Цветущие васильки

Молча перелистнув страницу, Феликс устремил взгляд на бегающие строчки с буквами, далеко не вчитываясь в написанное. Провёл руками по уже растрепанным Маринетт блондинистым волосам и откинулся на кресло с загадочной легкой ухмылкой. В планах была кража фамильного кольца Грэм де Ванили, что передавалась из поколения в поколение. Это же украшение отказывался вернуть его матери горячо любимый дядюшка — Габриэль Агрест, чьи красные брюки уже стали мозолить глаза. Феликс знал: что-то тут не чисто. Этот злой взгляд, хитрая улыбка и частое поправление своего недо-галстука. По-любому он скрывал что-то очень важное, и сын Амели не собирался оставлять всё так. Раз уж ему удалось вычислить гражданское обличье ЛедиБаг, значит, и с этой загадкой он определенно справится. Будучи писателем пособия «Как манипулировать двоюродным братом» он был уверен в том, что и сын Габриэля неосознанно положит руку началу всего его продуманного плана. После того самого удара перед коллежем на глазах у всех, Адриан осторожно обходил его стороной, но и с этим можно было справиться. Интересно, ведь на самом деле Феликс ждал от брата вопросов по типу: «Зачем?» (как это было с Маринетт), «Ты правда меня ненавидишь?», но вместо этого он теперь завтракал в гостиной особняка один, комната у него была отдельная, и никаких оправданий себя со стороны Агреста младшего. Может, оно и к лучшему. Тускло-зеленые глаза Грэм де Ванили всегда загорались при виде древних артефактов, и кольцо, возможно, было одним из них. Габриэль так его защищал, что сначала Феликс хотел отказаться от своей идеи, ведь у человека, в конце концов, жена умерла, но после доскональной проверки кабинета модельера во время его (единственного за все время) отъезда, она обнаружил сейф, взломав который сумел найти книгу о «Миракулах»*, а именно — хранителях талисманов, появилась новая причина для раскрытия всех тайн особняка Агрестов. Нет, Феликс не такой эгоист, каким хотел казаться. Им двигало чувство влюбленности и желание докопаться до абсолютной правды — разве это плохо? Ведь… это кольцо удивительно хорошо село бы на пальчик юной Дюпен-Чен, что сейчас что-то чиркала в своем скетчбуке, сидя прямо напротив блондина. Это старинное украшение связало бы ее с ним, не оставляя никаких попыток расстаться с ним, уйти, бросить в одиночестве. Конечно, он не верил в то, что дочка пекарей была способна растоптать его сердце и бросить гнить, но всегда надо было оставаться на чеку. Он никому не мог доверять полностью, даже самому близкому и любимому человеку. Интересно, когда та девочка с васильковыми глазами успела таковой стать. Зеленоглазый застыл, обреченно глядя на Маринетт. Она его точно не отпустит. Он смотрел на нее, смотрел и смотрел без остановки. То хмурился, то поджимал губы и сжимал кулаки, пока она что-то напевая занималась своим делом. — Феликс, ты во мне скоро дыру прожжешь, — искренне расмеялась она, поднимая на него свой взгляд. — Извиняюсь, — буркнул блондин и демонстративно закрыл лицо книгой. — Ромео и Джульетта, Фел? — Грэм де Ванили перевернул книжку обложкой к себе, прочитал название и положил в сторону, тут же хватая другую. — Нет. — Ну да, Золушка ведь интереснее, — Дюпен-Чен поднялась со своего кресла, отложив карандаши и скетчбук. Поймала на себе недовольный взгляд парня из-за книги, и тот тут же закрылся обратно. — Откуда у нас вообще такие книги? — «задумавшись» выдал он. Поднялся с места ровно так же, как и Маринетт. Шагнул на встречу, ловко поднял на руки и посадил на стол, уткнувшись носом в ее шею. Казалось, удушающе приятный запах цветущих васильков преследовал его повсюду. — Эй, что ты делаешь? В ответ тихое мычание где-то в районе шеи. Маленький укус на ключице, последовавший после осторожного поцелуя, дал понять, что они еще не скоро покинут библиотеку особняка Агрестов.