Hey, mr. policeman!

Встретившись с ребятами, Женя пересказал всю историю, сам пытаясь понять, в какой же момент все пошло не так. - Блять, - Миша прижал руку ко рту и отвернулся, даже ещё не дослушав. - Ну... - Даня выглядел очень растерянным, потому что это немного не вписывалось в его картину мира. Он пытался найти какие-то слова, - он же сам... прыгнул. - Ты блять совсем дебил? - не выдержал Женя, хватая Поперечного за толстовку и толкая с такой силой, что он упал на газон. - Человек чуть не умер! А может быть умер! Из-за меня! Я же сказал, что он сорвался, я довёл его! Он... он бы не прыгал, он знал, что не сможет, но зачем-то прыгнул. - Тихо-тихо, - Руслан поймал Женю, обхватывая поперёк груди. - Женя прав, что мы довели, это тоже нельзя сбрасывать со счетов. Ты ведь тоже ничего не знаешь о нем, кроме того, что он полицейский, - прошипел на Даню. - Как быстро вы готовы сдаться и изменить своим принципам! - вскочил на ноги Поперечный и, схватив свой рюкзак со своими вещами, отсалютовал друзьям, удаляясь. - Иди нахер! - зло крикнул вслед ему Женя, отпихивая Руслана и говоря, что в порядке. На самом деле, ни разу он не в порядке. Его тошнило, в горле стоял ком, как будто бы его сейчас вырвет, все тело ломало, заставляя выворачивать плечи. - Черт! - Женя сел на корточки, обхватывая колени руками. - Так, Женя, спокойно, давай по полочкам, - Руслан с Мишей присели рядом. - Что? - Я... я не знаю, а что если он умрет? Что если он уже умер? - Женя закрыл лицо руками. - Так, давай ещё раз опиши мне все, - попросил Руслан, стараясь отвлечь друга. Из-за того, что мама работала в больнице, у него был хоть какой-то авторитет среди друзей в вопросах медицины. - И вообще, если медики забрали, значит, есть шанс! Кое-как друзья все-таки увели Женю оттуда. Они сначала вернулись к Мише и забрали все вещи, а потом уже Руслан потащил Баженова к себе, ясное дело, что ему нельзя было в таком состоянии домой, да и вообще оставаться одному. Он умолял Усачева позвонить маме и спросить про полицейского, пару раз порывался сам пойти в больницу. Руслан кормил его обещаниями и почти на все соглашался, но упорно тащил в квартиру. - Ты вообще понимаешь, что это не просто кто-то упал? - уже дома прошипел на него Руслан. - Это мент! Да если ты покажешь, что имеешь хоть какое-то к этому отношение, тебя хорошо, если не убьют, а просто посадят. И найдут за что! В прямом смысле найдут! Лет на двадцать! Вы и так с Поперечным сегодня отожгли по полной, молите Бога, чтобы они вас не вычислили, - он встряхнул друга за плечи. Женю, кажется, это сейчас не особо интересовало, и он умоляюще смотрел на Руслана. - Ой, ладно, сиди тут, я позвоню маме, просто поговорить типа. Может, повезёт и сама расскажет, - поставил условие Руся, а Женя крепко его обнял. Руслан вышел из комнаты и закрыл дверь прямо у друга перед лицом, он тоже нервничал. Мама трубку взяла, и они поболтали ни о чем. Наконец, он стал аккуратно расспрашивать про работу, им повезло, что она работала в терапии и напрямую была в курсе и тех, кто поступал со скорых. Вероятнее всего, что отвезли именно в районную больницу. - Что там?! - подорвался на кровати Женя, как только Руслан вернулся. - Спокойно. Я не спрашивал на прямую, но, - парень поднял палец. - Я спросил ее, умирал ли кто-нибудь за вечер. Никто не умирал даже из привезённых, на удивление спокойно все в этом плане, - он повторил её слова, - все стабильны. Женя от облегчения рухнул на кровать, уставшими и запавшими глазами смотря на друга. - Спасибо. - Да ни паникуй ты так, все будет хорошо, - Руслан сел и обнял Женю, - если довезли и стабилизировали, то все будет хорошо. - А к нему можно сходить? - Ты дурак?! Конечно, нет! Если в реанимации, то совсем нет! Да и... на каких основаниях? Лучше тебе не соваться, - зная, что Женя очень упёртый, Руслан поспешил заменить свой отказ на компромис, - да и сейчас нет смысла. Он наверняка отсыпается сейчас его нельзя тревожить. Хотя бы до завтра. Смотри, завтра в школу, а вот после мы может сходить в сторону больницы просто посмотреть обстановку, может какие новости будут. - Завтра? Да, сейчас наверное лучше не стоит, - купился на все Женя. - Сходишь со мной завтра? - Обязательно сходим, все, давай, возвращайся в реальность. Главное, что никто не умер, да? - Да, - уверенно кивнул Женя. *** Уже в больнице Владимир буквально на пол минуты пришёл в себя. Все кружилось, он толком ничего не видел и ещё жутко тошнило. Он даже не особо понимал, где он, что с ним, было просто так плохо. Даже от такого легкого усилия, как открыть глаза, он устал. Голова начала раскалываться