Новая жизнь

— Ты мой малыш, спи спокойно, - смуглая волчица, чьи волосы сейчас отдавали белым снегом, хотя ранее были темнее черноты коры деревьев, гладила своего малыша ,пока тот тихо сопел в обе дырочки. — Мама будет рядом, всегда... - Прижавшись к пшеничным волосам, она вдохнула этот запах. Пускай сейчас он пахнет людишками, совсем скоро он будет таким же, как и она... Как и еë стая...        На грудную клетку словно надавили бетонной плитой, отчего кислорода в лёгких оставалось так мало, что Феликс поднялся на кровати, жадно вдыхая свежий ночной воздух ртом. От страха сковало всё тело, пока по спине тек холодный пот. С лёгким безумием в глазах он оглядел свою комнату. В синеватом свете Луны, что проникал сквозь стекла окон, была видна вся его обитель. Махровый ковёр цвета рыжего огня, что так щекотал босые ноги своими ворсинками. Полки забиты игрушками, коими играли ранее, а сейчас они просто служат напоминаем о счастливом детстве. Книги на полках, некоторые из которых прочитаны не один раз и потому их корешки истерлись, а страницы покрылись пятнами от времени и затертости. Феликс потер красные от слез глаза и посмотрел на игрушки под потолком. Это были маленькие птички, которые раньше крутились над его люлькой и забавляли его в детстве, а теперь они висят под потолком в гордом одиночестве. Его маленький столик с вазой цветов, шкафчик... Это его комната - его защита. Аккуратно снова лёг в кровать и укутался в одеяло. — Еë не будет здесь... Это мой дом... Рядом Ромео... Она не придёт. - В носу защипало, и парень уткнулся носом в подушку. - Ма-ма... - последнее он пролепетал в ткань,чувствуя, как слезы пропитывают еë, оставляя пятно. Хотелось в родное тепло, снова почувствовать объятия и нежный голос матери, что теперь пропадает в пучине забытья. — Я могу сходить к Зонтику? - Спросил Куромаку, кладя в сумку яблоки и груши. Утро встретило его тёплыми лучами солнца, и потому ему хотелось сходить к новому другу и узнать о чудо-цветке. — Прости, но нет, уже май, конец весны. - Ромео аккуратно сшивал стебли цветов в небольшой веник, чтобы их было удобнее вешать сушить. — А на что это влияет? - Поднял брови Куромаку и подал виноград Габриэлю, тот схватил ягоды ручками и жадно впился зубками. Теперь его душа спокойна, ведь тайна почти раскрыта, осталось лишь спросить разгадку у нового друга. — В лесу будет намного больше опасностей, а мне нужна будет помощь в сборе цветов. Мы сходим к нему на этой неделе, но не сейчас... Сейчас, - он игриво посмотрел на него и убрал назад локоны со лба, - ты можешь пойти к Данте, и вместе вы отправитесь на вокзал, Николь должна приехать к обеду. — Николь? - Куромаку аж рот приоткрыл. Точно, начало лета и она сможет приехать. Начало лета, и потому школы не будет, а он совсем позабыл об этой чудесной девочке.        Босые ноги утопали в мягкой траве, поднимая по тропе пыль. Стопы, привыкшие работать без обуви, давно огрубели, и теперь Куромаку не страшна ни пыль на них, ни какие-то грубые камушки.       Шум и гам городка тут же окатил его, словно холодной водой. Вбежав в город, начал искать знакомые красные волосы или что-то знакомое, лишь бы не упустить мастера. В линзах очков отразился блеск от камней, что промелькнули мимо. — Данте! - Завидев знакомые украшения на поясе мужчины, тут же устремился за ним. Поправляя белую рубашку под коричневой кожаной жилеткой, тот обернулся и взглядом начал искать того, кто мог выкрикнуть его имя. — Куромаку, давно не виделись, какими судьбами? - Перед взором он увидел своего маленького друга, что так хорошо ладил с племянницей. Тот закивал, восстанавливая дух после пробежки. — Я и Габ решили помочь тебе встретить Николь, ты не против? - Он слегка сковался от того, что показался слишком возбуждённым из-за такой мелочи. — Конечно нет, идём. - Он взял его за плечо, аккуратно ведя к железной дороге.        Феликс аккуратно нарезал овощи. Могло показаться, что всё хорошо, но это не так, его мелко трясло. Казалось, что если он совершит ошибку, то отрубит себе палец, но это его не волновало. Взор вместе с разумом заполонил пепельный дым с силуэтами. "Они рядом, они достанут." "Ты будешь жить в лесу и питаться детьми. " "Ты волк." — ФЕЛИКС! - Блондин поднял голову, смотря невидящим взглядом на брата, чьи тёплые пальцы впивались в его руку. Опустив подбородок, увидел, как нож остановился прямо в милиметре от его фаланги пальца. — Я...я... - Лишь мог пролепетать парень, смотря на это проишествие, а после со слезами на глаза, поднял голову на Ромео. - Я так устал. Ромео пришлось обнять его, уткнув к себе в плечо, и аккуратно погладить по непослушным волосам. — Кошмары, усталость, забвение.- Я так больше не могу. - Простонал блондин, пока Ромео вёл его в гостиную и сажал на диван. — Тебя берёт тревога от той волчицы? - Робко спросил знахарь, дабы в случае чего не отпугнуть от себя беззащитного брата. — Да, я уже не могу спать. Чувство, что было около девяти лет назад, вернулось. - Оно буквально проникало в сердце и сковывало его. Живот крутило, и на языке был вкус тошноты, хотя он утром толком и не ел. — Могу ли я помочь? - Феликс посмотрел на него и похлопал густыми ресницамим, кивнув. — Будь рядом, прошу... Иначе я не вынесу этого, я так хочу к маме.       Щеки зажглись красным огнём, когда слезы снова ручьями потекли по ним, оставляя тропинки. Тогда Ромео прижал его к себе, начав гладить по дрожащей спине. Тяжело... Тяжело терять близкого человека. Даже спустя шесть лет травма не уходит. Время никогда не лечит, но оно учит жить вместе с этой болью. И Ромео правда научился, но Феликс... Он слишком много пережил для своего возраста.

