Асгардские страсти

Коулсон неторопливо шествовал по тропинке сквозь жуткий серый лес. Искривленные, покрытые черным мхом деревья тихо потрескивали, словно горя изнутри. В далёкой дали в вышине темнели не то каменные своды, не то грозовые тучи. Там что-то едва уловимо шевелилось, но Фил не мог с точностью сказать, что именно. Ему привиделись большие длинные щупальца, сжимающие свод пещеры, а может, и не щупальца. Скоро гадать ему надоело, да и идти с постоянно запрокинутой головой он не мог. Под ногами грустно похрустывала жухлая палая листва. В неподвижном воздухе стояло странное гудение, словно от роя пчёл, однако Коулсон не заметил ни единой живой души. Ни крылатой, ни какой-либо еще. От подземного мира мёртвых он ожидал плача, стонов, криков, стенаний сотен душ. Однако в Хельхейме было тихо, спокойно и, страшно подумать – умиротворённо. Фила не покидало ощущение, что он прогуливается по одному из районов Детройта, только без выстрелов, воплей и рэпа, льющегося из окон. Такое же запустение и пыль. Выйдя из тёмного леса, он увидел каменный дворец, возвышающийся на скале, к которой вела узкая земляная насыпь. По бокам темнела пропасть. Коулсон зорко разглядел редкие огни в окнах жуткого сооружения. Цокнув языком, он упорно двинулся вперед, напевая под нос любимый мотивчик. Бартона разбудил взрыв. Нехотя открыв глаза, он потянулся на шёлковых простынях и поглубже зарылся в мягкие шкуры, служившие ему одеялом. – Сегодня без меня, – пробурчал он, втягивая пряный запах меха носом. – Без меня… – Бартон! Снайпер даже подскочил на кровати от неожиданности. В дверях стоял запыхавшийся Роджерс. – Какого хрена, Кэп?! – А ты чего, голый, что ли, спишь? – Нет, это на мне такая невидимая нанопижама, блин! Что случилось? Почему все так упорно не дают мне поспать?! – Старк сбежал! – Куда? – заворочался Клинт, перетекая к своим брошенным на пол вещам. – В Мидгард. Полетел убивать Бэннера, – понуро сообщил Роджерс, старательно глядя в сторону от голой задницы снайпера. – О как. С утра пораньше, ё-моё… И за что же? – натянув футболку через голову, Бартон пригладил вставшие дыбом от статического электричества волосы и огляделся. – Где мои ботинки?.. И джинсы… – Я же приехал ему сказать, что из-за побега Старка в Асгард Пеппер пришлось стать главой компании, и она назначила Бэннера своим заместителем! – Его настолько это взбесило? – поинтересовался Клинт, заглядывая под кровать. – Они же вроде прямо друзья-друзья! Только что браслетики не носят одинаковые. – Он меня не дослушал! – зло пояснил Стив, невольно начиная оглядывать комнату в поисках обувки снайпера. – Он решил, что Пеппер ему изменяет! – Это как же надо было преподнести новость, чтобы он так подумал? – хихикнул Бартон, найдя левый ботинок у кресла и там же смятые грязные джинсы. Сверху лежала банановая кожурка. – Никак! Он не дал мне договорить. – Ну, а от меня-то ты чего сейчас хочешь? Беги за ним, кайся. – Я не могу! Радужный мост не работает! – С чего вдруг? – Старк что-то там поломал, когда вломился и потребовал переправить его на Землю, а Хеймдалль отказался. В общем… – Я понял, - Бартон натянул джинсы на голое тело и задумчиво почесал промежность. – Тогда нам остается только ждать и надеяться, что они с Бэннером не убьют друг друга… Кстати, сколько сейчас? – По местному пять утра, - отозвался хмурый Стив. – Пошли кофейку хлопнем, что ли, раз уж ты меня поднял, – широко зевнул Бартон, щёлкнув зубами. - Роджерс, успокойся, ничего