Голоса и искры

      У доктора Каустика была собственная оранжерея на космическом корабле. Он никого туда не пускал, но все так и ломились в эту зелёную обитель. Однажды в оранжерею залетел ворон Бладхаунд, и Каустик гонялся за ним, наверное, несколько часов.              Только Натали и можно было посещать это место, полное света и умиротворения. Они начали общаться с доктором Каустиком, как только Ваттсон вступила в игры. Любовь к науке сроднила их. Учёный при каждом удобном случае хвалил незаурядный интеллект Ваттсон и результаты её исследований. Натали жутко гордилась своими открытиями в области электричества, и похвала от человека, способного оценить их по достоинству, грела сердце.              Доктор Каустик был жесток и безжалостен на поле боя, но с Натали он научился проявлять милосердие — даже к противникам. Ваттсон видела, что он одинок среди легенд, и ей хотелось проводить больше времени с ним. Натали думала о том, что, будь поле боя настоящим, Каустик защищал бы её ценой своей жизни.              — Они прекрасны, — произнесла Натали, любуясь флорой в оранжерее. Она старалась не размышлять о том, что благодаря растениям учёный получает токсичный газ, из-за которого любой человек может выкашлять свои лёгкие.              — И молчаливы, — протянул довольный доктор Каустик.              — В детстве я с отцом делала батарею из картофелин. Лимоны для этих целей нам было жалко. Слишком любила чай с ними, — Натали улыбнулась внезапно возникшему воспоминанию.              — Старый добрый опыт с картофелинами. Протекание тока в электролитической среде невероятно интригует? Теперь понятно, с чего началась ваша карьера учёного, мисс Пэкетт, — тепло отозвался доктор Каустик.              — Но у вас, полагаю, не растёт ничего съедобного? — спросила Натали с любопытством.              — Почему же? Сейчас приду, — доктор Каустик ушёл в глубь оранжереи. Натали осталась стоять на месте, глядя на особенно пышные посадки.              — Надо бы подстричь некоторые растения, — доктор Каустик поправил свои очки и протянул Натали горшок с маленьким душистым кустиком. — Конечно, лимонов у меня нет, но чай с мятой тоже очень освежает.              — Спасибо, — Натали удивлённо приняла «подарок». Она задумчиво смотрела на растение в горшке, пока доктор Каустик не спросил её:              — Вы хотели о чём-то поговорить со мной?              — Да… — наконец решилась Натали. — Доктор Каустик, вы слышали про исследования, связанные с возможностью путешествия во времени, и про разработку хронотехнологий? Я понимаю, что это незаконно, но…              При последних словах глаза учёного зажглись хищным огоньком. Натали знала, что Каустик имел проблемы с законом, но деликатно не поднимала эту тему. В конце концов, у всех людей есть прошлое.              — Неожиданно, мисс Пэкетт. Не думал, что вас интересует данная область науки. Признаю, какое-то время меня увлекали хронотехнологии. Я читал в научных журналах про них. Знаю, что хронотехнологии использовала корпорация IMC в недавней войне. Грязный ход, конечно, но мне кажется, это помогло лучше понять специфику временных перемещений. Так что игра стоила свеч? По крайней мере, мы с вами в данный момент находимся здесь, значит прошлое не стали менять самым грубым образом.              — А кто сейчас занимается этими исследованиями?              — Всё засекречено. Я не могу рассказать вам про новейшие разработки, но знаю, где могут быть хронотехнологии времён войны. У IMC есть исследовательские центры на Соласе.              — И где они находятся? – спросила Натали с надеждой.              — Могу указать вам точное расположение. У меня есть знакомые оттуда. Но не думаю, что они предоставят доступ даже вам, мисс Пэкетт. В неосторожных руках эти технологии очень опасны. Путешествия во времени влекут за собой необратимые последствия.              — Необратимые только в том случае, если не вернуться во времени вновь и не обратить их, — произнесла Натали.              — Если бы всё было так просто, — усмехнулся доктор Каустик. — Впрочем, вы и сами знаете. Я не буду спрашивать у вас, мисс Пэкетт, зачем вам понадобились хронотехнологии. Надеюсь, что речь идёт не о спасении чьей-то жизни. Отбросьте подобные мечтания. Как учёная, вы должны понимать, что есть фиксированные точки во времени, которые нельзя изменить без того, чтобы не создать парадокс. Я верю в ваше благоразумие.              — Спасибо, доктор Каустик. Это многое значит для меня.              Доктор Каустик рассказал ей про местоположение лабораторий, и теперь дело оставалось за малым. Нужно было всего лишь выкрасть хронотехнологию из охраняемого исследовательского центра IMC.       

