.fragments of malec

– Так почему ты все еще здесь? Магнус вздрогнул, услышав знакомый голос, но не стал оборачиваться, растворяя бокал с вином в воздухе щелчком пальцев, повел плечами и тихо фыркнул: – Мне запрещено оставаться на земле, мой дорогой? – Разве такой, как ты не исчезает после дела? – О, Александр, сколько яда, кто из нас демон? – Магнус все же обернулся, чтобы взглянуть на лицо ангела, которого законы бытия так и не позволили назвать возлюбленным. – Полторы тысячи жертв, надеюсь, твой отец доволен? – лицо Лайтвуда исказила какая-то эмоция, Магнус предпочел не разбираться: гнев это был или презрение, и снова отвернулся, тихо уточнив. – Одна тысяча пятьсот шестнадцать жизней. – Что? – Я сказал, на шестнадцать жизней больше, чем просто полторы тысячи, но какое это имеет значение, правда? – он усмехнулся и снова повел плечами, ежась, словно от холода. – Вы ведь такие правильные, а считать так и не научились. – От подобного подсчета жизни не вернутся. Ты это прекрасно знаешь, так что не строй из себя… – Кого? – тут же перебил Алека демон и, повернувшись, решительно приблизился. – Скажи мне вот что, Александр, кого из нас можно назвать бездушным? Тысячи жизней, вы ангелочки, любите глобализировать, все такие правильные, не так ли? – Магнус, прекрати, – ангел сделал шаг назад и качнул головой, теряя всю решимость. – Не надо. – Что не надо? Брось, кто я для тебя? Нечисть, не умеющая считать? Прости душа моя, но я здесь в роли жнеца, и не моя это воля, так что можешь унести свою пернатую задницу, и преклонять колени дальше, перед тем, кто плевать хотел на этих несчастных, так же… Так же как и ты. – Не говори так, – Алек дернулся и схватил Магнуса за руки. – Ты знаешь, что это не правда! – О, побойся бога, – Магнусу горько усмехнулся, высвобождая руки из крепкой хватки. – Прикасаться к демону, что скажет папочка? – Прошу тебя, хватит. – Ты прав, – демон отвернулся и исчез с щелчком пальцев, оставляя на своем месте золотую розу. Одну из пятнадцати подаренных Алеком четыре века назад.