молча смотрели друг на друга, ни один мускул на лице Снейпа не дрогнул, в отличие от Гарри, который улыбался во весь рот. Гарри же сейчас не чувствовал той холодности и того равнодушия, что чувствовал всегда от профессора. Да, он и не мог этого чувствовать после всего того, что видел в Омуте памяти. Поттер был рад видеть живого Снейпа, но он был очень смущен. Все время он чувствовал к зельевару лишь негатив, а сейчас, когда все внутри него переменилось после шокирующей его правды, он не знал, что делать и как начать с Северусом разговор. Тем временем Снейп чувствовал тоже самое. Смущение и неизвестность. «А он изменился…» — зельевар был совершенно прав. На лице у Гарри появилось несколько еле заметных морщин, легкая видимая щетина покрывала его подбородок. Он был одет не в обычную одежду, а в форму мракоборца. Это испугало Снейпа. Испугало тем, что он ничего не понимал в данный момент: как Поттер стал аврором за такое короткое время? Профессор мог бы этому радоваться, так как Поттер всю жизнь мечтал им стать. Снейп мог бы радоваться, если бы не был Снейпом! Первым тишину нарушил Поттер. — Здравствуйте, профессор, мне сообщили о том, что заметили у Вас положительную динамику, и я сразу явился. — произнёс он и еще шире, чем прежде улыбнулся. Они смотрели друг другу в глаза и искали друг у друга помощи, о которой сами и не знали. — Доброе утро, мистер Поттер. Я не совсем понимаю: какую динамику? — ответил бывший директор тихим холодным голосом. Рядом с Поттером ему не хотелось показывать своих слабостей, но у него не получалось. Гарри прекрасно все сам понимал. — Вы были в коме, сэр… Снейп и Поттер снова замолчали. — Ты жив! — непроизвольно вырвалось из уст Северуса, он тут же забыл о сказанном Гарри, — Но как это возможно? — Все дело в палочке, профессор, — с удовольствием начал удовлетворять любопытство зельевара Поттер, — Не Вы были ее хозяином, а я. Волан-де-Морт напал на Вас по ошибке. Гарри рассказал Северусу о том, как он остался в живых. С середины рассказа от радости, от давящей обстановки и от головной боли, по щеке профессора потекла чистая невинная слеза. Поттер приблизился к Снейпу и аккуратно и трепетно стёр ее своей рукой. Сейчас, когда он увидел расчувствовавшегося Северуса, он перестал смущаться и стесняться его. Он привык к правде, к тому, что Снейп не портил всю его жизнь, а наоборот. — То, что ты увидел о мисс Грейнджер… Это не обозлило тебя? — спросил Снейп, начав с этого вопроса тему о гриффиндорке. Услышав фамилию бывшей однокурсницы, Поттер побледнел, улыбка с его лица спала. — Нет, что Вы. Да это казалось мне странным, но я не мог и не знал, что мне чувствовать в тот момент. Вы же сами понимаете… Снейп заметил грусть в глазах Поттера. Но это не остановило его спросить о том, что в данный момент волновало его больше всего: — Где мисс Грейнджер? — произнес мужчина чётко и внятно, чтобы Гарри понял информацию с первого же раза. Самой большой мечтой для профессора сейчас — было увидеть Гермиону. Гарри тяжело вздохнул. Он достал из маленькой кожаной сумочки, что была у него с собой, кулон, в виде маленького сердца, с длинной серебряной цепочкой. Снейп вспомнил эту вещь. Гермиона постоянно ее носила. Он был у нее на шее тогда, когда он нес ее в Хогвартс. — Я думаю, это должно быть у Вас, профессор… — грустным спокойным голосом произнес Поттер и отдал вещь в руки Снейпа. Тот крепко сжал кулон у себя в руках и приложил к груди. Затем он посмотрел на Гарри недоумевающим взглядом. Он ничего не понимал — почему кулон у Поттера, но догадки сами собой появлялись у него в голове, пока Поттер наконец после долгой накаляющей обстановку паузы не сказал ему правду: — Сэр… Мне трудно это говорить, даже спустя столько времени. В вечер, когда Гермиона Грейнджер спасла Вас, она храбро сражалась за Хогвартс, она храбро стояла против всех обидчиков нашей стороны. Она была достойна ордена Мерлина первой степени, но… Но когда в очередной раз она поразила одного из врагов, ей со спины нанесли смертельное заклятие и она… Гермиона Грейнджер скончалась три года назад на моих глазах и на глазах многих ее друзей. Она сражалась за нас, профессор, за меня… За Вас… Она одна из самых храбрых волшебниц, что я знал. И последнее, что она сказала мне это то, что она благодарна жизни, что имеет честь сражаться за такого, как я, за таких друзей, каких она имела, а самое главное — за Вас. Она сказала, что Вы были для нее светом во всей сгущающейся вокруг этого мира темноте. Поттер заплакал и закрыл лицо руками. Снейп не мог поверить тому, что говорил парень. Гермиона Грейнджер мертва! Мертва вместо него! Она спасла ему жизнь и поплатилась за это своей. «ЛУЧШЕ БЫ Я ПОГИБ!» — думал мужчина. — Нет, Поттер, скажи, что это неправда! Прошу, скажи, что это не правда! — молил Гарри Северус. Весь его мир рухнул после информации, что он услышал. Снейп сейчас больше не хотел ничего знать, он не хотел вообще НИЧЕГО, он не хотел жить. Только сейчас он осознал то, что произошло, пока он был в коме. Он был там, где были все умершие его знакомые, он был там, где, вероятно, все равно бы оказался, если бы Гермиона не спасла его. Он вспомнил ее глаза, в которые так любил смотреть. Ее глаза, ее улыбка, ее чистая душа — единственное, что доставляло ему радость в те сложные времена. Сейчас же он всего этого оказался лишен. Он снова оказался один в этом большом и страшном мире. Один без той, кто спасла его угасающую душу. Один без той единственной, что не считала его монстром.