Вино с банановым молоком

      *Около часа назад*       — Я же говорил — не бей по лицу!       Питер проглотил ругательство и осторожно коснулся щеки, которая в скором времени должна была опухнуть. Ещё удивительно, что Эрик Киллмонгер не выбил ему ни одного зуба.       — Прости, не удержался, — без какой-либо искренности в голосе, произнёс Киллмонгер, встряхивая правую руку, которой за последние пять минут с наслаждением нанёс Паркеру несколько ударов в живот.       Питер одарил его взглядом, в котором и без слов читалось — «серьёзно?», но вслух решил не препираться.       — Всё, семь ударов было, как и договаривались. Говори теперь имя.       Да, условием Киллмонгера было то, что он несколько раз врежет ему, Паркеру, прежде, чем скажет имя жениха Старка. Тут даже думать не надо было, чтобы понять, что он просто нашёл повод отомстить Питеру, он даже вывел его за спортзал, как раз на то место, где в прошлый раз у них была драка. Ну, как драка, по факту Паркер избил Киллмонгера, а теперь всё было наоборот.       Киллмонгер задумчиво посмотрел на свою руку, пальцы которой несколько раз сжал и разжал, словно задумавшись о том, врезать ли Паркеру ещё раз.       — Нет, — вдруг ответил он.       Питер тут же сжал руки в кулак. Ему стоило ожидать этого. В конце концов это был Эрик Киллмонгер, так что можно ли было ему верить, что за «небольшую плату» в виде избиения Паркера, он скажет ему, кто жених Тони Старка. Питер не то, чтобы злился на него в данный момент, он просто холодно раздумывал о том, что будет, если он снова изобьёт его.       — Эй, эй, успокойся, — усмехнувшись, произнёс Киллмонгер, заметив, как угрожающе сейчас выглядел Паркер. — Думал, под подавителями тебя вообще ничего не колышет, но видно это не распространяется на Старка.       Нет, ещё момент и Питер точно ему врежет.       — Я не скажу тебе имя просто потому, что ты меня очень раздражаешь, Паркер, — лицо Киллмонгера выглядело самодовольным, но в мыслях Питер обещал себе, что сейчас сотрёт эту ухмылку. — Но я тот, кто старается сдерживать обещания, так что успокойся, Паркер. Взамен я скажу тебе, где они сегодня ужинают.       Что?       Сначала Питер удивился, не поняв ход мыслей Киллмонгера. Неужели он просто хочет заставить Питера потаскаться по городу? Но почти тут же до него дошло — он хочет, чтобы Питер своими собственными глазами увидел то, как они — Тони и его жених — вместе выходят из ресторана, где они только что сидел друг на против друга и мило беседовали.       Питер невольно представил себе эту сцену, и живот, который и без того болел от ударов, снова скрутило.       Что ж, это действительно будет больно.       — Говори, — коротко скомандовал Питер.       Киллмонгер усмехался, специально затягивая с ответом.       — Они будут в ресторан ХХХ, поспеши, может, успеешь ещё до того момента, как они завершат ужин, чтобы пойти потрахаться.       Киллмонгер с особым наслаждением произнёс последнюю часть предложения, так как Паркер незамедлительно среагировал, бросив на него взгляд. Раньше бы этот взгляд был наполнен гневом и ненавистью, но сейчас он просто был тяжёлым. Раньше бы его глаза загорелись алым, но сейчас цвет карамели сгустился, став похожим на шоколад. Раньше бы он точно врезал ему, но сейчас его пальцы лишь сжались в кулак.       Нда, Питер Паркер стал совсем неинтересным.       — Иди к чёрту, Киллмонгер, — выплюнул Питер и, с трудом сдерживая желание согнуться в три погибли от боли в животе, направился прочь, подхватив свой рюкзак.       — Хорошего вечера, Паркер, — бросил ему на прощание Киллмонгер.       Питер, не оборачиваясь, показал ему фак и скрылся за углом спортзала.       Благодаря Google картам Питер узнал, что добираться до этого ресторана придётся почти час. Выругавшись, Питер направился к ближайшему метро, где потом с пересадками ехал до нужной ему станции, от которой пешком шёл больше двадцати минут. И только тогда, когда он взглянул на высоченное здание, в котором и располагался ресторан ХХХ, он вдруг подумал, какой же он дурак.       Зачем он приехал? Увидеть жениха Тони. А зачем ему это? На этот вопрос у него не было ответа. Ему просто нужно было.       Питер сделал несколько шагов к ярко сияющему входу здания, но вдруг остановился.       Нет, это всё же было глупо.       Он развернулся и направился в противоположном направлении.       