почти тут же, и он снова выключился, проваливаясь в забытьё. В следующий раз, когда он попытался открыть глаза, было лучше. Ему казалось, что первая попытка была не так давно, в реальности же уже было утро следующего дня, а он лежал в палате. Этого он пока тоже не знал. Пока что голова не болела, но даже думать было утомительно. Глаза постепенно привыкали к яркому свету, откуда столько солнца в его серой и убогой жизни? До конца сфокусироваться ни на чем не получалось. Верно. Очки. На автомате он повернул голову вбок и собирался дотянуться до очков, которые обычно лежали на тумбочке рядом с кроватью. А вот это было совсем зря. Ему так плохо не было даже когда он в одиночестве перебирал с алкоголем. Не часто, но пару раз бывало. Голова застучала, затылок жутко ныл и пульсировал болью, а помимо этого руку поднять особо тоже не получилось, потому что болела вся грудина или это были уже рёбра, он не особо разобрал, просто понял, что лучше не двигаться. - Ммм... - вот тихо простонать получилось. Так как голову он все-таки повернул, то рядом не оказалось никакой тумбочки, только какие-то приборы, которые хоть и смазано, но он видел. Он понял, что в больнице, только не понял почему. Он бы продолжил выяснение, если бы не жуткая усталость, он снова провалился в сон. Только с третьего раза пробуждение вышло почти полностью осмысленным. Его разбудили шаги рядом и тихий разговор. Открыв глаза он увидел двоих врачей, стоящих рядом. - Владимир Ростиславович, вы нас слышите? - врач заметил, что пациент пришёл в себя. Владимир хотел спросить, но увидев реакцию, врач стал говорить сам. - Вы в больнице. Вас привезли на скорой, вы упали со второго этажа. Потеряли много крови, сотрясение, переломы рёбер. В общем и целом вам повезло! Скоро будете как новенький. А сейчас для вас самое главное - побольше спать. Не пытайтесь резко двигаться, все движения должны быть аккуратными, есть пока вам тоже не так важно, до завтра пока ещё капельница постоит. Там вам полегче будет. Все понятно? Мединский растерялся от такого потока информации, но раз врач говорил, что все хорошо, то он очень слабо кивнул. - Вот и славно, я ещё зайду к вам, отдыхайте, - на этом оба врача из его палаты вышли. Мединский лежал и обдумывал всю поступившую информацию. Упал со второго этажа? В памяти встали зелёные глаза, испуганно смотрящие на него, а ещё то, как он «летел». «Летел» не вниз, этого он не помнил, а вверх. Хорошо было... момент падения он не помнил совсем. В целом он не очень удивился тому, что куда-то рухнул, он в себе не сомневался. К зелёным глазам добавилась маска. Верно, тот подросток... его машину кто-то разрисовал, у него обещали что-то вычесть из зарплаты. Получается, он ещё и в больницу попал? Это же значит больничный, он сейчас на больничном, никаких премий, так мало заплатят. - Бляя... - тихо выдохнул Владимир и решил спать дальше. Руслан как ни старался, на следующий день все равно не смог отговорить Женю идти к больнице. В целом другу стало получше, глаза уже не были такими безумными и отчаянно решительными, а ещё он больше слушал, что ему говорят. - Жень, ну как ты себе это представляешь? - выйдя из школы, спросил Руслан. - Мы же можем сказать, что друзья... или не знаю, знакомые, - предположил Женя. - Видишь ли, в чем прикол... тебя и так может искать полиция, они, думаю, по камерам поняли, что он побежал за каким-то подростком. А тут к нему в больницу приходит неизвестный подросток! - Усачёв взмахнул руками, - да даже такие тупые, как наши менты, сложат два и два. А выяснять не будут, им достаточно будет догадки. Женя вздохнул, понимая, что Руслан прав. Он вообще все понимал, но ему так нужно было увидеть, что человек, который из-за него чуть не умер, жив, своими глазами. - Тогда может быть мы снаружи посмотрим? Я залезу, ты же знаешь, не проблема, - предложил Женя. В любом случае они пока двигались к медучереждению. - Ой, а может вот хватит пока с противозаконными штуками? Вы совсем с Даней отбитые? После участка вам вообще залечь на дно надо! - Руслану все это очень не нравилось. Он до сих пор не понимал, каким образом у них вчера все прокатило. Да и не известно до конца, а прокатило ли... - Русь, я обещаю, что вот посмотрю... и весь остаток месяца буду самым послушным и законопослушным гражданином, - пообещал Женя. - А куда ты вообще лезть собрался? Ты палату знаешь? Нет, я тоже нет, - недовольно пожал плечами. - Ну ты же знаешь с какой стороны терапия? - Я?! И дальше что?! В каждое окно заглядывать? А если его вообще положили не в терапию, а в другое отделение? И нет, я не буду спрашивать у мамы. - Погоди, у