Малышка Дори похожа на свою мать, только в другой цветовой гамме — говорил Сириус Блэк, нежно проводя пальцами по колдографиям, сделанной ещё в школьные годы.
Поттер очень похожа на своего папашу и крестного — шипит Снейп, с отвращением смотря на отважную гриффиндорку, что кидается на защиту своей подруги.
Доротея напоминает свою бабушку. Даже имя практически такое же — фыркает Вальбурга, смотря на спящую в комнате ее младшего сына девушку, что заснула за чтением. Перед глазами мадам Блэк проносятся воспоминания о том, как ее тетя вчитывается в очередной том Чар для продвинутого седьмого курса.
Про Доротею Поттер вообще много говорят — за глаза и прямо в них, придумывают слухи и создают книги, создают игрушки и пишут письма.
Доротея Поттер лишь улыбается всем людям, изящно заправляет темный локон за ухо, защищает своих друзей и учится в лучшей школе волшебства и магии — в Хогвартсе.
С Доротеей дружат множество людей, ей многие клялись в дружбе и еще больше благодарили за спасения.
И еще больше обвиняли во лжи.
Доротея Поттер — наследница, будущая Леди, сильнейшая волшебница своего поколения и символ Света, надежды, знамя победы.
Доротея Поттер — уставший ребенок, прячущий под кроватью кучу тональников, пудры и Успокаивающий бальзам, чьи запасы кончаются слишком быстро
Ты знаешь... Ангелы однажды устают...
От чей-то лжи... предательства и боли...
От обещаний, тех что ты даёшь,
Сдержать которых, у тебя не хватит воли...
Доротея улыбается окружающим, сияет изумрудно-зеленой радужкой и смотрит на огромный замок. Дни летят, словно ветер, практически каждый курс заканчивается больничным крылом и разговорами с Дамболдором.
Перед каждым торжественным пиром в честь окончания учебного года она завязывает
петлю галстук цвета золота и алых маков, точно как те, что цветут на пустыре в городке Литтл-Уинг. Члены собственного дома смотрят на нее со злостью, обидой и (о, ужас!) даже ненавистью, ведь из-за Золотого Трио они лишились кучи балов и теперь занимали последнее место в рейтинге факультета, но после те получают первое место.
Уже после первого курса Доротея понимала, что список вещей, которые она ненавидит, пополнится.
Доротея Поттер ненавидит цитрусы, грязь, кошек и Литтл-Уинг.
Ах, да, еще последнее — она
н е н а в и д и т
когда
ей
врут.
От мелких унижающих обид,
От горьких слёз, что прячут за улыбкой,
От долгих ожиданий в тишине,
Которая терзает страшной пыткой...
Доротея старательно улыбается, пряча грусть и обиду в глубине зрачков, прощает все обиды, смиряется, что ей не доверяют или умалчивают — она этого не любит и даже ненавидит, но смирилась.
Никто этого не видит и не знает об этом, но ничего — она привыкла.
Чистота души и крылья за спиной у нее не дают выбора, ведь ангелы прощают все. Должны прощать, так ведь?
Поттер помогает приводить дом в порядок, общается с Орденом Феникса и делает домашнее задание. Все идет, как должно, все нормально и правильно.
Но все ломает одна единственная фраза, сказанная мадам Блэк, когда Доротея осталась с портретом одна.
— Ты вот-вот сломаешься, малышка Дорри — ломко улыбается Вальдебурга.
В доме сейчас поразительно пусто и эти слова отскакивают от стен резиновым мячиком. В тишине не уютно, страшно и паника накатывает с новой силой — ей срочно нужно на что-то переключится.
Однако внутри что-то хрустнуло.
— Ты ведь сама это знаешь.
Одна только фраза в ней что-то ломает.
Ой, нет, не так.
Доламывает
Они вдруг понимают - НЕ НУЖНЫ....
Их тот не ждал, к кому их посылали...
И крылья что изранены, больны -
Они в беде напрасно подставляли...
В пятнадцать, Доротея все же не выдерживает — падение Сириуса в Арку Смерти, бойня в Отделе Тайн и куча предложений...
О, бедная девочка которую нужно отправить к маглам, бедная сумасшедшая, бедное дитя жертвенный агнец
— Простите, я не справилась — ломко улыбается девушка, смотря на небо глазами, что сияли чистым золотом. За ее спиной крылья рвут дешевый свитер, раздается шелест и свист ветра.
НАПРАСНО ВСЁ - как приговор на смерть...
И сложив крылья - Ангел исчезает...
И лишь потом , поймёшь что ты - один...
Нет больше Ангела....Никто не прикрывает...
На подоконнике осталось лишь огромное белое перо, оставляющее на руках смертных несходящие ожоги.