ОтКЛОНение

      — Повтори ещё раз, что я должен извлечь? — прокашлявшись от пыли, спросил Рекс.       — Небольшую пластину, совсем маленькую, — ответил Фокс, пальцами показывая размер предмета.       Однако Рекс полностью скрылся в вентиляционном проходе и вряд ли видел знаки коммандера. Более того, не прошло и двух секунд перед тем как капитан пожалел, что залез туда не в шлеме, настолько всё было пыльным и грязным. Казалось, будто само здание возвели вокруг вентиляции. Металлические стенки были насквозь изъедены ржавчиной, на их стыках скопился толстый слой копоти, и, словно мотыльки вокруг лампы, над фонарём кружили серые хлопья. У Рекса зачесался нос, и по всему коридору эхом прокатилось громкое чихание. Следом из тюремных камер донеслись голоса и смех.       — Станг, — прошипел капитан, мотая головой, чтобы хоть как-то унять звон в ушах. — Как же тут грязно.       — Почему ты не запустишь туда дроидов-уборщиков? — наигранно-задумчиво поинтересовался Файвс.       Фокс с укором посмотрел на него и сразу же отвернулся, ничего не ответив.       — Какие мы важные, — усмехнулся спецназовец. Он специально сказал это громко, чтобы гвардеец услышал.       — Так, будешь дразниться — заставлю чистить вентиляцию в казарме. Устроишь дроидам выходной, — сказал Рекс и добавил про себя: «А ведь Файвс прав».       Купив на годовщину отношений с Асокой дорогой подарок и одолжив немалую сумму кредитов расточительным офицерам, Рекс, сам того не ожидая, оказался на мели. До следующей миссии оставались долгие две недели, поэтому дружеская просьба Фокса «устранить кое-какие неисправности» за небольшую плату пришлась капитану очень кстати. Однако он совсем не ожидал, что ему придётся лезть в трухлявую вентиляцию. Конечно, как только коммандер показал ему на люк, Рекс подтолкнул в плечо праздно шатавшегося рядом Файвся, но Фокс твёрдо дал понять, что спецназовца он туда не пустит. А сходить с Коди на вечеринку очень хотелось, поэтому капитан с неохотой полез откручивать люк.       А теперь освещал фонариком толстые трубы и проклинал эту затею.       Между неровными стыками промелькнул маленький огонёк. Рекс вытянул руку и схватился за небольшую пластину, застрявшую в большом пылевом клубке. К счастью, предмет извлёкся легко, и капитан, сдерживая кашель, попятился обратно к люку.       — И года не прошло, — улыбнулся Фокс, внимательно разглядывая золотистую пластину, словно драгоценный артефакт.       — Не издевайся, — усмехнулся Рекс, отряхиваясь от пыли. — К нам на базу привезли хороших уборщиков. Давай я одолжу тебе парочку?       — Не стоит.       — Гвардейцы не любят чистоту, капитан, — съязвил Файвс.       Фокс со злобой посмотрел на спецназовца и махнул рукой, приглашая их в кабинет. Файвс сразу догадался, что у коммандера наверняка есть тайные запасы с запрещённой на базе провизией, поэтому замолчал и направился следом за Рексом.       А в голове капитана появилось несколько вопросов, ответы на которые он решил ненавязчиво выведать у гвардейца.

