Маффин с красным носом

Намджун может чувствовать жар тел альф на своей медовой коже, когда он открывает сонные глаза в шею Чимина. Он тихо мычит, пытаясь немного отодвинуться от старших, которые слишком сильно зажали его в собственнических целях между собой. Джуни недовольно хмурится, понимая, что это невозможно и вздыхает, полностью просыпаясь и отгоняя дымку навязчивого и тёплого сна. Рука Тэхёна расположена на округлившемся животике омеги, что дарит бабочек в душе Муни, который обожает когда его мужья это делают. Поясницу слегка тянет, но прижимающийся к спине Тэхён это вполне компенсирует, а рука Чимина удобно расположилась под шеей Намджуна. Омега счастливо улыбается, даже если ему неудобно лежать и дышать трудно, но всё в порядке в любом случае — его окутывают два любимых запаха. Намджун устраивается поудобнее на руке самого старшего альфы, зная, что у того наверняка онемела конечность, но не то, чтобы омегу это волновало. Чимин сам виноват, что предоставляет свои руки как подушки для своих мужей. Губы Тэхёна щекочут шрам на шее Джуна, посылая мурашки по всему организму, но, тем не менее, создавая комфорт. Дыхание двух спящих мужей действуют как колыбельные, утягивая с собой в соблазнительный омут снов, но. Намджун сам бы не против поспать ещё немножко, особенно когда он знает, что сейчас только восемь часов холодного осеннего утра и выходной, но дети внутри его животика явно против. Это вина Чимина и Тэхёна — сто процентов, так что, думает Намджун, закатив глаза, и они будут страдать вместе с ним. Омега вздыхает и без тени сожаления начинает выбираться из крепких рук альф, совершенно не беспокоясь, что разбудит старших. Намджун кряхтит, упираясь руками на Чимина, что хмурится, просыпаясь, и возмущается, что дети внутри него делают его совершенно неповоротливым. Тэхён сзади тоже просыпается под копошением омеги, сонно мыча и крепче сжимая Джуна за талию (от которой ничего не осталось). — Детка, куда ты собрался так рано? - зевает младший альфа, стараясь утащить малыша обратно в свои объятия. — Ваши дети не хотят спать, - пыхтит Намджун от того, что не может слишком сильно сопротивляться Тэхёну в силу своей беременности. — Только полдевятого, - говорит Чимин хриплым голосом, проводя рукой по лицу, а другой поворачивая экран будильника к себе, - почему бы ещё не поспать, солнце? — Не хочу, - дуется омега, лицо которого начинает краснеть от усилий, - отпусти, Тэтэ, я хочу в туалет! Тэхён недовольно стонет, отпуская Намджуна из объятий и это ему не нравится. Он собирался выспаться в свой единственный с Чимином выходной, но садясь на кровать, альфа знает, что спать в этом доме никто больше не собирается: без омеги это невозможно. Чимин следует примеру младшего и тоже садится, опуская на пол ступни, ощущая всё недовольство этого мира и пытаясь, видимо, стереть с лица сон ладонями, учитывая, как усердно он трёт глаза и опухшие щеки. Альфы провожают Намджуна взглядами, смотря, чтобы неповоротливый муж добрался до дверей в целости и сохранности, лишь потом продолжая вставать с постели нехотя. — Восемь ебаных утра, - хрипит Тэхён, сползая с кровати и задевая ногой бедро Чимина, - спасибо хоть не три часа утра. — Ты это, - зевает Чимин, - не каркай, а то ещё будет. Тэхён слегка смеётся с мужем на пару и поднимает с пола свои штаны, натягивая поверх боксёров. Он хрустит шеей, подбирая штаны Чимина, чтобы кинуть альфе и выходит из спальни. Пак следует его примеру, только накидывает на голый торс футболку, хватая телефон с тумбочки. Он проводит по волосам рукой, смотря на себя в зеркальные дверцы шкафа и улыбается, когда Намджун выходит из ванной комнаты. Тот пытается застегнуть пуговицы на рубашке Чимина, что накинул на себя, но это плохо получается. — Помочь, детка? - хмыкает Пак, подходя к омеге и быстро продевая пуговицы в дырочки. — Зачем спрашивать, - дует губы Намджун, слегка смущённый, - если всё равно собираешься сделать? Спасибо, - бубнит он, привставая на носочки, чтобы оставить сухой, но тёплый поцелуй на щеке своего мужа. — Не за что, солнышко, - хлопает по заднице, что никак не спрятана под трусиками-шортиками и рубашкой, Чимин, - твоя благодарность того стоила. — Эй, - возмущается Джуни, но альфа уже выходит из спальни, ухмыляясь. Омега может только пыхтеть с красными щеками, оставаясь, чтобы решить для себя, что надевать штаны слишком муторно для него. Тем более, Намджун слегка хихикает, выходя, малыш знает как его мужья одержимы каждым открытым участком его кожи. Он подтягивает трусики пастельного цвета немного выше, его бёдра и задница слегка набрались небольшого слоя жира с беременностью, и шагает на кухню. Сейчас кожа омеги покрыта метками альф, и Тэхён, и Чимин обожают смотреть на них, что ещё больше поднимает настроение Намджуну, зная, что он любим. На кухне мужья уже удобно расположились: Тэхён совершенно спокойно готовит кофе в фиолетовой кофеварке (она такая милая, мы обязаны её купить, альфы!), сосредоточив всё своё внимание на этом занятии, а Чимин уселся на высоком барном стуле, чтобы со скучающим лицом листать электронный ящик на телефоне. Самоуверенность Намджуна слегка падает, когда он видит своих сексуальных с утра альф, но всё равно заходит в просторную комнату. — Как ты, малыш? Не тошнит? - интересуется Тэхён, обращая наконец внимание на младшего, глаза с голодом смотрят на полуголое тело Джуни, заставляя того слегка покрыться румянцем от пристального внимания, - дети тебе не мешают? — Неа, - честно отвечает омега, подходя к холодильнику, чтобы открыть морозильное отделение внизу, - всё хорошо. Но мы хотим мороженое. — С утра? Это что-то новенькое, - говорит Чимин, отрывая глаза от экрана, чтобы посмотреть на изящную и пухлую задницу Намджуна, что так красиво нагнулся перед ним, - мне не очень нравится эта идея, - он прокашливается, - может сначала поешь нормальную еду? Намджун достаёт клубничное мороженое, ощущая глаза на своей заднице и, может быть, немного влажности от такого внимания. Он кусает губу, поворачиваясь. — А что? Я действительно набрал вес? - спрашивает омега, хлопая холодильником, - мне стоит похудеть? — Намджун, не пори бред с утра, - поднимает бровь Тэхён, наконец отрывая глаза от аппетитных форм мужа, чтобы вернуться к кофе и Намджун затыкается ибо знает, что когда его называют полным именем — у него будут неприятности. Возможно, тема лишнего веса беспокоила омегу — Джуни никогда не был стройным, всегда имея небольшой животик и слишком широкие (по его меркам) бёдра, но альфам так даже больше нравилось. Тэхён и Чимин всегда старались дарить мужу столько любви, чтобы Намджун чувствовал себя комфортно со своим весом, но с беременностью он немного набрал, что затронуло его неуверенность перед альфами. Зачем таким горячим мужчинам, которые посещают тренажерные залы пять раз в неделю, в силу своей работы, кто-то, у кого нет даже просвета между ногами? Но когда Намджун пытался сесть на диету — это закончилось весьма плачевно, в частности его битой задницей и слезными извинениями перед альфами, что он будет есть. Этот опыт омега предпочёл бы не повторять, хотя секс тогда был довольно горячим. Но иметь дело со злыми альфами ему не нравится (кому он врёт). Тэхён и Чимин были против голодовок и любых диет. Намджун правда не понимает почему, но альфы боготворят его формы, так что всё в порядке. Иногда, правда, мысли о своём лишнем весе проскакивают, но старшие заставляют о них забыть. Итак, можно понять, что эта деликатная тема — табу в их огромном доме. И Намджун не совсем понимает как сильно альфы обожают его формы, особенно сейчас, когда он набрал вес. Тэхён и Чимин буквально готовы его съесть. И им нравится абсолютно каждая часть их омеги. Поэтому Намджун решает больше не продолжать, особенно когда Чимин наградил его нечитаемым взглядом. Вместо этого омега занимает свой рот мороженным. (Их утро заканчивается опёршимся на барную стойку Намджуном, мороженным вокруг его дырочки и двумя узлами внутри. Очень даже хорошее начало дня.) *** — Как это у вас нет кроватки для тройняшек? - спрашивает Тэхён, смотря на бедного продавца-консультанта. — М-мне жаль, с-сэр, но мы можем сделать на заказ, - поднимает руки в защитном жесте молодой парнишка, испуганно смотря на альфу. — Ну так покажи нам варианты, - говорит Чимин и не обращает внимание на омегу, что толкает его в бок за грубое отношение к консультанту, - пожалуйста. — Да, конечно, один момент! - говорит парень-бета и убегает с поручением, хотя такое ощущение, что от семьи Пак-Ким. — Вы его напугали, - говорит Намджун, смотря в глубь магазина. — А что, он тебе понравился? - спрашивает Тэхён со смешком, но омега может чувствовать намёк на ревность. — Не говори ерунды, - закатывает глаза Джун, вздрагивая от руки на своей пояснице, - я бы хотел кроватку в таком стиле, - переводит он тему, показывая на шикарную дорогую вещь. Вам нравится? — Всё, что пожелаешь, Муни, - хмыкает Чимин, подходя к кроватке, чтобы проверить материал. — Ну, вам же тоже должно нравится, - настаивает мальчик, - тем более, что у меня нет вкуса. — Вкус здесь ни при чем, детка, - легко говорит Тэхён, улыбаясь, - выбирай всё, что тебе нравится. Мы всё равно в детских вещах не разбираемся. — Вообще-то, это и мои первые дети, - напоминание Намджун, трогая ткань пелёнок на дне кроватки. — Да, но мы не разбираемся в милых вещах, - пожимает плечами Чимин, - может, тебе стоило взять Хосока с Сокджином с собой. — Вы отцы тройняшек, так что, - Джуни поднимает указательный палец вверх, - тоже будете в этом участвовать. И вы не будете отлынивать. — Поняли, - отвечают альфы в унисон и улыбаются, когда омега удовлетворённо дует грудь. Их Джуни такой малыш.