со Старком не случится. Его уже столько раз пытались убить… пусть хоть раз шансы будут равными! Однако его мечтам о кофе не суждено было сбыться. Едва они завернули за угол, как Клинт влетел носом в железные нагрудные пластины доспехов Тора. – Да что ж ты такой здоровый, – пробурчал он, запрокинув голову. – Доброго утра тебе, Громовержец. И тебе, зайка моя. – Чего? – возмутился Локи, понятия не имевший, что такое «зайка», но по интонации догадавшийся, что это вряд ли подходящее для него слово. – Твой лохматый сынишка вчера спер у меня айфон, – буркнул Бартон, похлопав по карману. – Фенрир? – нахмурился Локи. – Зачем ему твоя примитивная железяка? – Это ты у него спроси. Может, в конуре у себя положит и будет… – А ну не смей так говорить про моего сына! – вскипел Локи. Тор тут же встал между ними. – Мы пришли за помощью, Клинт, – пророкотал он, извиняюще кивая Стиву. Тот оглядел троицу с ног до головы и, фыркнув, пошел прочь. – Чего надо-то? – Ты должен помочь мне со свадьбой, – заявил Локи, упирая руки в бока. – Зал украсить, платья для подружек выбрать? – хохотнул Бартон. – Торт? Приглашения? Алтарь розочками обложить? – Практически, – сквозь зубы просипел Локи, явно стараясь не выходить из себя. – Пошли, разговор есть. В библиотеке царил приятный полумрак, шаги тройки отскакивали от мраморных стен и глушились в портьерах. – Итак. – Локи удобно устроился на полу, сев по-турецки у нужной полки. – Вариантов, как ты выразился, «откосить» – два. Бартон зевнул и тоскливо посмотрел в окно. Медленно, но верно светало. Кофе хотелось до обморока. Он закурил, выпустив в потолок облако дыма. Тор поморщился. – Не отвлекайся, - ткнул его кулаком в бок Локи. – Слушай, Лафейсон, твоя свадьба – это твои проблемы. При чём тут я? Тот поджал губы и смерил стрелка сердитым взглядом. – Ладно-ладно, чего ты хочешь, о Боже? Тор кивнул на книгу, которую вытащил и с грохотом опустил на пол. – Есть такой старинный забытый асгардский обычай. Невеста может избежать брака, если подарит вместо себя подарок, – пояснил Локи, ища нужную страницу. – Откупится, короче, - хмыкнул Бартон, закуривая новую сигарету. – Так в чем проблема? У тебя нет налика? А, босс? – Налик есть, – скривился Локи. – Но не в таком количестве! Есть несколько вариантов подарков. Первый – это чаша золота, весом с невесту. – Ну, ты у нас тощенький, – хихикнул Бартон, затягиваясь. – Если будет не хватать, могу у Наташи её сережки золотые попросить. Она мне часто про какое-то золото Колчака говорила… – Нет у меня столько золота, – дёрнул бровью Локи. – И занять я не могу, таков обычай, надо из личных запасов. Второй вариант – надо подарить что-то столь же живое и ценное, как сама невеста. – Другую невесту? Локи, предупреждаю, если ты решил опоить меня, одеть в платье и выдать за Тора, то обломись. Он сейчас сидит рядом и все слышит. Да и в постели я бревно, Тору не понравится. Тор скривился, очевидно, представив себе Бартона в подвенечном платье. – Я не собираюсь дарить тебя! – наконец вышел из себя Локи. – Я собираюсь подарить Тору коня! – Коня? – удивился Бартон. – А что такого особенного в этом коне, что его можно дарить заместо тебя? Ты же у нас весь такой неповтори-и-и-и-имый! – Это самый сильный конь во всех девяти мирах! – пафосно изрёк Тор. – Слейпнир могуч и огромен… – Понял-понял, – поморщился Бартон, нервно раскуривая следующую сигарету. – Вместо одного жеребца – дарим другого. Логично, если подумать. А я-то