Деревенские приключения или Сага о Хамле

      Прошло чуть больше недели с момента приезда Чонгука в деревню. Всё это время стояла жаркая, солнечная погода, но сегодня небо заволокли серо-синие тяжёлые тучи, грозясь пролиться долгим дождём.       К Пуговке Чон уже съездил, покормил её и вернулся, но он сегодня ведь хотел съездить ещё куда-нибудь и не собирается откладывать всё на завтра из-за дождя, который ещё не факт, что вообще пойдёт.       - Бабушка, я поеду покатаюсь, - сказал Гук, выходя из дома       - Куда? Скоро гроза начнётся, куда тебя в такую погоду несёт, голубь? – всплеснула руками госпожа Чон, - Ты же катался сегодня уже, не езди.       - Да ладно, я быстро, - отмахнулся Чонгук, направляясь к гаражу, - Да я и не сахарный, ничего со мной не будет, если разок попаду под дождь.       Велосипед он ещё не загонял, поэтому «железный конь» стоял, готовый к поездке. Сегодняшней целью была старая заброшенная школа, поэтому Гук поехал через огороды рядом с полем. Даже в пасмурную погоду посеянная зелёная трава создавала ощущение огромного моря, и Чон вытянул руку, дотрагиваясь до травы. Велосипед чуть завернуло, и Чонгук вернул руку на руль, стараясь не навернуться.       Когда уже пробирался по бурьяну к школе, вдали раздался рокот грома, и закапал мелкий дождь. Гук ускорился и выехал на полянку, покрытую камнями, сквозь которые проросла только маленькая травка. Дождь полил сильнее, и Чон, оставив велосипед под деревом, зашёл в здание. Дверей не было, окна выбиты, на полу повсюду мусор, битое стекло и деревянные щепки. В паре кабинетов осталось по одной парте, в спортивном зале выжила хлипкая шведская стенка, а на канате почему-то висел огромный мешок.       Поднимаясь на второй этаж, Гук заметил, что центр лестницы заложен фанерой, хотя возможно она просто туда упала. Но парень всё равно на всякий случай обошёл её по краю ступеней. Чонгук вылез через окно одного из кабинетов на козырёк над парадным входом и сел на самый край. Серое небо то и дело прорезали белые змейки молний, иногда сразу по две-три в разных местах, а через секунду вслед за ними рокотал гром, который, казалось, можно тоже увидеть. Дождь лил, меняя своё направление от порывов ветра, и иногда, если долго смотреть и поймать момент, даже могло показаться, что капли начинают лететь не вниз, к земле, а наоборот, вертикально вверх.       Чонгук просто сидел, смотрел на всё это буйство природы, и чувствовал, что здесь ему действительно становится лучше. В смысле и здесь в деревне, и здесь, в этом месте.       Вдруг за спиной послышался тихий хлопок и хруст битого стекла под чьими-то ногами. Гук даже не подумал обернуться и посмотреть, кого там принесла нелёгкая в такую погоду. Было как-то не до людей.       - И вот ты не боишься, что я тебя сейчас запросто могу столкнуть отсюда? – язвительно произнёс немного шепелявый голос за спиной       - Нет, - Чон по-прежнему не поворачивался, болтая ногами в воздухе, - Слишком маленькая высота, чтобы насмерть, для пары переломов хватит конечно, но можно же правильно упасть.       - Слушай, а тебя не учили, что при разговоре надо смотреть на собеседника? – всё ещё язвительно, но немного зло спросил голос, явно не довольный тем, что его практически игнорируют       - А тебя не учили, что не надо первой же фразой угрожать сбросить человека с крыши? – отпарировал Чонгук, не намереваясь особенно церемониться с совершенно незнакомым человеком       - Так, сопляк, вопросом на вопрос вообще-то отвечать не вежливо, - язвительность исчезла, осталась злость       - Сопляком меня называть вообще-то тоже не особо вежливо, - пожал плечами Гук, чувствуя как стоящий сзади человек буквально закипает       -Так, хватит, - голос прервался середине предложения, когда внизу, на поляне перед школой показалась небольшая компания из трёх человек, - Знаешь, советую тебе отсюда свалить, и как можно быстрее, потому что здесь чужаков не любят, особенно городских, - теперь голос был уже не язвительный или злой, просто предупреждающий, - И ещё, на правой лестнице на фанеру не наступай.       Голоса компании стали слышны уже на одной из лестниц, и Гук решил последовать одному из советов голоса и сдрапать. Самого человека Чон так и не заметил, он остался за спиной, всё ещё прислушиваясь к приближающемуся шуму. Чонгук быстро вылез обратно в кабинет и добежал до лестницы. Увидев фанерку и услышав, насколько близко уже топот, парень решил срезать угол и пробежать по фанере. Почти удалось, только вот это «почти» значило, что на самом последнем шаге фанера съехала в бок, и Чон, ударившись коленом о край дыры, провалился вниз. Приземлился очень неприятно, через левую лодыжку прошёл разряд боли, стопа теперь стояла как-то неестественно, а поднять себя в стоячее положение Гук вообще не смог.       Оглядевшись, Чонгук обнаружил, что провалился в какую-то небольшую комнатку. Парень отсел в угол, надеясь, что ногу он просто отбил, и она скоро пройдёт. По лестнице послышались торопливые шаги, но гула голосов не было. Некто отодвинул фанерку и, спрыгнув вниз, снова положил её на лаз, перекрывая свет.       Человек явно соображал быстрее, чем Чон, и, прежде чем парень успел хоть что-то сказать, зажал ему рот ладонью, приложив к своим губам палец. Через пару секунд сверху, на лестнице послышались голоса и топот.             - Ну, нету никого. Куда пойдём?             - В подвал             - Нахрен в подвал?             - А у тебя какие-то другие идеи есть?       Через несколько секунд шум стих и человек, спрыгнувший сюда, отошёл от Гука, приоткрыл фанеру и, высунувшись из лаза, прислушался. Когда шум затих окончательно и раздался хлопок тяжёлой, явно металлической двери, человек спустился обратно, снова закрыв дыру. Потом этот загадочный некто достал телефон и, включив на нём фонарик, положил его в сетку из длинных гвоздей на потолке. Получилась некая импровизированная люстра, освещавшая всё небольшое помещение.       - Ну, добегался? – чуть ехидно спросил человек, тем же шепелявым голосом, - Я же тебе говорил, не наступай на фанеру. Тебя предупредили? Предупредили. А ты? Чонгуку захотелось расплакаться. Нет, он не плакса, просто слишком много эмоций, и все до одной негативные. Во-первых, нога разболелась ещё сильнее, вдобавок начало болеть разбитое о край лаза колено. Во-вторых, было страшно из-за неизвестности. Кто эта компания? Почему этот человек сказал не попадаться им? А этот человек вообще кто? Можно ему доверять? Что вообще самому Чону делать? Не сломал ли Гук ногу случаем? А в-третьих, Чонгук до ужаса не любит когда его ругают, ещё и этаким снисходительно-поучительным тоном. Чон вообще этого терпеть не может, тем более сейчас-то какого чёрта?!       - Встать-то сможешь? – уже без ехидства спросил незнакомец, присаживаясь рядом с Гуком на корточки       - Нет, - парень отвернулся, пряча обиженные, слезливые глаза. Не хватало ещё тут для полного счастья разреветься при каком-то левом человеке       - Ясно-понятно, - некто посмотрел на неестественно стоящую ступню Чонгука, - Выпрями ногу, я посмотрю.       