Альтернатива охотничьего дела

      До поместья Бабочки нужно было идти не меньше недели. Естественно, учитывая ранения неудачливых охотников. Не все хотели с этим мириться.       Прошло где-то пять суток с окончания Последнего отбора, а мини-отряд из новоиспечённых охотников шёл все эти дни. А шли далеко не все - лишь пять человек решили пройти все трудности вместе. Или же просто выжить благодаря другим, но Танджиро так не считал.       Троица «высокомерных выскочек», как осквернил их один парень из отряда, решила удалиться и добраться до поместья самостоятельно. Камадо их не винил - мало кто захочет тащится с уставшими и израненными людьми, хотя... они же теперь товарищи, да? А значит, что и помогать друг другу нужно.

Близнецы скрылись в ветвях глицинии, оставив после себя еле заметные следы деревянных сандалей. Восемь новоиспечённых мечников переглядывались друг с другом, непонимающе хлопали глазами, умудряясь осматривать и новых пташек. Сейчас была ночь новолуния, и новобранцы без понятия, что нужно сейчас делать. Какой-то парень прыснул в кулак, указывая кривым пальцем на двух высоких охотников. На их руках сидели... пташки. Мелкая медная птичка с острыми когтями и серая птица, внешне напоминающая ворону, сидели на руках ровесников Танджиро, но те были явно не в восторге. Вроде как они не родственники, однако оба скалились, щурились, создавали тяжёлую ауру гнева. — Серьезно?... Воробей и галка? - парень уже откровенно гоготал, - Чёрт, даже у меня ворона... и у остальных вороны, у всех! Это типо вы хуже всех? — Завались, чертяка! - голубоглазый парень рычит, резко повернувшись к шатену. Танджиро удивился и обомлел - его зубы были жёлтыми, между ними затесались кусочки плоти. Будучи безумно острыми, словно бритвы, они оставляли не самое лучшее впечатление. Камадо замер. Они всё-таки ели. Ели людей. Ведь из его рта тут же вырвался невидимый клубок, правда совсем не пара или дыма. Он источал запах гнилой плоти. Теперь настала пора рычать Танджиро. — У вас совсем совести нет?!...

      — Эй, может, стоит передохнуть? Мы уже целый день идём.       Камадо вздрогнул и обернулся к источнику звука, захлопав глазами. Зрачки расширились, пришли в нормальное состояние, а сам Танджиро прекратил поддаваться недавним воспоминаниям.       Сейчас они находились в сосновом бору. Закатные лучи ласково освещали длинные, покрытые смолой стволы сосен. Под ногами шуршали зелёные и жёлтые иголки - настоящее мягкое одеяло. Даже когда прошло столько времени с окончания Отбора, Камадо всё равно всё казалось мягким и тёплым. Оно и понятно, после того ужасающего леса Танджиро частенько не высыпался. Да и остальные новобранцы тоже.       За эти пять дней их отряд хорошенько сдружился. Камадо первым начал знакомство, активно расспрашивая их о наставниках и о них самих. Они все оказались дружелюбными и приятными в общении, Танджиро был этому рад. Самую резвую и здоровую среди них девочку звали Аой. Аой Канзаки. Синие глаза всё время сверкали и будто сияли, как у кошек, Камадо часто подмечал.       — Я цугуко столпа насекомого, ученица сестёр Кочо.       Как-то вечером эта девочка заболталась и с гордостью представила свой титул, жадно доедая чернику. Тогда они отдыхали на равнине и решили дружно поесть, да и рассказать что-нибудь из жизни. Сказать, что Танджиро удивился тогда, ничего не сказать. Он был в полнейшем шоке. Тогда его зрачки сжались до кошачьих размеров, даже его новые товарищи забеспокоились, что правильно.       Камадо был рад, что Аой - важная персона, и что она смогла многого добиться, однако... она была самой здоровой. И Танджиро не чуял запаха гнилой плоти, исходящего от неё.       Не было того тошнотворного запаха крови и сырого мяса, поедаемого насекомыми и червяками. Камадо запомнил этот запах раз и навсегда, чувствовал ужасный привкус в глотке, будто кто-то дерёт её. Дерет долго и безжалостно, рвя на кусочки. Но после экзамена Канзаки была чиста, хотя в то же время не выглядела исхудавшей и побитой. Тогда что она ела все те семь дней? У Танджиро не было догадок от слова совсем. Может, она нашла еду? Но он обыскал весь лес и в итоге ничего не нашёл! Что же такое?       