Калейдоскоп безумия

      Сколько прошло времени, Гарри не знал. Однако это не помешало ему с удивлением понять, что он идиот. Хотя бы потому, что учебник по зельеварению был для него прекрасным снотворным — Гарри ничего в нем не понимал и его тянуло спать. И совсем не удивительно было опять увидеть Мордредова Седрика, что насмешливо растягивал все те же полуразложившиеся губы. Никакого разнообразия не наблюдалось.       — Эй, Гарри… Ты ведь уже не в первый раз убиваешь людей, — голос все такой же хриплый, глазницы все так же пусты. Только тема разговора другая, что уже необычно.       — С чего ты взял эту чушь? — Не обращая внимания на чертов труп, Гарри даже во сне пытался сосредоточиться на зельеварении.       — Квирелл — раз. Том Реддл — два. Я — три.       — Воландеморт не считается. Квирелл мертв из-за проклятия единорога. Ты — по чистой случайности, — отмахнулся Гарри, но сердце все же екнуло.       — Обидно…       — Ты сказал, что я некромант. Что это значит? — глубоко вздохнув и скривившись от запаха, спросил Гарри.       — Именно ты держишь меня подле себя, Гарри. — Губы Седрика коснулись руки Поттера, что подпирала подбородок Гарри, — Ты питаешь меня своей магией, заставляя быть зависимым. Но это такие крохи. Мне этого слишком мало. Отдай мне самого себя, я исполню любой приказ.       Тяжело вздохнув, Гарри закатил глаза. Теперь-то он примерно понимал, с чего Седрик так изменился. Уж при жизни, он точно не был…таким. Хотя даже сейчас, в этом ужасном виде трупа, Диггори почти не утратил былой красоты.— Хочешь меня? — выдохнул прямо в омерзительное лицо Гарри. Его обуяла какая-то веселая злость, — Ты же не думаешь, что я отдам себя жалкому трупу?       — Если учесть, что от этого жалкого трупа ты возбуждаешься, — хохотнул Диггори. — Неужели Гарри Поттер некрофил?       — Ты же понимаешь, что это лишь влияние того, сколько ты насосал у меня магии за эти несколько месяцев?       — С каких пор ты разбираешься в Темной магии? — полулысая голова потерлась о бок Гарри на манер кошки, отчего Гарри порадовался, что в этом сне одет. И так трясет от омерзения.       — Мой крестный — Блэк. Прочитал пару строк из книги в библиотеке. Конечно потом понял, что это такое, но строки о некроманте и его питомце запомнились.       — Блэки… они были хорошими некромантами. Как и Певереллы. А тебе повезло. Твоя бабушка из Блэков была, а сам род Поттеров из Певереллов.       — Откуда информация? — заинтересовался Гарри. Все эмоции уже улеглись и было как-то…спокойно.       — Я же из рода Диггори. Естественно я изучал твою родословную. Собственно как и родословную Блэков, Малфоев и других чистокровных.       — Ты жалеешь? — уточнил Гарри, отложив книгу о зельеварении.       — О чем? — склонил голову Седрик.       — Что стал моим питомцем. Я знаю, что это бесчеловечно, что неправильно. Однако я не чувствую себя виноватым. Это странно. — Твой разум на пределе. Это нормальная реакция. А мне… мне все равно. Ты отнес мое тело родителям, как я и просил, большего мне и не надо. То, что ты питаешь меня своей магией, доставляет мне удовольствие. Но мне этого мало.       — Как скоро ты перейдешь на новый уровень?       — Может, ещё месяца два или три. Конечно, можно бы было быстрее…       — Это мне не подходит. Меня не привлекают трупы.       Седрик захохотал. В очередной раз.       — Тебя можно отпустить на перерождение?       — А ты отпустишь, некромант? — Диггори склонил голову, и Гарри посмотрел в пустые глазницы.       — Нет, — выдохнул Поттер и прикрыл глаза. — Ты напоминание моих ошибок.       — Буду надеяться, что не стану очередным домовиком Певереллов, — проворчал Диггори.       — Посмотрим, — неопределенно ответил Гарри.       — Посмотрим, — эхом отозвался Диггори и снова прикоснулся губами к пальцам Гарри, — Тебе пора просыпаться, некромант. Твое тело пришло в норму.       Удивительно, но Гарри тут же проснулся. Ничего не болело и не ныло.       — Темпус, — Было раннее утро, на что Гарри лишь вздохнул с облегчением. До того, как все начнут просыпаться часа 3-4, успеть можно многое.       Гарри чувствовал себя полным сил, впервые за эти месяцы. Сначала Седрик, потом эти дементоры, суд, похожий на фарс, а потом и всеобщее игнорирование. Казалось, весь мир был против Гарри. Это сбивало с толку, заставляло скрипеть зубами. Однако жалеть себя Гарри не любил, поэтому более-менее пригладив волосы, он подхватил сумку и направился прочь из комнаты, что приютила его и скрыла от посторонних глаз.       