меня есть идея! - внезапно остановил того Женя. - Мне уже нервничать? - Он же полицейский! Давай позвоним в больницу и скажем, что мы коллеги, хотели бы навестить, типа узнать часы посещения и палату... - предложил Женя. - Прекрасно, а потом тебя по этому номеру и запалят, да? - ответил Усачёв. - Нет! У меня есть левые симки, у метро раздавали! Они же не зарегистрированы ни на кого! - Женя полез в портфель и скоро уже вскрывал свой телефон, чтобы вставить новую. - Эээм... ты что наркоту тайно делаешь? Зачем тебе они? - не понял Руслан, потому что у него никогда не было никаких левых симок. - Когда деньги на своём совсем кончаются, а на этих есть небольшой запас, чтобы уходить в минус, потом просто выкидываешь, - хмыкнул Женя, - но идея варить мет меня радует, составишь компанию? - Я буду тебя крышевать, - рассмеялся Руслан и они ещё какое-то время перекидывались шуточками на эту тему. Дойдя до больницы, они остановились напротив, и Руслан примерно рассказал, что знает. В целом Женя уже видел, как можно забраться на тот или иной этаж. Несколько корпусов, между ними удобный переход, трубы какие-то, козырьки местами... не проблема вообще. Камер они особо не заметили, только на самом входе и направленные естественно на вход, но может, были и ещё. В Больницу звонил Руслан, у него голос был взрослее, у Жени ещё ломался, да и Руся языком хорошо умел работать, как помело. К огромному удивлению Усачева, ему очень легко поверили, отнесясь даже с уважением, ведь он представился коллегой. - Ну что там? - дернул того Женя, как только Руслан положил трубку. - Сказали, что с ним все хорошо, он не в реанимации, лежит в отельной палате на двоих, но второго человека там нет, - начал пересказывать. - Я поражён, что мне столько сказали, обычно врачи не любят расспросы родственников и знакомых. Видимо, потому что полицейский. - Ии?! - И вот, у него вроде как сотрясение и переломы рёбер, жить будет. Посещение разрешено с десяти до двенадцати и с часу до четырёх. Группой к нему не пустят, по одному. Палата 306. - Ты знаешь, где это? - кивал Женя, впитывая информацию, как губка. - Да, примерно, во-первых, нам нужен вот этот корпус, - он указал не на самое высокое здание, а всего лишь четырехэтажное. - Этаж соответственно третий и.... нумерация... - припоминал Руслан, пытаясь сориентировать и вспомнить где какая сторона, - кажется, оттуда начинается, - указал сторону. - Отлично! Спасибо, Русик, - Женя порывисто обнял того и дернулся в сторону дороги. - Стоять! - Усачёв поймал почти за шкирку, - мы не определились с планом действий. - В смысле? - Ну, залезешь ты, дальше что... постучишь в окно «Здравствуйте, вы из-за меня голову разбили и рёбра сломали!» Так ты себе это представляешь? «А сейчас я пришёл просто на вас попялиться и поэтому залез в окно!» - Ну... - Женя стушевался, он действительно не знал, что будет делать. - Ты думал вообще, что скорее всего тебя он... не особо хочет видеть, - Вздохнул Руслан. - Да, ты прав. Наверное, ему хочется меня убить, - прикинул Женя. На его месте ему бы хотелось. - Вот. - Я тебя понял, я не буду с ним разговаривать или показываться, постараюсь просто посмотреть, просто... увижу, что все нормально, - озвучил своё желание Баженов и уверенно посмотрел на друга. - Обещаешь, что без глупостей? - уточнил Руслан. - Да! Пока с меня глупостей достаточно, - вздохнул Женя. - Хорошо, иди, я тут тебя подожду и включи звук на телефоне, бери трубку, если я набираю! И давай, что ли, надень капюшон... - Я знаю, все-все, давай, я побежал, - Женя ударил по руке Руслана и, накинув капюшон, не спеша пошёл переходить дорогу. Территория больницы сильно не охранялось, переходить между корпусами было по крайней мере можно. Народу было немного, иногда проходили врачи или пациенты. Женя шёл, стараясь улучить момент, когда он окажется на аллее один. Как хорошо, что на территории есть деревья и кусты, хоть какая-то маскировка. Карниз, край окна и небольшая трещина позволили Жене оттолкнуться и допрыгнуть до козырька. Тут нужно было действовать быстрее всего, есть риск, что заметят посетители. Он подтянулся на руках и бесшумно приземлился на крышу козырька. Только он выдохнул, как рядом мелькнула какая-то тень, и он понял, что стоит напротив окон второго этажа. Поняв это, он сразу же пригнулся и прижался к стене. Вроде бы не заметили. Он перебежал к другому краю козырька и попытался пристроиться к достаточно широкой трубе, которая шла вверх и поворачивала как раз под третьим этажом, идя вдоль него. Женя посмотрел вниз. Высоковато. Подтянуться по трубе на этаж выше было самым сложным, дальше