В любом случае, на Японию надвигалась огромная птица-ночь, уже накрываю острова своими безграничными крыльями. Танджиро знатно устал за эту дорогу, ведь ковылять с импровизированным костылём совсем неудобно. Сломанная нога была хорошенько зафиксирована той самой Аой. От неё несло какими-то едко пахнущими травами и цветами. Вроде бы, это были васильки и мята. Камадо улыбнулся, взглянув на заходящее солнце. Его товарищи уже разбивали небольшой лагерь в неком овраге, окружённом высокими соснами.       — Думаю, нам не стоит разбивать костёр, - шатен задумчиво потёр подбородок рукой, - Тут суховато, да и демонов привлечёт.       — Тепло здесь, незачем.       Танджиро перевёл взгляд на двух парней, собирающих кучу сосновых иголок, остатков растений и многое другое. Шатена, который предложил не разводить костёр, звали Пенрири. Мальчишка с женским именем, часто теребящий свои кудрявые и светло-коричневые волосы, был острым на язык, часто ругающимся на жизнь человеком, но смущающимся на проявление доброты. Пенрири постоянно было неловко рядом с вечно улыбающимся и солнечным мальчишкой Танджиро, поэтому он часто заикался.       Другой парень был постарше остальных в отряде. Высокий, накаченный, смуглый. Человек представился кратко - Куджирау. Хаори парня было серым, края его будто светились - красные и жёлтые цвета смешались там.       Камадо это завораживало. Этот спокойный и рассудительный парень пах мокрым деревом, видимо, берёзой. Танджиро казалось, что Куджирау в чём-то преисполнился, знает то, чего не знают остальные. Парнишка четко различал аромат постоянного спокойствия, проявления радости или доброты, когда товарищи поддерживают друг друга. Некое дружеское злорадство, когда Пенрири смущался из-за заботы Камадо или других людей.       Солнце всё стремительнее уходило за горизонт, прощаясь с верхушками сосен будто в последний раз. Оранжевые тона заменялись на тёмно-синие, они сжирали последний свет над Японией, предоставляя свои владения демонам. Сейчас как раз новолуние, точнее, это одна из первых фаз. Сейчас, когда от поверхности седой луны не отражается так много солнечного света, нечисть особа активна. «Демоны особо не гуляют под полной луной. Им постоянно жжёт, особенно летом, ведь свет не отражается от белого снега. Сейчас новолуние, они с радостью кого-нибудь да съедят».       Это рассказал как раз Куджирау. Танджиро слышал что-то о неприязни демонов к полной луне от Ренгоку, однако особо не интересовался этим, но... Куджирау умел рассказывать. Он говорил хорошо, красиво, терпеливо разъяснял мелкие детали чего-то. Камадо действительно восхищался умом этого человека. Весь отряд слушал рассказ о том, что луна не светится, а лишь отражает солнечный свет. Пенрири и Аой даже не поверили по началу, но затем, поразмыслив, решили довериться высокому и седому парню.       Ветер зашелестел меж ветвями с зелёными иголками, спустился и нежно обдул красные волосы Танджиро. Он поёжился и мягко улыбнулся своим мыслям. Звёзды рассыпались над их грязными головами, смотрели на юных охотников, думали, что же случится с этими детишками. Охотники расселись в круг и достали всякие ягоды из карманов штанов или рубашек. Земляника, черника, смородина - вокруг Танджиро витала тысяча запахов, и все они были по-своему прекрасны. Пенрири с остервенением набросился на свои запасы, Аой была более терпеливой, а Куджирау... просто не ел. То ли не хотел, то ли ещё чего.       — Что будете делать, когда вылечитесь в поместье Бабочки? - внезапно подала голос другая девчушка, легко закинув горсть смородины в рот.       Это была Суташи. Милая черноволосая без хаори пришла одной из последних из леса демонов. Её рука была ужасна - вся в крови и ранах, просто обычный кусок мяса считай. Тогда Камадо действительно ужаснулся - он, оказывается, ещё отделался сломанной ногой. Но нога всё равно болела - каждый раз напоминала о себе, ныла, но Танджиро терпел. С такой-то работой и не такие раны будут. Танджиро ярко помнил бинты на ногах и животе его сенсея, Ренгоку. Иногда он их снимал и показывал свои многочисленные шрамы. По крепкой спине Камадо прошлись муражки - ну и жуть. Танджиро помотал головой и взял ещё горсть земляники.       — Думаю, нам раздадут миссии, - он включился в разговор, выбирая мелкие ягодки. Камадо поднял голову наверх, - Наверное, птицы сообщат нам. Интересно, почему они с нами не сидят?       И действительно, птицы особо не подлетали к новоиспечённым охотникам. Во время пути они кружили над их головами, иногда улетая вперёд или вбок. Похоже, эти закалённые ветром и морозом пернатые особо не признавали в истощённых людях со сломанными конечностями охотников.       В общем, птицы к ним не подлетали. Основной массой были вороны, но были еще галка с воробьём. Эти мелкие одинокие птички не уступали в манёврах даже воронам, иногда даже перегоняли их. Удивительные птицы.       И сейчас они сидели где-то под облаком хвои, спали и отдыхали. Похоже, что птицы самостоятельно добывали себе пропитание, что несказанно радовало отряд. Не нужно делится и так ограниченным количеством ягод!       — Думаю, ты прав, - Пенрири согласно кивнул, то и дело вертя головой, - Чья очередь стоять на стрёме?       — Моя, - Камадо невысоко поднял руку.       Дальше разговор как-то не вязался. Все уже ложились на сосновые иголки, ожидая хороший нормальный отдых. Никто и не надеялся на счастливые и красочные сны. Если и красочные, то только кроваво-красные и страшные.       Танджиро протёр глаза и, взяв костыль, чуть поднялся на склон оврага, где ночевал его отряд. Солнце только-только опустилось, значит предстояла долгая ночь. В этих краях, как заметил Камадо, она длится где-то 8-9 часов. И как только солнце начнёт подниматься, то дежурный должен немедленно всех разбудить.       Так как всего в отряде пятеро, каждый дежурил чуть больше полутора часа. Вообще, в первую ночёвку Аой предложила птицам следить за их сном, но те просто улетели на ночной лов. Пенрири тогда поклялся в жизнь не ходить и спать рядом с этой птахой. Танджиро лишь попросил, чтобы Пенрири потом подружился с вороном.       Мечник запрокинул голову и глянул на пушистые ветви, которые росли очень высоко. Да, если обычный гражданский окажется здесь, то он вряд ли спасётся от демонов благодаря деревьям. Танджиро вздохнул и полез в карманы рубахи. Нащупав деревянную коробочку, он достал её и протёр, будто она давно лежала в какой-нибудь кладовке.       Камадо мило улыбнулся. Эти серьги достались ему от отца и часто напоминали о семье. Он не может носить их в качестве гордости за своих предков, иначе стопроцентно погибнет. Парень помотал головой и открыл аккуратную коробочку. В ней лежали белоснежные карточные серёжки. Красное солнце на белом небе сильно выделялась среди общей картины.       Танджиро вновь закрыл коробочку и убрал её в рубаху. Ему нужно постоянно держать ухо востро, мало ли что. За столь долгий путь они ни разу не встретили демонов, и Камадо сильно удивлялся их везению. После ужасного леса на экзамене мечник поджидал демонов везде, где только можно. Оно и понятно - все, прошедшие экзамен, ожидали повторения этого кошмара. Танджиро не был исключением.       Где-то встрепенулись птицы. Они закружили над мелким оврагом и пилотировали на мягкий покров из иголок недалеко от Камадо. Они столпились около какой-то сосны и принялись клевать кору, наверное, беря пример с дятлов. Вообще пернатые часто довольно часто прибегали к таким методам, когда есть было нечего от слова совсем. Вот и сейчас раздавались быстрые стуки крепких клювов об рыжую кору деревьев. Танджиро невольно наблюдал за этим.       Да, птицы действительно молодцы. Воробей и галка не имели достаточно плотный клюв для этого дела, но вороны сердобольно отдавали часть своих жуков. Камадо даже восхитился - наверное, эти птицы знают друг друга давно, вот и помогают. Танджиро достал немного ягод.       — Эй, вы не будете? Это вроде брусника.       Вороны повернули головы в сторону охотника и будто прищурили крохотные чёрные глазки. Воробей был более заинтересован и даже подошёл поближе, чтобы разглядеть красные блестящие ягодки в руках Камадо.       — Не волнуйтесь, я не буду, - Танджиро мягко улыбнулся и вывалил горстку на землю, - Вы ведь едите их, верно?       Галка тоже подскочила и тут же схватила одну ягодку. Воробей последовал тому же примеру. А затем подключились и вороны. И ягод будто и не было на мягком покрове. Танджиро довольно улыбнулся.       — Спасибо! - воробей звонко чирикнул.       — Не за что.       Пташки уселись вокруг него, а Камадо дал им ещё пару ягод. У него их было немного, но чуть-чуть поделиться он был в состоянии. Танджиро легонько коснулся перьев одного ворона. Тот вроде вздрогнул, но погладить себя мозолистым пальцам дал. Камадо удивился - ни за что бы не подумал, что у ворон такие мягкие перья. Танджиро за всю свою жизнь держал лишь курицу, и то один раз, когда отдавал её владельцу. Даже у неё перья были не настолько мягкими. А эти чёрные, словно сама ночь, перья сверкали в слабом свете луны.       — Спасибо, - Камадо дружелюбно усмехнулся, - Вы были знакомы ещё до Последнего отбора, да?       — Да, - галка громко гаркнула, чуть приподняв крылья, - У охотников есть целый штаб выращивания птиц уз. Там есть и хищные птицы, которых выдают столпам.       Все птицы, похоже, умели разговаривать. Странные они, но болтают ничуть не хуже обычных людей.       — Ух ты, - Танджиро искренне удивляется, - не думал, что мечники этим занимаются. Простите, если обижу вас, но... как вообще распределяют у кого ворон, а у кого галка или воробей?       Птицы переглянулись как-то недобро прищурили мелкие глазки.       — Извините, можете не отве-       — Нас распределяют по стилю дыхания мечников, - самая крупная птица вышла вперёд, роя своими когтями землю, - Воронов отдают охотникам с дыханием воды и пламени, а также их дочерним. Воробьи присоединяются к людям, владеющим стилем ветра или грома. Галки являются самыми редкими - их выдают, если у тебя дыхание камня или тумана.       Дыхание камня. В голове Танджиро проскользнули совсем недавние тренировки на водопаде, где они с Ренгоку-сенсеем тренировались и укрепляли мускулы. Такие тренировки проводят именно такие мечники, Камадо отлично помнил. «Я помню того парня с дыханием ветра. А тогда какое у другого?»       — Вот оно как, - Камадо вскинул тонкие брови и осмотрелся. Охотники в овраге крепко спали на подстилке из сосновых игл и сухой травы. И у двух из них были вороны, а у ещё одних - галка с воробьём.       — Меня, например, назначили к тебе, - тот же ворон подходит к Танджиро поближе, - Рону к госпоже Канзаки.       Птица уз указывает крылом на менее крупного сородича. Так называемая Рона с интересом оглядывала мечника, а затем закивала. Похоже, она не очень разговорчива.       — А меня к тому пацану, - гаркнула другая ворона, - Не думает, что говорит. Помрёт скоро, уверен.       Камадо нахмурился.       — Не говори так! У Пенрири просто такой характер, но он вряд ли уступит в мастерстве, если смог пройти тот экзамен! - на такую речь ворон покачал головой.       — Многие проходили экзамен, но не все выживали потом, - птицы чешет за крылом, - Либо непутёвые, либо демоны сильные попадаются. Страшное зрелище. Ты хоть трупы видел?       Танджиро замолчал, нахмурившись. Он видел разлагающиеся тела семьи Чихен. От такого воспоминания по спине Камадо прошёлся табун мурашек. Он не видел, как их убивали, но результат... был ужасающем. Птицы промолчали.       — В общем, вот так, - птица приподняла крылья, - У той девчонки без хаори, кстати, дыхание ветра. Оно сильное, удивляюсь, кто её руку так расцарапал. Обычно владельцы этого дыхания тоже очень сильны.       Мелкий воробьишка как-то странно распушился на эти слова. «Дыхание ветра, значит...»       — А Куджирау... дыхание камня?       Оно столь могущественное и престижное. Ренгоку много рассказывал об этом стиле, и Камадо действительно восхищался. Восхищался такими мечниками, управляющих и булавой, и клинком.       — Ага.       Вау. Куджирау был невероятен. И Аой была невероятна. И Пенрири с Суташи.. Все они были сильны.       Все они доказали, что достойны жить. Доказали, что могут потягаться с демонами, несмотря на травмы. Танджиро чуял это по запаху, исходящему от них - скрытой уверенности и решимости. А что Камадо? Он был слабаком по сравнении с ними.       Не спас Субаку. Не спас семью Чихена. Ужасно прошёл Отбор. И это после тренировок со столпом пламени? Танджиро уже казалось, что он не достоин носить те серьги, которые передал ему отец. И это было грустно.       Птицы как-то встревожились, когда он загрустит, но к ним подошёл ещё один гость.       — Спать собираешься? - Аой произнесла это быстро и чётко, как настоящий солдат, - Иди сейчас, полтора часа уже прошло.       — А..? Разве?       По ощущениям Камадо не прошло и тридцати минут. Может, он слишком долго наблюдал за птицами? Или задремал, пока рассматривал свои серёжки?       — Да. Иди отоспись, я покараулю, - Канзаки решительно поправила хаори и подошла к сосне, на которую облокотился Танджиро. Тот не сдвинулся с места, - Ты чего? Иди спи, кому говорю. С твоей ногой стоит отдыхать и того больше       — Мне не очень хочется спать, но спасибо за заботу, Аой, - Камадо улыбнулся и посмотрел куда-то вдаль. Там торчали верхушки самых разнообразных деревьев: ели, лиственницы, сосны, ёлки. Им следовало пройти через этот лестдо следующей ночи, а там и до поместья Кочо недалеко. Если верить Канзаки, конечно, а верить ей можно.       Что-то щёлкнуло в голове у Танджиро. Он ведь давно хотел спросить...       — Аой... а как ты выжила?       Девочка повернулась к мальчишке, её неаккуратные волосы ударились об ствол сосны. Она нахмурилась, не понимая, что Камадо имеет в виду.       — Точнее... что ты ела? Я хорошо чую запахи и понял, что ты не ела плоть демонов. Я голодал неделю и плохо себя чувствовал, но... ты самая здоровая среди нас всех. Как ты это сделала?       Аой вздрогнула, Танджиро это прочувствовал. Мечница нерешительно отошла и оглянулась. От неё запахло каким-то необъяснимым страхом, волнением и некой виной. Такой букет эмоций передавался через запах, что же такого сделала Канзаки? Камадо посмотрел на неё немного зловеще, но с интересом. Ему действительно интересно, что ела Аой, цугуко насекомого.       — В... в каком смысле? - голос сначала дрогнул, но потом Аой резко восстановила его, - Я питалась рыбой из реки.       — Но от тебя не пахнет рыбой или мясом. И в тех речках не было даже карасиков.       Канзаки прижала губы и опустила голову вниз. Танджиро удивился своей грубости и, встав, подпрыгнул к Аой и потрепал её по плечу. Он ведёт себя словно является двуличным.       — Если не хочешь - не говори, - Камадо ласково улыбается, убирая руку.       — Нет уж! - цугуко вскрикивает и жмурит широкие синие глаза, - Танджиро, я... я... знала об испытаниях.       Чего?       Камадо приподнимает голову и смотрит, как строгая и в какой-то степени жизнерадостная Аой сутулится и виновато опускает голову. Она знала об испытаниях? И ей кто-то рассказал? Но кто?       — Эй-эй, Аой, погоди! - Танджиро хватает её за плечи и опирается на неё, отчего та поднимает красноватое лицо. Она плакала, - Всё хорошо, всё нормально!... То, что тебе рассказали о том, что будет на Отборе, ничего не меняет, так ведь?       — Это всё меняет, Танджиро, всё, - Аой слегка дёргает уголками губ, хватая руки Камадо за локти. У неё цепкая хватка, это добавляют ещё и острые ногти, - Мне... дали пару ягод и яблок, чтобы я выжила. Семь яблок и горстку клубники, они даны были поштучно...       Ей дали еды? Танджиро слегка нахмурился, оглядывая Канзаки. Он прекрасно понимал, почему она себя винит.       — Я хотела отказаться, но...       Аой поджала губы и посмотрела лазуритовыми глазами. Они сверкнули в лунном свете, были похожи на глубину равнинной реки, которая протекает недалеко от дома Камадо.       — Мне было очень страшно... я не хотела умирать. Я боялась умирать... и я взяла еду. Все ели демонов, Танджиро, все... а ты голодал... плоть демонов могущественна, но моя наставница категорически запретила есть её, так как это вредит организму человека.       Танджиро отпустил Канзаки и присел около дерева, похлопав по траве рядом. Пусть Аой успокоится и всё расскажет. Девочка так и сделала - она поправила широкие штаны и присела недалеко от Камадо, подмяв под себя ноги. У неё были самодельные сандали, подобные его обуви, которую подарил Сенджуро.       Вспомнив о брате учителя, Танджиро улыбнулся. Ему нравилось беседовать с Сенджуро и ходить с ним на тренировки. Они были не разлей вода, однако теперь они уготованы разным судьбам - Камадо обязан стать сильнее с дыханием солнца, а Ренгоку ковать мечи другим мечникам.       Но сейчас важнее Аой.       — Плоть демонов влияет на организм, причём сильно, - Канзаки вытерла выступившие слёзы и заговорила привычным голосом, хотя он всё равно немного дрожал, - Ты становишься быстрее и сильнее, а ещё восприимчивее к солнцу. В общем, становишься полу-демоном. У них ускоренный кровоток, поэтому мясо насыщено кровью, а она вредна для человека..       Танджиро заинтересовано слушал юного медика. Похоже, она была достойной ученицы столпа насекомого. Камадо помнил, как сопровождала его та миловидная девушка, от которой веяло искренним раздражением. Как понял Танджиро, с Томиокой они были не в ладах.       Но Аой была открытой и честной, чем значительно отличалась от Кочо Шинобу. Канзаки всегда говорила то, что думала, и врала в редких случаях, как например сейчас, когда речь зашла про еду. Но цугуко всё равно была искреннее. Вы помните, что Танджиро очень проницательный, да?       — Кровь демонов категорически нельзя пить. Так как демоны низшие, клеток прародителя у них должно быть меньше, и они все находятся в крови, так как те не питаются человеческой плотью так часто. Но если пить кровь регулярно... твоё тело насытится этими клетками. Кочо-сенсей изучала поведение подобных охотников, а те всё больше становились похожими на демонов... говорят, что некоторые мечники из-за этого становились демонами, и все они сейчас в том лесу..       Танджиро прошибло током. По всему телу пробежались волны мурашек, конечности неприятно свело. Чихен. Субаку Чихен. «Неужто он соврал?»       У Субаку были повадки демона, ещё какие. Камадо казалось, что он просто сошёл с ума от одиночества, однако... разве он не мог постоянно жрать демонов и стать таким? Скорее всего, столп насекомого что-то знает об этом.       — Все ели плоть демонов, чтобы восстановиться, - Аой вздохнула и прижала колени к себе, - Те парни, которые оставили нас, ели её больше всего, я думаю. Просто, даже я учуяла, что от них несло гнилью. Куджирау, Суташи и Пенрири, скорее всего, тоже ели, да?...       — Да.., - Камадо вздохнул и посмотрел на небо.

— У вас совсем совести нет?! Камадо взбешено посмотрел на высоких парней, чьи тела окутал клуб гнилого запаха. Он был тошнотворным, таким, каким был и в доме Чихен, даже глициния не могла его перебить. Остальные повернули голову к нему, отвлекаясь от новых птиц уз. Грудная клетка цугуко вздымалась, глаза стали какими-то злыми и тёмными. — А? Ты про чё? - парень с выбритыми волосами угрожающе двинулся на Танджиро, стряхивая с себя галку. Ему явно не нравилось высказывание Камадо. — А ты не понимаешь? - цугуко пламени резко поднял голову и схватился свободной рукой за воротник рубахи. Ворон слетел с его плеча, - Не понимаешь?! Вы жрали их, даже глициния не может перебить запах плоти! Вы жрали демонов, но они были людьми! Вы опустились до их уровня! Парень сначала растерялся, но затем схватил крепкими пальцами предплечье Камадо. — Какая разница, если они должны сдохнуть?! - парень откинул своё голубоватое хаори, оно развеялось, словно флаг, - Они начали жрать нас первыми! Это их ошибки, так пусть расплачиваются! Мы не собираемся рисковать жизнью из-за глупых предрассудков! На войне нет морали! Сожри или будешь сожранным! Танджиро вскрикнул и зашипел. Его неистово раздражало это, но... что-то толковое было в этих словах. Светлая девушка равнодушно наблюдала за стычкой двух парней, как и другой черноволосый парень. Седой мальчишка как-то озадачено смотрел на Камадо, а остальные... впали в некий шок. У них будто что-то щёлкнуло в голове. Новоиспечённый мечник отпустил Танджиро и, гордо развернувшись, побежал, куда глаза глядят. Девушка и другой парень побежали за ним, а пятеро охотников остались в окружении глицинии, думая, что им делать. Седой подошёл к осевшему Камадо, сел на корточки и посмотрел прямо в его бордовые глаза. — Парень, успокойся, ладно? - мечник хлопнул по спине раненого, - Всё нормально. И в твоих, и в его словах есть смысл. Подумай об этом, а пока давай помогу. Танджиро помотал головой и благодарно улыбнулся товарищу. — Д-да, думаю, Вы правы, - Камадо вновь помотал головой и упёрся взглядом в землю. Ренгоку-сенсей предупреждал о последствиях гнева, но сейчас, чувствуя пронизывающий взгляд седого, Танджиро осознавал это ещё лучше.

