Всадники. Земля изгнаных.

Спустя несколько дней проведенных в огромном доме, Лилит успела несколько раз потеряться, разбить парочку ценных артефактов, получить нагоняй от Чумы и услышать несколько забавных историй от Войны о прошлом, в котором были разные люди, и какие глупости они делали, например рассказы о Гитлере, Наполеоне или же даже Александре Македонском. Конечно же она знала всех их, потому что мама иногда рассказывала, а как-то раз, она принесла домой книгу, благодаря которой девочка научилась читать, писать и выучила некоторые моменты в истории человечества. Но как и прежде, она сидела в темных уголках дома, потому что каждый раз, когда лучи попадали на бледную, почти прозрачную кожу, появлялся новый ожог. Девочка, привыкшая к этой боли, не жаловалась и не говорила ничего своим спасителям, и только тогда, когда Смерть замечала ожоги, брюнетка уже не могла отвертеться. — Я же просила тебя сообщать мне, когда у тебя будет ожог, плюс, мы сделали тебе специальную одежду, что защитит тебя от ультрафиолета. — — В той одежде жарко, да и мне не хочется пользоваться вашей добротой… — Дорогуша, послушай меня, — Смерть приподняла личико девочки и посмотрела в её глаза, — если тебе что-то предлагают, но этого еще нет, тогда ты можешь подумать соглашаться или нет, а вот если тебе уже что-то дают, то что уже есть и предназначено только для тебя, грех этим не воспользоваться… Поняла? Губки девочки задрожали и на глазах выступили слёзы, она согласно кивнула и Смерть смягчила взор. — Ну что ты, не надо плакать. — Она погладила малышку по голове и та вновь кивнула. — Можно задать вам один вопрос? — голос Лилит дрожал, но она не осмелилась поднять голову. — Да конечно. Ты же знаешь, что я отвечу на любой твой вопрос. Она прикусила губу стараясь не расплакаться, хоть и от нахлынувших воспоминаний её начало выворачивать наизнанку. — Это вы забрали мою маму? Подняв голову, брюнетка серьёзно смотрела на розоволосую, та же в свою очередь задумалась приложив палец к подбородку, она активно думала над тем, кто же её мать и могла ли именно она её забрать. — Ты знаешь, как умерла твоя мама? — Да. её. — девочка запнулась на полуслове, — Её забили камнями… — Да, я её забрала. Смерть ответила без колебаний, ведь душа той женщины горько плакала вплоть до самого чистилища, где её ожидало перерождение. Она просила, чтобы её дочь спасли, чтобы ей кто-то помог и видимо, кто-то её да услышал. Девочка тихо всхлипывала, и Смерть поспешила её успокоить. — Она была рада, что ты убежала, и я уверена, что она обрадовалась бы тому, что ты жива. -Правда? — всхлип и малышка подняла голову. — Правда, а теперь не плачь, и возрадуйся тому, что твоя мама больше не будет страдать. Смерть прижала девочку к себе и успокаивающе погладила по голове, в этот момент в комнату вошла Война. -Я тут это… ооо, а у кого это здесь глаза на мокром месте? — она присела на колено перед девочкой, которая вытирала слезы в объятиях Смерти, — я принесла вам хорошую весть, нас приглашают на аудиенцию к Отцу. И похоже там будет вся «верхушка». Глаз Войны дернулся при последнем слове, а Смерть заметно напряглась. Лилит, которая уже успокоилась, посмотрела на них с интересом. — А что, что-то не так? — Нет, всё хорошо… просто есть там такие личности, которых мы не очень жалуем.