тебе зачем?! – Видишь ли… Слейпнир принадлежит одной очень… строптивой даме, она его так просто не отдаст, – потер переносицу Локи. – Какой такой даме, и, я повторяю вопрос, при чём тут я? – насторожился Бартон, которому не понравилось внимание, с которым оба брата внезапно стали его рассматривать. – Скажем так. Эта дама… любит… экзотику?.. – пояснил Локи. - А ты весьма соответствуешь в этом плане ее вкусу. Мелкий, ехидный, мидгардец к тому же. – Ребят, вы меня пугаете, – серьёзно проговорил Клинт. – Она любит все заморское, – нахмурился Тор. – Просто до визга. Понял намек? – Я понял, очень, – кивнул Бартон. – И вы что, два дебила, решили, что я вам помогу?! Вы хотите, чтобы я уговорил эту… деву отдать вам коня?! Запросто так?! – Да нет же! Я тебя выменяю у неё на коня, – радостно раскрыл карты Локи. Тишина была в библиотеке – как в морге. У Бартона даже в голове зазвенело. Но это, наверное, от злости. – Чего?! Меня?! Выменять?! Да ты кто такой?! Ты мне хозяин, что ли?! Выменять, чего удумал!.. Бартон даже задохнулся от возмущения, а Тор на всякий случай подсел поближе к младшему брату. – Бартон, я всё продумал, мы тебя сразу вытащим, как только получим коня! – провозгласил Локи. – Пошел на хрен! – Но, Бартон! – НА ХРЕН! – Да тебе просто слабо! – брякнул Тор и заткнулся, решив, что на такой дешёвый развод Клинт никогда не поведётся. – Что?! – тут же окончательно разъярился агент, вскакивая на ноги. – Да я, что б ты знал, любую цыпочку за минуту уболтаю! – А эта – не всякая, – осторожно отодвинулся от него Локи. – Это Хель. Владычица мира мертвых. – Это там, где сейчас бродит свихнувшийся Коулсон? – немного сбавил тон Бартон. – Да. И она… очень своеобразная… Но, Клинт, мне нужен этот конь, – просительно протянул Локи. – И у меня есть замечательный план по твоему вызволению! – Секунду… вызволение. Ты меня ей даришь взамен копытного. Ты же должен будешь увести его оттуда… И все это время?.. – Бартон, ну, придумаешь что-нибудь, стихи ей почитаешь. – Стихи?! Ты меня собираешься затащить в мир мертвых! Ты про Эвридику историю знаешь?! – Бартон, из тебя Эвридика, как из говна пуля! – возмутился Локи. – А из тебя Орфей, как из… – Ребята, – примирительно влился в беседу Тор. – Успокойтесь. Локи, расскажи ему, как мы собираемся его вытащить. – Ёрмунганд! – позвал Локи, слегка склонив голову. От колонны отделилась высокая точёная фигура. – Ну, папенька, это и есть тот самый стрелок? – надменно поинтересовался тонкий, как виноградная лоза, юноша. Бартон прищурившись принялся разглядывать парня, одетого в серебристый камзол. Длинное белое лицо, огромные зеленые глаза и тонкая, очень узнаваемая алая ниточка губ. – А ты реально жеребец, Локи, – хихикнул Клинт, кивая мальцу. – Привет, Ёри. – Еще раз так меня назовешь, я оторву тебе голову и скормлю собакам, – хладнокровно отозвался юноша и встал за спиной Локи, положив сидящему отцу на плечо тонкую кисть с пальцами-веточками. – Ёрмунганд вытащит тебя, – вздохнул Локи, похлопав сына по ладошке. – Эта бледная моль? – искренне удивился Бартон. – Да его же зубочисткой перешибить можно. – Папенька, можно я его съем? - высокомерно поинтересовался тот. – Не сегодня, милый. – Эй, ребята, я всё еще тут. – У Ёрмунганда есть свои… особенности, – запнулся Локи. – Он Мировой Змей, – рубанул правду-матку Тор. – Эта ветошь умеет превращаться в огромную змеюку. Аж небо закрывает. Я как вчера первый раз это увидел, так и… чуть не обоср… об… того, короче. Ёрмунганд