Забытые сказания

Илва — Девочка-которая-выжила. Илва — девочка-волшебница. С большими изумрудными глазами, шрамом-молнией на лбу, летающей метлой под кроватью, волшебной палочкой, настоящей мантией, лучшими друзьями, золотисто-алым галстуком лучшего факультета в мире, счастливой-доброй-понимающей-милой улыбкой и верой в добро, что пропитало ее маленькое нежное сердечко. Все так пра-а-авильно. У девочки-волшебницы — одежда поношеная, мозоли от палочки и ниток с иголкой на тонких пальцах, искусаны тонкие потрескавшиеся губы без малейшего намека на медицинскую помаду, которую ей один раз подарила тетя Петуния, пряча сочувствие за презрением и пренебрежением в синих глазах. У девочки-волшебницы синяки от недосыпа оттеняют изумрудную радужку, шрамы под одеждой, нервная дрожь в руках после Круциатуса, сломанные много раз и срощенные снова кости и кошмары, кошмары, кошмары, что приходят к ней, стоит лишь глаза прикрыть. Илва девочка взрослая, из сказок, правда, так и не выросшая, но утонувшая в них. Илва по-прежнему верит в чудо, магия искрит чём-то светлым за ребрами, а сердце все так же открыто для мира. Вот только она девочка избранная, девочка черная, девочка мертвая. У нее волосы-тьма, кожа-снег, глаза-Авада. Она не наивна. Она не верит в утопию, она познала на собственной шкуре все прелести сказочной, магической реальности Илву блевать тянет от сахарного лицемерия друзей, презрения учеников, насмешки преподавателей, снисходительности директора и безысходности в глазах врагов. Илва давно не девочка — та умерла в Тайной комнате еще на втором курсе, когда ее чуть не убил василиск. Надежда на магическую сказку изчезла, стоило лишь ощутить дикую боль во всем теле, вспомнить об заживо сгорающем профессоре Квирелле и увидеть мертво-белое лицо Джинни. Но никто не заметил, все настолько зациклились и пропитались своим отношением к Девочке-чья-репутация-уже-не-постоянная, что не видят потухшего взгляда и усталости на дне зрачков. Илва уже смирилась. Илва уже привыкла, что ей постоянно говорят о ее долге, никчемности и о проклятом пророчестве. Илва привыкла глотать горечь, забивать внутри себя тьму и улыбаться ярко-ярко но не слишком широко, чтобы не вышла копия улыбки Беллатрикс, чей дневник и сборник легенд она нашла на третьем курсе в Выручай-Комнате. Илва не хочет умирать на осколках своей свободы, души и собственного счастья, но ее толкают в спину, заставляя быстрее двигаться и не давая разобраться. Это слишком для девочки выросшей, девочки сломанной, девочки уставшей. Девочки, у которой тьма и магия давно смешались с кровью, Авада все чаще заменяет изумруды, а во снах ее защищает огромный волк, среди трупов и костей, закованный тонкими волшебными цепями. В восемнадцать лет Илва узнает, какого на вкус предательство, как цепи внутри нее разрываются с оглушительным звоном и как знакомо воет над ее головой чудовище из древних легенд. Увидит, как ужас сменяет собой презрение и насмешку, как ее окружает вихрь чёрной магии. Услышит громкий хохот Вечной Невесты, плач умирающих людей и лицемерной сказки с плохим только для тебя, не забывай, Илва концом. Однажды девочка избранная умрет, убитая собственной верой в хорошее и друзьями с палочками на перевес. Чтобы сияние Авады превратило изумруды в пыль. Чтобы на свободу вырвался ужас мира. Чтобы солнце и луна исчезли с небосвода, погружая мир во тьму. Чтобы однажды стать вестником Рагнарека.