ОтКЛОНение

      — Зачем она тебе? — удивлённо спросил Рекс, не до конца понимая, почему после обычного, как ему казалось, вопроса, Фокс изменился в лице и пригласил его пройти в подсобное помещение рядом с пунктом управления.       — Не твоё дело. Сенатор дал, — огрызнулся он.       — Я знаю тебя слишком долго и чувствую, когда ты мне врёшь.       — Не зли меня.       Фокс толкнул его к стене и приблизился к нему почти вплотную. Капитан опустил взгляд и увидел, как ладони коммандера сжались в кулаки.       Рекс не хотел доводить дело до драки. По крайней мере, не здесь.       — Ты чего так разнервничался? — пытаясь разрядить обстановку, спросил он. — Я всего лишь поинтересовался. Знаешь, в последний раз я видел такую пластину несколько лет назад. Такие модели уже устарели, их давно не выпускают. Хотел спросить, как ты собрался сканировать с неё данные.       Объяснения Фокса не устроили. Он прижал Рекса к стеллажу, отчего тот зашипел, ударившись затылком об острый угол полки.       — Что с тобой, Фокс?       — Послушай меня ещё раз. Тебя это не касается…       — Мы уже не дети, какими были на Камино. Ты не можешь швырять меня как тебе вздумается.       Фокс изменился в лице и едва заметно улыбнулся. Ему вспомнились годы обучения; обычно именно он получал нагоняй от Рекса во время драки. И если раньше они были примерно равными по физическим способностям, то сейчас шутить с капитаном было опасно. Всё-таки Фокс занимался кабинетной работой, а не бегал по окопам.       Конечно, он был горд своей работой. И вместе с тем его бесила собственная слабость.       Находясь в узкой комнатушке с низким потолком, Фокс почувствовал грызущее сердце чувство. Наверное, именно поэтому он вдруг решил прекратить этот скомканный разговор и разблокировать дверь. Однако с языка слетело язвительное, неприятное:       — Не прикрывайся боевым опытом. Я выше тебя по званию, поэтому мне ничего не стоит избить тебя как следует.       Выйдя из подсобного помещения, Рекс и Фокс приняли максимально непринуждённый вид, будто полминуты назад и не намечалась драка. Файвс спокойно сидел за столом и медленно допивал вторую порцию кафа. Рядом на тарелке лежало несколько маленьких крошек от пирожных. При виде клонов его глаза расширились, а на лице заиграла ехидная улыбка.       — Вы чего такой растрепанный, коммандер? Капитан учил вас целоваться? В следующий раз обращайтесь ко мне, у меня опыта побольше… в этом плане, — сказал он и подмигнул Фоксу.       — Своих подружек учить будешь! — рявкнул тот, захрустев костяшками пальцев.       — Довольно шутить. Идём, — закатив глаза, возмутился Рекс и добавил про себя: «Только бы этот засранец ничего не услышал. А вообще что-то странное происходит с Фоксом. Интересно, давно это с ним?».       Однако опасаться стоило не Файвса, а человека в тёмной одежде, стоявшего за дверью в течение всего разговора. Как только раздался звук разблокировки, он взмахнул краем мантии и словно растворился в воздухе.

***

      — Твою ж, Вон!       — Ну, я рассказал всё, что знаю, — закончил он, вставая со стула.       — Крифф, я видела и слышала многое, но это… это кошмар какой-то. Я пожалела, что заставила тебя рассказать это.       Вон нахмурился — хотя его лицо и без того было мрачным — и поправил пластоид на предплечье. Воцарилось долгое молчание.       — На Камино такая практика была в порядке вещей, Аки, — тяжело вздохнул он.       — Это мерзко. И глупо. Они же были совсем маленькими. Ты так не считаешь, Вон?       Промолчав, тот пошёл к выходу. Вон снова что-то утаивал. Возможно, он сам оказывался в такой же ситуации, что и Рекс, или просто наблюдал её со стороны, поэтому не хотел отвечать. Либо попросту боялся высказывать своё мнение.       Когда дверь разблокировалась, Вон перешагнул через порог и, обернувшись, сказал:       — Джесси пересказал мне ваш с капитаном разговор. У меня очень плохое предчувствие. Но что бы ни случилось, скажу тебе одно. Запомни: не делай поспешных решений, если дело касается капитана Рекса и Фокса. Ладно?       Я кивнула. Вон вышел, жестом показав, что скоро вернётся.       К чему были эти слова? Вроде бы я прекрасно понимала, что Рекс очень сильно доверял Фоксу, а тот, в свою очередь, уважал его. Однако между ними всегда было какое-то странное напряжение. Поначалу я думала, что это было связано с разницей в званиях, но Рекс находился в романтических отношениях с джедаем, поэтому тревожности при общении с братом у него возникнуть не могло.       Я легла на спину, свесив ноги с кровати. Краем глаза заметила, что забыла заблокировать дверь. Недолго думая, я подошла к панели и нажала на кнопку.       Палец снова будто ударило током, а на ладони появились небольшие фиолетовые пятна. В воздухе резко похолодало, и изо рта при выдохе повалил пар. Позади послышался странный треск, какой бывает, когда ломаются кости. Обернувшись, я увидела, что нахожусь в комнате не одна. Посередине, окружённый клубами светло-серого пара, стоял Тап. Он смотрел на меня в упор широко раскрытыми глазами, криво улыбался и тяжёло дышал. В его руке был крепко сжат бластер.       — Не слушай Вона, — неестественно высоким голосом сказал он и рухнул на пол.       Тапа скрыл пар. Когда он рассеялся, в комнате никого не было.