***

       Сегодня поистине хороший денёк, ведь солнце светит в окошко, а птицы щебечут на ветках деревьев. Феликс аккуратно развешивает одежду на бельевые верёвки, а Ромео занимается в городе, пока Куромаку был в своей комнате и выполнял задание, которое наказал ему Ромео, а именно растолочь в ступке сушёные цветы. Потом выполнить ещё пару вещей, которые написано элегантным почерком на бумажке, дабы Куромаку всё не забыл.        Феликс спокойно делал свою работу, стараясь не смотреть в сторону леса. Раньше он жил, как-то не обращая внимания на него, а теперь лишь одним шелестом тёмной листвы на ветру лес заставлял мурашки пробежаться по спине. Опустив в сплетённую из прутьев корзину чистое и высушенное белье, блондин пошёл к крыльцу дома, когда учуял запах мальчика. Предполагая, что тот за углом, Феликс на половину высунулся, крикнув предсказуемое: — Бу! Но... Никого.       Потерев тыльной стороной кисти нос, ему почудилось, что всё, стареет. Но нет, снова ветер пронёс мимо него запах Маку. — Маку? Ты где, солнышко моё? - Феликс вцепился в корзину и, поднявшись по ступеням, крикнул в дом. Тишина стала ему ответом. Снова прошелся холодок по телу, как и в ту ночь. И снова Феликс идёт по слабому запаху, что может уловить его человеческий нос. Дверца калитки скрипнула, оставляя себя позади. В густой траве парень заметил знакомую одежду. Неужели Куромаку так спешил в лес, что потерял носок? Быть того не может!       Поджав губы, Феликс поднял его, кладя в корзину, а после выпрямился, смотря на лес. Он возвышается над ним, он больше и страшнее его. Единственное, что не давало Феликсу поджать хвост и убежать, так это переживания за Куромаку и за его душу. — Зачем ты убежал, Маку? С дрожью в голосе, на одном дыхании проговорил Феликс и, оставив корзину в траве, пустился за полупрозрачным запахом, что виделся лишь ему.        Тонкой лентой он огибал деревья, уходя всё дальше в чащу. Феликс то убавлял шаг, то бежал рысцой, но это не отменяло того факта, что под золотистой шубой меха проходил холодный пот. Вокруг ни души, ни трелей птиц, ни щебета сверчков, лишь тьма, что обволакивает полотном всю гущу леса. И вот наконец полоска устремилась вниз, в траву. Замедлившись, Феликс принюхался, запах росы и травы ударил в нос. Заскулив, он медленно поднял голову, видя куртку Куромаку перед собой. Его обманули?       Жёлтые глаза сверкнули в темноте, зрачки сузились, выслеживая жертву.