Напоследок погладив теплые стены, Гарри выскользнул в коридор, чувствуя как стремительно бьётся сердце.       Сжав зубы, он тряхнул волосами и зло прищурился. Он выберется из этой передряги, в конце концов, у Гарри есть Невилл и Гермиона.       — Гоменум Ревелио, — взмахнув палочкой, Гарри прислушался. Никого. И заклинание ничего не показывает.       На самом деле, используя заклинание обнаружения посторонних, Гарри опять чувствовал себя идиотом. Почему-то при выходе из больничного крыла, такая важная мысль, как проверить коридор, в голову ему не пришла.       Чтобы перестраховаться, Гарри ещё проверил путь Картой, что окончательно его успокоило.       Задумчиво проводив взглядом двигающуюся точку Дамблдора, что бродила по кабинету, Гарри решил прогуляться в библиотеку.       Он собирался узнать о том, что за комната ему попалась. И возможно, ему все же удастся отпустить Седрика.       Несмотря на все невзгоды, что произошли с Гарри, злость прошла. И пожалуй, он немного жалел о необдуманных словах. Не стоило поддевать Рона, что и так был на нервах, да и с Седриком разговор вышел странный. Лучше отпустить его на нормальное перерождение, ничем хорошим не кончится если мертвый Диггори будет рядом. В конце концов, может Гарри и стал по чистой случайности некромантом, это не значит, что он вдруг резко ни с того ни с сего воспылает любовью к трупам, убийствам и крови.       Гарри снова передернуло, и он чуть не сплюнул от досады.       Накинув мантию на плечи, Гарри двинулся к цели, проверяя путь Картой. По планам, уделять внимание своим неожиданно проснувшимся мазохистским наклонностям, Гарри не собирался, поэтому встречаться ни с кем он не желал.       Библиотека как всегда встретила своим уютом, своими громоздкими стеллажами, причудливо украшенными ажурной вязью. Пожалуй, Хогвартская библиотека была тем местом, что Гарри одновременно любил и недолюбливал.       Пройдясь по широким залам, уютно освещённым светильниками, Гарри коснулся корешков книг.        Вот настоящая магия — богатство книг и знаний.       Конечно, такое воодушевление появлялось не всегда, но сейчас, не обременённый другими занятиями, Гарри был очарован хранилищем книг.       Однако где искать сведения, он даже и представить не мог.       Вздохнув, Гарри решил пройтись по отделам. Библиотека таила много неизведанного. Взять хотя бы невидимую секцию, что он нашел в декабре на втором курсе.       — Гарри? — чего-чего, а голос Гермионы он совсем не ожидал. Резко обернувшись, он увидел растерянную подругу.       — Доброе утро, — спокойно кивнув, Гарри пробежался пальцами по корешкам книг, выбирая первую попавшуюся.       — Я приходила в Больничное крыло, тебя не было. Я волновалась.       — Все хорошо, Гермиона. Благодаря тебе, — взяв девушку за руку, Гарри поцеловал кончики ее пальцев, — Спасибо, что спасла.       — Гарри… — щеки девушки вспыхнули, и Гарри улыбнулся ей.       Живая, красивая Гермиона, пахнущая чуть сладковатым запахом духов. У нее не было гнилых зубов, не было пустых глазниц, из которых вытекли глаза, не было полуразложившегося тела, не было полулысого черепа. Она не пахла тухлятиной и сладким запахом разложения. Она была теплая и ее касания не горели на коже ледяным пламенем.       Он никогда не допустит ее смерти. Только не ее.       — Гарри, все впорядке? Ты побледнел.       — Все хорошо, Герми. Просто…пообещай себя беречь, хорошо?       — О чем ты?       — Просто сохрани себя, — Гарри снова ласково поцеловал ее кончики пальцев, губами чувствуя шелковистость кожи. Живой кожи.      — Почему ты в библиотеке так рано?       — Я решила немного почитать, — Гермиона грустно улыбнулась и порывисто его обняла. Невольно, Гарри вздрогнул, уткнувшись в волосы, пахнущиме шоколадом. И с чего он вдруг испугался? Вот она, Гермиона, живая, рядом с ним.       «А Седрик тоже сначала показывался живым», — мелькнула шальная мысль, Гарри снова вздрогнул.       — Гарри? — девушка явно почувствовала его состояние. — Все в порядке. Я живая. Видишь, я теплая, — подруга обхватила его лицо своими ладонями и грустно улыбнулась, чуть ли не плача. Она всегда была слишком умной ведьмочкой. — Неужели все так плохо? Ты неважно выглядишь. Тебя что, опять били? Скажи, кто это! Я им мигом задам, неважно, сколько их будет!       — Тихо! Успокойся. Ты никуда не пойдешь, слышишь? Все нормально. Правда, — кивнув в знак согласия, он несмело улыбнулся. Гермиона как всегда в своем репертуаре.       — Гарри…надо кому-то сказать. Мадам Помфри, Директору… ты рассказывал, что тебе снится мертвый Седрик? Может, тебе нужны зелья?       — Они не действуют, Гермиона, ты же знаешь, — поморщился Гарри, — Да и…кажется, теперь я могу более-менее выспаться.       — Седрик больше не снится?       — Снится, но мы просто с ним разговариваем. Мне…мне нужно найти информацию о комнате на восьмом этаже. Она иногда открывается, непонятно когда. Ты бы не могла…немного поискать об этом?       — Конечно, Гарри, а ты…видимо, решил заняться зельеварением?       Поттер удивленно перевел взгляд на книгу зелий Зигмунда Баджа, что он держал в руках. Определенно, это была его судьба. И сейчас-то он, уж точно не заснёт… наверное…       Введение немного порадовало. Хотя бы тем, что оно было относительно интересное.       Я — Зигмунд Бадж, и я —величайший зельевар в истории. Это не пустая похвала. Я изобрел многие сильнейшие зелья мира. Я открыл свойства сотен неведомых растений и существ. Я посвятил свою жизнь изучению самых таинственных и недопонятых тайн магии, и на этих страницах ты найдешь секреты моего искусства, отобранные для новых поколений учеников Хогвартса.       Кое-кто, может быть, удивится, что я, с моим талантом и достижениями, не числюсь в списке лучших учеников или старост Хогвартса, но печальная правда состоит в том, что я был обманом лишен своего законного места в истории волшебства из-за недальновидности, мелочности и низости директора, чье имя я никогда не назову, поскольку оно недостойно быть напечатано рядом с моим. Достаточно сказать, что моя гениальность не была признана при жизни. Но теперь ты, юный зельевар, держишь в руках мой шедевр — «Книгу зелий», в которой содержатся все мои знания. Именно благодаря ей я и останусь в истории.       Зигмунд Бадж       — Ого… Неужели действительно Зигмунда Баджа книга? — удивлённо пробормотала Гермиона, выглядывая из-за плеча Гарри.       — Хм? Он чем-то знаменит? — заинтересовался Гарри оттягивая момент ознакомления с книгой. Зельеварение Гарри все ещё не переваривал. Собственно как и оно его, а сколько попыток-то было.       — Зигмунд обучался в Хогвартсе, но покинул стены школы уже в 14 лет. Ещё в юности Бадж был крайне увлечен зельеварением и просил директора школы разрешить ему состязаться в Чемпионате по зельям за золотой котёл и звание лучшего зельевара, но к участию, как и в Турнире Трёх Волшебников, допускались лишь совершеннолетние маги, поэтому директор запретил Баджу соревноваться в таком опасном конкурсе. В знак протеста Зигмунд ушёл из школы и поселился на острове Внешних Гебрид Герметрее в Шотландии. Там он долгие годы жил в полном одиночестве, экспериментировал с зельями и написал «Книгу зелий». Именно он создал Зелье жидкой удачи, и благодаря ему, появился один из самых известных ликвидаторов заклятий — Терций.       — И вот какого черта мне не запретили участвовать в Турнире, раз я по возрасту не подхожу? — прошипел Гарри, необычайно уязвленный.       — Кубок уже заключил с тобой контракт, Гарри, — покачала головой Гермиона. — Разрыв контракта — потеря магии.       — Я понял, спасибо, Герми. Ты что-нибудь нашла?       — Нет пока, — разочаровано вздохнула Гермиона. Гарри тоже вздохнул и перевел взгляд на книгу. Устроившись за столом, он принялся читать.

Средство от фурункулов

      Эффективнейшее средство от прыщей, крапивницы, фурункулов и многого другого. Это простое, но мощное зелье. При варке следует соблюдать осторожность. Неправильно сваренное зелье не лечит фурункулы, а вызывает их.       

Рецепт • Брось в котел толченые змеиные зубы и размешай. • Мелко нарежь вонючий лук, добавь в котел, а затем нагрей смесь. • Добавь сушеную крапиву. • Добавь каплю слизи флоббер-червей и сильно помешай. • Потом — чуток толченого имбиря и снова энергично размешай. • Добавь иглы шпротвы. • Осторожно размешай, чтобы не тронуть иглы шпротвы. • И тушеных рогатых слизней. • И еще иглы дикобраза. • И, наконец, взмахни палочкой над котлом, чтобы завершить приготовление зелья.

      — Это будет до-о-олго, — лицо Гарри встретилось с книжкой, и он застонал.       Любви к зельеварению у Гарри как не было, так и не появилось.       Люди может и меняются… Но точно не сразу. А если и сразу, к зельеварению это не относится…