зловеще оскалился и посмотрел на дядю. Тот ответил хмурым взглядом из-под бровей. – Локи, блин, ты где себе таких… баб ищешь? – искренне поинтересовался Бартон, углядев вертикальные зрачки старшего сына Локи. – Папенька, ну можно я ему хотя бы ногу отъем? – Сынок, ты не должен есть нашего друга Бартона. – Ишь ты, «друга», – хихикнул Бартон. – У вас-то хоть фотка есть этой Хель? Троица переглянулась. Ёрмунганд мерзко ухмыльнулся. – Ну-у-у-у-у… – Тор полистал книжку. – Вот. Но это не совсем прям… вот чтобы… портретное сходство… – ТВОЮ МАТЬ! – брякнул Бартон, едва увидев гравюру. – Да пошли вы на хрен со своими конями и свадьбами! Я не буду эту… с этой… – Не дрейфь, мидгардец, мы все продумали, – гордо отозвался Тор, захлопывая книгу, чтобы Бартон больше не видел изображение. – Всё очень просто. Ёрмунганд за его спиной тоскливо вздохнул, поправив отцу пластину доспеха на плече. *** Фигурка короля величаво ступила на чёрную клетку. Коулсон закусил губу и задумался. Сидящая напротив Хель улыбнулась и сплела пальцы, уперевшись в них подбородком. Фил продолжал рассматривать доску. – Неужели в вашем мире не нашлось достойного соперника? – вежливо поинтересовалась она, разглядывая нежданного гостя. – Каждый соперник по-своему достоин. А вы… Вы просто уникальны, моя дорогая. – Комплименты не действуют на меня уже лет так семьсот, – хмыкнула богиня. – Может, все-таки передумаете? Вы же человек. Вы даже не из нашего мира. Тут всё совершено чужое и непонятное. – Я понятливый. И чрезвычайно обучаемый. Хель удобно откинулась в кресле и с улыбкой закатила глаза. – Ко мне добровольно не приходят. – Я же пришёл. – Мне упасть перед вами ниц из благодарности? Коулсон оторвался от шахмат и улыбнулся. – Вы не пожалеете. Гарантирую. Уважаемая госпожа, я выгодное приобретение. – Чем гарантируете? – тут же спросила Хель. – Вы слышали о последних событиях в Мидгарде? Я руководил отрядами Щ.И.Т.а. Хель задумалась, водя пальцем по губам. – Хм… Вот как. Тогда… – Хель, прелесть моя! – раздалось со стороны входа в зал. – Великий Один! – неожиданно смутилась та и подскочила в кресле. – Папа в гости приехал. – Папа?.. – замер Фил. - Оу-у-у-у… – Милая моя, а я с гостинцем! – продолжал разоряться Локи, шествуя по залу и таща за собой мрачного, как туча, Бартона. – Это, что ли, гостинец? – с сомнением поинтересовалась та, рассматривая пялящегося на нее Бартона. – Ох, где мои манеры… Отец, это сын Коула. – Виделись, – буркнул Локи. – Пару раз, – вежливо осклабился Фил. - Как голова? - Прошла, спасибо. – Локи, а ты чо ж не сказал, что у тебя такая красивая знакомая?! – внезапно ожил Бартон, решивший напомнить о себе. – Позвольте представиться, ибо ваш друг решительно забил на меня болт. Клинт Бартон. Не дожидаясь разрешения, он цапнул богиню за ладонь и чмокнул пальцы. Та скептически уставилась в светлый коротко стриженый затылок. – Папа, что это? – холодно поинтересовалась она, чмокая Локи в щеку. – Папа стоит молча, – заслонил собой бывшего начальника Бартон. – Уважаемая Хель, позвольте пригласить вас на… а куда у вас тут даму можно пригласить? – В лес, – отрубила Хель, в королевстве которой было всего две достопримечательности, включая дворец. – Оу… ну, пойдемте в лес, милая Хель! – Папа, что это за мелкорослик?! Бартон обиженно фыркнул, не в силах оторваться от хозяйки подземного мира. Прекрасная половина её лица ехидно нахмурилась, а вторая была умело прикрыта волной чёрных волос. Фигура