Поп-айдол Хатаке Какаши

      Ещё четыре длительных тренировки чуть-ли не вывели Какаши из строя, поэтому Минато предложил отменить последнюю, чтобы дать парню отдохнуть. Особенно был против Наруто, но в итоге сдался. Только против отца у него никогда не было козырей.       Весь свой выходной Какаши валялся в постели, смотрел телевизор, сидел в Твиттере или других социальных сетях. За весь день юноша трижды заказывал еду на дом, но когда собрался вызывать курьера в четвёртый раз, решил всё же передумать. Не стоит прямо перед концертом наедать миллионы калорий, иначе Намикадзе прознает и заставит Хатаке бегать вокруг своего же дома кругов так десять.       Когда день наконец закончился, Какаши лёг спать раньше, чем обычно — в десять вечера или около того. Парень посчитал, что будет не очень красиво, если он свалится прямо на сцене из-за недосыпа. С этой мыслью закончился его отпуск перед трудным днём.

***

      Юноша резко подскакивает с кровати со словами «ну ещё пять минуточек», а когда до него дошло, что действие и сказанное слегка расходится, махнул на свою тупость рукой и побрёл на кухню, почёсывая шею.       Часы показывали одиннадцать утра. В три часа дня вся команда уже должна быть на месте, а в шесть ожидать начала концерта в гримёрке. Между этими двумя событиями расположена генеральная репетиция перед выступлением. Конечно, Какаши нервничал, поэтому прямо сейчас он пытался выпить воду из пустого стакана. — Ну твою мать, — выругался Хатаке, наливая воду в ёмкость и выпивая залпом.       Через полчаса парень уже был полностью готов. Осматривая своё отражение в зеркале шкафа, Какаши кивнул сам себе и открыл входную дверь, направляясь в светлое, как он думал, будущее.       Юноша решил добраться до места встречи, то есть метро, пешком. В подземке его уже должна ожидать вся команда и охранник в придачу. Так и оказалось. Даже Наруто уже был готов, он стоял спиной к Какаши и о чём-то беседовал с отцом.       Когда Какаши подошёл к компании, все, кроме Узумаки и Намикадзе, как по команде приветливо улыбнулись, заставляя Хатаке ответить им тем же. Окинув Наруто и и Минато обиженным взглядом, седовласый предложил выдвигаться, ибо все были уже в сборе.       Чуть позже ему представили личного охранника. Мужчина среднего возраста, его звали Ибики Морино. Какаши он показался внешне пугающим, а внутренне… Тоже жутким. Поэтому парень старался держаться от него как можно дальше — получалось плохо, ибо Ибики всё же был лично его охраной.       Стоя на платформе, отец и сын до сих пор о чём-то беседовали, Наруто часто повышал голос, но из-за шума подземного метро, сказанное им нельзя было чётко услышать. Лишь обрывки фраз доносились до ушей Какаши: «Я ещё могу…», «…случилось сейчас?», «…в порядке».       Остатки фраз поглотил только что прибывших поезд. Айдол невольно засмотрелся на развивающиеся от ветра светлые волосы Наруто и юношу вдруг настигло осознание: ему хотелось потрогать их. Из потока странных мыслей его вытянули не менее странные визги рядом. Ну, конечно, он ведь популярный поп-идол, так почему девочки-старшеклассницы должны спокойно проходить мимо и ни разу не полапать кумира? Ну в самом деле, как дети малые.       