Дамочка в беде

Несмотря на все старания недовольных, жизнь потихоньку налаживалась. Большинство приняло смену руководства и новые правила, после чего начались совсем другие будни. Айрис даже не знала, что из этого было лучше: устанавливать новую власть или разгребать последствия этого. По крайней мере, пройти по коридору спокойно теперь для неё, кажется, было почти невыполнимой миссией. Обязательно находился кто-нибудь, кому что-то было срочно надо, причём настолько, что её и у двери туалета могли подкараулить. И было это не в последнюю очередь из-за упорно курсирующих по Союзу слухах об их с Франкенштейном романе и о том, что она на него может оказать какое-то влияние при принятии решений и вообще. Ага, вот прям щас! Однако эти прилипалы всё равно бегали за ней и пытались уговаривать, чтобы потом она помогла им уговаривать Франкенштейна. Совсем страх и разум потеряли! И с течением времени легче ну ничуть не становилось, только хуже. — Нет, ну, ты это видел?! Видел?! — возмущалась Айрис, которую по пути в кабинет ловко выудил из толпы страждущих и увёл с собой Франкенштейн. — Ну, это довольно увлекательно, — пожал плечами тот. Наверняка ведь снова ржал внутри, зараза! — Но я не хочу, чтобы за меня деды дрались! — А кто тогда за тебя должен драться? — не преминул вмешаться в их беседу Третий с невинной улыбочкой. — Да никто уже, — буркнула Айрис, надувшись, и плюхнулась на стул, сложив руки на груди. Оба белобрысых гада некоторое время смотрели на неё, прежде чем он успокаивающе проговорил: — Ладно тебе. Кофе будешь? Айрис помолчала. Подумала. — Буду. — Ну, тогда и мне нальёшь. — За шиворот тебе налью.

