basic witches

— Так кто-нибудь уже пообещал тебе своего первенца? — интересуется Тэхен. Он пьет МакФлурри и периодически макает в него картошку фри, каждый раз порнографически постанывая и клянясь, что Орео МакФлурри создано специально для того, чтобы быть соулмейтом жареной картошки. Возможно, в этом есть доля правды. Но что еще более правдиво, так это то, что они определенно способствуют закупориванию артерий, и Юнги должен поощрять Тэхена есть более здоровую пищу, но сегодня он заслужил подобное баловство. — Ага, но пока только двое. Погоди, а магических существ мы тоже учитываем? Кажется, у меня был один дракон, который пообещал мне своего первенца в прошлом семестре. Тэхен с шумом втягивает угощение через соломинку и внимательно смотрит на Юнги. Юнги уверен, что на секунду Тэхен поверил ему, прежде чем понял, что это был его странный юмор. Когда их дружба только началась, большая часть невозмутимого сарказма Юнги принималась всерьез. Теперь Тэхен знает его слишком хорошо, как и он Тэхена. Иначе и быть не могло. — Нет, Тэ, никто не обещал мне своего первенца. Думаю, вместо этого мы просто можем растить щенков. Экзамен Тэхена по психологии закончился всего несколько часов назад. Зелье подействовало и все еще продолжало, так что теперь Тэхен читал книгу Юнги «На Стыке Стирки и Приготовления Зелий: Руководство для Чайников» с невероятным удовольствием и волнением. Он делал вид, что понимает магические свойства и их сложные описания, придумывая «рецепты» для своих проблем. Это одновременно забавляло Юнги и заставляло его чувствовать себя слегка оскорбленным. Потому что да, некоторые зелья ведьмы готовят в стиральной машине на режиме сушки. Перед Юнги стоит ноутбук с открытой страницей их магазинчика. Кто-то — GDragonFanboi420 — оставил пятизвездочный отзыв, сказав, что рекомендует чудесные духи, удивительно точно копирующие аромат от Victoria's Secret. Кто-то еще — ucantjimout — написал, что их зелья великолепные, но предупредил, что важно не забывать читать побочные эффекты, потому что «воу, мои ногти вдруг посинели, было неловко, когда я засунул их в задницу своего парня». — Эй, Юнги-хен? Любовные зелья действительно работают? Потому что очевидно, что они против всякой морали и вообще ужасны, но способны ли они вызвать настоящую любовь? — Тэхен заканчивает со своим первым МакФлурри и переходит к следующему. Юнги задается вопросом, не придется ли ему в какой-то момент останавливать его. — Ну, — размышляет Юнги, пытаясь сообразить, как облечь магию в слова. Чувства всегда трудно объяснить. Еще труднее объяснить это для того, кто не может чувствовать магическое измерение вообще. Даже если Намджун воспринимает другой уровень магии или Хосок использует заклинания, они оба чувствуют, что это такое. Как человек, видящий мир, может объяснить, что он испытывает, тому, кто слеп? — Они работают, так же влияют на людей и заставляют делать что-либо, но в то же время это все равно немного другое. У них временный эффект. И он может быть разрушен, как любое заклинание. Заклинания непостоянны. Сила зелья Тэхена сильно зависела от уровня влажности во время варки. Поэтому Юнги поднял температуру в их квартире и заперся на кухне с четырьмя кастрюлями кипятка. Ничто так не говорит об опасности пожара, как условия для приготовления зелий. — А его легко приготовить? Я просто не могу представить, что можно создать что-то настолько сложное, как любовь, наблюдая за тем, как Пак Хеншик подлизывается к Пак Боен, как ты готовишь зелье от близорукости для Сокджина каждую неделю, крича из-за того, какие глупые выборы делают герои романтических дорам, — произносит Тэхен, поправляя фальшивые очки. Обидно, что такие люди, как он, вообще существуют. Люди, которые могут видеть без всякой помощи. Некоторые зелья проще, чем другие. От близорукости — одно из первых снадобий, которое сделал Юнги. Сокджин покупает четыре литра каждый квартал, выпивая каждое утро необходимое количество. Постоянно носить очки явно не для него, а контактные линзы заставляют его все время раздраженно моргать. — То, что результат сложен, еще не означает, что сложен сам процесс. Например, если ты хочешь человеческого ребенка, то ты можешь прямо сейчас пойти в ванную с любым человеком с маткой и сделать это примерно за десять минут. — Извини, но на это уйдет не менее пятнадцати минут. Мне нужно немного романтики. — Романтика? Что, розы и свечи? Или собаки и мемы из 2015 года? Или, например, длина волны и центростремительная сила? — спрашивает Юнги, пытаясь говорить в шутливой манере, а не в манере «я-делаю-заметки-на-всякий-случай». — Все вышеперечисленное. И жонглирование. Жонглирование — это оптимальная форма прелюдии, — отвечает Тэхен, и Юнги подавляет внезапное желание вступить в клуб жонглирования. — В любом случае, есть несколько условий для любовных зелий. Это почти как обратное плацебо, так как человек должен не знать о зелье. — Даже если человек только подозревает, действие любовного зелья исчезает? — Тэхен перестает чавкать. В Макдоналдсе тихо, если не считать еле слышно играющей рождественской музыки. В апреле. В помещении только они и скучающий работник, стоящий за кассой и играющий в игру, подозрительно похожую на Superstar BTS. (Юнги знает, что это такое, только из-за Намджуна, ясно? Он не скачал игру на свой телефон. Он не играет в нее на лекциях. Точно нет). — Да. Даже просто подозрение. Кроме того, существует ограничение по времени. Это проходит. У людей есть магическая иммунная система, так сказать, которая делает каждую дозу зелья, влияющего на чувства, менее эффективной, — продолжает объяснять Юнги, жестикулируя руками. — Но человек, который принял любовное зелье, не заболеет, верно? Не почувствует какие-то физические недомогания? — Нет. Некоторые любовные зелья имеют побочные эффекты, такие как бессонница или неспособность сосредоточиться. Но самое главное условие — человек не должен быть уже влюблен в кого-то. — Есть много более мелких нюансов, но Юнги решает, что этой сокращенной версии достаточно. Судя по широко раскрытым глазам, любопытство Тэхена все равно не удовлетворено. На его вязаном свитере виднеются несколько дырок во имя моды, и его пальцы играют с той, что находится рядом с локтем. — А ты пробовал раньше? Смутно Юнги вспоминается тот случай, когда Хосок пытался уговорить его прийти на одно из тех сомнительных сборищ фей. Как будто кто-то пытается связаться с природой путем употребления подозрительных веществ. Но нет, он просто говорит о магии, которой обучают того, кто не относится к магическому миру. Ничего такого, что заставило бы его бабушку ахнуть. — Нет, но на меня это все равно не подействует. — Потому что ты ведьма? Юнги не может поверить, что он собирается сказать это, окруженный запахом ожирения и диабета. С рождественской музыкой, играющей в апреле, в присутствии какого-то подростка, который никак не может пройти Love is Not Over. Перед кем-то, кто носит разные носки, потому что думает, что это мило, кто хочет унифицировать теорию струн, прежде чем умрет, кто выучил английский, чтобы иметь возможность учить своих маленьких кузенов, переезжающих в Америку. Да. Юнги может поверить, что он собирается сказать это. — Нет, потому что я уже влюблен. Тишина замирает над ними. Юнги не собирается надеяться. — Вау. Магия действительно могущественна. Но и я в безопасности от любовных зелий. У Юнги уходит мгновение. Ему нужно что-то, чтобы подавить надежду, расцветающую в его груди, ярко сияющую и сжимающую его сердце. Он видит то, чего нет на самом деле. Просто потому, что он хочет слишком многого. — О. Ты всегда на страже, да? С подозрением относишься к наигранным чувствам. Отлично. Надежда продолжает подниматься, подниматься. Она заполняет воздух неуловимо, но неотвратимо. Как по волшебству. — О, нет, хен. Не совсем. — Ты… — Нет! — Пауза. Ускорившееся сердцебиение. — Ну, вроде того. — Потому что я да. — Ох? — Ага. Надеюсь, все в порядке. И кажется, что в этот последний момент расстояние между ними сокращается на сотню километров, между ними не остается ничего, кроме магии, угрожающей сокрушить Юнги. А потом Тэхен улыбается и берет его за руку. Юнги привлекает это милое лицо, еще более милая улыбка и самый сладкий смех. И это непонятное и странное ощущение в его груди; похоже не столько на падение, сколько на полет. — Ты околдовал меня, — шепчет Тэхен немного романтично и очень глупо. И затем с шумом делает глоток МакФлурри. Там осталось не так много, так что по помещению разносит звук всасываемого воздуха. Тэхен с довольным видом не сдерживает отрыжку. — О боже, Тэ, я даже не колдун! Тэхен чуть улыбается. Юнги пытается сохранить невозмутимое выражение лица, но ему это не удается. Он улыбается в ответ. Тэхен переплетает их пальцы вместе, и сердце Юнги словно увеличивается в размерах и становится больше, чем когда-либо прежде. Как будто это теперь дом для чего-то волшебного.

***

— Подожди, так вот почему ты все время спрашивал о моей несуществующей девственности? Для зелья? О боже, я думал, ты ко мне клеился. — Кто клеится к кому-то, спрашивая, девственник ли он? — Я не знаю, хен! Ты? Ты всегда делаешь какие-то странные вещи. — Вот и нет. — Ты буквально дал той девчонке, которая все время лапала меня за задницу, зелье, которое превратило ее в лягушку. На три дня.