От компании фанаток Какаши защищал Морино, давая седовласому и остальным зайти в поезд. Почти все расселись по парочкам: Сай и Ино, Хината и Неджи, Цунаде и Джирайя, Рин и… Обито? «Какого чёрта этот паршивец делает здесь?!» — не понял Хатаке, уже собираясь натянуть кому-то моську на задницу, но сильная рука остановила юношу, удерживая в сидячем положении.       Наруто мягко улыбнулся идолу и плюхнулся на место рядом. Минато сидел через два сидения, но их разделял какой-то старичок, поэтому Намикадзе надел наушники и погрузился в мир музыки.       Концерт-зал «Рассвет» находился в другом конце Токио, поэтому поездка должна была занять около часа. Наруто, как и Минато, впихнул наушники, а Какаши открыл книгу на телефоне.       «Приди-приди Рай» — слишком уж невинное название для содержимого данного весьма специфичного чтива.       Наруто иногда переводил взгляд на Какаши, чтобы следить за его эмоциями, выраженным на лице. Но когда щёки парня слегка покраснели, Узумаки напрягся, пристально пытаясь вычитать хотя бы пару слов из текста, но тщетно. — Какаши? — позвал Наруто и прислонил тыльную сторону ладони к горящей щеке Хатаке, пытаясь понять что случилось.       Какаши резко вздрогнул всем телом и ещё сильнее покраснел, судорожно выключая и пряча телефон в карман. «Он тупой как все ножи в моём доме, так что точно не догадается», — решил юноша и наглым образом соврал, мол, любимая девушка главного героя умерла, поэтому он сам так проникся и чуть ли не пустил слезу. — Не думал, что ты такой эмоциональный на девчачьи романы про любовь, — фыркнул Узумаки, вновь включая музыку и закрывая глаза.       «Вот зараза», — Какаши буквально чувствовал, как его левый глаз истерически дёрнулся, но он вовремя взял себя в руки и вновь открыл любимую книгу, которую уже не раз читал. Всё же истории Джирайи прекрасны.       «Чувствую себя таким же извращенцем, как и тот, кто написал это. Но всё же, мне никогда не надоест перечитывать», — подумал Хатаке, закончив очередное прочтение книги, выпущенной уже три года назад. Он как-то странно ухмыльнулся, невольно привлекая внимание сидящего практически напротив Джирайи. Мужчина сразу понял эту улыбочку, поэтому ответил такой же, заставляя идола слегка покраснеть и отвести взгляд.       «Какаши точно понимает всю глубину моих книг!» — радовался он, так же мысленно восхваляя себя за то, что единственный знает о том, какой «Король японской поп-культуры» на самом деле извращенец.       Через двадцать минут поезд остановился на нужной станции. Компания поспешно вышла из вагона. Намикадзе, всё это время смотрящие в карту метро, указал путь в сторону экскаватора, поэтому молодые (и не очень) люди двинулись в указанном направлении.       У выхода их уже ждал автобус, ибо до здания ещё полчаса пути на наземном транспорте. «Ну что за морока?» — подумала Цунаде, принимая руку Джирайи и поднимаясь в салон трансфера по узкой лесенке.       И вновь Какаши оказался рядом со своим неугомонным тренером, который уже спорил с водителем. Ладно бы они стояли рядом, но Узумаки, находясь на последнем в ряду сидении, орал через весь салон о том, чтобы водитель закрыл форточку. На что мужчина так же громко отвечал, что она закрыта, а ветер исходит из кондиционера. Очередной ор, полный возмущения заставил Какаши надеть наушники и облокотиться о спинку кресла, ограждая себя от внешнего мира.