лишь вопрос равновесия и баланса, а с этим у него хорошо. Баженов выдохнул, обнял неудобно толстую трубу и принялся карабкаться по ней, как на физкультуре по канату. Никто бы обычный сюда не залез, даже ему было безумно тяжело, благо мышцы в хорошей форме. Как только труба повернула и теперь была не перпендикулярна, а параллельно земле, Женя лёг на неё животом, свешивая все конечности и восстанавливая дыхание. Он пролежал так с пару минут, а потом уверенно поднялся на ноги. Первое окно, он пригнулся, почти приседая на карточки. Аккуратно заглянув, он обнаружил большую палату на шестерых минимум, точно не его... он пригнулся и тихо прошёл мимо их окон, им принадлежало сразу два окна. Дальше была палата меньше, но все равно на четверых. Он мельком осматривал пациентов, но не находил «своего». Он стал двигаться дальше, пытаясь отсчитывать палаты. Ну и дебилом же он со стороны, должно быть, выглядит на этой трубе. Хоть бы ночью полез, нет, ведь, после школы пошли. Благо все-таки у него по правую руку были пара ёлок и одна берёза. Жиденькие, конечно, но хоть какая-то конспирация. Наконец, он дошёл до шестой по счёту палаты. Очень аккуратно он высунулся, заглядывая внутрь. Две кровати, одна ближе к нему пустая, а вторая стояла ближе к выходу. На ней лежал человек. Женя привстал чуть побольше, пытаясь рассмотреть. Похоже, он угадал. Полицейский лежал на спине и очевидно спал. Поза была характерной для тяжелобольных, руки по швам, голова даже не повёрнута вбок. Баженов почувствовал резкий укол вины, рассматривая бинты, аппаратуру стоящую рядом и капельницу. Он напомнил себе о том, что все будет хорошо, и Владимир поправится. Теперь он выпрямился в полный рост, осматривая пациента. Грудная клетка у того медленно поднималась и опускалась, наверное, сон - это хорошо. Больше ничего об его состоянии Женя понять не мог. Конечно, идея постучать в окно и разбудить, а ещё и напугать человека, была глупой. Он не станет этого делать, Руслан был прав. Сегодня Жене было так важно самому увидеть, что с человеком все в порядке. Относительно. К горлу подступил ком, а на глазах навернулись слёзы, он сел на трубу под окном Мединского, пытаясь придти в себя. Сегодня это были слёзы облегчения. Карман толстовки завибрировал, это предсказуемо был Руслан. - да, - шепотом ответил Женя. - Ну чего там? Мне плохо тебя отсюда видно. Нашёл? - спросил Усачёв. - Нашёл, - довольно выдохнул Женя, смахивая остатки влаги со щек. - Все хорошо, наверное, он спит. - Фуф, ну я рад за тебя. И за него. Все обошлось, да? - Мне даже не верится. - Только не вздумай его будить! - Нет, конечно. Я не сволочь, покачал головой Женя. - Ну все? Ты убедился, теперь ты можешь уже слезть оттуда? - как бы намекнул Руслан. - Да, думаю да, - рассмеялся Женя, внезапно почувствовав жуткую усталость, - я так устал, хочу домой и спать. Сейчас спускаюсь. - Давай, - ответил Руслан и повесил трубку. Женя убрал телефон, поднялся на ноги, бросая последний взгляд на чужого, но внезапно ставшего таким важным, человека. Он обязательно извинится. Даже если его будут ненавидеть. Баженов пригнулся и быстро дошёл по трубе в обратную сторону, тут он уже просто спрыгнул на козырёк, сделав перекат через разножку. И через ещё мгновение оказался уже на земле. - Спасибо! - Женя крепко обнял Руслана, сжимая руками плечи друга. - Не за что, идиота кусок, - Усачёв похлопал друга по спине. - Сегодня к себе пойдёшь? - Да, надо и дома показаться, - закивал Женя, отпуская друга. - Чтобы я без тебя делал... - Спалился бы! - Это верно. *** Владимир более-менее пришёл в себя во вторник. Ему уже меньше давали обезболивающих, голова тоже почти "встала на место". Почти весь вчерашний день он проспал, сегодня проснулся только около двенадцати. Очки так ниоткуда и не появились, а врач сказал, что среди его вещей, когда его привезли ничего подобного не было. Скорее всего, они слетели с него, когда он падал, и остались где-то в подворотне. Он даже эту самую "подворотню" не помнит, помнит только крыши. Тогда был плохой день, а подросток его просто вывел из себя окончательно. Постепенно вспоминались детали, от насмешек малолетнего засранца, до того, как этот же засранец орал ему, чтобы он не прыгал. Конечно, не надо было прыгать. Кто-то со стороны мог бы сказать, что это выглядело, как намеренная попытка себя убить, но как ни странно, Владимир прыгнул вовсе не поэтому. Он прыгнул для того, чтобы доказать себе, что хотя бы что-то ещё может. По крайней мере прыгнуть, и не важно, допрыгнет ли. Мединский холодными пальцами дотронулся до лба, аккуратно хотел провести по волосам, но там оказались