Чон помотал головой. Не нужна ему никакая помощь от совершенно незнакомых людей, которые ещё и хамят при первой же встрече. Но видимо отказов незнакомец не принимал. Человек надавил ладонью на Гуково колено, выпрямляя ногу, и прикоснулся холодными пальцами к лодыжке.       - Говори, когда больно, - произнёс Некто, на что Чонгук только закусил губу       Ничего он не будет говорить, не нужна ему помощь, оставьте его вообще в покое. Длинные тонкие пальцы незнакомца обследовали лодыжку и стопу. Гук так ничего и не сказал, потому что, а что говорить? Больно везде. Но Некто его, кажется, и без слов понял.       - Вывих, - незнакомец нахмурился, меняя положение рук, - Надо вправить. Больно будет.       Чонгук знал, что вправлять всё что угодно это больно. В некотором смысле вывих это даже хуже перелома. Самому Гуку вправляли кисть и плечо, а ещё он ломал себе ключицу, так что материал для сравнения имеет.       Незнакомец сделал резкое движение, нога тихо хрустнула и вернулась в естественное положение. А Чонгук тихо всхлипнул и всё-таки расплакался. Очень больно, почти так же мерзко и вообще, состояние души паршивое. Гук потёр глаза, размазывая выступившие слёзы, и отвернулся.       - Ну, не хнычь, неженка, - усмехнулся Некто, а затем встретился с взглядом огромных зелёных глаз       Всё отпало. Просто всё. Огромные, как у оленёнка, зелёные, как летняя листва при солнце, и обиженные, как у маленького ребёнка. Эти глаза сейчас вынули душу, рассмотрели под микроскопом, вывернули наизнанку и запихали обратно. И всё это всего за пару секунд зрительного контакта. Самообладание и язвительность после этого пришлось возвращать силком, потому что ну это слишком.       - И чего ты разревелся, а? – после небольшой заминки продолжил незнакомец, снова возвращая слетевшую на пару секунд язвительную ухмылку, - Плакса-вакса-гуталин, на носу горячий блин. Тоже мне, фифа городская. Заканчивай слёзоразлив, идти надо.       - Ну и иди, раз тебе надо, - буркнул Чон, обнимая руками колени и отворачиваясь от незнакомца. Просто надо немного посидеть и успокоиться, прийти в себя, и желательно без этого надоедливого ехидного хамла над душой       - Вставай, надо идти, - повторил незнакомец, беря Гука за плечо, - Ты хочешь здесь остаться один и потом нарваться на ту «весёлую» компанию?       - Может и хочу, - Чонгук хлюпнул носом, даже не думая двигаться с места       - О, понятно. У тебя включился режим истерички, - Некто тоже сел на пол, - Найди у себя переключатель, включи мне нормального человека и пойдём.       - Иди, если тебе надо, - повторил Чон, ещё раз хлюпая носом, - Я с тобой никуда не пойду. С чего мне вообще тебе доверять?       - Ну вот, наконец-то подвезли немного адекватности, - вздохнул незнакомец, усмехаясь и поправляя немного съехавшую чёрную кепку, - Я тебя не прошу мне доверять, я тебя прошу успокоиться и наконец отсюда свалить.       - Отвали, - огрызнулся Гук, всё-таки оборачиваясь, - Я с тобой никуда не пойду.       - О, господи, - страдальчески выдохнул Некто и встал, опёршись спиной на стену и скрестив руки на груди, - Иди один, тебя никто не заставляет идти со мной. Только проверь сначала, можешь ли ты вообще на ногу опереться.       Чонгук осторожно встал и попробовал сделать пару шагов, но при опоре на вправленную ногу стопу снова прошибла резкая боль, и Гук чуть не грохнулся, не успев вовремя опереться на стену. Упасть не позволил незнакомец, быстрым движением подхватив за пояс и удерживая в неустойчивом положении. Как только Чон поймал утерянное равновесие, Некто отпустил его, снова отойдя к противоположной стене.       - Ну, что? Помощь по-прежнему не нужна? – ехидно спросил незнакомец, подходя к лазу в потолке       - Нет, - упорно отказывался Чонгук, придумывая способ добраться до дома, не наступая на ногу, - Дойду как-нибудь       - Руку давай, доходимец, - вздохнул Некто, цепляя парня за запястье, чтобы тому было на что опереться, - Пойдём отсюда       Когда Чон на одной ноге допрыгал до дыры в потолке, незнакомец отпустил его руку и отодвинул фанеру, прислушиваясь. Снаружи не доносилось ни звука, кроме шума ветра и стука дождя о пол и остатки стёкол.       - Вылезай, - шёпотом произнёс Некто и кивнул на лаз       Гук немного подпрыгнул на одной ноге, зацепился за край дыры и, подтянувшись, вылез. Пока Чон поднимался на ноги, опираясь о стену, из лаза вылез и незнакомец, снова вернув фанеру на место.       Некто закинул руку Чонгука себе на плечо и зашагал рядом, помогая не потерять равновесие. К выходу шли медленно и молча, во-первых потому, что та троица могла всё-ещё быть где-то поблизости, а во-вторых, потому что Гук всё ещё считал незнакомца откровенным хамлом и общаться с ним не очень-то хотел.       Когда парни спустились на первый этаж и почти дошли до выхода, тишину прорезал какой-то звук. Через пару секунд к Чону пришло осознание, ЧТО это за звук. Из подвала, приглушённые расстоянием и толстой железной дверью доносились стоны, причём явно не женские. Чонгук залился румянцем и отвёл взгляд от двери, а Некто, успешно игнорировавший этот звук, заметив его реакцию, зажал себе рот свободной ладонью, чтобы не рассмеяться. Засмеялся незнакомец только когда они вышли на улицу и немного отошли от здания. Причём рассмеялся громко и искренне, аж согнувшись пополам от хохота. Сошедший со щёк Гука стыдливый румянец вернулся, но только теперь уже как проявление возмущения.       - Что ты ржёшь?! – воскликнул Чон, опираясь на руль своего велосипеда и прожигая незнакомца гневным взглядом       - Да ты бы видел своё лицо, - немного задыхаясь от ещё не до конца отпустившего смеха, произнёс Некто, - Красный, как варёный рак       - Да это же, - Чонгук замялся, пытаясь выразить всё в словесной форме, - Это же … Фу бля, что я только что услышал?!       Некто только снова зашёлся смехом от созерцания Гуковой физиономии. На лице Чона была смесь из растерянности, отвращения, стыда и полнейшего ахуя.       - Отомри и пойдём, - усмехнулся незнакомец, уходя в направлении поля       В итоге Некто проводил Чонгука до самого его огорода, убедившись, чтобы парень нигде не навернулся, и, даже не попрощавшись, пошёл в обратном направлении. Чона терзали смутные сомнения, о том, что он, кажется, уже где-то видел этого человека. Но, поразмыслив пару минут, пока шёл по огороду, Гук решил, что мало ли где он мог его видеть, и спокойно задвинул эту мысль в дальний угол сознания.       Загнав велосипед в гараж, Чонгук похромал домой. Нога немного расходилась и болела уже меньше, так что идти он, хоть и со скоростью боевой черепашки, но мог. На кухне его встретила взволнованная и немного злая бабушка с чайником в руках       - Вернулся! – облегчённо вздохнула госпожа Чон, с грохотом ставя чайник обратно на плиту, - Уже и гроза прошла, и дождь пролил, а он только пришёл! Чонгук, у тебя что, совсем нету совести? Я же волнуюсь!       - Прости, - Гук обнял бабушку, постоял так секунду и сел на табуретку, - Я просто с велосипеда упал и ногу подвернул, поэтому пришлось сначала грозу пережидать, а потом назад пешком идти, - соврал парень, чтобы не получить по шее за прогулки по заброшенной школе и не волновать бабушку тем, что ногу он как-бы вывихнул и ему её вправили       - Эх, ты, - вздохнула госпожа Чон, а затем заметила порванные на коленке джинсы Чонгука, - Ещё и штаны порвал, зашивать теперь. Велосипедист с асфальтовой болезнью, тьфу       Бабушка обработала Чону коленку, зашила штаны и ушла куда-то в неизвестном направлении заниматься своими делами. Гук подождал немного, собрал рюкзак и пошёл к Нике. Девочка сидела на полянке, где Чонгук её в первый раз увидел, и что-то рисовала с подаренной Чоном тетради. Услышав хруст веток, она напряглась, готовясь убежать, но увидев выходящего на поляну Гука, подскочила с места и понеслась к нему.       - Чонгук~и, ты пришёл, - весело сказала Ника, обнимая Чона и повисая на нём, как маленькая коала, - Я думала ты не придёшь сегодня. Весь сад мокрый из-за дождя и ещё гроза была. Ты видел грозу?       - Видел, Никки, - улыбнулся Гук, снимая с плеч рюкзак, - Я принёс тебе поесть и ещё кое-что.       - Что? – девочка отлипла от Чонгука и вернулась в центр поляны, - Что ты мне принёс, Чонгук~и?       - Поешь, потом узнаешь, - загадочно произнёс парень и достал из рюкзака тарелку с мясом и гречкой, которые приготовила ему на обед бабушка, и пару свежих огурцов       - Ой, так много! – удивилась Ника, наблюдая, как Чон снимает с тарелки прозрачную плёнку, - Я столько не съем!       - Ну, значит доешь потом, - пожал плечами парень, передавая девочке тарелку и вилку, - Приятного аппетита, маленькая хозяйка леса       Ника улыбнулась и начала медленно есть. Пока девочка поглощала принесённый Гуком ужин, он же обед, он же завтрак, Чон достал из рюкзака термос с горячим чаем и раскладной стаканчик. Налив Нике в стакан, а себе в крышку от термоса, Чонгук уселся напротив девочки на траву.       Когда Ника поела, и они с Гуком выпили чай, девочка напомнила Чону о том, что он обещал показать ей то, что он принёс. Парень взял рюкзак и, уговорив Нику не подглядывать, достал оттуда огромного плюшевого мишку.       - Можешь открывать, - улыбнулся Чонгук, и девочка убрала ладошки от глаз       - Это мне? – неуверенно спросила Ника, удивлённо смотря на игрушку       - Да, - Гук протянул ей медведя       Девочка осторожно взяла его, будто боясь, что игрушка сейчас оживёт и покусает её, а затем обняла и уткнулась в него носом       - Он пахнет свежим хлебом, - удивилась Ника, не отрываясь от медведя, - И домашним теплом. Такой уютный. Прямо как ты, когда вечером почти засыпаешь здесь.       - Ну, я подумал, что тебе, наверное, одиноко здесь, и принёс его, - улыбнулся Чон и девочка, привстав, обняла и его тоже, по-прежнему не выпуская мишку из рук       - Спасибо, Чонгук~и, - пробубнила Ника, - Ты самый-самый хороший сказочный путешественник, который только есть       Гук улыбнулся. И дальше вечер вошёл в своё обычное русло. Сначала девочка рассказала Чону историю взамен на медведя, потому, что «иначе будет нечестно». Потом сам Чонгук рассказал ей несколько сказок.       Домой Гук вернулся, когда уже стемнело, но привыкшая к такому позднему возвращению бабушка ничего ему не сказала, только немного пожурила за промокшую из-за сидения на траве одежду. Ничего необычного, за исключением того, что Чон впервые за несколько дней спал в доме, а не в саду, из-за прохлады и опять заморосившего дождя. Настроение снова поднялось, нога окончательно прошла, неприятные эмоции забылись, а завтрашний день представлялся вполне себе хорошим, несмотря на все сегодняшние неприятности.