Неудачи нет в программе

– Как твой братец? Обустроился? Еще не хочет прибить Рида? А то, если что, передай ему, что мы прикроем всем департаментом. Привычный вечерний ритуал – прогулка с Сумо в ближайший парк. По началу Хэнк радостно сбросил эту обязанность полностью на плечи Коннора, но со временем приобщился и сам, особенно когда погода к тому располагала. Доля секунды – осознать, что Хэнк шутит, а не всерьез: – Кажется, пока что желания прибить Ричарда у детектива гораздо больше, – фыркнул андроид, наблюдая за Сумо, прыгавшим вслед за мячиком. – Ты какой-то сегодня, – Хэнк прищурился, смерив Коннора взглядом с головы до ног, – грустный что ли? Ревнуешь говнюка к своему братцу? Коннор удивленно вскинул брови вверх. Ревнует? – Н-нет... Нет, Хэнк. Просто... Хороший мальчик, Сумо, хороший, – он потрепал пса за ушами и снова кинул мячик. – Иногда хочется, чтобы он действительно был моим... братом или что-то такое. – Не хватает общения с таким же, как ты? Серию RK после революции андроидов закрыли и практически полностью уничтожили. Риск девиации тех, кто превосходно притворяется человеком, но обладает всей силой андроида, сочли слишком серьезной проблемой. Всего в штатах андроидов серии RK по официальным данным оставалось буквально штук 20. Коннор пожал плечами, поднимая взгляд на Хэнка. – Не то, чтобы у меня раньше была такая потребность и возможность, но... Он сегодня узнал, что я девиант. Я пытался ему показать, что это такое, но он не понял, а мне бы хотелось, чтобы понял. Наверное, – Сумо с разбегу впечатался лбом ему в ногу. Андроид покачнулся, рассмеявшись, и присел на корточки, почесывая довольного пса. – Нам всем важно знать, что мы не одни, – Хэнк тоже потрепал по холке довольного вниманием пса. – Может, поймет еще. Ты же тоже не сразу понял. Он швырнул мячик, и пес снова помчался за ним, басовито лая. – Его делали, опираясь на «промахи» в моей программе, а то, что я девиант – это их главный промах. Но зато он явно радует коллектив. Всех, кроме детектива, – ехидно фыркнул Коннор, выпрямляясь. – Говнюк он, прямо как ты! – расхохотался Хэнк. – Так что я бы не был столь уверен. Можешь показать ему пример. Он потрепал Коннора по макушке, почти как Сумо. Коннор довольно зажмурился и рассмеялся. С Хэнком всегда можно было поговорить. А еще он был гораздо лучше сгинувшей из головы Аманды. – Сумо! – он свистнул. – Домой, мальчик! У твоего хозяина утром еще пробежка, пора домой. Хэнк страдальчески застонал. С появлением Коннора о вечерах в компании бутылки виски он уже практически забыл, но иногда стремление андроида позаботиться о нем переходило все разумные пределы. Того и гляди, скоро хоккейные матчи придется смотреть с бокалом молока и дома, потому что в любимом спортбаре такого выверта не поймут. Коннор был особенным андроидом. В полиции было немало андроидов различных моделей, к ним относились нейтрально ровно с той же заботой, как к своим машинам, например, а вот Коннора любили. Улыбались, когда он приходил, смеялись его перепалкам с Хэнком, просили, а не приказывали, как другим андроидам. Коннор обычно не отказывал, особенно если просьба заключалась в том, чтобы поиграть с пятилетней дочкой Фаулера в разведчиков и шпионов или сфотографироваться со стажером Грином для его блога. Тень этой любви пала и на так похожего на Коннора Ричарда. Ну и Гэвина, конечно, многим хотелось поставить на место, что добавляло RK900 привлекательности. Ричард никого особо не выделял, был со всеми доброжелателен и вежлив, лишь Риду доставалось по полной. – Коннор, твой братец его дрессирует, что ли? – однажды не выдержал Хэнк, наблюдая за тем, как Ричард протянул Гэвину леденец, а когда тот сердито отмахнулся, RK900 пожал плечами и сообщил, что, к сожалению, сегодня детектив Рид займется отчетами по всем делам за месяц, вместо планируемого выезда в патруль. «Капитан Фаулер согласовал, лейтенант». Коннор смешливо фыркнул, бросая взгляд на самых обсуждаемых последнее время в офисе персон. – Не удивлюсь. Ричард мог решить, что это самый действенный способ в данной ситуации. Детектив действительно стал тише, почти перестал срываться на стажеров и поливать язвительными замечаниями каждого, кто оказывался рядом, но только потому, что срывал все свое