- ответила Смерть, смотря на подругу. — А они опасны? — Нет, но тебе лучше остаться здесь, я пришлю кого-то из своих подопечных тебе в помощь. — Подопечных? — тихо повторила девочка, наблюдая за тем, как поднимается Смерть. — Да. -она мягко улыбнулась и приподняла руку, — Пусть пространство растает, Свет тьму разорвет, И жнец пусть немедля На мой зов придет! Яркий свет ослепил всех кроме Смерти, и в одно мгновение перед ними появился парень. Его черные волосы были собраны в тугую косу и слегка выбивались возле лица, длина косы достигала его колен. Его худое вытянутое лицо выражало недовольство, а тонкие, черные брови сузились на переносице. Янтарно-алые глаза, быстро шарили по комнате, а когда поймали силуэт Смерти гримаса недовольства исчезла. Тонкие губы розоватого оттенка слегка растянулись в улыбке, но не показывая зубов. Он был высоким. Белая рубашка и черный костюм подчеркивали бледность его лица и сияние глаз, натертые до блеска туфли идеально вписывались в образ. Он приложил правую руку к груди и наклонился приветствуя всех. — Джон Огюст Тейлор, к вашим услугам, госпожа. — он опустился на одно колено, склонив голову. — Джон. прости, ради всего святого. — Смерть покраснела и кинулась поднимать своего подчиненного. — О чем вы? Я рад служить вам. — У тебя столько работы, ты ведь только из штаба да? — Да, но это совершенно не важно! — Жнец попытался успокоить мельтешащую девушку. — Смерть, нам пора. — напомнила Война и постучала по часах на руке. — Ох точно. Прости, что вызвала тебя, ты и так мне постоянно помогаешь., но тут работа. не сложная. Посмотри за девочкой. там. покорми, развлеки как-то… и не давай ей выходить на улицу. Пока не зайдёт солнце. Сам тоже можешь отдохнуть. Где душ ты знаешь. одежду у себя найдёшь чистую. Мужчина приподнял брови и уголки губ выше с нежностью и благодарностью смотря на своего Босса. — Конечно-конечно, только не волнуйтесь, всё будет хорошо. Смерть и война покинули комнату, а Лилит продолжала удивленно смотреть на мужчину, который нежно улыбаясь проводил. Вернувшись к девушке, он присел на колено и улыбнулся. — Ну, давай знакомиться. Я Джон. — Я Лилит… Брови мужчины вздёрнулись в удивлении, он взял её маленькую руку и поцеловал безымянный палец. — Лилит, детка, ты подождешь меня в комнате, пока я переоденусь? Не хочется таскаться в офисной одежде по дому… — Д-да. конечно… я подожду… — Вот и чудно… Джон поднялся и покинул комнату, а девочка, еще несколько ещё несколько секунд посидев, ровно упала в подушку лицом, чувствуя, как горят её маленькие ушки, то ли от стыда, то ли от смущения. … — Ты уверенна, что его можно оставить с Лилит? — спросила Война, надевая свой красный плащ и застёгивая брошь на шее. — Да, иногда я ему доверяю больше, чем себе. Он хороший парень, иногда раздражительный, но хороший. Я самолично забирала его душу и когда я пришла, он мне так лучезарно улыбнулся, что я бы не сказала, что он умирающий, хотя на тот момент в нем уже не было 2 литров крови. — Ну смотри. Смерть расправила свой плащ, и Война открыла вход в Небесный Дворец, где и проходила сама аудиенция. Они вошли и возле них из ещё одной двери, вышли ещё двое Голод и Чума. — О девочки! — Чума махнул рукой и всадники собрались вместе. — слышал, твой женишок будет… Чума заговорщицки наклонился к Смерти и та вздохнула. — Знаешь, я уже не удивлена, что-то он зачастил сюда… — Ну, а что ему в Аду делать? Сера, да грешники… а здесь, хоть какое-то веселье. — пожал плечами Голод, убирая длинные волосы с лица. — И то верно. — кивнула Война, и все направились в тронный зал. Встречая по пути ангелов, кто кивал, кто махал рукой, кто кланялся, всадники добрались до тронного зала. Большая дверь из мрамора и позолоты отворилась от прикосновения Чумы, словно ничего не весила, и всадники величественно вошли в зал. И тут Смерть остановилась и её глаза пересеклись с другой парой глаз и та тихо произнесла. — Иисус…