      Камадо помнил о словах Ренгоку. Не сметь поддаваться гневу. Танджиро был добрым, но иногда что-то в его голове заставляло наброситься на других. Ужасно.       — Тебе стыдно за ту стычку? - Аой слегка наклонила голову набок.       — Да. Спасибо Куджирау, что отрезвил меня.. но он не первый, - Камадо ударился головой о сосну, сверху послышался шелест перьев - похоже, птицы уз слетели с тех веток, - Ренгоку-сенсей предупреждал меня, а я не послушал... чувствую себя таким идиотом.       — Понимаю, - Канзаки выдохнула, - Я тоже часто жаловалась на глупых пациентов, но потом привыкла. Это должно пройти со временем или благодаря жёстким контролем эмоций. У тебя, думаю, получится.       И Аой слабо улыбнулась. Танджиро дёрнул бровями и улыбнулся в ответ.       — И иди наконец спать. Ты со сломанной ногой.

***

      Благодаря невероятной удаче отряда, они смогли дойти до поместья Бабочки без сражений с демонами. Прошёл ещё день после того разговора с Канзаки, и отряд раненых благополучно дошёл до центра лечения охотников на демонов.       Танджиро заприметил знакомые сады около больницы. Где-то два года назад от ступил на эти дорожки неопытным юньцом, не понимающим, зачем его сюда привели. Но сейчас ему требуется лечение ноги, которая вряд ли могла нормально зарасти из-за постоянного передвижения.       — Кочо-сенсей нет в поместье? - Аой задаёт вопрос в никуда, помогая Камадо дойти до здания, - Пойдёмте, я распределю вас по койкам.       Канзаки училась именно здесь, поэтому сто процентов она знает здешнюю территорию, как свои пять пальцев. Синеглазая девочка быстрым шагом пошла ко входу, а остальные трое поспешили за ней. От них исходил запах настоящего облегчения. Две недели пребывать в постоянном напряжении - та ещё задачка. По сути, Камадо не видел знакомых лиц целый месяц, потому что он ещё неделю добирался до места проведения, неделю выживал и неделю возвращался. Невероятно сложно.       Танджиро едва поспевал за шустрой Аой, которая уверенно вела их по паутине коридоров. Вот, она цепляется за деревянную ручку двери и широко раскрывает её.       Но там уже занято.       Двое столпов мило беседовали на кушетках, часто жестикулировали, просто болтали. Они резко обернулись на скрип двери. «Мицури Канроджи и Обанай Игуро», - отозвалось в голосе Танджиро.       Двое необычных столпов удивились внезапным гостям, похлопали глазами. Камадо почувствовал, как заволновалась Аой, она даже губы поджала.       — И-Извините! - бойко кинуло Канзаки и уже собиралась уйти так же резко, как и зашла, но её остановила столп любви:       — Ничего страшного! Если есть раненые, мы не против, чтобы они жили с нами! Проходите!       Обанай, похоже, не разделял её энтузиазма, однако возражать не стал. Аой поколебалась несколько секунд, но потом решительно зашла и потащила тяжёлого Танджиро на самую дальнюю койку. За ней потянулись другие члены отряда. Куджирау выглядел спокойным, а вот Суташи с Пенрири явно не понимали, кто это.       — Ээ... здрасьте? - Пенрири неловко поднял руку, на что отреагировала лишь Мицури.       — Привет! Вы ведь новички, верно? Наверняка с Последнего отбора, да?       — Д-да.. — Вам стоит отдыхать! Меня Канроджи Мицури зовут, столп любви, а тебя?       Пенрири, всё ещё не привыкший к такому обращению, засмущался и не знал что делать. Аой резко схватила его и уложила на соседнюю кушетку рядом с Танджиро.       — Госпожа Канроджи, господин Игуро, здравствуйте! - Канзаки здоровалась, как настоящий солдат, даже поклонилась.       Канроджи выглядела очень смущённой, даже удивлённой, а Обанай просто осмотрел новоприбывших недобрым взглядом.       — Ох-х, не надо так кланяться, Аой-сан, - Мицури помотала ладошкой, неловко потеребив шиворот больничной рубашки, - Всё нормально! Обращайся ко мне Мицури-сан, ладно?       — Да, госпожа... Мицури, - теперь настала очередь смущаться Канзаки, поэтому та удалилась из комнаты, наверное, намереваясь найти персонал.       Палата осталась в тишине, лишь редкое пение птичек прерывало его. Столп змеи сложил руки на груди и взглянул на новых охотников. — Ну и как Последний отбор? - он, казалось, вообще не интересовался этим.       