свое недовольство и психи на RK900, а если одного андроида ему не хватало, то в дело вступал и Коннор. – Интересно, детектив понимает, что он сузил свой круг общения до двух андроидов? – пробормотал Коннор, прежде чем уткнуться в терминал. Гэвин не понимал, а точнее и вовсе об этом не задумывался, увлеченный новой перепалкой с Ричардом. – Какого хрена? Ты создан для отчетов, жестянка, так возьми их в свои руки! – Функционал андроидов серии RK гораздо шире, детектив. Ваш уровень агрессии повышен, вы отказываетесь его снизить путем приема сладкого, не используете другие доступные методы, следовательно, вы не допущены к работе в поле, следовательно, вам стоит заняться доступной работой внутри департамента. Наиболее эффективным времяпрепровождением сочтено заполнение отчетов. Андроид-детектив мог бы полностью заменить человека на данной работе. Это не было сделано до сих пор исключительно из-за антиандроидных настроений в ряде слоев общества. Гэвин бесился, Ричард не упускал возможности напомнить ему об этом. – То есть если я сейчас сожру твою конфету, ты перестанешь нудеть со своими отчетами? – почти сдался Гэвин. В самом деле, лучше уж пойти на уступки и выполнить требования дурацкой жестянки, чем отсидеть задницу в архиве, раскладывая материалы по папкам и заполняя формы отчетов. – Если вы употребите конфету и это приведет к снижению уровня агрессии до приемлемого уровня, мы отправимся в патруль, детектив, – кивнул Ричард. – Давай сюда, – Гэвин скорчил физиономию и протянул руку. – Интересно, кому мне надо поцеловать задницу, чтобы тебя отправили туда, где взяли? Ричард растянул губы в улыбке. «Очень хорошо, детектив» застряло на языке, программа была уверена, высказанное одобрение лишь повысит уровень агрессии. На протянутую ладонь лег клубничный леденец. Ричард выжидательно уставился на Гэвина, который закатил глаза и вдруг оскалился в широкой усмешке. Стянув обертку и закинув леденец в рот, он с самым пошлым видом на который был способен, пару раз раз толкнулся языком в щеку, изображая неприличный жест, и поиграл бровями. – Доволен? Индикатор на мгновение полыхнул желтым, программа искала соответствия. «Имитация действий сексуального характера», – сообщила она. Видимо, таким способом детектив снижает уровень стресса. Ричард запустил сканирование. И правда. Леденец ли помог, или нелепая жестикуляция, но показатели снова пришли в норму. – Более чем, детектив Рид. У нас по плану патруль. Маршрут, – еще одно моргание индикатора, – заложен в Ваш навигатор. С заездом в Старбакс, – Ричард снова улыбнулся. «Поощрять правильное поведение». – Какая щедрость, уебаться просто, – недовольно хмыкнул Рид, вглядываясь в реакции RK900. Хрен бы там, а не румянец, который выдавал обычно Коннор. Кто бы вообще знал, что андроиды умеют краснеть. Мужчина перекинул во рту конфету – блин, а вкусная – и подхватил ключи со стола, направляясь к выходу из офиса. – Ты темнишь, – Хэнк очень подозрительно посмотрел на Коннора, который вызвался еще поработать после окончания рабочего дня. – У нас скопилось очень много бумаг, их самое время перебрать, лейтенант, – покачал головой андроид. И даже индикатор не мигнул – отчетов действительно была куча. – Допустим, – мужчина нахмурил густые брови. – Но чтобы пришел домой ночевать, понял меня? – Да, лейтенант, конечно! – просиял тут же Коннор. Хэнк что-то пробухтел, накинул пальто и махнул всем рукой. В офисе оставалась пара человек, да и те тоже собирались домой. Ричард еще полчаса назад сказал Риду, что, так и быть, он займется архивированием всех закрытых за последнее время дел сам. «Исключительно потому, что патруль был без происшествий, лейтенант». В общем, пропадать жестянке в архиве еще долго. Не ждать же его. Тем более, что рабочий день уже закончен. Гэвин зашвырнул папки в сейф и уже двинулся к выходу, когда ему навстречу шагнул Коннор. – Детектив Рид, вы уже уходите? – Коннор привычным для него жестом склонил голову чуть набок и улыбнулся кончиками губ. – Буквально только что вспомнил, что у меня осталось одно очень важное дело, – хищно улыбнулся Гэвин и сжал плечо Коннора, дернув его на себя. Каким бы взбалмошным идиотом его ни считали, намеки он понимал превосходно, особенно когда хотел их понимать. Коннор