***

— Эй, малыш, — Хатаке нещадно трясли за плечо, от чего тот всё же проснулся. — Мы приехали. Пора выходить, даттебаё.       Какаши нехотя встал, осторожно подхватил лежащую в ногах сумку и направился к выходу. Спуститься ему демонстративно помог Наруто, вежливо подавая руку. Хатаке хотел отказаться, но его с силой схватили за ладонь и аккуратно провели вниз по лестнице.       Автобус остановился точно возле здания, чтобы компании не пришлось долго идти пешком. Минато рассчитался с водителем и направился в «Рассвет» первым, остальные потянулись за ним.       Внутри здания было очень многолюдно, несмотря на то, что концерт должен начаться почти через четыре часа. Многие уже заметили Какаши, поэтому под прикрытием Морино, айдол сбежал в гримёрку. Путь ему указал один из сотрудников, учтиво проведя до нужной комнаты.       Стоило Хатаке присесть, как к нему тут же подлетела Ино. Девушка разложила на столе перед парнем всё, что ей было нужно для сегодняшнего образа, и без лишних слов принялась за работу.       К слову, Яманака и вправду была лучшая в своём деле. Может, в обычной жизни она довольно разговорчивая и добрая, но как только дело касается её работы, то это совершенно другой человек.       Стоило ей начать что-то колдовать над волосами, как Какаши уже намеревался чихнуть. Может быть запах лака для волос и был приятным, но не когда его разбрызгивали на волосы со всех сторон в таком количестве. Поэтому пару раз чихнув и получив со стороны сухое: «Будь здоров», Хатаке уже потянулся рукой, чтобы потереть слезящиеся глаза, но в итоге получил только несильный подзатыльник. — Сейчас ведь размажешь всё, — недовольно сказала Яманака и протянула парню лежащую рядом салфетку.       Поблагодарив, Какаши взял её из рук девушки и аккуратно протёр глаза, а потом наконец-то заметил в отражении зеркала Минато позади себя, который с задумчивым видом сидел на кресле, подперев голову одной рукой. А также Сая, который ходил из одного угла гримёрки в другой и только ещё больше усугублял ситуацию. Все и так волновались, а тут он ещё. Хотя, возможно, в этом и заключалась вся его работа, а именно — наводить волнение.       Остальные же разошлись куда-то по зданию.       Через сорок минут Какаши был готов и его пригласили на сцену, дабы в последний раз отрепетировать выступление. Вся команда и несколько рабочих «Рассвета», включая его владельца, сидели в зале. Мужчина в специальной кабинке за сидениями настраивал свето-музыку и простое освещение.       Пару раз исполнив три намеченных на сегодня номера вместе с тремя ребятами из подтанцовки в пол силы, Хатаке уже хотел удалиться со сцены, намериваясь поваляться напоследок на диване в гримёрной, но жёсткий возглас: «Стоять!» заставил его повиноваться и медленно обернуться на источник звука.       Юноша встретился со взглядом недовольных голубых глаз и скрещенных на груди рук. Поза а-ля «ты меня разочаровал» в исполнении Наруто Узумаки, только бы и любоваться! — И что это было? — левая бровь тренера истерично вздёрнулась вверх, после сказанного, губы резко поджались. — Генеральная репетиция, — непонимающе ответил Какаши, уже развернувшись к блондину всем телом. — То, что ты сейчас делал, ты называешь «генеральной репетицией», на которую у нас отведено почти три часа?!       Какаши ошалело сглотнул, ровно как и все присутствующие, во все глаза уставившись на злого Наруто. — Ты своё лицо вообще видел, клоун? — Почему это я... клоун? — Да потому что тебе с такой рожей только в цирке и выступать! — Узумаки продолжал надругаться над лучшим идолом во всей Японии. — Наруто, может, будешь с ним помягче..? — аккуратно спросил Минато, прикасаясь к его плечу, всё это время сидя за сыном. — Нет! — резко отрезал блондин, даже не обернувшись. Парень пристально скользил по Какаши презрительным взглядом. — Он думает, что раз номер один, то уже и стараться не нужно! Так вот — ничего подобного! Заново!       Первая мелодия тихо заиграла вновь, а Хатаке осторожно взял микрофон с подставки. «Ну ладно, сам напросился! Только рот сильно не раскрывай, сенсей», — мысленно злорадствовал Какаши, представляя растерянное лицо тренера и его извинения за сказанное. Хатаке тихо запел, словно пробуя. Когда ему казалось, что все ноты звучат идеально, юноша начал свой танец. Его голос не дрогнул, даже когда спина вспотела. Он старался, очень старался! Но напряжённое и слегка безэмоциональное лицо Наруто расстраивало, но он быстро свыкся, уже подходя к концу первого номера. — Стоп! — резко воскликнул Узукмаки, вскакивая и показывая знак мужчине, отвечающего за звук и свет.       