***

       Ромео медленно повесил пальто на небольшую вешалку, на которой уже висела одежда его младших. — Куромаку куда ушёл? - Не увидя серенькой курточки, что сделана из натуральной кожи, удивился. Он знал, что этот ребёнок никуда бы не ушёл без ведома. Может, Феликс еë в стирку положил? — Куромаку!       Пройдя по коридору, всё-таки решил найти мальчика, дабы удостовериться в том, что тот дома. Искал он долго, выходя из комнаты в комнату, пока наконец не высунулся из кухонного окна и на свой крик не услышал положительный ответ. Ноги сами понесли на улицу, застав Куромаку за выходом из подвального помещения. Габриэль замахал крылышками при виде старшего, а Куромаку отряхнул плечи от пыли, коей было невидимо в подвале. — Ты звал? - Повернув голову на Ромео, поправил очки на носу. — Да, ты чего там забыл? - Прикрыв глаза, потер лоб. Он ведь реально подумал, что тот снова в лес убежал или его поймали, или... — Ты сам написал, что нужно полить росянку, - тихо хмыкнул, улыбнувшись с того, что Ромео позабыл о том, что наказывал Куро сделать до его прихода. — Точно... Я правда забыл... Ромео закивал с пониманием, совсем это у него вылетело из головы. — А где Феликс? - На вопрос Куромаку, Габ взлетел к крыше, где висела водонапорная труба и по которой ночами сливается дождевая вода. Крылышки издавали трепещущий звук, пока очи иследовали территорию. — Его нет в саду, - заключил мальчик, на что Ромео поджал розовые губы. Брат бы давно ответил ему, пока он звал Куромаку. В саду его нет, тогда где он может находиться?        Поиски продлились недолго, ведь найдя корзину у входа в лес, они поняли, где находится Феликс. Оставив вопросы при себе, решив задать их Феликсу, а не воздуху, который бы им сейчас всё равно не ответил, ребята направились в чащу. Перед этим оставив Габриэля дома на случай, если придёт Николь или Феля сам найдёт путь обратно. Ромео взял то, что убережёт его и Куромаку, и вместе они отправились в глушь.

***

       Зелено-синяя листва, что отдавала блеском, резала глаза, точно так же как и ветви кустов и кустарников. Они ударялись о морду, заставляя морщиться, но это не мешало бежать дальше. Чуткий слух волка улавливал ту, которая преследует. Еë топот по листве и палкам, еë рычание и клацанье зубами. Догоняя, она лишь делала вид, что прикусывает парню пятки, лишь заставляла бежать его быстрее и глубже в лес.