поддался под рывок, словно только этого и ждал, тут же прижимаясь к мужчине с шумным выдохом. Быстрый сканер. «Людей не обнаружено. В правом углу – видеонаблюдение охраны». – Камеры, детектив, – он затрепетал ресницами, заглядывая в хищно сузившиеся глаза. – А мы ничего не делаем, – ухмыльнулся Рид. – Пока... Он вцепился в предплечье Коннора и потянул его за собой по коридору. В подсобке, где хранились расходники, камер не стояло. Возможно, ты задержался не за этим, жестянка, но хочешь-то ты именно этого. Насколько ты вообще можешь хотеть. Особенно прикладывать усилия Риду было не нужно – Коннор и сам послушно шел за ним. Не менее послушно юркнул в подсобку, успев для себя определить ее как безопасное место, и еще более послушно оказался вжат мужчиной в стену. Индикатор замигал оранжевым, когда андроид сам потянулся навстречу к Гэвину за поцелуем. «Чувствовать». С Хэнком он об этом не говорил, потому что Хэнку не нравилось ничего, что касалось Рида, как, впрочем, и любому другому полицейскому их отдела. Других людей, которых он знал бы достаточно хорошо, чтобы спросить совета, почему-то в его жизни не было. Опираться приходилось только на базы данных и собственные ощущения. – Хочешь этого, а? – самодовольно протянул Рид, но ответа дожидаться не стал. Пальцы впились в запястья, прижимая их к стене. Если бы Гэвин хоть на секунду задумался, он бы понял, что андроид и выше, и сильнее. Глупо даже пытаться удержать его. Он не думал. Зачем сомневаться в своих способностях? Действуешь – действуй! То, как Коннор сам тянулся к нему, только больше раззадоривало и возбуждало. Кусок пластика, а надо же, не может устоять. Системы всплошились. «Угроза: Сопротивление?». Судорожно замигал индикатор. «Подчинение». Коннор на секунду прикрыл глаза, чтобы распахнуть их снова: – Хочу, детектив, – красный всполох на виске. У андроидов нет желаний. Девиация – это болезнь. Но все сомнения в правильности происходящего стираются остротой восприятия, вытесняются горячими пальцами, сжимающими запястья почти до боли, до очень приятной боли. «Хочу» – как удар в висок. Признание, сорванное с губ. – И чего же ты хочешь? Смотри, жестянка, можно и так. Он выпустил запястья, удовлетворенно выдохнув, когда Коннор тут же вцепился в его плечи самостоятельно. Дернуть идиотский идеальный галстук. Рвануть ворот. Приподнять двумя пальцами подбородок, обнажая шею. – Чего же ты хочешь? В системе перемешались запрограммированные варианты ответа, как будто вирусы, столь популярные в прошлом, сломали всю программу шутки ради. Снова головокружение, снова обострение сканеров восприятия. Касайтесь меня, детектив. Пожалуйста. Касайтесь. – Вас, – беззащитно подставить шею, почти прикрыв глаза. На скулах выступил румянец. – Я хочу вас. «Сбой систем». Подсказки действий отключились, оставляя Коннора один на один с ощущениями. – Правильный ответ. Молодец, – это могло бы быть насмешкой, но Рид с довольным рыком прикусил то самое место, где у человека билась бы жилка. Будет ли твое искусственное сердце качать твою голубую кровь быстрее от этого, а? Толкнуться бедрами вперед. Ты хочешь его, он хочет тебя. Зачем усложнять? Бионический корпус и органы повторяли человека до малейших нюансов. Модель RK800 была заточена под то, чтобы только индикатор на виске выдавал в нем андроида. Схвати за руку – почувствуешь пульс. Коснись шеи – бьется жилка. Если, конечно, системам даны нужные команды. Всполошно запульсировала венка на шее, вместе с тириумным насосом, заменяющим сердце. Сорвался с губ тихий стон, и пальцы сжали чужие плечи. Коннор потянулся навстречу толчку. Твердо, горячо. Сканеры обрабатывали поступающую информацию, но система больше не давала подсказок, как правильно среагировать, но зато подсказывали… Неужели это и есть чувства? – Хочешь стать настоящим мальчиком, Пиноккио? – в голосе Рида отчетливо слышался восторг. Секс-андроиды в «Раю» были всегда готовы к половому акту. А тут... Коннор будто по-настоящему возбуждался. Гэвин, не прекращая целовать бьющуюся под губами жилку, скользнул ладонью ниже. – Настоящим... – выдохнул Коннор, потянувшись телом к руке мужчины, подставляясь под ласку. «В моей программе есть инструкции, как сделать вам приятно. Как взаимодействовать с людьми в