Дар Карлайла

Со дня битвы прошёл уже почти месяц. Каллены жили своей обычной жизнью, город почти перестал оплакивать пропавшего безвести шерифа и его дочь — всё возвращалось на круги своя. Белла часто подолгу гуляла в окрестностях особняка или просто смотрела в окно. Из-за неё погибли её родители, и ничто не могло этого исправить. Она больше не видела снов и была этому рада. Она словно сама пребывала во сне, никого не замечая, ни с кем не общаясь и ни на чём не останавливаясь. Словно внутри неё ничего не осталось. Даже Карлайл не мог найти способа до неё достучаться. Остальная семья с молчаливым удивлением наблюдала, как он сначала пытался вернуть ей интерес к жизни, потом незаметно следил за ней на прогулках, а потом просто настроился по запаху и слуху определять — где она и как себя чувствует. Даже Эсми не знала, что предпринять. Один Джаспер выглядел скорее задумчивым, чем обеспокоенным. Однажды вечером он зашёл к Карлайлу в кабинет. Тот сидел в кресле, глядя в окно, и даже не утруждал себя тем, чтобы дышать. Точёные черты лица выглядели совершенно застывшими, а глаза отливали угольной чернотой. — Не хочешь поохотиться сегодня? — спросил Джаспер, присаживаясь на подоконник. — Нет, — отрешённым тоном ответил Карлайл — Думаешь, если в одно прекрасное утро ты ею позавтракаешь, это взбодрит её? — Джаспер, я ценю твою заботу, спасибо. Ты можешь предложить что-то, что поможет… решить эту проблему? — Ничего. Карлайл, — задумчиво спросил Джаспер, — что ты думаешь о телепатии? С медицинской точки зрения? — Что это чушь и выдумка, если речь идёт о людях, — ответил вампир. — А почему ты спрашиваешь? — Да так. Знаешь, когда мы с Беллой оставались здесь в ночь перед битвой, я очень занимательно провёл время, пока она спала. Ты знал, что она разговаривает во сне? — Эдвард как-то упоминал об этом, — ответил Карлайл. — Она говорила? — Ага. О тебе. Карлайл пристально посмотрел на Джаспера. Тот вернул ему взгляд и продолжил. — И знаешь, что она говорила? «Карлайл, я выбираю тебя. Ты не оставишь меня, никогда. Ты не он. Ты успеешь.» — раз за разом в разных вариациях. А когда ты в последнюю секунду оказался между ней и Викторией, мне показалось, что она даже не удивилась. Она ждала тебя, но не только для того, чтобы ты её спас. Она ждала чего-то другого… Карлайл глубоко задумался, глядя в ночь за окном. Джаспер встал с подоконника и неслышно вышел из комнаты. «Мавр может уходить,» — пробормотал он. * * * Карлайл обдумывал слова Джаспера. В них было что-то важное, но он никак не мог это уловить. Жажда действительно мешала сосредоточиться. Он спустился в гостинную, давно уже отремонтированную и приведённую в порядок. В центре теперь стоял новый рояль — старый во время битвы разнесли в щепки. Рядом в кресле свернувшись клубочком спала Белла. Карлайл вздохнул, сел за инструмент и положил пальцы на клавиши. Мелодия рождалась сама собой, тихая, спокойная, приносящая в сердце тепло и умиротворение. Когда отзвучали последние ноты, Карлайл обернулся на шорох. Белла смотрела на него с грустной улыбкой. — Колыбельная Эсми, — сказала она. — Её сын вырос бы отличным мальчишкой. Карлайл замер. Белла внимательно посмотрела ему в глаза. — Тебе надо поохотиться, причём — срочно. — Я обещал, что больше не оставлю тебя одну, — осторожно проговорил он. — Да? — ответила девушка, изобразив удивление. — Ну тогда… возвращайся скорее. Она быстро встала и не глядя на него поднялась к себе в комнату. Карлайл проводил её взглядом и почувствовал, как горло саднит от жажды. Её запах усиливал голод в несколько раз, заставляя постоянно держать контроль. Думать становилось всё сложнее и он, отбросив сомнения, вылетел за порог навстречу освежающему холоду леса. Когда на следующий вечер он вернулся в особняк, его ждал сюрприз. Необычное оживление, которым был пронизан дом, заставило его насторожиться. — Карлайл! — весело окликнула его Элис. — Ты как раз вовремя! Наша Белла снова с нами! Она держала, а руку смущённо улыбавшуюся девушку. — Мы с Эсми решили это отметить! — весело продолжала она. Карлайл