***

— Феликс! - Крича имя блондина во всё горло, Ромео с Куромаку продвигались дальше. — Надеюсь, что он всё-таки не здесь... - Проговорил Ромео, чувствуя тревогу у себя на душе. Она заползает в сердце и начинает будто бы отравлять его, отчего настроение упало ниже плинтуса. Нет, в самое ядро земли. — Я тоже, - Куромаку лишь поджимал губы и шёл по помятой траве, явно оставленной недавно. У него в душе точно такая же картина. Опустив ветви, перед их очами оказалась небольшая опушка, в центре которой лежала курточка Маку. — Это же моё, - подбежав к ней, аккуратно поднял, отряхивая еë от листвы и прочего лесного мусора. — Верно, но что она делает в лесу? - Ромео взял куртку из рук мальчика, начав вертеть и осматривать. В тот момент Куромаку казалось, что эту куртку обязательно прокляли и Ромео пытается предотвратить чёрную магию, но это ведь не так, и Куро это понимает. Помимо этого, к нему ещё пришло осознание... Нет, не пришло... Его словно ударили чем-то тяжёлым по голове. На глазах Ромео мальчик побледнел и будто со стеклянными глазами произнёс. — Она выманила его... Мной.        Объяснять полный смысл слов Ромео не нужно было, он понял это, как только взял куртку в руки. А если Феликс всё ещё в лесу, то ему грозит опасность... Знахарь даже думать не хотел о том, что потеряет столь важного для себя человека... Оборотня... Да какая к дьяволу разница! Брата, он может потерять в первую очередь брата. Того, кого держал на руках ещё в пеленках, того, кто радует его своим смехом. Пускай они ссорятся, пускай берут грех на душу, что не являются сплоченными братьями, но они являются семьёй. Ведь это такая хрупкая вещь - семья. У каждого свой срок жизни и рано или поздно он истечет. Ещё мальчиками братья вкусили, что всё не бесконечно.        И Ромео не хочет. Не желает возвращаться в то состояние утраты. Когда ты опустошён, когда хочется кричать и плакать, а одновременно с этим просто молчать. Лес наполнился криками, что звали потерявшегося Феликса. — Фе-е-еликс! - Схватившись за ствол дерева, что своей кроной извивался у сторону, Куромаку прокричал имя "брата". Не хотелось верить, что спокойная жизнь закончится вот так...       Подошва туфель заскользила, и Куромаку поздно понял, что стоит на грязевой почве склона. Короткий вскрик страха, и перед глазами замигала цветная листва и кора деревьев. — Куромаку! - Сердце упало в пятки, не хватало его ещё потерять. Ринувшись к тому дереву, наклонился, смотря вниз. — Маку!       От лёгкой боли в пояснице замутило, но, подняв голову наверх, мальчик кивнул. Сам же потер заднее место, поднялся, оглядывая эту часть леса. Она была не такой тёмной, трава больше играла зелёными, яркими красками. Лианы свисали с деревьев, совсем не казавшись страшными, а сама крона не являлась такой плотной и сквозь неë пробивались солнечные лучи. — Маку! Будь осторожнее, прошу, - спустившись к "брату", посмотрел на его грязную спину и выдохнул. — Идём, - хотел взять его за руку, но не успел, ведь Куромаку уже отошёл к месту, что его привлекло. — Тут была стая, посмотри! - Подойдя к тропе, что была усыпана следами волков, он присел и провёл пальцами по старым следам. Грязь успела затвердеть и превратиться в слепки. — Ты прав... - Ромео посмотрел на следы из-за спины мальчика и не посмел с ним не согласиться. Оглядевшись, Куромаку показал на то место, где скатился. — Следы идут от туда, пойдём обойдем склон!       Не дожидаясь ответа Ромео, что был отрицательным, Куромаку побежал к склону. Знахарь боялся за сохранность Феликса, но... Ему стоит признать, за всё время, что он ходит в этот лес, это первое живое место. Тут птицы поют звонкие трели, что так и искрятся счастьем, стук дятлов. В этой стороне кипит жизнь и возможно... Это вообще обычный лес. Возможно, это граница вечнозелёного леса и обычного. — Ромео! - Привлёк внимание Куро, видя задумавшегося парня, и заставил его идти к себе.

***

       Феликс заскулил, видя перед глазами прочные верёвки сетки. Как так вышло, что он угодил в ловушку охотников? Да очень просто, когда ты бежишь не глядя, с одной лишь мыслей: "Убежать, спастись!" В такой момент глаза сами смотрят вперёд, а не под ноги. Волчица остановилась, смотря на скулящего щенка в сетке. Доигрался, добегался ребёнок, а сколько твердят, что лес не место для игр? Но делать нечего, нужно вызволять.        В тот момент сознание словно отключилось. Феликс чувствовал своё тяжёлое дыхание, чувствовал, как его сердце сжимается от страха перед этой ловушкой. Снова попался! Снова! Очи намокли от выступившихся слез.