бинты. Руки тоже слушались плохо, каждое движение отдавалось в рёбрах и грудной клетке. Врач сказал, что он может вставать с постели и что-то делать по мере собственного самочувствия, главное не резко. Сегодня уже у него не было капельницы, и ему обещали привезти нормальный обед. Полицейский решил воспользоваться дозволением и очень медленно поднялся с кровати, рёбра ныли адско, но сменить лежачее положение было тоже приятно. Погода поражала его, ещё на днях было уже промозгло, а сейчас светило солнце и в палате было душно. Можно было дождаться медсестры, чтобы попросить открыть окно, но он решил, что это отличная цель для него. Главное, сильно не двигать корпусом. Если честно, он был удивлён, что ноги работают, и он их даже не сломал. - Какого ж чёрта? - вздохнул он, когда подошёл к окну. В целом, для него сейчас пейзаж за окном был скорее в духе импрессионизма, или даже авангарда... Он видел только обилие света, пару зелёных пятен разных оттенков перед ним и разные тона серого, чуть ниже, местами блестело золото. Владимир распахнул окно и кое-как облокотился на подоконник. Да, на улице было тепло, солнце даже чуть-чуть припекало, но леденящий холодок иногда давал о себе знать. Было очень странно, что ему никуда не нужно сейчас. Бесконечный поток работы был так внезапно прерван, что он был в лёгком шоке. Он даже в отпуске не был уже года три, потому что смысла в нём не было. Денег на поездку не хватало, а сидеть дома слишком уныло, поэтому он писал отпуск на свои выходные, чтобы просто получить небольшую прибавку к зарплате. Когда врач говорил с ним про очки, то сказал, что посещение разрешено, и он может кого-то попросить принести запасные. Мединский кивнул тогда, думая про себя, что принести-то и некому. Интересно, в участке вообще заметили его отсутствие? То, что никто не придёт, он был в этом полностью уверен. А вот с очками жалко. Дома действительно были другие, но чуть слабее, потому что покупал давно и в какой-то момент почувствовал, что зрение упало ещё. А значит, ему придётся тратиться на новые. Просто прекрасно. Делать было особо нечего. Телефон вот при нём очень даже был, но его врач пока не возвращал, так как это противопоказано при сотрясении. Обещал отдать только завтра. Никакой книги не разрешалось тем более. В коридор выходить было далековато, да и опять же велика вероятность во что-нибудь вписаться. Поэтому Владимир чередовал дремоту с хождением по палате. Женя спал этой ночью как убитый. Нервная система восполняла всё, что было потрачено в последние пару дней. В школу он встал как зомби, но всё равно был почти выспавшийся. На уроках даже Руслан отметил, что он повеселел и с ним стало снова возможно разговаривать. А вот Поперечный до сих пор не утруждал их своим присутствием, то прогуливая уроки вовсе, то садясь от них на противоположный конец класса. Баженов понимал, что сейчас разборок он не выдержит и либо покалечит Даню, либо сам свихнётся, поэтому даже не обращал внимания. После уроков он отказался гулять с Мишей и Русей, аргументировав тем, что ему хоть как-то надо сделать хоть какие-нибудь уроки, а то у него уже скопилась куча троек и даже пара "карандашных" двоек. Естественно он направился не домой, а в больницу! С уроками потом разберётся, когда было по-другому? Дорога была не такой далёкой, только вот сам Женя не торопился. Придя в себя, он тоже думал, насколько уместно будет заявиться к полицейскому. А что он скажет? Солнце сегодня светило слишком ярко и парень щурился. Сегодня бы стоило побегать с парнями, но он по-другому не мог. Уже около самой больницы в глаза бросился "Перекрёсток" и он зашёл, думая, что если всё-таки решится, то не хорошо будет идти с пустыми руками. Денег у него было совсем немного, поэтому он купил плитку шоколада и грейпфрут. Не то чтобы он был уверен в своём выборе, но он вообще чувствовал себя очень неловко со всей этой ситуацией так что... просто закинул всё это в рюкзак и пошёл. Рядом с магазином он остановился на лавочке, доставая из рюкзака толстовку, чтобы уж не так бросалась в глаза белая школьная рубашка. Теперь он стал неприметнее. Обычно, его любимой была чёрная толстовка, но помня о сером цвете здания больницы, именно такую он и взял. Зайти во внутрь, он так и не решился. Женя подумал, что сначала залезет и разведает обстановку, а потом уже, если что, спустится и зайдёт нормально. Залезть на третий этаж не составило никакого труда, вчера он даже больше стремался, потому что голова была забита не тем, сегодня руки не дрожали. Рюкзак, правда, немного мешал, особенно когда он только лез по трубе вверх. - Эй, парень! - его