улыбнулся им. Белла смотрела на него из-под полуопущенных ресниц. Они с Элис спустились по леснице и тут на них чуть не наскочил выходящий из кухни Эммет. В фартуке. — Эммет? — вопросительно посмотрел на него Карлайл. — Это сюрприз, — подмигнул Эммет. — Для Беллы. А как там твои леопарды? — А я думала, Карлайл предпочитает оленей, — подначила его Белла. — Сестрёнка, когда ты рядом, даже гризли меркнут! — засмеялся Эммет. — Да, конечно, — видимо, Белла была не особенно довольна фактом собственной деликатесности. У Карлайла появилось отчётливое ощущение, что он что-то упустил. — Белла, у меня тоже есть для тебя небольшой сюрприз, — сказал он с улыбкой. — Ты будешь не против, если мы поднимемся к тебе? Она кивнула и они поднялись по лестнице в бывшую комнату Карлайла, а ныне — комнату Беллы. За время, что она прожила в ней, комната почти не изменилась, как будто девушка не хотела оставлять следов своего присутствия. Только большое кресло стояло теперь перед камином. — Греешься? — спросил Карлайл, указав на него взглядом. — Я люблю смотреть… смотреть на огонь, — ответила она, остановив на нём долгий задумчивый взгляд. Карлайл подошёл к камину, взял с полки небольшую шкатулку и достал из неё золотой кулон на длинной тонкой цепочке. Он подвёл Беллу к большому зеркалу, висевшему на стене, мягко развернул её спиной к себе и одел кулон ей на шею. Подвеска оказалась маленьким золотым распятием, обвитым искуссно выгравированной веткой терновника. — Никогда больше не забывай, что у тебя есть душа, Белла. Не забывай, на сколько она ценна, — он задержал руки на её плечах, слегка прижимая её к себе. — Спасибо, — сказала она, задумчиво перебирая подвеску пальцами. — Я не забуду. Глядя на движения её руки, я вспомнил, как эти пальчики гладили ткань моей рубашки в тот злополучный вечер. И увидев в зеркале, как резко темнеют глаза, решил, что давно пора кое-что обдумать. С трудом заставив себя отпустить её плечи, я улыбнулся ей в зеркало и вышел из комнаты. Запершись в своём кабинете, я тщательно сопоставлял то, что услышал за последние сутки. Она знала колыбельную, которую Эсми написала для своего сына на десятую годовщину его смерти и не показывала никому кроме меня. Она знала, что я предпочитаю оленей, хотя для всех остальных моей излюбленной дичью были леопарды. Можно ли было считать странным, что единственное, что она сделала в моей комнате, так это переставила кресло так, как оно стояло в моих мыслях о ней? Если эти догадки верны и она каким-то образом видела то же, что представлял я… Значит ответ на вопрос, заданный на балконе в особняке Денали, мог действительно иметь какое-то значение. Значит поцелуй на охоте тоже был не просто плодом воображения. Я медленно закрыл глаза и вспомнил её тёплые отчаянные губы, прикосновения которых смогли заглушить во мне жажду убийства. Нет, я никому её не отдам. Даже если всё это только мои фантазии… Карлайл привык принимать решения основываясь на своих принципах и фактах. Но сейчас фактов было явно недостаточно Если это дар, то почему он никогда не действовал на других вампиров, ведь он часто размышлял о ком-то? Задумчиво запустив пальцы в золотистые волосы, Карлайл искал мельчайшие зацепки в своей жизни. Через пол часа он был почти уверен в правильности своих выводов: его влиянию подвергались только спящие люди, причём независимо от того, на сколько далеко они находились, если он думал именно о них. Потому этот дар и не заметил никто из его семьи — вампиры не спят. Если его догадка верна, и Белла действительно видит во сне всё, что он позволяет себе представить… Это стоило проверить. Карлайл удовлетворённо поправил воротник рубашки и посмотрел на часы. Праздник в честь выздоровления Беллы должен был вот-вот начаться. Карлайл вдруг подумал — что он может представить, чтобы проверить, отреагирует ли Белла на его мысли. Возможность делать с ней всё, что он захочет, заставила его замереть. Карлайл медленно вдохнул, выдохнул, стараясь выбросить из головы образ обнажённой спины в разрезе белого платья, сосредоточился и вышел в гостинную.