"В погоне за счастьем"

Повисла мучительная пауза. Хелен прикрыла рот ладошкой, но ничего не сказала. Эдвард удивлённо смотрел на Уинри, которая густо покраснела… - …Уинри…ты…понимаешь….ты…я…- Эдвард и сам толком не знал, что собирается сказать, поэтому решил замолчать. Признание стало для него неожиданностью. Уинри по-своему расценила это молчание: она опустила голову и нервно сглотнув, произнесла: - Всё понятно…- девушка сорвалась с места и скрылась за дверью, но Хелен успела заметить слёзы, текущие по её щекам. Эд хотел было броситься за ней, но замер в нерешительности. Никогда ещё ничего подобного с ним не происходило, поэтому парень растерялся. - Знаешь, Эдик…- произнесла Хелен, мрачно усмехнувшись. – С каждой минутой общения с тобой я понимаю, что Зависть тоже иногда говорит правду. *** Элизабет очнулась в кровати служебного помещения гостиницы. Разбитые коленки, наспех замазанные йодом, сильно болели, но это было не важно. Всё складывалось так хорошо – сестрёнка придумала план, и все согласились. А Лиззи взяла и всё испортила…Чувство стыда и вины терзали душу девушки, заставляя вздыхать снова и снова. Ей хотелось бы остаться в этой маленькой комнатке под лестницей навсегда и больше никогда не видеть лиц друзей, которых она обидела. Элизабет закрыла глаза… - Лиззи, ты в порядке? – этот голос заставил девушку сесть на кровати. Он. Тот самый. Единственный. - Да, пара царапин – заживёт…- отмахнулась Элизабет, стараясь вести себя естественно. - От Зависти всего можно ожидать. Отвратительный тип! – нахмурился Альфонс. - Нет, это я виновата…- отрезала Элизабет, покраснев от стыда. - Подумаешь – сказала правду! А он тебя ударить хотел – как вспомню, так злость берёт! – воскликнул Альфонс. - Не надо сердиться, Ал…пожалуйста…- попросила девушка, взяв парня за руку. Спустя несколько секунд парень снова нарушил тишину, но уже очень неуверенно... - Лиззи…я понимаю, сейчас не время…но я должен спросить… - Спрашивай: для тебя всё, что угодно. - Это ведь правда всё, что ты сказала?...Ну …эм…то есть…не…Ты…ты правда меня любишь? – наконец выдавил Альфонс. - Ну…да…- девушка снова залилась краской, только теперь уже от смущения. - Здорово…просто…ты…понимаешь…я…тоже…тебя…люблю…- каждое слово давалось Альфонсу с трудом. Элизабет не верила своим ушам. Девушка обняла его и прошептала: - Ал…я так счастлива… - И я…- улыбнулся он. Да, признания дались обоим с трудом. Но зато теперь на душе у них было легко и тепло… *** Уинри бежала вперёд, сталкиваясь с прохожими. Немцы бросали ей вслед бранные слова, но девушке было всё равно. Жуткая боль терзала сердце Уинри, а слёзы застилали глаза. Казалось, что весь мир перевернулся из-за трёх слов, которые она сказала. Когда девушка остановилась, то поняла, что заблудилась: она одна стояла посреди тёмной улицы. Уинри яростно топнула ногой и бросилась бежать дальше, наплевав на всё вокруг. Боль захлестнула её с головой и, кажется, затмила разум. Вдруг девушка споткнулась обо что-то и плашмя рухнула на землю. Мокрая трава неприятно колола лицо и руки, но это заботило Уинри в последнюю очередь. Она ударила кулаками землю и громко зарыдала, вздрагивая и тяжело дыша… Из горького оцепенения девушку вывел знакомый голос: - Ты чего разлеглась тут, дура?...Землю чужбины целуешь? Уинри привстала с травы и подняла заплаканные глаза на Энви. - Вставай, а то сейчас в психушку заберут! – парень наклонился к ней, ухмыльнувшись. - Я…Эд…мне…- девушку трясло от рыданий, поэтому говорить было трудно. Уинри присела на траве и протянула руку, ожидая помощи. - Ещё чего! Сама вставай! – ехидно воскликнул Энви, отвернувшись. - Почему…почему ты такой вредный!? – с трудом выговорила Уинри, закрывая лицо руками. – Неужели…неужели… - А чего дурам помогать?...Сама упала – сама и вставай, – упрямо отрезал Энви. Уинри снова упала и заплакала. Она только что пережила самый неприятный момент в жизни, а Бог послал ей этого самоуверенного хама! Сил бороться больше не было. Отчаяние разрывало душу изнутри, заставляя её давиться слезами. На улицы стали появляться горожане. Проходя мимо, они подозрительно поглядывали на эту картину и перешёптывались, однако подойти не решались. Энви уже надоело всё происходящее, поэтому он грубо схватил Уинри за руку и рывком поставил на ноги, бросив ей что-то ругательное. Девушка прильнула к нему и тихо заплакала. - Ты это чего?...