Сквозь пространство и время

Иркенский захватчик тяжело хватает воздух, зажимая рану на левом боку. Его антеннки дрожат, говоря о напряженном состоянии Зима. Черные перчатки пришельца запачканы его собственной кровью, которая пропитывает розовую тунику, расползаясь теплым пятном по ткани и стекая вниз. – Чертовы дроны, откуда только повылазили?! Зим рычит, не то от боли, не то от злости. Не ожидал он, что сразу после взрыва его окружат. С несколькими он еще мог бы справиться, не прилагая усилий, но на три десятка изворотливых дронов у него просто не хватало глаз и пушек. Прижимаясь спиной к холодной бетонной стене, иркен поднимает взгляд к небу и сжимает губы в недовольстве. Все летит к чертям, один шаг вперед и два назад, теперь придется дождаться, когда рана затянется, а пока лучше посидеть спокойно. – И это еще человеческой личинки нет рядом. Боюсь представить, что было бы, окажись он здесь. Брр, лучше не думать об этом! Зато я заполучил кое-что интересное. Зим опустил взгляд на правую руку, в которой зажата карта памяти одного из дронов. – Итак, что же я смогу узнать, если открою тебя? Дрон наверняка имел в себе не только записи с собственной камеры, но и карту города. А может, и маршруты передвижения других дронов, и если это окажется именно так, то очень хорошо. Мне будет еще проще передвигаться незаметно. Иркен переводит взгляд, разглядывая людей и их одежду. – Все выглядит, как в книгах по земной истории, разве что технологический прогресс явно выше. Хм, меня не видят только люди? Или, может, и животные тоже? Техника-то прекрасно засекает. Лучший способ затеряться – это быть на виду. А я молодец, все было так просто. Еще чуть-чуть – и я снова буду в форме, скорей бы уже. Зим прикрывает глаза, замедляя дыхание и следя за состоянием раны. Как только она затянется, он продолжит действовать. Если повезет, это займет всего одну ночь.

***

Где-то в семи милях к западу от города. Место гибели группы разведки. – Альберт, пошли людей за пилооотом! Мне приходится работать с идиотом… Фу-фу-фу, кто тут еще идиот? Названный Альбертом мужчина спускается по трапу небольшого бронированного корабля, стряхивая пылинки с плаща, кривя губы и оглядываясь. – Кажется, тут неплохо порезвились, все можно было сделать и аккуратней. Никакой эстетики, печаль какая. Перешагивая через трупы и стараясь не запачкать высокие белые сапоги, Альберт ищет выжившего пилота. – Эй, сорок третий, где ты, черт возьми?! Долго мне прикажешь торчать в этом убогом месте? Из-за тебя, между прочим, Нэру послал меня сюда, неблагодарное ты существо… – Господин Альберт… – один из охранников привлекает внимание второго правителя, кивая в сторону. – Взгляните, там разрезанные веревки. Мужчина щурится, подходя к трупу главнокомандующего отрядом разведки, присаживается на корточки и двумя пальцами поднимает веревку. – Старый вояка, не мог удержать его подольше? Где теперь искать этого мальчишку? Между прочим, это твой подчиненный! Альберт в наигранном недовольстве толкает тело главнокомандующего в плечо, нервно смеясь. – Нэру с меня шкуру сдерет, когда узнает, что единственный свидетель пропал. Ах, но я так не хочу уступать ЕМУ место. Братец, посиди еще немного, – мужчина слегка постукивает себя по виску, говоря это, и растягивает губы в гадкой улыбочке. – Кажется, тут начинается самое веселье. А веселье я не намерен пропускать! Второй правитель поднимается, отряхивая руки в алых перчатках. – Идем-идем, нельзя упускать ни минуты. Нужно рассказать все холодному блондинчику. Альберт хихикает, не обращая внимания на охранника, который сжимает зубы, тихо выдыхая. Он вынужден считать дни до возвращения младшего из братьев. Лишь бы это случилось поскорее.

***

Раннее утро, солнце только-только начинает освещать небосклон, лениво прогревая воздух. Лавки многих торговцев еще закрыты, но в течение получаса они все начнут свою работу. – Вот так, не бойся. Одна столовая ложка меда и шесть ложек соевого соуса. Лора подсказывает Дибу, как нужно готовить соус для куриных пальчиков, умиляясь с мальчика. Растрепанный со сна, он так мило зевает. – Лора, почему именно мед? – Потому что сладкое нравится детям. Женщина светло улыбается и треплет испачканной в муке рукой юношу по голове. – К тому же мед размягчает мясо, что делает пальчики еще более востребованными. Как, впрочем, и крылья. Главное не переборщить, иначе будет слишком приторно и сладко. – Вот как, я и не знал. Знаешь, я не особо часто готовлю, но… мне кажется это интересным. Как-то раз я хотел приготовить для отца торт на его день рожденья. – Правда? И что же из этого вышло? Лора заводит тесто для фруктовых булочек, внимательно слушая Диба и представляя как он, будучи крохой, лез, возможно, на стул, чтобы достать муку или коржи, а затем со всем энтузиазмом пытался сделать торт для любимого отца. Невольно женщина улыбается, ожидая слов юноши. – Когда он увидел торт на кухне, сказал, чтобы я больше не покупал такие кривые кондитерские изделия. А затем выбросил его в ведро, сетуя на то, что мы могли отравиться им… Знаешь, я даже не стал говорить ему ничего. А Гэз, пусть с виду и кажется, что мы не ладим, сказала, что хочет, чтобы я испек такой для нее. – Ох, Диб, почему же ты не сказал ему? – улыбка пропала с губ женщины, заставив ее нахмуриться. – Он же твой отец, он бы понял все и, возможно, ему было бы приятно. И почему он тебе не помог? Или… с ним что-то случилось? – Его больше нет. Диб опустил взгляд, выдыхая. Пусть будет так, он и правда живет почти без него, так какая разница? Он ничего не теряет, говоря так о нем. Мембрейну-старшему плевать на все, кроме своих экспериментов и лаборатории. – Прости, не думала что все так. Ох, мальчик мой. Лора подошла и крепко обняла Диба, поглаживая по голове. – Вот увидишь, все будет хорошо. А где же твоя сестра? – Ну, она далеко отсюда, это долгая история. Но она ничем не сможет мне помочь. – Ясно. Не переживай, трудности помогают нам стать сильнее. Ну-ка, присядь и выпей чаю. Я сама все доделаю. – Нет-нет, что вы. Я в порядке! Юноша замахал руками, отказываясь или же пытаясь отказаться. – Ну-ка садись. Еще целый день впереди, успеешь помочь. Пей. Женщина достала корзинку с печеньем и шоколадом, придвинув ее к Дибу. – Сладкое начало дня гарантирует, что он пройдет хорошо. Кушай. Лора улыбнулась, вернувшись к готовке. Диб же немного подвис, сравнивая поведение чужой ему женщины и собственного отца. «И почему так? Она мне никто, а относится так, будто я ее родной сын. Отец же даже не признал меня, когда я пришел к нему. Может быть… плюнуть на все? Пусть временно, но у меня будет подобие семьи. Сколько еще она будет меня терпеть? Откуда в ней столько любви к людям. Почему? Почему папа просто не может быть таким? Почему эксперименты важнее нас? Зачем держать нас при себе, если мы не нужны? Да и так ли для меня важно сейчас поймать Зима? Даже принеси я доказательства отцу, он все равно отмахнется».