***

Это было так давно.        Теплый ветер ласкает лохматую гривы, делая еë ещё непослушней. Золотистый волк игриво прыгает по полю, ловя бабочек. Они такие цветные: розовые, с крапинками, красные, жёлтые, всеми цветами радуги расписанные! — Феликс! - молодой парень аккуратно развешивал одежду на бельевой верёвке. На вид он ещё подросток, круглое личико, невысокий рост и не отросшие розовые волосы. Мальчик-волк, вильнув хвостом и залаяв, подбежал к брату. Он тёрся о его ноги, вымаливая погулять подальше, увидеть границы цветного поля. И на эту уловку Ромео согласился, погладил его по голове, отпустил... Это было ошибкой        Карим взглядом он не сразу заметил пропажу ребенка. Феликс играл на лужайке минуту назад, а сейчас и след простыл. В это время свободный волк уже бежал вперед, огибая стволы деревьев. Мальчик давно позабыл о том, что сюда нельзя ходить, не понимая всей опасности, он с лёгкостью обходил капканы и ловушки по запаху. В воздухе прозвучал протяжный свист, и за задетую ногой верёвку Феликс поплатился сеткой. Он угодил в ловушку, при которой тяжёлый груз не давал ему выбраться. Кажется, в тот момент его кровь похолодела, лишь сейчас в голове прозвучали слова брата: "В лес не ногой!"       Только вот мальчик вступил всеми четырьмя лапами, и теперь он в ловушке. Сердце стучало до такой степени, что заболела голова. Подняв подбородок, завыл со всем своим страхом. Нет, это был не вой, крик о помощи...который привёл совсем не еë. Перед очами его восстали люди Люди, в чьих руках было оружие. От них пахло гнилью, их неухоженные лица исказились в злой ухмылке. Феликс следил за их фигурами, он видел их одежду, сделанную из шкур зверей, оружие, начиная от ножей и заканчивая ружьями - всё это вызывало неподдельный ужас. За время, пока трое охотников приближались, мальчик успел пожалеть о месте прогулки.       На спину надавили, заставив рёбра упереться о поверхности, а лапы прижали к той же холодной и грязной земле. Волчонок просто беззащитен перед ними, он покорно вертел головой, повинуясь человеку, что словно оценивал его. А после в глазах потемнело. По телу прошлась дрожь, и крик, смешанный с болью, раздался по всему лесу. Шерсть под глазами намокла от слез, пока крик переходил на немоту. Охотник с интересом покрутил у себя в руках небольшой клык. Такой ровный и почти без желтизны, идеальная находка для продажи. Ромео пришёл вовремя, остановив охотников. — Так вот чем ты отплатил?! - Выкрикнув это, он прошёл к парням. Двое, державшие Феликса, ухмыльнулись и, переглянувшись, тихо посмеялись. — Мочи его, Фрэнк, и идём, - вот только на это мужчина ничего не ответил, смотря на Ромео, держа в руке зуб волка. — Пока твой ребёнок страдает от жара, ты прохлаждаешься здесь?!       Ромео шёл вперёд, нападая. Приоткрыв янтарный глаз, Феликс посмотрел на брата, видя в нём волка, что вот-вот нападёт на добычу, но было ли это так на самом деле? Вдыхая и выдыхая лесной воздух, что пропитан влагой и корой деревьев, Ромео всё так и не отводил от охотника взгляд. — Я... Стараюсь для семьи, чтобы достать лекарства и прокормить их, - но защита не удалась. — Я с вас и ни копейки не взял, - проведя по воздуху рукой, парень указал этой же рукой на зуб. - А вы мучаете бедное существо! Щенка! — Малой, вали, покуда цел! - Сухо и грубо проговорил мужчина и, встав с волка, направился к Ромео. - Это наш зароботок, и даже не смей его отбирать! — Я не отбираю, лишь хочу справедливости. - Чувствуя опасность, Ромео отошёл на шаг. — Да что ты нам сделаешь?! - загоготав, он схватил парня за воротник, приподняв. — Хейзел, оставь его. - Негромкий, но строгий голос остановил его, естественно, он принадлежал тому, кто называл себя Фрэнком. - Уходим. — Но, босс... - Безымянный охотник, что прижимал Феликса к земле, растерянно захлопал ресницами. Фрэнк поднял ружьё и тут же встретился взглядом с Хейзелом, что недоверчиво, прищурившись, смотрел на него. В конечном итоге отпустив Ромео, трое охотников ушли без добычи, а он бросился к брату, освобождая его из плена. — Феликс... - Ромео гладил его шерсть, понимая, что от стресса он не превратиться в человека. Пришлось возвращаться домой в таком виде, ждать, когда Феликс придёт в норму и лишь тогда на его вопрос: "Зуб... Ты сможешь его вернуть? " Ромео ответил: — Нет, - Помотав головой,тот сложил руки на груди. - Это твой шрам и напоминание о том, что ты ни в коем разе не должен ходить в лес! Это будет тебе уроком. А если бы я не знал того охотника? Если бы я не был поблизости? Феликс промолчал, ведь даже не хотелось думать о меховой золотистой шубе на витрине магазина.