Афигела? – Энви попытался отстраниться, но это было не так-то просто. *** Тем временем Альфонс и Элизабет покинули служебную комнату, держась за руки. Девушка всё ещё чувствовала себя неловко, но счастье, разливающееся в сердце, помогло ей встать на ноги и пойти исправлять свои ошибки. - Эй, голубки! Вы чего с такими довольными рожами идёте?...У нас, между прочим, всё не настолько хорошо складывается,– этот насмешливый голос принадлежал Хелен. - Сестрёнка! Прости меня…- воскликнула Лиззи, бросаясь к ней. - За что? – удивилась Хелен. - Я…я…обидела Энви! - Ты? Зависть?...Ты ничего не перепутала, Лиззи? – усмехнулась девушка. Элизабет отрицательно покачала головой. - Она просто сказала правду! – принялся заступаться за возлюбленную Альфонс. - А этот гад чуть её не убил!!! Хелен закатила глаза, понимая, что ничего вразумительного от этой парочки услышать не сможет. Однако завидев, что Лиззи уже снова готова заплакать, тихо произнесла: - Спокойно: идите к цыганке и Эдику, действуйте по плану. Я пойду искать Уинри… - А как же…- начала было Элизабет. - И Зависть тоже заодно! – перебила её Хелен, направляясь в сторону двери. Последнее время ей стало казаться, что все вокруг, словно сговорились, и вели весьма опасную игру: «Кто достанет Хелен первым» Однако не стоило забывать, что они люди, к тому же совсем неопытные и глупые. Значит, вразумить их не получиться – придётся как всегда молча исправлять чужие ошибки. *** Ноа проспала целый час, но ей он показался парой секунд. Цыганка встала с кровати: слабость и жар как рукой сняло. Девушка приложила руку ко лбу: тёплое прикосновение Хелен всё ещё ощущалось на коже. Что это было?...Энергия, которая так пугала Ноа всё время, теперь спасла ей жизнь. Девушка чувствовала частичку этой мощи у себя внутри, словно огонёк жизни, потушить который невозможно. Может Хелен какая-то целительница?...Да нет, вряд ли. Ноа подошла к двери и оказалась в гостиной, улыбаясь. - Ноа! Тебе нельзя вставать! – встрепенулся Эдвард. - Уже можно…я теперь, как новенькая! – девушка прошлась по комнате колесом и ловко присела на диван. – Когда мы отправляемся? Я хочу быть сестрой милосердия! - х-хорошо…- удивлённо произнёс парень, не понимая, каким образом цыганка смогла так быстро оправиться. *** Солнце медленно садилось за дома, заливая небо охрой и золотом. Последние лучи касались влажной травы и деревьев, словно пытаясь зацепиться за них. В воздухе веяло вечерней прохладой. Летний ветерок покачивал листья старой ивы и гнал по траве волны, заставляя сравнить поляну с морской гладью. Уинри больше не плакала, однако Энви отпускать не спешила. Сколько прошло времени с тех пор, как она прибежала сюда, не помня себя от горя? Минута? Час? Два?...Сейчас девушке это было неважно. Уинри совсем забыла где находится, и с кем стоит, её мысли были заняты закатом. Казалось, что вместе с солнцем за горизонтом скрываются несчастья и беды, погружая душу в сон. Энви без особого участия рассматривал волны травы под ногами. И почему люди так любят всё усложнять?...Такие жалкие и слабые существа. Но, кажется сейчас, он начал понимать их. Через эмоции люди выражают свою сущность. Иначе никак: такова природа. Но даже эти убеждения не смогут разрушить принципы гомункула. Как бы люди не само выражались, они останутся жалкими и слабыми…. - Простите, если я вам мешаю, но времени у нас осталось не так много. – разорвал тишину знакомый насмешливый голос, который мог принадлежать только одному существу…Пожалуй, самому непонятному и странному в этом мире. - Ничего подобного! – отрезал Энви. – Ты наоборот вовремя: объясни этой психопатке, что кидаться на окружающих не вежливо, как минимум! Уинри опомнилась, вернувшись в реальность, и поспешила отстраниться. - Молчи, Зависть. Уинри сегодня имеет на это право…- ласково улыбнулась Хелен, подойдя ближе. - Хелен…- радостно произнесла Уинри. Вот. Подруга, как всегда её защищает. Кажется, Элизабет была права на счёт того, что чувства у всех одинаковые. - Возвращайтесь в гостиницу и передайте Элрикам, что всё идет по плану, – строго произнесла Хелен. - Ага, счас! Бегу и спотыкаюсь! – съязвил Энви, скрестив руки на груди. – С тобой интереснее, чем с этими детками... - И я тоже поеду с вами, – вдруг воскликнула Уинри. - Я не сомневалась,– ухмыльнулась Хелен.