***

      Клоны носились из ангара в ангар, готовя оружие и провиант для новой миссии. На площади в один ровный ряд выстроились посеревшие после стачек LААТы, а несколько бойцов, громко крича и размахивая руками, заправляли истребители. Небо заметно потемнело, но не от сумерек или непогоды: прямо над базой в воздухе замер гигантский крейсер. Несмотря на ранний час, генерал Скайуокер прибыл почти к самому началу сборов и теперь осматривал контейнеры и переговаривался с Рексом.       Сколько бы я ни напрягала зрение, Джесси не попадался мне на глаза. Знак Республики на его шлеме всегда выделялся среди бело-синих пластоидов. Обычно он занимался погрузкой провианта, отчитывался за выданное оружие и строил небольшой отряд, который ему поручили некоторое время назад; он собирался в скором времени пройти ЭРК-подготовку, и Рекс был не против спихнуть «блестящих» на Джесси, чтобы впоследствии тот «не позорил ни его, ни генерала» на тренировках.       Да и вообще Джесси старательно избегал меня после ссоры в зале. Он посчитал, что я взяла сторону Рекса, и обиделся. Я даже не знала, где он прятался несколько дней. На мои вопросы клоны лишь пожимали плечами, но отказывались его разыскивать: у него была увольнительная, а все дела были закончены в срок. Тем не менее, я прекрасно знала, что отпуска у него быть не могло, потому что на днях должна была начаться долгая и сложная миссия, к которой необходимо было подготовиться. И если Файвс был правой рукой капитана, то Джесси стал левой и в плане уважения со стороны Рекса имел полное право ходить перед Воном с приподнятой головой.       Обычно Джесси не мог долго обижаться и почти всегда первым приходил извиняться, но в этот раз его чувства были задеты слишком глубоко. Мне очень хотелось найти его, поговорить с ним, прижаться к нему и сказать, что он неправильно понял ситуацию, что Рекс — такой вот зараза — наговорил много лишнего и тоже сильно сожалеет. Я бы выслушала Джесси не как судья, поощряющий за правду или осуждающий за ложь, а как девушка, которой он был очень дорог. И теперь я очень боялась, что этот разговор может никогда не состояться, а сдержанные мысли и чувства в итоге превратятся в противный ком, застрявший поперёк горла.             Спрашивать у Рекса о Джесси я тоже не решалась. Тогда он не на шутку напугал меня. Его взгляд, несвойственные ему резкие жесты и повелительный тон речи вне боя и тренировок, да ещё и в мой адрес, — всё вызывало у меня волну беспокойства, волнами мурашек пробегавшей по телу. Быть может, капитан слишком остро отреагировал на ужасное обвинение Фокса, но с другой стороны, если вспомнить поведение Рекса после трагедии на Умбаре или похищения на Ондероне, он был гораздо спокойней. Конечно, родной брат вряд ли мог быть поставлен в сознании Рекса на одну полку с Креллом, Лаксом и той же Баррисс, однако помимо братского доверия и привязанности здесь было что-то ещё.       Взглянув на время, я быстро оделась и направилась в столовую, чтобы не пропустить завтрак. В зале толпились клоны, всюду слышался грохот посуды. Пища была на удивление скудной. Обычно к основному блюду прилагалась небольшая закуска вроде салата, но сегодня пришлось довольствоваться жуткой кашей кислотного цвета и стаканом кафа, от которого медленно поднимался сладковатый пар.       Усевшись у стены, я глубоко задумалась, глядя на тарелку с варевом, однако в один миг вернулась к реальности. У соседнего столика ни с того ни с сего засуетились солдаты. Один из клонов обхватил голову руками и, громко вздыхая, затрясся. Он плотно сжал зубы, словно пытался сдержать крик. Крупные капли пота проступили у него на лбу, а губы и ногти заметно посинели.       — Что с ним? — сорвавшись со своего места, обеспокоенно спросил боец. — Что случилось?       — Не знаю! — раздался в ответ нервный крик.       — Медика! Срочно! — закричали с другого конца зала.       Толпа загородила страдальца, и я могла ориентироваться лишь на отдельные вопросы и возгласы. Клону явно становилось хуже, он уже не мог сдерживать вопль.       Раздался хлопок, и в столовой стало тихо.       — Он потерял сознание, — глухо раздалось в тишине.       Вдруг клон, как оказалось, только что ударившийся лбом об стол, вскочил и на шатавшихся ногах направился к выходу. Резинка, стягивавшая его волосы, отлетела в сторону, и длинные чёрные пряди повисли на его плечах. Дойдя до крайнего от двери стола, он остановился, поднял глаза к потолку и, прошептав что-то невнятное, закрыл лицо руками. А спустя мгновение — я даже не успела понять, что произошло — двое солдат уже осторожно сажали его на скамейку.       Выпив несколько глотков воды, он вновь сжал голову руками и стал повторять дрожащим голосом:       — Я не должен, не должен, не должен…       — Не должен что? — наклонившись, спросил один из клонов.       — Выполнять… прика…       Дверь отъехала в сторону, и в столовую вбежал Файвс.       — Тап! Кто-нибудь видел Тапа?! — закричал он, осматривая помещение.       Толпа около стола сразу привлекла его внимание. Тап расправил плечи и попытался приподняться, но ему не дали этого сделать.       — Что такое, Тап? — присев на корточки напротив него, спросил Файвс.       Тот сильнее сжал виски и полубезумным, отсутствующим взглядом посмотрел на спецназовца.       — Погрузка уже закончилась? Я опоздал? — виноватым тоном спросил он.       Файвс ожидал другого ответа и растерялся, поэтому резко вдохнул и замер, а потом выдавил из себя вялую улыбку.       — Да. Но это неважно. Мы вылетаем только через полчаса, — отмахнулся он и сразу же стал серьёзным и вернулся к состоянию Тапа: — Что произошло?       — Всё в порядке, правда. Просто… голова немного болит.       — Ага! В порядке у него всё! — возмутился Вон, словно из-под земли выросший около входа и теперь набиравший по передатчику свободных медиков. — Посмотри на него. Он весь посинел. Давай я позову капитана Рекса…       Но Тап перебил его:       — Не надо. Я должен полететь на миссию… Обязательно.       От последнего слова, произнесённого после паузы, даже мне стало нехорошо. Сначала я не хотела вставать с места и подходить к толпе, чтобы не мешать клонам. А теперь мне наоборот хотелось протиснуться в их ряды, чтобы не чувствовать странный отвратительный холод, пробежавшийся от ладоней к шее. Пальцы словно одеревенели, отказывались двигаться, сгибаться, а в душе появилась тёмная, бездонная пустота.       И на мгновение мне показалось, что руки Тапа были по локоть испачканы кровью, крупными каплями падавшими на пол.       Файвс будто не услышал ничего необычного и полез в походную сумку, болтавшуюся на поясе. Немного пошарив рукой, он вынул небольшую банку с капсулами, открыл крышку и протянул лекарство Тапу.       — Держи. У меня такое бывает. Попей, сразу станет легче.       Тот послушно проглотил капсулу и поморщился.       — Спасибо. Так гораздо лучше, — болезненно улыбнувшись, ответил он и осторожно поднялся со скамьи.       — Мучают кошмары? — нахмурившись, вдруг спросил Файвс.       Тап ничего не ответил и молча, словно тень, вышел из столовой. Спецназовец тоже собрался уходить, но остановился и наклонился. Он поднял с пола резинку и сжал её в кулаке. Файвс собрался что-то сказать, скорее всего, пошутить, чтобы клоны не выглядели такими растерянными, но осёкся и скорым шагом направился следом за Тапом. Бойцы проводили его взглядом и вернулись к завтраку. Однако в зале так и осталась висеть напряжённая тишина.       «Он заплатит за это! — раздался голос у меня в голове. И ему сразу ответил другой: — Тогда и ты отправишься за ним следом!»       Я больше не могла усидеть на месте и вылетела в коридор, забыв убрать после себя поднос.