Музыка остановилась, а один из фонарей застыл на месте, освещая замершего от неожиданности айдола. — Какаши, ты забыл про лицо и эмоции. Да, движения идеальны, ровно как и голос, но чего-то живого в них нет. Эти эмоции я наблюдал всего на нескольких твоих выступлениях. Даже через экран замечал их. Но сейчас, — в затруднительной паузе блондин почесал светлую макушку, — сейчас ты как кукла. Ты не выражаешь никаких чувств, словно тобой управляют. На наших тренировках я считал, что ты справился с этой проблемой, но оказалось, что это не так. — Это так, но... — Хатаке замялся, ставя микрофон обратно на держатель и отступая на шаг назад. — Но, что?       Какаши замолчал, отводя взгляд в сторону. — Ладно, давай следующий номер, — ответил на тишину Наруто, махнув рукой диджею.       Но ничего не изменилось. Узумаки был по-прежнему недоволен, юноша старался изо всех сил, но не мог удовлетворить желаний тренера к проявлению эмоций. Ребята на подтанцовке почти выдохлись, но всё же держались изо всех сил. Что сказать? Профессионалы.       Какаши окончательно сдался, когда Наруто поднялся со своего места и вышел из зала, оставляя всех присутствующих в немом шоке. Хатаке с силой закусил губу и покинул сцену, направляясь в уборную.       Открывая кран, парень внимательно рассматривал себя в зеркало: привычные пепельные волосы, тёмные глаза, родинка под губой. Он попытался искренне улыбнуться, но вышел лишь фальшивый оскал идеальных зубов.       Переведя взгляд вниз, парень опустил руки под холодную струю и набрал немного жидкости, фиксируя её между сомкнутых ладоней. Вода коснулась его лица. Растерев щёки руками до покраснения, Какаши выдохнул, вытирая мокрые ладони о бумажное полотенце. Скомканное полотно было выброшено в мусорный бак, а айдол быстрым шагом направился к кулисам. «Я не стану тебе ничего доказывать, идиот. Я просто выступлю так, как обычно. Идеально, как и всегда». — Готов? — спросил Минато, надевая на Какаши микрофон, закрепляя с помощью ушей. — Наруто прав, но ему стоило выразиться не так жёстко. Ты прекрасен, так что сильно не парься из-за этого ладно?       Хатаке уверенно (или нет?) кивнул и мягко улыбнулся, подтверждая свою готовность. — Вот и отлично. Пошёл!       Первая мелодия была включена, а тьма скрыла появление поп-айдола на сцене.       И только Хатаке приготовился, как всё тут же прекратилось. Музыка резко прервалась, а в зале повисла тишина, через пару секунд нарушаемая негодующим перешёптыванием фанатов.       Посмотрев в сторону кулис и заметив недоумение в лицах организаторов, Какаши понял — всё идёт не по плану. Времени размышлять что к чему не было, поэтому быстро подбежав к растерянному Минато, Хатаке выпалил: — Найдите мне гитару. Срочно!       Блондин же не сразу его понял, о чём точно говорили его стеклянные глаза, сжавшиеся в замок руки и то, как нервно он прикусил нижнюю губу, но получше переварив слова парня у себя в голове, наконец-то грозно спросил: — Какаши, ты с ума сошёл? Где мы её тебе тут найдём? — Мало времени объяснять. Просто доверьтесь и дайте мне чёртову гитару, желательно сразу настроенную, — Хатаке и сам очень нервничал, о чём точно говорил его слегка подрагивающий голос. — И стул ещё нужен.       Намикадзе окинул седовласового странным взглядом, но всё-таки дал указания по срочному поиску инструмента и, повернувшись к скоплению людей за собой, попросил принести кого-нибудь стул.       Это всё не заняло много времени, как могло бы показаться, но негодующие фанаты, стоящие больше пары минут в темноте, уже вроде как собрались устроить бунт.       Свет на сцене наконец включился, а толпа смогла лицезреть Какаши, сидящего посреди огромной сцены на стуле и с гитарой в руках.       Зажав левой рукой первый аккорд ми минор (Em), юноша провёл пальцем по струнами. «И в самом деле настроенная, как и просил. Да и выглядит вполне приемлимо, хотя для сцены тихая, но для этого есть микрофон, как никак. Прорвёмся».       Сердца преданных фанатов вновь остановились, а нежный звук музыки, льющийся из инструмента, словно вытянул из транса. «Третий и второй, второй и два открытых... Чёрт, я даже ноты не помню, выражаюсь как малолетка! Стоит подтянуться на выходных».       Музыка, словно река, текла и переливалась, искрилась и замирала, обрушаясь новой волной наслаждения.