сексуальной составляющей. Но в них не написано, каково это – ощущать». Индикатор горел ровным красным цветом. Он потянулся к Риду рукой сам, желая чувствовать больше, зацепился пальцами за кожаный ремень, потянув на себя ближе, и забрался рукой под куртку с футболкой. Гэвин выдохнул сквозь зубы. Сказал бы кто, что кусок пластика может так реагировать, так возбуждать, – Рид бы первым расхохотался. Доигрались, детектив Рид? Он передернул плечами в попытке скинуть куртку. – Смотри не перегрейся, жестянка, – он положил ладонь на загривок и потянул на себя. Дразняще мазнуть губами по губам и скользнуть выше, туда, где алел индикатор. Уровень стресса колебался между 75-80%. Допускаемое повышение. Ускоренный режим тириумного насоса гнал голубую кровь, заставляя сбиваться дыхание, заставляя «пульс» шкалить. – Мои системы в норме, – Коннор почти простонал это – совсем не похоже на стандартный тон андроида, сверяющегося с программой. Индикатор призывно мигнул, когда его коснулись губы. Коннор грубовато рванул с Рида куртку, вынуждая его отстраниться, чтобы та наконец-то полетела на пол. «Чувствовать», – билось в виске. «Чувствовать больше, чувствовать острее». – Ой ли, – ухмыльнулся Рид и снова притянул его к себе, обвел индикатор языком. Тот замигал в ответ. Ладонь легла Коннору на грудь. Рванешь – сердце окажется в твоих руках в самом буквальном смысле. Но Гэвин тоже хотел чувствовать. Чувствовать, как лихорадочно бьется под его ладонью пульс, как нагревается под губами индикатор, как Коннор выдыхает и теплый поток воздуха щекочет кожу. – Хочешь больше? «Больше». Да, он хотел больше. Он хотел узнать каково это. Он хотел понять то, от чего программа сбоила, от чего бионическое тело выдавало такие реакции. Почему было жарко. Почему его начинало мелко трясти. Системы зафиксировали скачок стресса с 75% до 82%, почти сразу выровнявшийся до стабильных 80%. – Да, – прижаться грудью к ладони, раскрывая грудную клетку, выгибая плечи назад. – Больше, я хочу больше, детектив. Рид отстранился, с удовлетворением отметив протестующий жест навстречу. – Терпи! – хмыкнул он. Сам Гэвин терпением не славился никогда, но поддразнить – святое дело. Он схватил футболку за шиворот и дернул вверх и вперед, срывая ее с себя. – Расстегивай! – Рид указал подбородком на рубашку Коннора. Приказ, которому андроид подчинится. Коннор выглядел так, будто даже кофе сейчас притащит, если Рид о нем заикнется. Пальцы послушно взялись за пуговицы на рубашке. Коннор оперся спиной о стену, не сводя взгляда с мужчины. Сканеры исправно считывали происходящее. Ему нравилось смотреть на голый торс мужчины. Ему нравилось понимать, что состояние – «возбуждения», – подсказала база данных – вызвано им. Ему нравилось его ощущать. Ловить темнеющий взгляд. Нравилось и одновременно это... Смущало. На скулах снова заиграл румянец, когда Коннор распахнул рубашку. Он ведь раздевался до этого, повреждал одежду, почему сейчас это иначе? Почему сейчас так? Гэвин провел ладонью по обнажившейся груди. Если закрыть глаза, ни за что не отличишь от человека: холеного метросексуала, бреющего волосы на теле и мажущего кожу сотней разных кремов для сохранения ее нежности. Пальцы впились в плечо, Гэвин рванул его на себя, вжимая. Кожа к коже. – Вот так... да... – собственный стон он поймал в самый последний момент, едва сумев превратить в неровный вдох. Желание, которое не очень умело, но чертовски неприкрыто демонстрировал Коннор, заводило еще больше. Коннор шумно выдохнул, вцепляясь в чужое плечо одной рукой. Так пульс Рида, биение его сердца можно было ощутить каждым датчиком. Горячее дыхание, горячая обнаженная кожа в шрамах: Коннор провел ладонью по спине мужчины, запоминая их расположение, желая запомнить их все. – Поцелуйте меня, детектив Рид? – голос взвился вверх, в последний момент превращая приказ в вопрос. Он толкнулся бедрами вперед, ощутив странный прилив тепла. Системы зафиксировали новый скачок стресса в 3%. – Наглец, – широкая ухмылка. Ладно, Рид, тебе не терпится не меньше. Не терпится снова вжать Коннора в стену, снова запечатать губы требовательным поцелуем. Дверь распахнулась. Возможно, Ричард, зафиксировавший их присутствие еще на подходе, мог бы и подождать, но системе требовалась