Целители-2: Мир души твоей

Холодная вода не помогла скрыть следы бессонной ночи. Мешки под глазами, бледная кожа — отражение в зеркале не радовало, поэтому Чимин поспешил нанести побольше крема и замаскировать свое состояние. Не стоило по пустякам беспокоить остальных. Он сам виноват в своей неуклюжести и трусливости. Тэхён пережил то же самое, но вел себя совсем иначе, а Чимин всегда равнялся на него, с малых лет, поэтому сейчас заставил себя улыбнуться и взбодриться. Сменил свою обычную домашнюю ветровку на рубашку, которая так нравилась Чонгуку, натянул джинсы, обтягивающие бедра, и вышел из гардеробной. Спустившись вниз, он отправился на кухню и приготовил завтрак. Он старался поднять себе настроение, уговаривая, что одна неудачная ночь ничего не значит, что вчера Тэхён и Чонгук были слишком уставшими после поездки, что ничего страшного не произошло. Закончив с завтраком, Чимин поднялся на второй этаж в детскую. — Мои крошки уже проснулись? — с улыбкой вошел он в комнату. Спальня была отделана красочными обоями и завалена игрушками, которые постоянно покупали дедушки с бабушками, словно желая таким образом компенсировать свое отсутствие. Джиён сидел уже в своей кроватке, смотря на все большими умными глазками. Его волчьи ушки забавно торчали, прислушиваясь к звукам. Джиён был тихим альфой-оборотнем, так похожим на своего отца-насильника, но Чимин любил сына всем сердцем, несмотря на его сущность. В нем не было ничего от кицунэ, и это было самой большой их проблемой. Ханбин же весь пошел в Тэхёна. Девять маленьких пушистых хвостов отливали золотом, как и маленькие лисьи ушки. Он был настолько очаровательным и милым, что от него приходили в восторг все вокруг. Ханбин этим нагло пользовался, часто шкодничал и устраивал истерики, совсем как Тэхён в детстве, когда хотел что-то заполучить. Озорной малыш-омега иногда сводил с ума, но Чимин относился одинаково строго и к своему сыну, и к сыну Тэхёна. Джиён поднялся, выглядя таким радостным при виде него, что сердце обмирало. Ханбин в соседней кроватке все еще спал. — Привет, милый, — Чимин подошел к сыну. — Хорошо спал? Джиён кивнул, протягивая к нему руки. Чимин обнял мальчика и поцеловал его в щечку. — Давай будем одеваться. Усадив сына в мягкое кресло, Чимин достал с полки его вещи. Дверь спальни тихо приоткрылась, впуская Чонгука. — Так и знал, что найду тебя здесь, — улыбнулся муж. Чимин улыбнулся в ответ, замечая, как Ханбин сонно трет глазки и поднимает ушки на знакомый голос. Чонгук заметил это тоже и сразу повернулся к кроватке ребенка. — О, мой мальчик проснулся! — Папа! — счастливо, в спешке Ханбин потянулся к альфе. Чимин рассмеялся неуклюжим попыткам ребенка перелезть через спинку кровати. — Они ждали вчера вашего приезда, но уснули раньше, — сообщил Чимин, доставая вещи и Ханбина. — Правда? Бин-а ждал меня? — Подхватив мальчика на руки, Чонгук и сам светился, как хвостики маленького лисенка. Ребенок заливисто засмеялся, когда альфа стал подкидывать его вверх, играя. — Джиён тоже ждал, — напомнил Чимин. Чонгук повернулся в сторону второго ребенка. Джиён не бежал к нему со всех ног, как Ханбин, он напряженно сидел в своем кресле, сложив ручки на коленках, как примерный мальчик. У Чимина больно сжалось сердце, когда Чонгук подошел ближе и просто потрепал мальчика по голове. У Джиёна сразу испуганно прижались ушки, словно он интуитивно чувствовал рядом с собой взрослого сильного альфу другого вида. Чимин не выдержал, положил ладонь на плечо сына, подбадривая его, чтобы он не думал, что чем-то хуже Ханбина, который с довольным видом сидел на руках у Чонгука. — Они так быстро растут, — словно извиняясь, натянуто улыбнулся Чон. Он с такой теплотой относился к малышу-лисенку, но к Джиёну проявлял лишь холодную вежливость, отчего