***

      На втором году войны ему начало казаться, что за ним кто-то следил. Поначалу он смахивал всё на переработку, на сотни документов, от проверки которых голова шла кругом. Потом на стимуляторы — хотя паранойю они вызывать не должны. Затем тревогой стала объясняться гнетущая обстановка в тюрьме. Словом, мания преследования нарастала, а пустых объяснений становилось всё больше.       Говорить братьям и уж тем более обращаться к медикам было опасно. Сумасшедших клонов мгновенно списывали со счетов, поэтому рисковать уверенным положением коммандера было глупо. Однако Фоксу надоело шататься под медпунктам и придумывать отговорки, выпрашивая очередную порцию снотворного. Каждый раз, отправляясь спать в отдельную комнату, он наглухо закрывал все окна, ставил дополнительную защиту на двери и перепроверял сигнализацию, а после подолгу лежал, с головой накрывшись одеялом и ожидая, когда подействует лекарство.       По возможности Фокс проводил ночи в квартирах девушек. Это были не стриптизёрши из 79-го. Они требовали намного больше кредитов за свои услуги и порой удивлённо смотрели на него, либо потому, что он клон, либо потому, что вместо секса Фокс предлагал им «выспаться». Зато в такие моменты наступало облегчение: если вдруг его передёргивало от кошмара, спутница на одну ночь могла прошептать ему на ушко нежности или приобнять.       Однажды Фокс проснулся посреди ночи в просторной квартире на верхних этажах небоскрёба и стал задыхаться. Тошнота подкатила к его горлу. Вскочив с постели, он едва успел добежать до ванной и рухнуть на колени перед унитазом. По спине снова прошлась волна страха. Тревога нарастала.       — Всё в порядке? — раздался испуганный женский голос.       В просторном, дорого обставленном коридоре послышались шаги.       Фокс закрыл рот рукой, на корточках подлетел к двери и заблокировал её. Потом помчался обратно, едва сдерживая позыв, но вдруг замер. Из маленького продолговатого окошка у самого потолка прямо на него смотрели два больших жёлтых глаза. Чёрный ромбовидный зрачок стал вращаться, ускоряясь с каждой секундой. Это было страшное зрелище, от которого невозможно было оторвать взгляд.       Фокс попятился назад. Воздуха не хватало. К горлу снова поступил горький обжигающий ком. В дверь постучали, и каждый удар отдавался в ушах болезненным звоном. А зрачки в глазах завращались, словно турбина гоночных спидеров.       Неизвестно, сколько времени Фокс просидел в таком состоянии. Вдруг дверь разблокировалась. На пороге стояла высокая женщина.       — Ты почему сидишь на полу? — испуганно спросила она. Когда Фокс нервно повернул голову и завизжал неестественно высоким голосом, та сделала несколько шагов назад и прошептала: — Какой кошмар.       — Там… Что-то за окном… — пробормотал он.       Женщина встала на носочки и прищурилась.       — Там ничего нет, — настороженно и тихо ответила она.       — Ч-что? — Фокс подскочил на месте и вновь повернулся к окну. За стеклом горели привычные огни небоскрёба напротив.       Тем временем женщина схватила полотенце и уверенной походкой от бедра подошла к клону. Осторожно повернула его голову к себе и стала вытирать ему рот. Фоксу захотелось оттолкнуть её, но она крепко схватила его за волосы и сказала:       — Стой, не шевелись.       Внезапно Фокс почувствовал себя маленьким беспомощным ребёнком. Женщине было не меньше тридцати пяти, под толстым слоем косметики проглядывали морщины. А ведь всего несколько часов назад, перед тем как уснуть, они переспали. Фоксу стало неуютно. Захотелось плакать, но слёз не было.       — Вот и всё, — сказала она, нежно погладив его по голове. — Иди умойся и приходи в столовую. — И ушла.       Дальнейшие события Фокс помнил лишь урывками. Помнил, как поднялся на ноги, как опустил лицо в ледяную воду, как обмотал пояс широким полотенцем, а потом долго, путаясь, рассказывал, сидя на высоком барном стуле о своих страхах. Женщина молча слушала его. От её излишне участливого взгляда, сочувствовавшего выражения лица на душе становилось гадко, но при этом тревога постепенно начинала стихать.       На рассвете Фокс обнаружил себя в кровати. Через час нужно было вернуться в тюрьму. Быстро одевшись, он достал нужную сумму кредитов и направился к выходу.       Она уже ждала его. При дневном свете морщины на её лице стали видны более отчётливо — перед Фоксом будто стояла старуха, всеми силами пытавшаяся сохранить остатки молодости. Поморщившись, Фокс слегка отвернулся и протянул руку с кредитами, однако женщина оттолкнула её. Из глаза выкатилась маленькая слеза.       — Оставь их себе. Ты слишком сильно напоминаешь мне сына.       Фокс машинально кивнул и вышел.       Лифт ехал невыносимо долго. В узкой кабине словно не хватало воздуха, чтобы вдохнуть полной грудью. Когда двери наконец разъехались, Фокс в один миг выбежал на улицу и прижался к массивной колонне перед входной дверью. Запах цветов ударил в нос, и к горлу снова подкатила тошнота.       Вдруг кто-то бесшумно подкрался сзади и положил руку Фоксу на плечо. Тот схватил бластер, повернулся и направил его в лоб мужчине в широком запылившимся балахоне. В предрассветной полутьме лица было не рассмотреть, но из-под капюшона светились жёлто-красные глаза.       Незнакомец глухо прокашлялся и спросил хриплым голосом:       — Парень, ты вчера монстра поблизости не видел?