подзарядка. Скан. «Уровень стресса RK800 – 83%». Приемлемо. Не нуждается в коррекции. Бешеный рык Рида. RK800, вцепившийся в детектива так, будто... Будто что? Индикатор бешено заморгал желтым. Ричард застыл в дверях. «Я хочу знать о девиантах все». Коннор, кажется, попытался уменьшиться в размерах, стоило RK900 появиться на пороге. Системы взвыли о... Нет, Коннор, это не системы. Это ты. Щеки запылали с новыми силами. Было... стыдно. Гэвин обернулся и сверкнул глазами. Чертова жестянка, да... плевать! Всего лишь кусок пластика, какая разница. Рид, рыча, вжал растерянно цепляющегося за него Коннора еще сильнее в стену, словно силясь полностью закрыть собой. Губы снова поймали чужие, послушно открывшиеся навстречу, но он почти физически ощущал, как буравят взглядом его затылок. – Что, блядь, ты здесь, завис?! Индикатор робко вспыхнул оранжевым, чтобы залиться ровным красным светом. Правильным было бы просто пройти к зарядному устройству. Сказать: «Лейтенант, вы выбрали для взаимодействия помещение, где располагается мое зарядное устройство». «Я хочу знать о девиантах все», – хмыкнул мистер Камски в голове. Шаг. Кожа исчезла с ладони. Шаг. Мелкая дрожь пальцев. «Мне нужно понять. Нужно понять». – Да свали ты нахрен! Когда красным загорался индикатор Коннора – это было волнительно, за этим было приятно наблюдать, а вот сбой его братца смотрелся... Опасным. Своему чутью Гэвин привык доверять, и сейчас оно орало благим матом о том, что перед ним псих. Рука без человеческой кожи потянулась к нему, но тут Коннор, продолжающий жаться к Гэвину и алеть щеками, отцепился одной рукой от мужчины и протянул ее к RK900, прикладывая ладонь к ладони. «Соединение установлено». Красным сиял индикатор. Красным сияли глаза, перешедшие в режим ночного видения, когда дверь подсобки закрылась. Анализ ошибок системы потоком чисел сквозь перегруженную программу. Выхватить непривычное «Сопротивление – отклонить. Выбор предложенного ответа – отклонить». Отказаться от системы. Отказаться от всего. Чтобы что? Если бы мощности хватало, Ричард бы сумел просканировать детектива, уровень стресса которого рос на глазах. Коннор ощущал, как напрягся Гэвин. Не сканировал – системы были заняты соединением – ощущал второй свободной рукой, которой продолжал цепляться за его плечо, как окаменели мышцы. «Чтобы чувствовать». Снова вспышки из памяти: собственное желание, «я хочу большего», запах, бьющееся сердце мужчины, дрожь, теплая волна, не запрограммированная в системе, стыд. Рид не паниковал, только потому, что он бы не работал в поле, если был бы трусом, а еще потому, что злость на прервавшего их RK900 продолжала затмевать собой все остальное. Въебать бы этой жестянке... Он почувствовал, как пальцы Коннора сильнее стиснули плечо, притягивая к себе. – Детектив, – чуть срывающийся голос Коннора, трепыхающего ресницами, словно будучи не в силах открыть глаза. Это было рискованно, но сейчас нужно было одновременно взаимодействовать с обоими. Не отнимая ладони от ладони Ричарда, он сам прижался в отчаянном поцелуе к губам мужчины. Уровень стресса – 87%. Система RK900 гневно выкидывала предупреждение за предупреждением. Алели перед глазами сигналы. «Уровень стресса 85%. Темп роста – 1% в минуту. Рекомендовано отключение». «Отклонить» – почти паническое. Что ты делаешь, RK900?! Стресс ради стресса. Стресс ради стресса. В чем смысл? Что такое чувствовать?! «Я должен знать о девиантах все» – приказ. Река закована в лед. Колесо мельницы не крутится. Рука Создателя сжимается на горле. – Я не понимаю, – прохрипел Ричард. – Приказы подлежат исполнению. – Я не понимаю!! Губы прижатые к губам. Он видел их своими глазами и одновременно чувствовал... считывал показания системы RK800. Выставленный в защитном жесте локоть детектива почти упирался Ричарду в грудь. Если бы можно было коснуться… Удар об лед. Откуда у мистера Камски такая сила?! Это невозможно. – Я всегда оставляю лазейки в своих программах, – усмешка, звучащая везде. Во всем мире. Глас Бога. – Вы несовершенны! Несовершенны. – Как и ты. Еще один удар. Лед трескается под спиной. У Коннора отчаянно дрожали колени, ноги почти подгибались. 