Чимину хотелось его ударить, и только понимание истинной причины удерживало от импульсивного поступка. — Да. Вы стали редко их видеть, — не сдержал Чимин упрека, присаживаясь на корточки и начиная одевать сына. — Знаю, — расстроенно произнес Чонгук. — Старейшина хочет, чтобы Тэхён быстрее освоился и занял его место. — Как он? — застегивая рубашку Джиёна, спросил Чимин. — Устает очень, переживает из-за этих сделок, но мне кажется, ему легче в работе, чем дома, — прямо произнес Чонгук. — Я знаю, что это неправильно. Мы взвалили на тебя детей, дом… — Прекрати. Ты же знаешь, я люблю их обоих, — остановил его Чимин. Он был рад уже тому, что Чонгук не отказался от малышей, принял их обоих и ни разу не попрекнул. Альфа старался поладить с детьми, но у него не всегда получалось. — Просто Ханбин скучает по Тэ. Чонгук тяжело вздохнул, покачивая лисенка в руках. — Папа, — откликнулся Ханбин на имя своего отца-омеги. — Хочешь увидеться с папой Тэхёном? — улыбнулся ему Чонгук. — Да! Папа! — заёрзал в руках Ханбин. — Сейчас-сейчас, — рассмеялся старший альфа. — Отпусти его, пускай бежит, — посоветовал Чимин, видя нетерпение лисенка. — Он все равно не даст себя одеть, пока не увидит Тэ. Чонгук поставил ребенка на ноги, и тот сразу побежал к двери. Чимин повернулся к сыну: — Присмотришь за братом? Джиён кивнул и, словно поняв, что родителям нужно поговорить наедине, отправился следом за Ханбином. Чонгук проводил детей взглядом и, дождавшись, когда они останутся одни, притянул Чимина к себе. Тот облегченно выдохнул, наслаждаясь такими знакомыми и родными объятиями. — Прости за вчерашнее, — повинно положив подбородок ему на плечо, произнес Чонгук. — Я повел себя по-свински. — Все в порядке. — Правда? — Чонгук поцеловал его в шею и опустил руки на задницу. Чимин бы с удовольствием продолжил, но ему нужно было поговорить с Чонгуком о приближающейся течке, а слова никак не находились. О таком было стыдно говорить, и Чимин жутко смущался. — Гук, я… Ты не мог бы вернуться домой к концу недели? — неуверенно начал Чимин. — У меня начнется… — М, — Чонгук продолжал выцеловывать шею, расстегивая ему джинсы. — Ты такой красивый сегодня, малыш. — Ты мне будешь очень нужен в конце недели, — попытался Чимин сказать снова, но руки альфы отвлекали. У него уже так давно не было близости, что в голове начинало мутнеть. — Только в конце недели? — Чонгук игриво прикусил его за ухо и снова положил ладони на задницу. — Ты скучал по мне? — Да, я… Испуганный крик, донесшийся с первого этажа, отрезвил их. Они оба сразу побежали вниз, на ходу приводя себя в порядок. Чимин влетел на кухню первым, замечая разбитый бокал на полу, забившегося в угол Джиёна с прижатыми ушками и жмущегося к нему Ханбина. Тэхён стоял рядом с осколками, сжимая кулаки до побелевших костяшек. Чимин в ступоре смотрел на детей и разгневанного Тэхёна. — Что случилось? — первым заговорил Чонгук. — Этот щенок отказался принять угощение, — процедил Тэхён, пнув разлетевшиеся по всему полу ягоды амелики. — Я пытался быть дружелюбным с твоим сыном, но он чертов оборотень, который отказывается брать у меня даже угощение. Чимина охватила такая злость, что он едва сдержал в себе трансформацию. — Джиён не может есть амелику, Тэхён, — произнес он, проходя к детям. — Оборотни ее не едят. — Я уберу, — вызвался Чонгук. — Все хорошо? — Чимин присел на корточки перед детьми, стараясь улыбнуться и успокоить их. Он заметил, что Ханбин вроде бы напуган еще больше, чем Джиён. Лисенок прижимался к брату, игнорируя сущность оборотня. — Иди ко мне. — Как ты можешь так спокойно смотреть на него? — бросил в спину Тэхён. Чимин понимал его неприязнь, но дети были не виноваты. — Он же копия того урода, который насиловал тебя! — Тэхён, прекрати! — резко остановил его Чонгук. Чимин старался