Ну вот зачем он сюда приехал? Как он вообще себе это представлял? Тони со своим женихом выйдут из ресторана, а он как придурок будет прятаться за углом, пытаясь увидеть их лица? Или того хуже — он выйдет к ним? Что вообще даст ему знание того, кем является жених Старка?       Ругая себя за то, что он подался своему глупому минутному желанию, за которое расплатился избиением и потраченным в пустую временем, Питер бесцельно побродил по улицам, пока не зашёл в первый попавшийся магазин, чтобы немного согреться. Вышел он оттуда с пятью жестяными банками пива, две из которых он залпом выпил в узком переулке. От этого и того, что он давно ничего не ел, алкоголь быстро ударил ему в голову. Он не любил ощущать опьянение и в целом зарекнулся не пить снова после того, как на их с Уилсоном новоселье напился до состояния беспамятства. Но сейчас ему понравилось это чувство. И душевная, и физическая боль слегка отступили, и как не странно, в голове всё словно прояснилось.       Питер прислонился спиной к стене здания магазина. Ему было без разницы, что на вид она была очень грязной, ему было сейчас абсолютно на всё плевать. Он поднял глаза на узкую полоску тёмного неба, от чего его немножко закружило. Где-то гудели машины, застряв в пробке, мимо по улице проходили люди, спеша поскорее скрыться в домах от холода декабрьского вечера.       Было так хорошо, и в тоже время так плохо.       — Ну я и дурак, — с улыбкой выдохнул Питер.       Он хочет увидеть его.       Ему уже было абсолютно без разницы, кто тот альфа, которому посчастливиться провести с ним жизнь, было без разницы, почему Тони согласился на этот брак, и также без разницы, что он будет выглядеть как последний идиот, — он просто хотел увидеть Тони.       Питер оттолкнулся от стены, чуть пошатнувшись, и направился обратно к ресторану. Он почему-то был уверен, что они ещё должны были быть там, хотя он даже не знал, когда у них была назначена встреча и как долго они могут быть там. Он просто решил для себя, что они обязаны быть.       Сначала Питер хотел подождать у входа в здание, но стоило ему сделать несколько шагов в его направлении, как он словил на себе косой взгляд охраны, а так как он сейчас был немного не в трезвом состоянии, то решил не испытывать судьбу и отошёл к парковке, максимально стараясь делать вид, что он не подозрителен.       К счастью, расхаживать из стороны в сторону, ему пришлось не долго, потому что всего через десять минут, из здания вышел Тони Старк. У Питера невольно перехватило дыхание, когда он увидел его. Омега выглядел чуть более раздражённым и уставшим, нежели днём, и это не смогло не забеспокоить вялого из-за подавителей внутреннего альфу Питера. Но он ничего не сделал. Он просто как баран стоял, не имея возможности и желания оторвать взгляд от Тони. До него даже не сразу дошло, что рядом со Старком шёл ещё один мужчина. Питер чётко ощутил ревность лишь при виде фигуры этого альфы, чьего лица он не мог разглядеть теперь из-за машин, и эта мысль ужаснула его, ведь он не должен был что-то чувствовать.       И всё же он подумает об этом после.       Не задумываясь о своих действиях, Питер покинул свою точку, и двинулся следом за Тони и альфой — чужим альфой. В груди бушевали эмоции, кажется, подавители не могли больше справится с ними. Питер тяжело дышал, еле сдерживая шаг, чтобы не перейти на бег.       Ему нужно увидеть. Он хочет увидеть его. Ему уже было абсолютно плевать, что за альфа был рядом с ним, он просто хочет увидеть Тони Старка, он просто хочет быть рядом с ним.       Нет. Нет!       Питер замер на месте, тяжело дыша полной грудью, словно только что пробежал марафон. Нет, он не должен… он не может так поступать. Тони не хотел быть с ним, иначе зачем ему тогда было соглашаться на этот брак? Питер создал ему проблемы, и сейчас продолжает создавать. Он не должен появляться перед ним, не должен видеться с ним.       Он выглядит так плохо, почему мы не можем его пожалеть?       Заткнись.       Мы можем помочь ему, можем успокоить его.       Заткнись, ему это не нужно.       Почему нельзя, ведь мы его…       Заткнись!       Питер со всей силы зарядил себе по лицу ладонью. Его и без того опухшая щека, заныла ещё сильнее, но Питер даже не успел подумать о боли, ведь в следующее мгновение его взгляд встретился с тёмными глубокими глазами, изумлённо смотрящими на него.       — Питер?