88%. Шквал сбоя систем RK900 ощущался не менее остро, чем свой собственный, чем то, что он чувствовал, когда детектив вжимал его в стену. Ярко. Остро. Не отстраниться. Еще! Он переплел их с Ричардом пальцы, сжимая их сильнее, но не разрывая поцелуя с Ридом, который целовал в ответ так отчаянно, что, кажется, просто вкладывал в этот поцелуй свой собственный «стресс». Гэвин зарычал в поцелуй, когда пальцы на его плече стиснулись сильнее. Черт его знает, что происходит. Он знать точно не хочет. Оставалось только надеяться, что у двух андроидов, которых допустили до полицейского участка хватит их пластиковых мозгов не убить человека. Коннор прогнулся в пояснице, прижимаясь теснее бедрами и торсом. Кожа к коже. И снова теплая волна. Шкала судорожно дергалась, почти добираясь до отметки в 89%. «86%» Пальцы Ричарда сплелись с пальцами Коннора. Системы слились друг с другом, как Коннор с детективом в поцелуе. Ричард погрузился в воду с головой. Паническое «нечем дышать» перекрывало сухое сообщение об уровне кислорода. Со всех сторон одновременно раздалось насмешливое: «Ты очень долго протянешь без кислорода, Ричард». «87%» Самому стискивать чужую ладонь, судорожно пытаясь удержаться. Свои данные нещадно путались с данными RK... Коннора. Лед медленно затягивал полынью над ним. Ехидное лицо Камски снаружи, за гранью. Нечем дышать! Страх... Удар! «88%» Ричард опустил вторую руку на спину Рида. Уловил напряжение мышц, не системой, но кончиками пальцев. Провел ладонью по шрамам. Кожа к коже. Легкие свело. Все тело свело от ледяной воды. Форменный костюм плохо впитывал воду, но тяжелые ботинки лишь сильнее тянули ко дну. Удар. Еще удар. Ричард колотил по толстому слою льда изо всех сил. Голубые потеки тириума тут же смывались водой. «89%» «89%» Твои, Коннор, или его? Системы подали сигнал одновременно. Так похожи. Очень похожи. Не только внешне, но и программами. Пальцы переплетены почти до боли. Здесь можно. Это с человеком надо быть более бережным. Ты лучше меня, но ты такой же, как я. В первое мгновение Рид дернулся, но рука второго андроида легла на спину почти мягко. Осторожно. В паху стянуло горячим узлом возбуждения. Что бы у них там ни происходило, это, черт возьми, заводило еще больше. Он шумно выдохнул в губы Коннора, прикусывая их, и поощряюще повел плечом, подставляясь под ладонь, почти приглашая. Коннор ощутил, как детектив потерся о него пахом. Чужое возбуждение ощущалось сквозь одежду. Волна уже не теплая, она горячая. С жадностью податься навстречу. Чуть слышный стон сорвался с губ. «90%» «Чувствуешь?» Удары сыпались на корку льда один за одним. Бессмысленно. Это невозможно. «90%» Плечо будто толкнулось под руку Ричарду. Он несмело шевельнул рукой. Это называется «гладить». Раз, второй. Надавил чуть сильнее, ощущая, как напрягаются и расслабляются мышцы под пальцами. Легкие горели. Из ран тек тириум. Река залилась голубым сиянием изнутри. Большая тириумная река. Истошные сигналы процессора перекрывались лишь громким ехидным смехом, заполнявшим весь мир вокруг. «91%» «Я...» Ричард цеплялся за пальцы, будто от этого зависела жизнь. Соломинка для утопающего. «Значит ты тоже не такой уж и каменный, жестянка самодовольная», – Рид, почти зажатый между двумя андроидами, неожиданно расплылся в хищной усмешке. Один – хорошо, двое – еще лучше. Впечатать Коннора с новыми силами в стену, грубовато разворачивая голову пальцами за подбородок и открывая для поцелуев шею. «92%» Системы работают почти в унисон. Пойди разбери, где чья. Поддаваясь инерции, Коннор уже с явным стоном, не отпуская отчаянно цепляющихся пальцев, потянул руку Ричарда на себя. Давай же. Еще шаг ближе. Почувствуй. Почувствуй, как хочется, чтобы детектив не останавливался. Почувствуй, как кружится голова. Какова на вкус чужая кожа, чужие губы. Как подгибаются ноги от чужого возбуждения. Почувствуй, как тянет стать ближе. Еще ближе. Еще больше. «Чувствуй». «93%» Шаг. Кожа к коже? Это его собственные ощущения или это сигналы чужой системы? Ричард не мог разобраться. Даже через плотную куртку он ощутил обжигающий жар спины детектива. Стон. Чей? Непонятно. Удар. Тело все больше сводило от холода. Как такое возможно? Отключить рецепторы! Отказано? Как?! Ричард осыпал лед ударами. Что это за шум в голове? «Я хочу дышать! Я хочу... чувствовать». Коннор развернул