***

— Директор Ли! — Франкенштейн. — Мы пытались их остановить, босс, но они все настаивали, что им обязательно нужно поздравить тебя с Днём рождения, — только и развёл руками Тао, который шёл где-то в хвосте всей процессии, возглавляемой Рейзелом. Айрис не удержалась от фейспалма и мыслей о том, что этим молодым людям как-то слишком уж много позволяют. Например, прибыть в самое сердце Союза без малейших проволочек. Впрочем… «Не моё дело, не моё дело», — словно мантру, повторяла она, тактически отступая за спиной Франкенштейна в ближайший кабинет, однако была замечена излишне внимательными детишками. — Мисс Фокс! — Ого, вы тоже здесь! Хотя о чём же это я… вы же с директором Ли! На этом моменте Айрис поняла, что сваливать отсюда ей нужно на первой космической и желательно недельки на две, не меньше, иначе она рискует расстаться с последними остатками своего разума и, возможно, свободой. — А-а-а… я, конечно, очень рада вас видеть, но у меня, к сожалению, очень много дел! — нацепив улыбку, нашлась она. — Очень жаль, но есть ещё люди, которые не хотят вступать на путь исправления, и мне нужно пойти и убедить их. Счастливо оставаться! Выпейте там стаканчик лимонада и за меня, ребята! Разумеется, до большинства присутствующих быстро дошло, каким именно образом она собирается убеждать бунтовщиков сменить сторону. — Постой! Я… помогу тебе, — не захотел оставить Айрис наедине с работой Такео. Хотя и остаться праздновать вместе со всеми ему тоже хотелось, но и бросить ту, кого привык считать сестрой, снайпер не мог. — О… спасибо! Ты настоящий брат. Думаю, вместе мы справимся быстрее! — не стала отказываться она. С Такео наверняка будет веселее, да и приятно же, когда хоть кто-то в кои веки хочет разделить с тобой трудовую ношу, а не подкинуть ещё пару заданий. В общем, эта поездка Айрис прошла гораздо приятнее. И в то же время в её голове зародилась очень полезная мысль, которую она собиралась обдумать и при случае пустить в действие. На её счастье, любители внезапно прибыть к их возвращению уже отбыли. Такео тоже не стал задерживаться, и оставалось только отчитаться о проделанной работе, прежде чем сбежать наконец-то к себе и погрузиться в исследования до тех пор, пока кому-нибудь из белобрысых гадов что-нибудь не понадобится. В кабинет начальства Айрис заходила уже привычно, едва ли не с ноги распахнув дверь. Франкенштейн ожидаемо нашёлся внутри. Что было необычным — так это девица в красном облегающем платье с разрезом на боку, через который были видны её чулки на подвязках. Ещё более необычным оказалось то, что девица щеголяла своим разрезом и декольте, сев на стол перед Франкенштейном, который слишком очевидно скучал. — Вы такой сильный и красивый мужчина, — мурлыкала она, подаваясь вперёд. Гладила его по щеке. — Такой умный… и притягательный. Такой… — Может, вы тут сейчас по-быстрому пососётесь, я отчитаюсь, и потом вы уже потрахаетесь? — предложила Айрис, которой минут через пять надоело слушать, как здесь Франкенштейну поют дифирамбы изо всех сил и обещают неземные наслаждения. Девица сперва вздрогнула и обернулась, потом пронзительно взвизгнула и как-то очень уж неловко свалилась со стола, очевидно, метя на колени босса, но тот сдал назад на своём кресле на колёсиках, и она упала на пол. — Глава… — жалобно потянула соблазнительница, подняв на него полные слёз глаза. Поняв, что все её усилия были напрасны, она эти слёзы очень красиво пролила, снова не добилась результата и после этого уже сбежала, почему-то прикрывая грудь и попытавшись толкнуть Айрис. — Это что за блаженная? — поинтересовалась та, неопределённо махнув рукой в сторону двери. Франкенштейн пожал плечами. — По-твоему, я должен помнить абсолютно всех сотрудников? Хотя… эту теперь запомнил, — и недовольно цокнул языком. — Ты не могла раньше прийти, что ли? Полчаса времени из-за неё псу под хвост. — И чё ты тогда сидел? — не поняла ни претензий, ни мотивов босса Айрис. — Хотел посмотреть, что будет. — Ты думал, она тебе инновации предложит, что ли? — А ты предложишь? — усмехнулся тот, снова вернувшись к столу, чтобы подпереть рукой голову и посмотреть на помощницу. Та аж едва поперхнулась от такой наглости. — Давай-ка полегче на поворотах, мистер Ф. «Не хватало мне ещё новой порции этих идиотских слухов, блин! — одновременно с этим подумала Айрис. — И что теперь будут говорить? Что я ревнивая стерва? Или что унижаю соперниц? Н-да, руководство сменилось, политика сменилась, а дурдом как был, так и остался. ой, в жопу всё, я в лабораторию!»