у девицы была на зависть. На зависть же был и рост. Она была даже выше Локи, который по-отечески приобнимал дочурку за талию. – Я решил, что ты совсем тут заскучала без общения. - Почаще бы, папа. – Погоди, погоди-погоди… Бартон неожиданно побледнел и оттащил Локи в сторонку. – А чего она тебя папой зовет? Это не прикол, что ли?! Она тебе… дочь?! – Ну не сын же… Хель – моя старшая, – пожал плечами Локи. – Да сколько у тебя детей вообще?! – зашипел Бартон, оглядываясь с натянутой улыбкой на Хель, скрестившую руки на волнительно-большой груди. – Ещё близнецы, – покаялся Локи. – Мне и их придется соблазнять?! Почему ты мне не сказал?! – А что бы это дало?! – Ты собираешься обменять меня на самца кобылы у родной дочери! – злобно прошипел Клинт. – Он ей не нужен, – обиженно протянул Локи. – А мне нужен! – Может, она просто тебе его отдаст! – Как же! Вся в мать! Снега зимой не допросишься! – Локи… блядь… да она же почти в два раза меня выше! БУКВАЛЬНО! – Ссышь, фраер?! – Что-о-о-о-о?! – вытянулось лицо у Клинта. Бартон даже слюной подавился. А Локи сделал себе мысленную заметку почаще ругаться на мидгардском. Надо будет ещё походить за Старком и позаписывать. – Мы вам не мешаем? – осведомилась Хель, присаживаясь обратно за стол и двигая фигуру. – Шах. Коулсон потёр бровь и хмыкнул. – Если честно, то мне надо, чтобы ты немного развлекла мистера Бартона. Он мой почётный гость. И он изволил прогуляться по Хельхейму. Бартон закивал, прикусив язык. Коулсон вполглаза рассматривал, как агент наливается свекольной краснотой. – Что-то ты не договариваешь, – подозрительно протянула Хель. – Всё так, всё так, – тут же встрял Бартон. – Если вы изволите меня сопроводить, то я с радостью тут… осмотрюсь. Часик-два погуляем и вернёмся. Буду очень признателен. Коулсон поджал губы и покачал головой. Бартон мужественно не смотрел в его сторону, а Локи продолжал улыбался. Хель глубоко вздохнула и царственно встала. По залу прошелся ледяной сквозняк. Под потолком зашуршали крыльями сонмы летучих мышей. – Пойдемте, мистер Бартон. – Зовите меня Клинт, моя леди. – Я не ваша, – холодно отозвалась Хель. – И зовите меня Повелительница мира мёртвых. Бартон непроизвольно прыснул, представив себе Хель в кожаном белье и с плеткой в руках, но тут же нацепил самую суровую мину и взял девицу под локоток. Осознав, что его уровень глаз совпадает с уровнем декольте Хель, он ухмыльнулся. Ракурс был более чем удачен. - Я буду рада, сын Коула, если вы меня дождетесь и мы закончим наш разговор. Коулсон встал и склонился в вежливом поклоне. Когда болтающий без умолку Бартон и поджавшая губы Хель вышли из залы, Локи и Коулсон переглянулись. – Ну, я пошёл, – проговорил Локи. – Идите, – кивнул ему Фил, наблюдая за ним из-под прищуренных век. – До… до встречи. – Нескорой, надеюсь, – чистосердечно сказал Коулсон, принимаясь заново расставлять фигурки. *** – Тор, тяни! – Куда?! – Влево… в другое лево, дубина! – Так и говори, в твоё лево! Братья из последних сил тащили коня из стойла. Слейпнир брыкался, лягался и уже украсил Тора и Локи дюжиной синяков. – Ты окончательно потерял ценность как невеста, - хмыкнул Одинсон, разглядывая измазанного в навозе брата, у которого под глазом и на лбу расплывались сочные фиолетовые синяки. – Ты, как жених, тоже не фонтан, – отозвался Локи. – Надеюсь, Бартон сумеет заболтать Хель. – Если кто и сможет, то только он. Точно тебе говорю. Они продолжили тянуть жеребца за поводья, когда