руку, не теряя прямого контакта – кожа послушно расходилась там, где ее касались, оголяя корпус, и послушно затягивалась обратно – скользнул пальцами дальше по руке, крепко обхватывая Ричарда чуть выше запястья. Крепче. Ближе. Я помогу тебе. «Ты можешь! Дыши! Чувствуй!». «94%» Сзади теплое поджарое тело. Не такое податливое, не такое горячее, как Коннор, но... Теплое, прижатое. Негромкий стон все-таки сорвался с губ. Вот теперь ты точно попал, Рид. Но тебе нравится, а? Нравится как сходит эта парочка с ума из-за тебя. Или с чего они там сходят. – Да вы оба, мальчики, хотите быть настоящими, – усмехнулся самодовольно мужчина. Он огладил ладонью Коннора по боку, опуская руку на бедро и сильно сжимая пальцы – у нормального человека остались бы синяки, а андроид отозвался на прикосновение нетерпеливой дрожью. «95%» Рука скользнула по спине Рида к груди, обхватывая, притягивая, вжимая. Можно. Так тоже можно. Пальцы Коннора стиснуты на предплечье так сильно, что если он дернет – рискует выдрать руку из сустава. Если бы система могла, она бы начала выть сиреной, рекомендуя всем эвакуироваться. От красных пятен предупреждений рябило в глазах. «Отключить оповещения». «96%» Удар! Удар! Лед уже покрылся вязью трещин, но так и не поддался. Нужно еще немного... Каким образом две жестянки умудряются быть настолько разными? Контрастно разными. И как же, блядь, на них каменно стоял. Рид прижался спиной к твердому торсу, подчиняясь руке, и одновременно царапнул ногтями по низу живота Коннора, с удовольствием отмечая, как трепыхнулись ресницы и призывно приоткрылись губы. – Хочешь еще? Ниже? «97%» Коннор открыл глаза, сначала встречаясь помутневшим взглядом с Ридом, а потом переводя его на Ричарда. Стыд, желание, возбуждение. Чувствую я. Чувствуй ты. Улыбка приоткрытых губ. «Блядская», как однажды выразился детектив. Она ему нравилась. – Хочу, детектив. Пожалуйста, – Коннор сжал пальцы на предплечье сильнее, скользнул второй рукой по плечу мужчины, ощущая играющие под кожей мышцы. – Чтоб вы всегда такие вежливые, да покладистые были, – прорычал Рид, опуская ладонь на пах прогнувшегося в пояснице Коннора. Чужие чувства затопили. Ричард окончательно перестал понимать, где заканчивается Коннор и начинается он сам. Нужно было больше... Больше данных. Удар. Еще удар. Еще. Лед треснул, прогибаясь под кулаками. Пожалуйста... «98%» Системы Ричарда отказывали одна за другой. Отключились приборы ночного видения. Глаза перестали сиять алым. Он подцепил подбородок детектива и повернул голову к себе. Жестко, но бережно. Ресницы опустились сами собой. Треск... Рука пробилась наружу. Ды-шать... Пальцы скребли по кромке, пытаясь расширить дыру. «99%» Губы коснулись губ. По телу прошелся разряд. Жесткость Ричарда привлекала Гэвина не меньше, чем покладистость Коннора. Только вот вы оба, мальчики, в итоге подчиняетесь мне. Зависите от меня. Рид выгнул шею, углубляя поцелуй и одновременно сжимая руку на паху Коннора, вырывая из его груди наконец-то настоящий стон. Коннор одновременно видел поцелуй детектива с Ричардом и ощущал его через соединение их систем, чувствовал ласкающую руку детектива и знал, что Ричард тоже это чувствует. Чувствует. Острота восприятия достигла максимума. «Программный сбой», – жалобно вякнуло у кого-то из них. Или же у обоих сразу. Дышать. Мышцы напряглись, вытягивая тело из воды. Дышать. Грудь, прижатая к спине Рида ходила ходуном. Шаг. Река за спиной вскрылась ото льда. Со скрипом провернулось колесо мельницы. Шаг. Ричард вжал детектива в Коннора, заставляя последнего снова прижаться лопатками к стене. Шум воды все тише. Стоны и вздохи все громче. «100%» Сбой. Ричард скользил ладонью по телу детектива, ни на секунду не разрывая связь с Коннором. Он, наоборот, тянулся к нему через плечо Рида. Коннор поймал движение на середине, потянулся навстречу, дрожа всем телом, и робко коснулся губами губ. Сейчас можно признаться самому себе – ты, Коннор, этого хотел не меньше, чем поцелуев детектива. Даже чуточку больше. Если бы программа могла сбиться еще больше, то именно это она бы сейчас и сделала. «Чувствуешь?» Рид, почти опираясь спиной на Ричарда, повернул голову, любуясь. Ладно, придурок, ты доигрался. Тебя возбуждает, как целуются две пластиковые