***

             2727 (время войны на Фронтире)              Рене смотрела на себя в зеркале и не узнавала. Ей хотелось разбить зеркало, тогда бы оно стало похоже на то, что происходит у неё в голове. Во множестве фрагментов отражались её альтернативные версии и не давали ей покоя.              Вместо того, чтобы ломать вещи, она взялась за ножницы. Контроль. Всё дело в контроле.              Рене схватила пучок чёрных волос и отрезала его. Комья волос медленно падали на пол, а она так и стояла перед зеркалом, держа в руке ножницы.              Её теперь короткие волосы топорщились в разные стороны и выглядели небрежно. Рене глубоко вздохнула. Хоть голоса и не утихли, но голове стало намного легче.              Рене убрала за собой беспорядок и вышла из комнаты. Она всё ещё не рассказала Натали о том, что беспокоило её.              На пути в мастерскую ей встретился Жан. Ну конечно, кто ещё, как не он, прокомментирует новую причёску Рене? И ведь не сможет же смолчать.              — Француженкам вроде нравятся короткие стрижки, а? — спросил Жан игриво, намекая на Натали.              — Отвали, Жан, — Рене провела ладонью по коротким волосам и раздражённо задела парня плечом.              Интересно, что бы он сказал, если бы она побрилась налысо? Наверняка что-то вроде: «Жаль, что противники не видят тебя за оболочкой титана. Иначе бы они даже в бой не вступали, испугавшись твоего сурового вида».              Рене смущённо вошла в мастерскую. Натали обернулась и удивлённо подняла брови.              — Oh mon Dieu! Рене, выглядишь просто восхитительно! — Натали тут же подбежала к Рене и с любопытством дотронулась до её коротких волос.              — Тебе нравится? — спросила Рене, улыбаясь. Её плохое настроение исчезло, как только она услышала восторженный голос Натали.              — Ты мне любой нравишься, — промурлыкала Натали и добавила: — Давай я подровняю пряди?              Рене подумала о том, что их разговор о её болезненном состоянии может подождать. Конечно, она вечно его откладывала, но сейчас ей хотелось просто отдаться в заботливые руки Натали и посмотреть, как она крутится с ножницами вокруг неё.       