чёрная, едва уловимая тень шмыгнула из своего укрытия и стала подкрадываться ближе. – О-о-о-о, Бартон! – О-о-о-о, Хель! Клинт влюблённо посмотрел на девицу и сморгнул. – Это было потрясающе! Никогда бы не подумал! – Сама знаю, каждый пятый день месяца этим занимаюсь! – Всего один раз в месяц? Милая, надо чаще. – Так не с кем. Одной-то скучно. – Дорогая моя, пока я тут – я к вашим услугам! – Бартон, иди сюда, я тебя поцелую! – Ой, правда, чего это мы все на «вы». Звонко расцеловавшись, парочка застыла, с удовлетворением рассматривая друг друга. – Хотя… вру, – неожиданно проговорила Хель. – Иногда Фенрир заглядывает. – А, младшенький ваш… Надо его в следующий раз позвать, втроём веселее! – Определенно, – Хель поправила растрепавшиеся волосы и улыбнулась. – Как насчёт порубать чего? У меня барашек со вчера остался в меду. И кабанятинкой заполируем. – Миледи, вы меня поражаете, - восхитился Бартон. – А что такого? Я Владычица подземного мира, но надо же мне иногда отдыхать?! А то весь этот придворный этикет, посетители круглые сутки. Как устаёшь… – Да уж, еще и с таким-то папой… – Папу не трожь, – тут же стрельнула глазами Хель. – Он у меня знаешь какой молодец?! Папа у меня мировой. - Это брат у тебя мировой. Змей, – брякнул Бартон и заткнулся. – А ты откуда знаешь про брата? – нахмурилась Хель. – Ну так, это… Локи говорил. – И про то, что он Мировой Змей? Он же никому этого не рассказывает! Бартон проклял свой болтливый язык. И именно в этот момент раздались вопли, крики, жуткий грохот и скрежет. Во всей этой какофонии отчётливо различалось ржание. И рычание. Это было определённо что-то странное. – Это что ещё такое! – заторопилась Хель, поправляя одежду. – Неужто папа опять вздумал увести Слейпнира?! – А он уже пытался? – едва поспевая за ней, поинтересовался Бартон. – Пять раз. – Лу-у-у-узер. – Бартон, ногу сломаю. – Да-да. У тебя лучший папа в мире, я помню. Конюшни превратились в руины. Вокруг гнутых балок и треснувших досок кругами бегал Фенрир, высунув ярко-розовый язык. Локи и Тор отчаянно пытались отбиться от Слейпнира тем, что попадалось под руку. Тор прикрывался огромной дубовой поилкой, а Локи тыкал в сторону жеребца вилами. – Кто тебя просил?! – орал Локи. – Пап, я хотел помочь! – скулил в ответ Фенрир, пытаясь цапнуть коня за ноги и не получить в бубен копытом размером с добрый булыжник. – Помог? ПОМОГ?! – отозвался из-за поилки Тор. – Псина ты тупорылая! – Па-а-а-а-ап! Дядя Тор ругается! – Что «пап»! Сестра тебе сколько раз говорила, тут опасно! Кому сказал, в Хельхейм без меня ни лапой, ни ногой! – Но ты же тут! - виновато проныл тот, укрываясь за мощным стволом стоящего рядом дерева. – ФЕНРИР! Жеребец взбрыкнул и с хрипением бросился на поилку. Дуб дал трещину, осыпав Тора щепками. – Локи, что будем делать?! – заорал Одинсон, которому совсем не хотелось вступать в единоборство с жеребцом. – Бежать, – тихо и спокойно посоветовала подоспевшая Хель. – Ну, папа, ну погоди… Запыхавшийся Бартон остановился позади неё, тут же тяжело дыша оперевшись о колени. Локи и Тор, замершие за своими укрытиями, виновато переглянулись. – Ну ни хрена себе «тихо уведём», – прошипел Клинт и оттёр пот с лица. – Это шестой раз, папа! - зловеще протянула Хель. – Доченька, будь добра, скажи своей коняшке… – начал было Локи, вскидывая вилы. – Нет уж, – неожиданно холодно проговорила Хель. – Он теперь твой. Как хочешь, так и забирай, надоело! А этот останется у меня. Согласная я на такой