окликнули снизу и Женя чуть не упал. Он не ожидал, что его кто-то заметит, к тому же он был полностью погружён в свои мысли. Он только сильнее вжался в трубу и посмотрел вниз. На дорожке за деревьями стоял какой-то мужик с букетом цветов. Женя уже думал, что соврать. - Парень, ты корпусом ошибся! – увидев, что парень откликнулся, продолжил мужик, - родильное отделение там! - замахал руками в нужную сторону. - А... - Женя захлопал глазами, понимая, что его видимо приняли за молодого папашу, который решил сделать подарок своей любимой. Это было... неожиданно. Но на руку. - Где? - тихо, но так чтобы его слышали переспросил он. Мужик ещё раз показал. - Спасибо! - поблагодарил он, делая вид, что собирается спускаться. - Не за что! - крикнули ему. Мужик и сам торопился к жене видимо, поэтому уже не видел того, что пополз Женя в другую сторону. В остальном он добрался до третьего этажа без приключений. Мединский дремал, когда услышал какой-то крик с улицы. Окно так и осталось открытым с утра, поэтому он решил пойти посмотреть, что такое. Ну, или послушать. Не то чтобы ему было очень интересно, зато хоть какое-то занятие. Он медленно стал подниматься. Тем временем ответный голос раздался откуда-то совсем близко. Из одного из соседних окон, что ли? Только вот к тому моменту, как он доковылял до окна всё как-то стихло. Наверное, можно было идти обратно. Внезапно, что-то тёмное мелькнуло в углу открытого окна. Владимир аж дёрнулся и тихо болезненно застонал, хватаясь за рёбра. Какого чёрта? А ещё он услышал какое-то шуршание... Он, наконец добрался до окна и не без усилия перегнулся через широкий подоконник, чтобы выглянуть в окно. Под окном никого не оказалось, а вот когда он повернул голову, то обнаружил человека, примостившегося на корточках на какой-то трубе. - Какого... - все было в расфокусе, и он никак не понимал смысл того, что видит. - Что... что вы делаете за окном? - Владимир предположил, что возможно человек там - рабочий, хотя это тоже было странно. Или сотрудник больницы. - Что-то случилось? Вам помочь? Позвать кого-нибудь? Женя проклинал себя всеми словами. На кой черт, он полез дальше! Да зачем вообще полез? Он тоже заметил, что полицейский больше не спит! Он уже был на пути к тому, чтобы смыться, но его успели засечь. От звука голоса Баженов так и застыл на месте, не двигаясь ни назад, ни вперёд. Как же он облажался! - Нет, спасибо! - отозвался Женя почти дрожащим голосом. Вот никого звать было точно не нужно. И что теперь делать?! Между ними повисла пауза, Владимир напряжённо щурился, а Женя боялся развернуться и вообще что-то сказать. - Вы решили сбежать из больницы? - предположил полицейский спустя какое-то время, - я не знаю, какой тут этаж, но не первый! Женя вздрогнул и обернулся наконец-то. - Почему вы не знаете, какой тут этаж? - в голове сразу же нарисовалась куча ужасных сценариев, как травма могла отразиться на человеке. Он посмотрел в лицо Мединскому. Боже, бинты на голове выглядели ужасно. - Я не вижу... - смущённости ответил Владимир, отводя глаза. Он видел размытое лицо, которое казалось ему очень юным, да и голос тоже совсем не взрослым. - Просто, если вы решили прыгать, то не советую, я вот только что прыгнул, - идиотски хихикнул мужчина. - Это не выход. - Я не... - Женя ничего не мог сказать, - Вы потеряли зрение из-за этого?! - Я потерял очки! Это хуже, поверьте, - простонал Владимир. У Жени все внутри перевернулось, какой же он идиот! Очки! Ну, конечно же! Он даже в этом виноват... кажется, пора отвечать за свои поступки. - Я не самоубийца, не волнуйся, - вздохнул Женя и выпрямившись, пошёл к окну Владимира. - я... - Мединский не понял, почему они вдруг перешли на «ты». С каждым шагом лицо становилось виднее все лучше, и когда человек подошёл так, что мог взяться за его подоконник с другой стороны, Владимир отчётливо понял, кто пришёл его навестить. Юношеские черты лица, наверняка, ещё школьник, чёрные волосы и главное, зелёные, как листья у него за спиной, глаза. Трудно было перепутать, пускай и не было маски. Мужчина перед ним выглядел уставшим, болезненным, но главное все-таки живым. Женя рассматривал чуть растрепанные волосы под бинтами, тонкий больничный халат, из-под которого были видны перевязанные рёбра и россыпь синяков на запястьях. - Я в общем тут... - начал было Женя, крепко держась за подоконник, мало ли ему решат отомстить. - Какого черта ты тут делаешь?! Ты решил добить меня? Тебе мало? – Владимир, осознав кто это, теперь пытался понять, зачем он пришёл. Идей в голове было немного и ни одной оптимистичной. - Что... что я вам вообще