не реагировать, очень старался. Только слезы в глазах сына стали последней каплей. Джиён смотрел на него, кусая губы и выглядя настолько несчастным, что Чимин плевать хотел на свои отношения с Тэхёном. Медленно поднявшись, он в секунду трансформировался, выпуская рыжие хвосты. Он был так чудовищно зол, что в ладонях молнии появились сами собой. Тэхён, не веря, что ему угрожают, отступил назад. На его лице проступило удивление. — Еще раз ты оскорбишь или обидишь моего сына, тебе это с рук не сойдет, — прошипел Чимин, закрывая собой детей. — Чимин, прошу, не надо, — вмешался Чонгук, выходя вперед. Его голос звучал мягко, но твердо. — Тэ, иди и успокойся, — отослал он старшего. Тэхён перевел взгляд на детей за спиной рыжего кицунэ, выглядя как-то ужасно растерянно. Только Чимин не собирался прощать его выходку сию же минуту. Он не позволит издеваться над своим ребенком! Тэхён отступил, послушался альфу и вышел из комнаты. — Чимин? — Чонгук подошел ближе, не побоявшись молний. — Тебе нужно успокоиться. Не пугай детей. Чимин устало выдохнул, убирая хвосты и молнии. Может быть, он слабее Тэхёна и Чонгука магически, но за детей будет драться насмерть. — Вылезайте оттуда, — Чонгук направился к мальчишкам. — Все хорошо, не бойтесь. Ну-ка, идите сюда, я вас покатаю. Ханбин сразу бросился к отцу, обхватывая его за шею ладошками, но Чонгук сразу не поднялся. — Джиён? Все хорошо, малыш, ты ни в чем не виноват, — успокаивающе произнес он, смотря на волчонка. — Иди ко мне. Джиён нерешительно поднялся и с опаской шагнул к альфе. Чимин был бесконечно благодарен Чонгуку в этот момент за то, что он позволил волчонку подойти к себе, за то, что поддержал в эту минуту. — Не слушай дядю Тэ, хорошо? — дождавшись, когда Джиён прильнет к нему, мягко произнес Чонгук. — Ты мой сын. Мой и Чимина. Кто бы что ни говорил, Джиён-а, ты наш сын и мы тебя очень любим. Чимин почувствовал на щеках слезы и, отвернувшись, быстро стер их рукой, пока дети не увидели. От тихого всхлипа сына у него сердце кровью обливалось. — Ты мой братик, Ён-и, — Ханбин взял волчонка за руку. — Я люблю тебя. — Правильно, Бин, — похвалил его Чонгук. — Давайте сделаем так. Мне сейчас нужно будет уехать, но, когда я вернусь, мы сходим в парк, идет? — Правда? — оживился сразу Ханбин. — Да. Только вы должны присматривать друг за другом в мое отсутствие, поняли? — Да! Чимин улыбнулся, смотря на детей. Джиён, поймав его взгляд, отлепился от Чонгука и нерешительно замер, словно боялся подойти к папе-омеге. Чимину захотелось убить Тэхёна за это. Он ободряюще улыбнулся, и Джиён бросился к нему, прижался к ногам так крепко-крепко. Чимин, давя слезы, погладил мальчика по волосам. — Не плачь, — Ханбин тоже слез с колен Чонгука и присоединился к ним. — Я и не плачу. Как можно плакать, когда вы у меня такие умнички? За окном у дома остановился представительный автомобиль, который громко посигналил. Чонгук виновато посмотрел на Чимина с детьми. — Прости. Нам нужно ехать, — произнес он с сожалением. — Да. Езжайте, — кивнул Чимин. — Я постараюсь вправить ему мозги на место. — Чонгук подошел ближе и коротко поцеловал его в губы. — Не переживай, хорошо? Чимин кивнул. Он знал, что Тэхён не со зла. Знал, что тот будет корить себя за устроенную сцену и этот срыв. Чимин все понимал, правда. — Пока, зайки, — Чонгук поцеловал Ханбина в макушку и, замявшись, неловко чмокнул также и Джиёна. — Счастливо. Позвони мне, как доедете. После ухода Чонгука опустилась неприятная тишина. Рулеты, которые он делал с самого утра, остались сиротливо лежать среди тарелок с салатом, над которым Чимин провозился все утро. — Ну что, мальчики мои, давайте уберемся и будем завтракать? — Натянув на лицо улыбку, Чимин погладил детей по голове. Они справятся со всеми проблемами. Обязательно.