***

       Феликс больно стукнулся о землю, подняв пыль. Трава ни на грамм не смягчила его падение, отчего бок заболел, теперь синяк будет. — Мой малыш, напугался? - Подняв бешеный взгляд на даму в шубе, Феликс тяжело задышал, приоткрывая рот. — Ну ничего, я рядом, всё хорошо, - руки тёплые, а поглаживания знакомые. Феликс лишь покорно прикрыл глаза, от неë пахнет лесом, мокрой травой и дождём - совсем не излучает опасности, а Феликс устал бежать от того, что всё равно его настигнет. Прижав уши к голове, прикрыл глаза, к сожалению, он не смог долго насладиться объятиями. Сзади выростала тёмная фигура, заставившая волчицу взвыть.

***

— Эта пещера... - Ромео провёл рукой по стенке жилища, осматривая его. На удивление здесь имелся и небольшой деревянный стол, и большая кровать, что устелена шкурами оленей и не только, а главное - детские игрушки и письменные принадлежности. — Она здесь жила, - закончил за Ромео Куромаку и, пройдя к столу, начал перелистывать небольшую книжечку. Обратив свой взгляд туда же, Рома заметил чернильницу с давно вышихшими чернилами. — Что написано? - Подойдя к мальчику, тоже стал свидетелем того, как страницы в записной книге становились всё чище и чище к концу. Перелестнув в начало, Куромаку заметил лишь зачеркнутые предложения. — Был бы способ понять, что случилось.       Оставив Куро у книги, Ромео отошёл в другую сторону пещеры, смотря на семейства пауков, что поселились по углам. Тут не было ничего интересного. — Я думаю, нам стоит продолжить поиски Феликса, - Ромео было обратился к Куромаку, но не получив ответ, вновь повернулся к нему лицом. - Куро? От шока приоткрыв рот, побледнел, а холодок пробежался по спине. — Куромаку! - Подбежав к мальчику, попытался тронуть его, но рука проскользнула мимо. От Куромаку остался лишь полупрозрачный, дымчатый силуэт.        Куро почувствовал, будто бы его схватили за пупок и дернулись вперёд. Голова закружилась от подобного, и не сразу тот пришёл в себя, рухнув на холодный, каменный пол тяжело засопел. Услышав вой, сделалось дурно вдвойне, не хватало ещё волков! Только подняв голову, он не узнал пещеру. — Ромео?        В страхе он оглядел тёплое и даже в каком-то месте уютное жилище. В середине догорают угольки костра, на котором стоит казан с чём-то вкусным. Игрушки собраны в кучке у угла, а не раскиданы по полу. А вой издавала волчица, что медленно переступила порог. От ужаса Куромаку вжался в стену, хотя вопросы до сих пор витали в голове: "Почему она ещё не накинулась на него? Почему всё ещё идёт по своим делам и почему-" Ответ на этот и другие вопросы возник тут же... — Мама!!! - Детский голос наполнил пещеру звоном. А на глазах Куромаку трое малышей подбежали к волчице. Став матерью, она тут же обняла их. Перед очами мальчика была женщина, чьи волосы не покрыты сединой, лицо без морщин и выглядела она совсем молодо.        Ромео сглотнул тяжёлый ком, видя перед собой силуэт "брата". — Звезды... Нет... - прислонив руку ко рту, прикусил палец, надеясь, что это сон. - Неужели уже? Разве ты еще не мал для этого? Маку? - Ромео оказался между двух огней, Феликс, потерянный в лесу, и Куромаку, застрявший в воспоминаниях.        К горлу подступила тошнота, когда воспоминания резким движением сменились. В ноздри ударился тошнотворный запах крови, а ресницы дрогнули, распахнувшись. Дождь вне пещеры, но его капли были слышны и внутри. А перед взором картина, которая заставила Куромаку похолодеть. На полу были раскинуты тела щенят, выпотрешенные внутрености, закатившиеся глаза и кровь, что вытекала за порог пещеры и смешивались с ливнем. Охотники лишь поднимали в потолок дым от сигарет, смех и красные от крови ножи.        Ромео дрогнул, оборачиваясь на Куромаку, который, упав на пол, тихо задрожал, глотая слезы. — Куро! Что с тобой? - Подбежав к мальчику, взял его под руки. Он был холоден, как смертник, узнавший приговор.       Куромаку лишь мельком глянул на знахаря, когда к горлу подступил завтрак, вывернувшись из его рук, выбежал из пещеры, тут же освобождая желудок в первый попавшийся куст. В горле стало противно, всё-таки такая процедура не из приятных. — Куромаку, да что с тобой? - Ромео выбежал вслед за ним, видя, как тот прокашливается и утирает уголки рта. Со слезами на глазах тот посмотрел на него и сиплым голосом произнёс: — У неë... У неë были дети, - пока он это говорил, Ромео успел увести его подальше от пещеры и убрать с глаз волосы. — Какие дети? - Ромео не понимал, о чем говорит мальчик. — У этой волчицы были дети, трое щенят... - Во рту неприятные ощущения, а в носу щипит и колит. - Но... Но охотники убили их, жестоко... Очень, - прерываясь на глоток воздуха, Куромаку наконец доносит до Ромео то, что видел. - Может, от этого она сошла с ума? Не выдержала того, что стало с еë детьми. Ромео не мог не опровергнуть это предположение, сейчас его волновало лишь местоположение Феликса, а со способностями Куромаку они разберутся чуть позже. По лесу, проносясь на мимо макушек деревьев, птичьих гнёзд и зарослей, разнёсся оглушительный вой, и именно в этом направлении побежали Ромео и Куромаку.