***

             2733 (наше время)              Натали ещё не рассказывала Рэйф о своём безумном плане. Та немного отстранилась, стыдясь проявления слабости в день возвращения из взорванной лаборатории. Открываться кому-то было тяжело.              Рэйф как раз заваривала чай, когда Натали пришла на кухню с цветочным горшком.              — Каустик теперь доверяет тебе своих детиночек? — спросила Рэйф, прихлёбывая из кружки. Натали невозмутимо оторвала листочек от душистого кустика, сполоснула его и бросила девушке в чай.              — Эй? Отравить меня хочешь? — Рэйф наклонилась к кружке и понюхала плавающий листочек.              — А твои голоса что говорят? — спросила Натали. С этой темы спал запрет, как только Рэйф рассказала о постоянном гуле в голове.              — Говорят, что у токсичного учёного токсичная мята. Она сейчас начнёт ругаться на меня? — Рэйф сдалась и продолжила пить свой чай.              — Я начну ругаться на тебя, если ты не поговоришь с Миражом. Он до сих пор обижается из-за того, что ты оттолкнула его, когда вернулась.              — Знаешь, не думаю, что ему бы понравилось, затащи я его в душ. Было бы странно… А ты уже видела всё, что только можно, не так ли? — спросила Рэйф, внимательно наблюдая за реакцией Натали. Она не хотела произносить последнюю фразу, но любопытство взяло своё. Их отношения вышли на новый уровень доверия, поэтому она могла позволить себе эти маленькие заигрывания. В большинстве случаев Ваттсон игнорировала подобное или отвечала как-то сухо, потому что была сосредоточена на своей благородной цели. Натали понимала, что за шутливыми фразами Рэйф прятала свой страх. Страх, что ошиблась, когда поделилась с Натали чем-то столь сокровенным.              — Ты сейчас ведёшь себя, как он, Рене. Знаешь же, что Мираж переживает.              — Я поговорю с ним, — Рэйф тоскливо заглянула на дно своей кружки. — Так зачем ты ходила к Каустику?              — Послушай, — Натали опустилась на стул рядом с Рэйф. — Я знаю, как тебе помочь.              — Правда? — Рэйф с надеждой посмотрела в глаза Натали.              — То, что ты услышишь, прозвучит немного странно. Но да, у меня есть кое-какие соображения. Всё началось на Тифоне, значит нам нужно вернуться туда, да?              — Тифон разрушен. Натали, я думала, что это у меня проблемы с памятью.              — Вот тут и начинается безумная часть, — Натали возбуждённо потёрла ладони. — Нам нужно проследить цепочку событий, которая привела тебя к такому состоянию. А чтобы это сделать, необходимо совершить небольшой временной скачок.              — Небольшой?..              — Да! Я знаю, где можно достать хронотехнологии. Об этом мне рассказал доктор Каустик. Только, наверное, их нужно выкрасть…              — Подожди. Нельзя так рисковать, — здравый смысл грозился взять верх над смешанными чувствами Рэйф.              — Мне хватило твоего израненного вида, — серьёзно сказала Натали. — Так ты сможешь узнать всё, что захочешь. И наконец отпустить прошлое.              Всё было из-за желания помочь, но Рэйф видела у Натали и восторг учёной. Странно было наблюдать одержимость этим временным экспериментом у неё, а не у того же Каустика.              — Я могу случайно изменить будущее, Натали, — произнесла Рэйф.              Она подумала о том, что Натали наверняка хотелось этого. Девушка просто боялась признаться себе и ей. «Спаси мою Рене, Рэйф. Тогда ты никогда не потеряешь память и останешься собой», — так ли желала сказать Натали, когда упомянула о путешествиях во времени?              — Мы не допустим этого, — уверила девушку Натали.              Рэйф достала из кармашка их старую фотографию, которую она так и не вернула, и протянула девушке.              — Послушай, я вряд ли смогу предотвратить потерю памяти… — грустно пробормотала она, не смотря на Натали.              — Что?.. — Натали непонимающе глянула на Рэйф, сжимая фотографию. — Рене? Я не хочу, чтобы ты предотвращала это. Мне важна ты. Здесь и сейчас.              — Ты не связалась бы со мной, если бы не наше общее прошлое.              — Я не могу помочь Рене, которую я знала когда-то, но постараюсь помочь Рене, которая дорога мне в настоящем, — Натали положила ладонь на плечо Рэйф. — Я не вижу её, когда смотрю на тебя, если ты об этом…              — Мне… важно было это услышать, — Рэйф подняла глаза и печально улыбнулась.              — Так я продолжу? — спросила Натали неуверенно.              — Конечно. Хочу знать, какие ещё мысли могли возникнуть в твоей светлой голове.              — Вот… Мы с тобой вряд ли бы справились с кражей хронотехнологии, но я знаю ту, кто может нам помочь. Лоба Андраде.              За шесть лет, проведённых без Рене, Натали приобрела много полезных знакомств. Кто же мог знать, что связь с преступным миром пригодится ей однажды?