***

      Для Тони увидеть Питера было такой неожиданностью, что даже, пусть он и сам позвал его, он не сразу осознал, что произнёс. Т’Чалла был удивлён не меньше его, он тут же резко обернулся, и на мгновение между ними троими повисла гробовая тишина.       — Привет.       Первым нарушил её Питер, почему-то испуганно бегая взглядом от Тони на Т’Чаллу и обратно. Он выглядел так, будто не ожидал, что его заметят и теперь не знал, что ему делать.       — Что с твоим лицом? — вместо приветствия спросил его Тони. Сердце Старка болезненно защемило, когда он увидел покрасневшую и опухшую щёку Паркера, которая, кажется, уже немного посинела.       — Я… — Питер непроизвольно дёрнул рукой, словно хотел прикрыть наливающейся кровью синяк, но его взгляд вдруг метнулся к Т’Чалле, и он отдёрнул руку, уставившись на него, словно только сейчас понял, кто это.       Они так и стояли, смотря друг на друга, словно пытались прочитать мысли по лицу. Тони же, не обращая внимание на их гляделки, поджал губы и зло захлопнул дверцу машины. Его внутренний омега кричал, требуя броситься к Паркеру в объятия, а желательно схватить и, запихнув в машину, увезти к себе домой, где он заставит его бросить эту глупую затею с подавителями и будет много-много обнимать, наслаждаясь его запахом, пока у него не начнётся…       Тони прикусил себе язык, словно боль могла заткнуть его внутренние мысли.       — Какого чёрта, Паркер?       Нет, это не то, совсем не то, что он хотел сказать.       — Ты опять подрался с этим ублюдком?!       Тони было глубоко наплевать, что «этот ублюдок» был двоюродным братом Т’Чаллы, который всё ещё был здесь. Он не мог поверить, что после того, что ему пришлось сделать, Паркер опять устроил драку с Киллмонгером, а в том, что это был именно он, Тони совсем не сомневался, не смотря на то, что Питер молчал, теперь уставившись на него.       Взгляд Питера было сложно понять. Он казался удивлённым, ошарашенным и в то же время как-будто… как-будто завороженным. Этот взгляд неожиданно напомнил Тони об их первой встрече. Паркер также завороженно смотрел на него, говоря «ты красив, как ангел».       «Блять, он ещё и пьян», — осознание этого Тони разозлило ещё больше. Неужели он просто не может нормально жить, не влезая в проблемы? Зачем он вообще сюда пришёл?       Чтобы увидеть нас.       Нет. Нет, это не могло быть так. Хотя, зачем же ещё?       От этой мысли сердце Тони болезненно сжалось, от радостного и в тоже время грустного чувства.       — Я… я не дрался с ним, — вдруг ответил Питер и внезапно икнул, что выглядело немного глупо.       Будь всё иначе, Тони бы по-доброму посмеялся с этого, подумав о том, как мило и глупо выглядит сейчас Паркер, не смотря на синяк на щеке. Но сейчас всё было совсем не иначе, и его выражение лица стало суровее.       Он должен оттолкнуть его от себя, должен сделать ему достаточно больно, чтобы он… чтобы он больше не…       — Без разницы, — бросил он, снова открывая дверцу кабриолета.       Краям глаза он заметил, как Питер дёрнулся от этих слов. Так и должно быть, так и нужно. В скором времени Паркеру будет всё равно, и хотелось бы верить, что и ему самому тоже.       — Т’Чалла, садись.       Этого приглашения не ожидал никто. Руки Питера сжались в кулак, но явно не для того, чтобы драться, а чтобы сдержать себя, но испепеляющий взгляд, который он бросил на другого альфу, он сдержать не смог.       