***

       Тяжело дыша, волчица опустила голову. С еë челюсти стекала кровь алыми струйками, тяжёлое дыхание заставляло грудную клетку подниматься вверх вниз. В ногах словно оказался свинец, даже двинуться тяжело. Превратившись в человека, Феликс в немом шоке и страхе смотрел на черно-серого волка, что склонялся над уже не дышащем телом. В горле ком, не дававший позвать на помощь. Зелёная трава окрасилась в красный, когда волчица ступала на неë своими лапами. Идя к ребёнку, она стала в один момент человеком.       Сопящие дыхание, полуприкрытые глаза, она видела перед собой жёлтое пятнышко, такое светлое и лучистое. Когда ноги подкосились, от слабости она уже не могла идти, и рухнув в траву на колени, заставила Феликса попятиться и уткнуться спиной в ствол дерева. Еë губы окрашены в ярко-красный оттенок, а кровь стекала по шеи к груди, там уже смешиваясь с еë собственной. — Мой малыш.       Тихо проговорила женщина, потянувшись к Феликсу, затем рухнула на траву всем телом. Слабость пробивалась и разносилась волнами, захватывая еë целиком, взор мутнел, когда она наконец почувствовала тёплые пальцы на своей руке.       Не без доли страха, но Феля осмелился взять еë за руку. Он знал, от чего она не может двигаться, он прекрасно слышал этот выстрел. Улыбнувшись, женщина лишь прикрыла глаза, чувствуя от него родное тепло. — Всё хорошо... - Губа задрожала, смотря на еë спину, что с каждым вздохом поднималась всё меньше, и наконец лёгкие перестали циркулировать воздух.       Он был благодарен, что она спасла его в сию минуту, но платой за подобное ему стало детство, что было испорчено ею. Склонив голову, по щекам потекли слезы, он не знал эту часть леса, он лишь хотел домой. — Феликс! - Крик брата заставил его поднять голову и с улыбкой на лице встретить свою семью. — Я так переживал! - Ромео направился было к нему, когда помедлил и, остановившись, взглянул на волчицу и труп охотника, чье горло было безжалостно перекусано. — Не бойся... Она больше никогда не потревожит нас, - дрожащими руками Феликс погладил еë седую голову и тихо всхлипнул. - Никогда... Но несмотря на это, Ромео не смог оставить еë просто так. Пускай охотник был оставлен на растерзание животным, что обитали здесь, женщину они похоронили недалеко от пещеры. В душе Куромаку надеялся, что она теперь встретилась со своими детьми и обрела покой.        Найдя дорогу обратно к дому, парни увидели за горизонтом розовое небо, что означало закат. — Это был сумасшедший день, - сухим голосом произносит Феликс и всё ещё дрожа от слез, направляется к дому. Куромаку с Ромео решили не отставать от него, и совсем скоро они вместе пытались придти в себя после этого дня.       Куромаку увидел то, что ему не следовало, и то, что очень сильно врезалось в память. Трупы животных, что являлись детьми. А вот Ромео больше поразила магия Куромаку, но об этом всём он порассуждает позже.