обмен. Устраивает? «Этот» обалдевше уставился сначала на поспешно кивнувшего Локи, потом на Хель, потом на Фенрира, всё ещё пытавшегося подкрасться к Слейпниру со спины. – Локи! Мы так не договаривались! – И если ты рассчитываешь, что Ёрмунганд вынесет тебя на своей спине, то ты глубоко ошибаешься, сладкий мой, – ехидно проговорила Хель, оборачиваясь и сжимая плечо Бартона ледяными острыми пальцами. Тот судорожно сглотнул, чувствуя, как ногти впиваются в кожу сквозь куртку и футболку. – Я ему так потом по шее надаю, сам у меня на пару недель пропишется! – Да чтоб вас всех! – ругнулся Клинт, не забывая заглядывать в декольте Хель, чтобы хоть как-то восстанавливать моральный вред от всего происходящего. Фенрир наконец умудрился вскочить коню на спину. Тот взревел от боли и припустил галопом куда-то в сторону, снеся Тора с его поилкой. Послышался хруст. Слейпнир, ничтоже сумняшеся, снес пару деревьев и бодро поскакал в сторону обрыва. – Сумасшедший дом, – констатировал неслышно подошедший Коулсон, глядя, как оглушенный Тор пытается встать, но все время заваливается на правый бок. – Вот поэтому, уважаемая Хель, вам и нужен начальник охраны. Такой, как я. Внимательный, ответственный, безжалостный к интервентам. Локи с обалдевшим видом смотрел в даль, где было отчетливо видно гарцующего на Слейпнире Фенрира, орущего всякие непристойности. – Беру, – отозвалась Хель и потащила Бартона к дворцу. – Заступаете сегодня. И чтобы этих двоих тут не было. А Фенрира я сама найду. – Но, доченька… – Доченька зла. Потом поговорим, папа. И не забудь забрать Ёрмунганда. Он в прошлый раз перетаскал всех сонных карпов из моего пруда. Мне их, между прочим, из Мидгарда возят. За большие деньги. Так что - чтобы ноги вашей тут не было! *** Бартон задумчиво тянул вино. Сидящая напротив Хель степенно вышивала. В камине трещал огонь. Замотанный в бинты с ног до головы Фенрир понуро сидел у её ног, положив голову Богине на колени. – Ты-то тут чего забыл? – пожурила она его в который раз за вечер. – Папаньке помочь хотел, – пробурчал мальчишка ей в колени. - Он же у нас такой несамостоятельный. Пять раз уже… – Помог, молодца, – мрачно отсалютовал ему Клинт бокалом и взял с тарелки странное серое пирожное. Рассмотрев его на предмет наличия жаренных сверчков или там сушеных тараканов, храбро отправил в рот. Они еще помолчали. Хель бросила на Клинта взгляд исподлобья. Новое приобретение ей страшно нравилось; и не нравилось, что оно сидит надувшись, как мышь на крупу. – Ладно, мои мужчины. Может, еще по разу прокатимся? Сегодня, конечно, не пятница… – На горки! – тут же оживился Фенрир, вскакивая на ноги и напрочь забывая, что только что артистично изображал умирающего. – Я таких горок даже в Диснейленде не видел, – признался Бартон, немного оживая. – И кому в голову пришло использовать старые вагонетки в шахте гномов? – Да я как-то туда свалился, – махнул рукой Фенрир. – Пока доставали - сообразили. Пошли-пошли! Хель улыбнулась и встала. – Ну что, мистер Бартон, слабо вам на дорожку Б? – Это которая идет через активный подземный кратер? С лавой? – Она самая. Бартон с достоинством встал и изобразил на лице равнодушие. – Перед вами опасный секретный агент. Я ничего не боюсь. И готов сопровождать вас куда угодно. Хель зарделась, а Фенрир уже принял облик волка. – Пошли-пошли-пошли, – закрутился он вокруг юбки старшей сестры. – Пошли, раз уж я тут надолго, – вздохнул Бартон. – Я же теперь долбанная Эвридика!