Т’Чалла, который всё это время молчал, оставаясь сторонним наблюдателям, тоже удивился и бросил вопросительный взгляд на Тони, но тот проигнорировал его, смотря в одну точку и явно ожидая, когда он сядет в машину. Поэтому Т’Чалла снова перевёл взгляд на Паркера. Сейчас получалось так, что он решал, как всё будет дальше. Он либо выставит Старка не в лучшем свете, сказав, что его машина стоит на подземной парковке и вместе ехать они никуда не планировали, либо сядет в машину Старка и тем самым даст повод Паркеру составить ложно представление об их взаимоотношениях.       Губы Т’Чаллы растянулись в любезной улыбке.       — Было приятно с тобой познакомиться, Питер Паркер, — произнёс он и, неспешным шагом обойдя машину, сел на переднее пассажирское сидение.       Тони сам не заметил, как облегчённо выдохнул. Откровенно говоря он немного сомневался, что Пансэр поддержит его игру после того, что сегодня между ними произошло. Но вот Пансэр сидел в его машине, а Питер Паркер стоял перед ним. По его лицу было сложно понять, о чём он думает, он просто стоял и долго смотрел прямо в глаза Старка.       — Прости, видно я мешаю, — вдруг с виноватой улыбкой произнёс он и отступил на несколько шагов в сторону, освобождая пространство для того, чтобы машина могла выехать.       Тони ничего не сказал. Он молча поджал губы и, сев в машину, завёл её. Мгновение и красный кабриолет выехал со стоянки, оставив позади Питера Паркера.       — Прости, — внезапно произнёс Тони, когда они уже проехали несколько километров.       Т’Чалла изумлённо скосил взгляд на него, совсем не ожидая, что ему когда-то придётся услышать искренние извинения из уст Тони Старка.       — Можешь дать мне ключи, и я потом пригоню твою машину к тебе, — продолжил Тони, в упор смотря на дорогу.       Его мрачное лицо переодически освещали фонари, мимо которых они проезжали, или фары других машин, и от этого света оно казалось ещё более мрачным и отстранённым. И хоть он держал руль одной рукой, а другой подпёр щёку, от чего его поза выглядела непринуждённой, Т’Чалла всё равно отчётливо ощущал, как Старк напряжен всем телом.       Если честно, сегодня он впервые увидел Питера Паркера, хоть и слышал о нём уже довольно много, и… он был разочарован. Видя перед собой хоть и уставшего и напряжённого, но всё же красивого и своевольного Тони Старка, он не мог понять, почему он так страдает из-за такого бесхребетного и ничем не привлекательного Питера Паркера.       Может, Старк сам понимал это и поэтому не хотел, чтобы он становился его любовником?       — В этом нет нужды, мне есть кого отправить за ней, — после недолго молчание ответил Т’Чалла.       Тони не стал настаивать, а Т’Чалле больше нечего было сказать, поэтому они некоторое время просто молча ехали и, как казалось Пансэру, совсем без цели, пока на одном из светофоров Тони вдруг не обернулся к нему, спросив:       — Не хочешь выпить?       Т’Чалла ответил не сразу. Сегодня он не собирался затягивать встречу со Старком, так как завтра им обоим нужно было на учёбу, к тому же он был не из тех, кто любил ложиться спать поздно ночью, и хоть сейчас был всего девятый час, он очень сомневался, что, если их встреча продлиться, они закончат до двенадцати.       И всё же…       — Только если поедем к тебе, — с улыбкой ответил он, в очередной раз попытавшись применить к Старку лёгкий флирт.       Тот кивнул, полностью проигнорировав эту попытку.       — Я так и планировал.       Где-то через три часа они оба пьяные горячо целовались, стягивая друг с друга одежду. Это не было возбуждением, это не было обоюдным влечением, это выглядело словно попытка что-то доказать самому себе и кому-то ещё, кто не мог этого видеть.       И им обоим хотелось, чтобы так и было.