сделал?! Почему из всех полицейских вы выбрали именно меня?! - Мединский злился и от этого сильнее ныли рёбра. - Нет, я... я пришёл чтобы извиниться, - глухо ответил Женя, виновато смотря в сторону. - Что? - Владимиру не верилось в прямое значение этих слов, казалось, что за всем этим стоит очередная шутка. - Послушай, я тогда не специально упал на вашу машину, нога соскользнула, - признался Женя. - На гаражах мы всегда тренируемся, а там вы... ну и... подразнить мента всегда... А потом мы просто играли, и я проспорил другу, что убегу от тебя на твоей же территории. И... это все одна большая случайность, я не думал, что так все обернётся, - Женя наконец поднял глаза на того, - я ничего не имею против тебя, я просто... так совпало, не знаю, - он передернул плечами, чувствуя, как коряво говорит. - Оказался не в том месте и не в то время, - вздохнул полицейский напротив, печально покачав головой, - мне всегда везёт. Владимир теперь уже не был так уверен в том, что парень врет. Нервничал он по-настоящему и в словах заплетался. Уж что-что, а людей он наслушался и умел отличать «игру» от искренности. Между ними повисла тишина, Женя неуютно мялся за окном, а Владимир прокручивал в голове все ещё раз. Вся злость на мальчишку почему-то ушла, как только он сказал, что это было не специально. Возможно это потому, что в жизни Мединского хватало людей, которые что-то делали ему назло и как раз-таки специально, а тут... - Ты дебил что ли?! Какого черта ты вообще за окном делаешь?! - внезапно прорычал полицейский. - Быстро в палату! - Чего? - удивился Женя. - Ты же убьёшься там, на чем ты вообще стоишь, черти какой этаж?! А почему нельзя было через дверь?! - отчитывал его Владимир. - Да я как-то.... не был уверен, что... можно... - замялся. - Залезай! - потребовал больной, и Женя подчинился, аккуратно забираясь вовнутрь. Мединский успокоился, когда парень оказался внутри. Ну, правда же, ребёнок ещё! Разобьётся! Он устал стоять и потому медленно поплёлся к своей кровати. Женя стоял у окна, не решаясь что-то сделать. - Тут третий этаж, да и тут труба удобная, все хорошо... - зачем-то объяснил. - Боже, зачем вы вообще это делаете?! - отозвался Мединский, забираясь на кровать и принимая сидящее положение. - Ну, это спорт такой... Паркур, называется, - Женя был удивлён тому, что с ним говорят о нем самом и вообще ни слова о произошедшем. - Так ты не злишься? - перебил он Владимира. Мединский вздохнул. – Злился, когда из-за вас упал в мусорный бак, - Женя хрюкнул от смеха, - Злился, когда вы уроды на машине моей краской написали... злился и когда бежал за тобой... а сейчас.... - пожал плечами. - Нет. Может слишком привык, - ответил Владимир. - К чему? К идиотам подросткам? - не понял Женя. - К тому, что надо мной постоянно кто-то издевается, - полицейский прикрыл глаза. Жене стало как-то совсем не весело от последних слов мужчины, и он сорвался со своего места, подходя ближе к кровати. В ногах стоял стул для посетителей, его то он и взял, ставя рядом с кроватью. Аккуратно присел на него. - Не злюсь, я же сказал, - удивлённо приоткрыл глаза Владимир. - Заявление на тебя писать не буду, надейся, что на камерах сильно не засветились, - пообещал. - Можешь идти. Женя смотрел на мужчину перед собой, и у него было чувство, что он чего-то не догоняет. Странный какой этот полицейский. - Спасибо, - ответил он, но все-таки решил спросить. - А зачем ты... ну... прыгнул? - неловко было, но так любопытно. - Ты был уверен, что перепрыгнешь?! Владимир вздохнул, услышав вопрос. - Наоборот, я был уверен, что не перепрыгну, - усмехнулся, увидя непонимающие пытливые глаза напротив. - Так зачем?! - Ты ещё слишком маленький... потом поймёшь, не думай об этом, - отмахнулся Мединский. - Ты хотел умереть? Я не маленький! - теперь злился Женя. Чего он не сможет понять? - Нет, не хотел. И сейчас не хочу. Я хотел прыгнуть, - пожал плечами Владимир. - Это тупо и не логично! - надулся Женя. - Ага. Согласен, - хмыкнул Владимир. - Не бери в голову, - Владимир улыбнулся подростку, - иди домой лучше... - Нет, - отрезал Женя, который вообще не любил следовать приказам или советам. И теперь вообще был уверен в своей инициативе. - Нет? - рассмеялся Владимир, непонимающе смотря на подростка. - Нет. Я же не только пришёл извиниться, у меня ещё есть... ну... - ему не нравилось слово «подарки», поэтому он замялся и просто стал расстегивать рюкзак. - В общем, вот, - протянул тому плитку шоколадки и положил грейпфрут на одеяло рядом с ногой Владимира. - Тут... витамины и просто... ну... вкусно, короче. Если тебе можно, - пожал плечами, - Женя не