***

Эта ночь началась для Айрис не с крепкого сна, а с того, что её срочно выдернули из лаборатории прямо посреди увлекательнейшего эксперимента, на который она убила полтора дня, не отходя от него ни на шаг. Причём выдернули в буквальном смысле — обхватили рукой за талию, подняли и понесли под мышкой к выходу. Доктор сначала взвизгнула от неожиданности, потом попробовала вырваться или притормозить своё уношение, схватившись за ближайший стол (безуспешно, а ведь тот был приколочен к полу! Ну, раньше был), и только после этого подняла голову, чтобы узнать личность столь дерзкого похитителя. — Мистер Ф, хоть крышкой дай их накрыть! — взвыла крайне недовольная таким обращением с собой и плодами своего труда Айрис. — Они же сдохнут! — Младшие научные сотрудники тебе на кой? — парировал Франкенштейн, не остановившись и на секунду. При этом он ловко лавировал между лабораторным оборудованием и мебелью, не давая своей живой и крайне деятельной ноше снова зацепиться за что-нибудь. — Да что эти растяпы поймут в моём личном проекте?! — не согласилась она, поймав дверной косяк. Тот смялся под тонкими пальцами, и половину двери теперь намертво заклинило, из-за чего раздался противный скрежет и писк системы оповещения. Франкенштейн ускорился, лавируя уже среди зазевавшихся ночных пташек-сотрудников, которые резво уступали ему дорогу. «Ещё и пялятся, ублюдки такие! Нет бы мне помочь!» — мысленно возмутилась разнесчастная доктор. Увы, владельцев белого коня и короны в этом месте не водилось даже до его создания, что уж говорить теперь? А вот придурков и сплетников было хоть отбавляй. Осознание этого удручало. Она даже почти опустила руки, прекратив попытки вырваться из стальной хватки. — Просто дай им указания. На то, чтобы прибрать и поставить вещи на место, навыков должно хватить. — А мой телефон!.. — снова попробовала притормозить (теперь уже словесно) дражайшее начальство Айрис, но означенный гаджет тут же был сунут прямо в её руки белобрысым гадом. Причём открытым на новостной странице. Спрашивать, каким образом у него получилось разблокировать технику, запароленную отпечатком пальцев, пожалуй, смысла не было. А вот почитать… — Они там совсем башкой все долбанулись?.. — прокомментировала новость Айрис, в то время как Франкенштейн уже поднимался по трапу личного самолёта. — Что говорят в КСА? И… может, всё-таки поставите меня уже? — Что это было сделано случайно, — процедил мужчина. Увы, выпустил он её только после того, как люк был задраен, и притом сразу усадил в кресло, надёжно пристегнув. — «Случайно»?! То есть они хотят сказать, что «случайно уронили» целых восемь авиабомб в жилом квартале грёбаного города?! И надеются, что мы в это поверим? — продолжила тем временем подкипать Айрис. Бросив взгляд в иллюминатор, окончательно осознала своё положение. Но не смирилась. — Так, стоп! Мы что, летим туда?! Прямо сейчас?! А мой чемодан?! Мистер Ф! — Я тоже без чемодана. — Да он тебе и не упал, у тебя там целый, блин, дом есть! А я… Боже, я всё ещё в лабораторном халате, и он весь реактивами уляпан! Это катастрофа! — Катастрофа — это то, что парой-тройкой километров ближе, и могла пострадать моя школа. Тао пришлось объявить внеплановый выходной, и Мастер… — Наверняка снова таскается где-нибудь с детьми, — буркнула Айрис, закрыв лицо ладонями и сгорбившись в позе великого страдания. — Вот им замечательно, а я тут лечу не пойми куда, не пойми зачем, ещё и в грязной прожжённой тряпке… Франкенштейн закатил глаза. — Я дам тебе другую одежду, — чуть более миролюбиво сказал он, но в ответ получил лишь новую порцию бурчаний: — Я не буду носить чужое ношеное бельё. Чьё бы оно ни было. — Хорошо, я куплю тебе другую одежду. Чистую. — Там, где я скажу. — Там, где ты скажешь. Айрис издала серию тяжких вздохов, после чего наконец подняла голову: — Что я должна сделать? Франкенштейн мрачно ухмыльнулся: — Возьми М-21 и разнеси их всех. За каждую бомбу. Они должны запомнить это надолго. — Исполню в лучшем виде, глава. Впрочем, это всё не помешало ей немного покапризничать при выборе новых нарядов, и только после этого отправиться на встречу. Оставалось только порадоваться тому, что им как верхушке Союза была доступна самая современная техника, и перелёт занял примерно втрое (даже чуть больше) меньше времени, чем если бы они воспользовались обычным пассажирским транспортом. Вздремнувшая в самолёте Айрис, теперь щеголявшая в новом платье, была бодра и весела, когда в пять вечера по местному времени переступила порог головного офиса КСА. Следом за ней вошёл М-21, отставая ровно на шаг. И было не очень понятно, зачем он здесь: в качестве её то ли проводника и охраны, то ли сдерживающего фактора. — Ах, какая жалость, что мы с вами сегодня здесь встретились, так неприятно вас всех видеть, — обманчиво спокойно и ласково начала доктор, окидывая взглядом собравшихся людей. Продолжила уже строже. — Вы расстроили главу, оторвали меня от важного эксперимента… это нехорошо. Это может плохо закончиться. — Мы приносим свои извинения. Это досадная случайность… мы уже занялись ликвидацией последствий. — О, неужели? — Айрис похлопала глазами, приложив к щеке ладонь. — Тогда почему глава выглядит так, словно он хочет, чтобы я занялась ликвидацией вашей конторы? В повисшей тишине слишком громким оказалось тихое ворчание одного из сотрудников: — Подумаешь… американцы вон у себя в болотах ядерную бомбу потеряли. И не одну. И ниче… Кто-то из находящихся ближе всего к несдержанному на язык мужчине без лишних затей закрыл ему рот рукой от греха подальше, нервно косясь на Айрис. Та лишь кивнула: — И в самом деле. А эти восемь бомб случайно потерялись в жилом квартале, и лишь чудом обошлось минимумом пострадавших, — после чего решила больше не сдерживать себя и выплеснуть на всех присутствующих свой гнев. — Да как вы, стадо одноклеточных, вообще умудрились просрать, мать их, бомбы?!