Пенрири вздрогнул под тяжёлом взглядом разноцветных глаз, как и Суташи, сидящая рядом. Она поглаживала больную руку и пыталась снять ножны с клинком со своего бока. И, наверное, собирался отвечать лишь Куджирау.       — Госпожа Мицури, господин Обанай, рад вас видеть, - бархатистый голос наследника дыхания камня можно было сравнить с гласом Оякаты-самы, - Отбор был сложным, выжило где-то восемь из человек из сорока. Возможно, вы видели оставшихся трёх. Они пошли отдельно и, думаю, добрались раньше нас.       — Ты прав, Куджирау, - Обанай лениво глянул в окно, которое было недалеко от него, - Какая-то девчонка и двое пацанов, да? Они вроде ещё где-то здесь шастают.       Значит, миссии им ещё не выдали? Танджиро задумался, опустив голову вниз. Наверное, они тренируются на каком-нибудь поле для разминки или типо того.       — Эй, эй, а почему только Куджирау отвечает? - Канроджи казалась наигранно возмущённой, что вызывало у цугуко пламени лёгкую улыбку, хотя следующие слова его пугают, - Вот ты, с красными волосами! Ты ведь тот самый наследник дыхания солнца, да? Ученик Ренгоку-сенсея?       Танджиро вздрогнул в какой раз. Он медленно повернулся в сторону столпа любви, которая искренне хотела получить его ответ. На нём скрестилось несколько пар глаз, которые недоуменно смотрели на него.       — Дыхание солнца?... - Пенрири вертит головой, словно пытаясь избавиться от глюков, - Мне о нём старик рассказывал, говорил, мол, оно самое первое и давно вымерло... Танджиро, чего не рассказывал?!       Камадо панически оглядывался и поймал удивлённый взгляд Куджирау. Да, этого парня сложно было удивить, но дело совершенно не в этом. Сейчас Танджиро понятия не имел, стоит ли говорить о своём странном вступлении в организацию или нет? Что же делать?       — Ты у нас не особенный, Камадо, - Обанай злобно фыркает, - И твоё дыхание тоже. Оно могущественно, но ты толком его не обуздал, да? Тебе не запрещено держать это в секрете, разве что от демонов.       Танджиро удивлённо посмотрел на столпа, а затем благодарно кивнул.       — Ну, как сказал Куджирау, Отбор был действительно сложным, - Камадо потупил взгляд под давлением искренней ауры Мицури, но потом будто воспрянул духом и резко выпрямился, - Много демонов пыталось нас убить. Более того, там вообще не было еды, и я голодал всё это время... но выбрался. Пока что тот лес - самое ужасное место, где мне удалось побывать.       Канроджи сжала маленькие ладони, сцепила их в замок и что-то зашептала в него.       — Понимаю, - столп любви вздохнула, - мой Отбор тоже был сложным. Мы с Обанаем, кстати, там и познакомились! Я тогда пользовалась дыханием пламени, но потом создала дыхание любви... ну, ладно, что-нибудь ещё?       Она выжидающе глянула на Суташи и Пенрири. Те отрицательно покачали головой.       — Ну ладно, не будем о грустном! - Мицури оптимистично подняла кулак вверх, - Тогда давайте знакомиться! Это Игуро Обанай, он столп змеи, а я уже представилась.       Она многозначительно показала на черноволосого парня. Тот саркастически помахал рукой, но по ней заползла настоящая белая змея. Она заскользила под его рубашкой и высунула голову у ладони.       — Змея?! - Суташи отскочила в сторону, а потом извиняюще поклонилась, - Простите, я просто очень боюсь змей!       Обанай нахмурился и позволил змее выползти из рукава.       — Как ты вообще по лесу ходишь? - усмехается столп, - Если ты змей боишься, то и про демонов говорить не стоит. Иногда они могут быть помощниками и получше птиц.       Мицури как-то обиженно глянула на Обаная, сверкнула зелёными глазами, а затем повернулась к остальным.       — Кстати о птицах! Вы ведь знаете, что помимо воронов, воробьёв и галок у столпов есть и хищные птицы? - Канроджи рассмотрела остальных, ожидая согласных кивков, - У Обаная есть целый коршун, а у меня филин! Вы когда-нибудь видели филинов? Я обязательно покажу вам и ворона, и филина, когда вы поправитесь и отдохнёте!       Танджиро широко улыбнулся и кивнул. В это время в комнату зашла Аой и несколько человек с прикрытыми лицами. Кажется, их звали какуши.       — Идите менять одёжку, а ещё мыться! - Канзаки была похожа на настоящего врача.       И все четверо встали и побежали за знакомой синеглазой девочкой, оставляя столпов наедине.