знал, как дарить чужим людям подарки, которых ты чуть не угробил. Мединский так удивлённо глазел на все это. Он на автомате взял из рук плитку Аленки и даже не знал, что с ней делать. Грейпфрут его добил, он специально взял его, чтобы убедиться, что это он. - А... Это очень мило. Не стоило... - теперь он сам не знал, что сказать. Это так контрастировало с тем, что никто из коллег даже не подумал навестить его и уж тем более что-то принести. А тут... - Да мне не сложно, - отмахнулся Женя, не понимая, почему мужчина перед ним так растерялся. Он сделал что-то не так? - Спасибо, - улыбнулся Владимир, сглатывая ком в горле и убеждая себя, что сейчас не время рыдать. Убитые нервы частенько заставляли его это делать. - Ой, кстати, я тут чуть не забыл! Идиот! - Женя снова полез в портфель. - Ты издеваешься? Что там ещё у тебя? - усмехнулся Владимир, шмыгая носом и смотря куда-то вверх. Все нормально, он не плачет! - Вот, я нашёл их, когда скорая уже уехала, - Женя достал из рюкзака какую-то тряпочку и, развернув ее, вручил Владимиру его очки. - У них одно стекло треснуло, но не разбилось, его, наверное, можно заменить и это будет дешевле, чем покупать новые, я подумал, что лучше... отдать, - объяснил. Владимир не верил своим глазам. Он удивлённо взял в руки собственные очки, поднося ближе к глазам и рассматривая их. Действительно, его! Он их из тысячи узнал бы. Только добавились царапины и пара трещин. Внезапно для подростка, Владимир вместо того, чтобы надеть их, прижал руку к глазам, из которых потекли слёзы. Он не хотел, просто это было уже выше его сил. - Что? Что случилось?! - Женя выпрямил спину, как если бы проглотил палку, плечи и руки окаменели. Перед ним никогда не плакали мужчины. Как реагировать? Что вообще происходит?! - Владимир, - он впервые позвал его по имени, - я что-то не то сделал? Я не понимаю... - за сегодняшний день он, кажется, уже который раз повторял эту фразу. - Нет-нет... - попытался что-то ответить полицейский, - наоборот. Ты сделал даже слишком много, - растерев глаза, Владимиру почти удалось унять истерику. Он убрал руку и надел очки, впервые видя палату и подростка так четко. Парень с таким интересом и непониманием смотрел на него. - Ты, наверное, думаешь, что я - псих, да? - шмыгнул носом он, крутя в руках шоколад. - Есть немного, да, - честно признался Женя. - Я просто, как ты видишь, все это время лежал без очков и зрение очень плохое, так что это важно, - начал объяснять. - Но, что ещё важнее. Ты видишь здесь какие-то другие... фрукты, конфеты? - Нет, - Женя огляделся. - Что? Нельзя приносить? - Некому приносить, - вздохнул Владимир. - Ну а... - Семьи нет, друзей тоже. Коллеги, как видишь, меня ни во что не ставят, - пожал плечами Владимир. Глаза продолжали слезиться, но он хотя бы мог спокойно говорить. - У меня запасные очки есть, просто дома. И принести их некому и всем в этой жизни плевать, что я не вижу дальше метра. Как-то так. Ни жизнь, ни школа Женю к такому не готовила. С одной стороны любопытство было удовлетворено, а с другой... он не уверен, что рад этому знанию. Это было как-то грустно. Он в который раз чертыхнулся, что они напоролись тогда именно на этого полицейского. - Ну... я... принёс, - промямлил Женя, вскакивая со стула. - И вот фрукты ешь, оно... лучше будет, - он стал пятиться назад, понимая, что ему нужно срочно ретироваться, иначе он утонет во всем этом. Нужно было привести мысли в порядок и как-то обдумать все услышанное. - Подожди! - Владимир не успел бы ни при каком раскладе его остановить, так что даже не рыпался. - И шоколад, да. Ешь, - сам себе кивал Женя. - Как тебя зовут? - поймав взгляд подростка, спросил Владимир. - Женя, - зачем-то ответил подросток и почти сразу же голос разума внутри запараноил, что теперь он может передумать, найти его и заявить. - Спасибо большое... Женя, - поблагодарил ещё раз Мединский, наблюдая за метаниями парня. Он его, кажется, смутил своим поведением. - Может лучше через дверь? - заволновался, когда Женя уже залез на подоконник. - Н-нет, - мотнул головой Женя, - так привычней. Пока, - коротко ответил и скрылся за окном. - Пока, - тихо ответил Владимир, какое-то время, смотря ещё в окно, где теперь видел ветки и листья деревьев. Как же хорошо. С трудом оторвав глаза от мелких деталей, он посмотрел на грейпфрут и шоколадку. Счастье разливалось в грудь и заменяло собой всю боль от падения. Он давно не чувствовал себя таким счастливым. Какая же мелочь, а насколько было приятно и тепло от этого. Может быть, даже ради этого стоило упасть? И подросток извинился. Он с удовольствием зашуршал шоколадкой.