***

Когда они вернулись обратно на главную базу Союза после устроенной головомойки, их уже ждали. Собственно, ожидающими были бывший Третий Старейшина и коробки определённо какой-то нелепой ошибке зовущейся «важными документами» макулатуры, которые заносили в ставший их общим на троих кабинет сотрудники. И это ещё не считая горы писем во входящих! — Что за нафиг тут происходит? — только и спросила Айрис, глядя на слишком быстро увеличивающийся объём работы и подозревая страшное. — Годовой отчёт, — оправдал её страхи мужчина с премерзкой, на взгляд доктора, улыбочкой. — Европа и Африка дожидаются твоего внимания. «А можно вот прямо сейчас кто-нибудь взбунтуется, и я уеду их усмирять на недельку-другую?» — тоскливо подумала Айрис, но вслух выдала только краткое, но ёмкое и нецензурное слово да пошла сделать себе кофе. Нет, какие-то проблемы пару дней спустя всё-таки нашлись, но, к её великому сожалению, на разборки уехала совсем не она, а Франкенштейн, да так и застрял там. Ещё и второго белобрысого к себе позвал. Айрис сильно подозревала, что вот ни разу они там не делами занимаются, а просто скинули всю работу на неё, пока сами делают что-то вроде лежания на пляже с коктейлями. Ага, как раз, когда разнесчастная хрупкая и нежная она в этом клятом кабинете разве что корни не пустила! Потому когда спустя полторы недели на пороге кабинета показался обладатель знакомой копны белокурых кудрей, доктор растянулась на столе прямо поверх очередной пачки бумажек и простонала: — Ох ты ж мать его ети, мистер Ф, после всей этой трахомойки ты просто обязан на мне жениться!.. Не то, чтобы ей действительно это было нужно, но Франкенштейн определённо должен был понять, что им больше нельзя так делать! Ну, или как минимум — нельзя так делать без чрезвычайно щедрой для неё премии! — Я слышал слово «жениться»? — тем не менее, раздался совершенно другой голос. Негромкий, спокойный и размеренный, но, кажется, с лёгкой ноткой то ли любопытства, то ли иронии. Айрис подняла голову и замерла, широко распахнув глаза и, кажется, даже слегка побледнев. Из-за плеча дражайшего начальства выглядывал Рейзел собственной персоной. — Вам показалось! — одновременно заявили Франкенштейн и Айрис. — Очень жаль, — Ноблесс качнул головой. — Я осмотрюсь здесь. — Конечно, Мастер, — только и ответил белобрысый гад, проходя в кабинет с ослепительной улыбкой. Благородный же отчалил путешествовать по коридорам базы. Айрис только оставалось надеяться на то, что Франкенштейн пойдёт вылавливать его из какого-нибудь дальнего пыльного угла сам, а не её пошлёт. Пока же она просто снова упала лицом в документы и подумала: «У меня не жизнь, а сборник анекдотов! И главный анекдот вон сидит ржёт. Да за что же мне всё это?!» — А может, мне тебя старейшиной назначить? Оформить наши отношения официально, так сказать. — Ноблесс упаси!