Пассия

Красное полусладкое, словно полноводная река, лилось по бокалам, заставляя не только разум, но и воздух, пьянеть. Звонкий смех этой тёмноволосой женщины, был слышен даже за окнами дома, и хоть он не искреннее приятен для этого мужчины, сегодня он готов потерпеть. — Бекки, милая, так что ты говорила про казино?... — Шериф провел тыльной стороной ладони по ее гладким нежным щекам, и попытался улыбнуться, ведь уже изрядно нервничает. Неужели она вновь решила играть с ним? Сказала, что есть какой-то компромат на злосчастных Драконов, а сама дурочку строит. — А... Да... — Она издает короткий смешок, и ставит уже пустой бокал на стол, перекладывая хрупкие ножки, на его колени. — Все знают, что Аарон держит казино, но... Мало кто, чем он там занимается... — О'Нил старшая сладко прикусывает губу, и отводит свой взгляд от мужчины. — И чем же? Чем? — Никсон уже хмурится, сам не замечая, как начинает сжимать женскую голень, и лицо его начинает выражать какую-то мерзко странную эмоцию. — Я же говорю: мало тех, кто знает. — И вот вновь ее смех расходится звонком эхом по углам, пока тёмноволосый уже просто закипает. — То есть... У тебя нет никаких данных на него? — Шериф вспыхивает с дивана, скидывая с себя ноги, кажется, что он уже сам готов вырубить эту женщину. — Ни-ка-ких. — Она протягивает слово по слогам, и тянется за его галстуком, словно самая натуральная змея. — Джон, милый, иди ко мне. Я так хочу тебя... — Да пошла ты. — Никсон локтем откидывает ее от себя, и Ребекка моментально падает на диван, пока из ее задетого носика начинает течь кровь. И ей до боли обидно, больно, неприятно. Она искренне не понимает, почему все это должно было упасть на ее хрупкие плечи. Чем она заслужила такое? Столько времени бегать за самым лучшим мужчиной в мире, и что по итогу? Он выбирает ее дочь. Да еще как. Не просто же. Ломает мозги всем троим, заставляет извиваться под ним, а потом со скандалом убегает. И, к сожалению, возвращается. Кажется, будто с какой-то любовью, внутри просыпаются бабочки, О'Нил старшая вновь чувствует себя женщиной, но ехидная Драконья чешуя обрубает все эти ниточки, заставляя бабочек превращаться в гусениц, когда она, в своей же ванне, застукала родную дочь и его. Того, кто спустя долгие шестнадцать лет, сделал счастливой. Но он породил это чувство, он и убил. Одно радует. Теперь ее маленькая Сара будет всегда счастлива, под его тяжкой защитой в замке.

***

Сара активно водит ножкой прямо по его паху, и Аарон оставляя документы на столе, поворачивается к своей любимой женщине. — Надо было тебя дома оставить. — Он слегка усмехается, и тянется к ноге, чтобы скорее ее убрать, иначе не остановится, и ой, будет светловолосая бедная. — Дома? С чего это вдруг? — Сара встает с кресла, и моментально убивает между ними расстояние, присаживаясь на его колени. — Я не для того отношения с матерью портила, чтобы ты мне не давал. — Да ладно. — Хилл смеется, и смех его, как бархат, расплывается по углам кабинета. — Не даю, значит? — Мужчина нежно водит ладонью, по ее мягкому заду, а позже оставляет поцелуй, прямо в шею. — Угу. — О'Нил младшая кивает, и рука ее заплывает в темные, как смоль, волосы. — Я, вообще, может ребенка хочу. — Чего? — Дракон издает короткий смешок, но потом лицо его приобретает моментальную серьезность, в темные и без того глаза, мрачнеют все больше. — Ты не шутишь? — Ну... Нет... — Светловолосая слегка отводит свой взгляд, прикусывая губу. — Мне кроме тебя никто не нужен. И если дети, то только наши. — Рано. Рано, тебе об этом еще думать. — Хилл вновь улыбается, оставляя краткий поцелуй в уголке ее губ, только вот она не планирует его отпускать, и скользкий язычок проскальзывает меж губ. И девушка моментально получает взаимность, без какой либо страсти, только нежность, полностью пропитанная любовью. Руки Дракона моментально находят ширинку ее джинс, и скорее их снимают, ведь эта одежда им точно ни к чему. Дальше умелые пальчики забегают под белое кружево, и начинают ласкать мокрые стеночки, как это делала она сама в ванной, только лучше, ведь на этот раз можно не представлять мужчину. Он же стоит прямо передней. И в ней так мокро, что он сам полностью сходит с ума, а эти сладкие стоны, лишь подливают масла в огонь. Мужчина старается доставить ей невероятное удовольствие, и у него это точно получается, потому моментально достав руку, Хилл слизывает весь ее сок, что стекал по пальцам, и улыбается с того, насколько ему нравится вкус и запах его женщины. Сара возвращает свой взгляд на него, и как можно скорее пытается снять эту ненужную футболку, ведь под ней скрывается кое-что по-настоящему сексуальное. Так и выходит. О'Нил оставляет свои нежные поцелуи, пока руки уже давно в зоне паха, лишают его последней защиты. Боксеры успешно падают на пол, и светловолосая ухватив уже достаточно твердый орган, начинает ласкать его ручками, а позже ей хочется увидеть его. И она отстраняется, смотря вниз, и упивается, насколько он хорош. Язычок уже так и хочет пройти по чувствительной головке, облизнув каждый сантиметр, только Дракон не дает, хватая ее за подбородок. Хилл расплывается в улыбке, и снимает ее со стола, поворачивая к себе задом. Мужчина надавливает ей на поясницу, заставляя выгнуться, головка упирается в достаточно мокрое лоно, и Аарон больше не медля, скорее заходит в нее. С груди вырывается стон, и если бы тот не придержал бы ее за бедра, она бы точно упала. И им плевать. Пусть их кто-то слышит. Они готовы наслаждаться друг другом хоть целую вечность, а наблюдатели пройдут мимо. Аарон двигается в ней как можно быстрее, наращивая темп, и свободной рукой лаская клитор. Время сбилось, в точности как и дыхание, и постанывая, он чувствует, что скоро малышка достигнет предела. Внутри нее буквально все содрогается, девушка тает как шоколад, и Дракон выходит, ставя Сару на колени, дабы семя излилось только в ее рот.

***

Ребекка откидывает голову на диван, и слегка улыбается, ведь наконец-то находит выход. Точнее, какой это выход? Это лишь попытка убежать от проблем, а если бы она встретилась с ними лицом к лицу, то тогда бы, возможно смогла бы найти свое счастье. Может оно совсем рядом, мчит к ней на всех парах, а потом попадает в пробку, но все равно рвется к по праву его заслуженной обладательнице. Жаль, что не успеет, ведь острое лезвие, уже впивается в синие, с фиолетовыми оттенками, вены.