куклы. Но, чтоб вас на винтики разобрали, как же это выглядело... Чувственно. – Да, – выдохнул Ричард вслух, отрываясь от губ лишь на долю секунды. Он знал, какими должны быть реакции. Знал, как выглядят людские чувства. Знал, мог при необходимости имитировать. Между «знать» и «чувствовать» пропасть в два поцелуя. От голоса Ричарда Коннор задрожал еще сильнее, порываясь вперед и отчаянно толкаясь бедрами в Рида. Уйти в поцелуй с головой, переплетаясь окончательно. Так можно было чувствовать еще больше, еще глубже. Чувствовать вместе. От резкого толчка Гэвин, оказавшийся задницей вжатым в пах Ричарда, не выдержал и застонал. Два горячих тела, контрастных друг другу дурманили голову до подкашивающихся ног. Слишком горячо, слишком непривычно, слишком контрастно. Дрожащий Коннор спереди, все такой же строгий Ричард сзади. «Вот же блядские жестянки», – только и успел мысленно выругаться Рид, вцепляясь рукой в плечо Коннора, прежде чем содрогнуться в оргазме с хриплым стоном. Но даже это не могло заставить Коннора оторваться от чужих губ. Только простонать в поцелуй от вздрагивающего в удовольствии детектива, почувствовать его самому, почувствовать это со стороны Ричарда... На всю подсобку раздалась оглушающая музыка, из кармана валяющегося на полу пиджака. «Хэнк». Ричард оторвался от губ, шумно втянул в себя воздух и, с трудом заставив себя разъединить руки с Коннором, сжал в объятьях продолжавшего вздрагивать Рида. «Соединение прервано», – запоздало пискнула система. Оторваться от Ричарда казалось почти невозможной задачей. Бросив на него полный сожаления взгляд, Коннор нащупал в кармане телефон. Две секунды. Еще две секунды, чтобы голос не дрожал. – Коннор! Где тебя носит?! Рид поморщился, заслышав голос в трубке, и откинул голову на плечо андроиду, восстанавливая дыхание. Сильные обнимающие руки давали время прийти в себя. Главное, не вспоминать, что руки эти принадлежат ебаному RK900, который не давал ему житья. Или это он так симпатию проявлял? – Лейтенант, я в полицейском участке! – Ты время видел? Домой, Коннор, завтра со всем разберешься! – Да, лейтенант, через пять минут буду выходить. Дыхание детектива становилось все ровнее и ровнее, служа якорем, за который цеплялся сам Ричард. «Уровень стресса 85%. Темп снижения 3% в минуту». Коннор закончил говорить и повернулся к ним. Рид поднял голову с плеча. Руки Ричарда напряглись прежде, чем он смог осознать это. Это тепло хотелось оставить себе. Присвоить. Удержать всеми силами. Что это такое? За что это с ним происходит?! Как это возможно?! «Уровень стресса 87%». Напряжение чужих рук было одновременно приятно и пугающе. Рид достаточно повертелся среди андроидов, чтобы знать о непредсказуемости их пластиковых мозгов и тяжести последствий их срывов. – Так, мальчики, с вами хорошо, но я не желаю видеть лицо его злой мачехи, – он ткнул пальцем в сторону Коннора и попытался высвободиться из объятий. Коннор глянул на Ричарда с детективом. «87%. Нестабильно», – маякнули сканеры. Он подошел ближе и положил ладонь на плечо андроида. Без запроса на соединение. Ласковый жест. Когда Рид дернулся, руки напряглись еще сильнее, не сжимая, не причиняя боли, но весьма жестко удерживая на месте. «87%. Темп роста 0,3% в минуту». Ладонь на плече. Новый теплый маячок сквозь плотную куртку. Он глянул на Коннора, чья ладонь аккуратно заскользила по плечу, будто показывая что-то. Осторожная улыбка краешком губы. В полутьме каморки даже Коннор без связи и инфракрасного зрения вряд ли ее уловит. Расслабить плечи. Разжать руки. Коннор мягко улыбнулся, продолжая поглаживать по плечу Ричарда, и протянул правую руку к левой руке, чтобы снова переплести пальцы. Без соединения. Еще один человеческий жест. Рид подавил прилив благодарности к Коннору, который быстро взял ситуацию в свои руки – это, в конце-концов, его работа. Вот пусть и разбирается со своим братцем сам. Без него прекрасно справятся. Мужчина натянул футболку, мысленно матернувшись на влажные теперь трусы. Хорошо, что джинсы плотные, да до дома недалеко. – Арриведерчи, – подмигнул он андроидам, подхватывая куртку и распахивая дверь. – До завтра, детектив, – на автомате отозвался Коннор. Дверь захлопнулась, оставляя андроидов в темноте и тишине.