He deals the cards as a meditation Он сдаёт карты, словно медитирует,

And those he plays never suspect А те, с кем он играет, и не подозревают,

He doesn't play for the money he wins Что он играет не для выигрыша

He don't play for respect. И не из-за самолюбия.

      Какаши протянул первые строки песни. Мысль, что Джирайя убьёт его за исполнение чужой песни нервировала, но юноша быстро успокоился. Старика всегда можно задобрить: нужно попросту дать хорошую критику к новой книге, хотя других комментариев Какаши и не мог оставить. К сожалению, идол признал, что он полный извращенец в мечтах, а на деле даже обнять кого-то толком не в силах.

He deals the cards to find the answer Он играет, чтобы разгадать

The sacred geometry of chance Священную геометрию случайности,

The hidden law of a probable outcome Скрытый закон вероятности исхода,

The numbers lead a dance Но это — задача не из лёгких.

      Перейдя на бой восьмёркой, Какаши плавно затянул припев:

I know that the spades are the swords of a soldier Я знаю, что пики — это мечи солдат,

I know that the clubs are weapons of war Я знаю, что трефы — орудия войны,

I know that diamonds mean money for this art Я знаю, что бубны — это деньги на военные нужды,

But that's not the shape of my heart Но мне это не по душе.

      «Эх, саксофона не хватает» — решил для себя Хатаке, в последний раз ударяя по струнам, оставляя звонкий остаточный звук аккорда до мажор (C) в воздухе.       Зал разразился овациями и радостными воскликами, ровно как и всегда. Какаши всегда радовался таким моментам. Именно ради подобной секунды стоило стараться каждый день на изнурительных тренировках, репетировать слащавые песни Джирайи до срыва голоса и терпеть слои штукатурки на лице. «Ох чёрт, я смыл всю косметику, что так старательно наносила Ино. Ладно старый извращенец, но как быть с Яманака»?       Хатаке выдохнул, вставая со стула и после поклона перед аудиторией, широко улыбнулся. Совершенно не фальшиво, никакого оскала, ведь он... счастлив? — Наконец-то ты это сделал, малыш, — усмехнулся стоящий за кулисами Наруто, облокачиваясь о стол рядом.       После первого номера, был объявлен пятиминутный перерыв, чтобы Хатаке переоделся и перевёл дух. Два парня и девушка из подтанцовки развлекали публику не сложной программой, чтобы самим не запыхаться и суметь продолжить после. — Ну ты, конечно... — Минато просто не мог подобрать слова, чтобы выразить свои чувства, уже переполняющие его. — Ну ты знаешь. В общем, с оборудованием точно кто-то поработал совсем недавно, прямо перед началом, но сейчас всё исправно. Мы решим вопрос с теми, кто чуть не испортил твоё выступление.       В ответ Какаши лишь улыбнулся, быстро надевая другой костюм, в котором он должен будет выступить ещё два танца подряд. Будет сложно, но он обязательно справится. На то он и «Король поп-культуры Японии». Конечно, обидно, что кто-то так подставил его, но выкрутился, молодец. А кто, точнее чьи ребята поколдовали над техникой, юноша уже догадывался. — Понял наконец? — спросил только что подошедший Наруто, несильно хлопая Хатаке по плечу. — Да.       Узумаки расплылся в довольной широкой улыбке и направился на своё место возле стола. Оттуда прекрасно видно всё, что происходит за кулисами и в зале. — Какаши, твой выход, — оповестил Сай, всё это время наблюдавший за работой команды.       Хатаке кивнул и отставил пустую бутылку из под воды, направляясь обратно на сцену.       Следующие выступления прошли как в тумане: у Какаши и команды открылось уже неизвестно какое по счёту дыхание, а в глазах плыло. Но адреналин делал своё дело, поэтому команда справилась, оставляя в памяти фанатов первое выступление Хатаке Какаши без маски и, наверняка, лучшее в его карьере.       Конечно, многие догадались, что что-то пошло не так, ведь ютуб-каналов, посвящённых знаменитостям полно, а подобный косяк там все заметят, но не всегда выставят в плохом свете. Какаши заработал репутацию собранного в черезвычайных ситуациях человека, в особенности — на сцене.

***

— Предлагаю это отметить, — высказалась Цунаде, когда вся команда, включая подтанцовку, сидела в гримерной.       Все, кроме новых ребят, согласились. Наруто тоже не возражал, поэтому Какаши тоже невольно решил поучаствовать в пьянке, хотя изначально собирался отказаться. — Все в Ичираку-раме... — Нет!!! — в один голос взревели все присутсвующие, заставляя Узумаки захлопнуться про свой рамен.

***

— Кажется, я пьяна, — хихикала лежащая на коленях у Сая Ино. — Определённо, — подтвердил её догадки абсолютно трезвый брюнет.       Как ни странно, никто никогда не видел его пьяным, хотя многие не раз пытались споить его. Даже у Цунаде не вышло, поэтому ребята сдались. — Кажется, пора собир-р-раться. Это заведение скоро закр-р-рывается... — прорычал Неджи, глупо улыбаясь. — Д-да, — Хината была намного трезвее брата, но всё равно слегка заикалась. — Все дойдут до своих... домов по парам, ик. Но что делать с Наруто-куном и Минато-саном?       Часть компании, которая ещё была в сознании, перевела взгляд на валяющегося в отрубе под столом менеджера и Наруто, висящего на Какаши, который бесстыдно исследует тело айдола всеми своими конечностями, включая ноги и... — Компай, — Джирайя поднял бутылку на уровень глаз, смерил её испытывающим пьяным взглядом и выпил остатки саке. — Мудрая бутылка саке-е поведа-а-ала мне, что Какаши не против забра-а-ать этих двоих к себе на ночь.       После этих слов все как по команде Всевышнего, глас которого не доступен Какаши, поднялись и направились к выходу. Один только Неджи решил сжалиться над Хатаке, который даже ничего ответить не успел. Хьюга подхватил Минато на плечо и размашестой походкой направился к машине такси. — И снова я... — выдохнул Какаши, закидывая полусонного Наруто к себе на спину и следуя за Неджи.

***

      Через полчаса отец с сыном валялись на диване в квартире Хатаке. Время медленно ползло к четырём утра. Голова раскалывалась, но Какаши решил не уподобляться тем свиньям, что сейчас храпят в его гостиной и отправиться в душ. Так он и сделал, оставляя месть молодым людям жестокой штуке под названием «похмелье».

Продолжение следует...