Вероятно, вы меня даже знаете...

«Мы одна семья и должны страдать вместе.» — Удивительный мир Гамбола Гамбол Уоттерсон

— Ты тоже знаешь русский язык? — спрашивает меня Лаванда уже на английском. — Я учу языки с детства. Могу свободно говорить на пяти, включая английский, — Ни капли не смутившись, немного вру я. — Меня больше интересует откуда и вы знаете русский? — Мой отец готовил меня к Колдовстворцу*, — пожала плечами Лаванда, — Там в ходу три языка, пришлось учить. — А я просто люблю читать книги в оригинале, — с энтузиазмом начала Гермиона, но Лаванда её перебила. — Гермиона, не начинай, а. Я всю свою жизнь только и слышу это из уст родителей. Что литературу нужно читать в оригинале. И что переводы — это абсолютная порча прекрасного и бла-бла-бла. На последнем «бла» Лаванда скривила лицо, приоткрыла рот и сделала жест двумя пальцами, словно её сейчас стошнит. Мы с Гермионой хихикнули. Через несколько минут прозвучал сигнал, который обозначал что через 15 минут начнётся занятие.

***

Итак. То, к чему я готовилась всю неделю, если не всё лето, наконец наступило. Первый сдвоенный урок зельеварения. Ура, мать твою. Я уже давно готова отвечать на все возможные вопросы учителя, но не уверена, что он будет задавать вопросы только по учебнику. Основной вопрос у меня сейчас только в том, насколько компетентен и адекватен этот учитель. Но я на всякий случай готова. Больше всего я паникую, что этот дядечка не станет действовать ни по одному моему плану. Если он на самом деле такой, как его описывают миллионы фанаток, то… у меня есть несколько сценариев на этот путь. Хотя я очень не хочу. Не то чтобы мне не нравился этот персонаж, в любом его амплуа, даже самом злодейском. Просто все мои другие сценарии, в отличии от тех, которые имеют всего несколько вариантов действий, - уже проверены временем, событиями, людьми, разными характерами и имеют несколько вариантов развития, которые я могу вспомнить и воспроизвести. Вопрос, который, кажется, может разорвать мои внутренности или просто превратить их в кашу — «А что если он не станет идти ни по одному из моих сценариев?» С содроганием жду начала урока. Нервоз на моём лице очень заметен. Гермиона успокаивающе хлопает меня по плечу и шёпотом говорит, что если что - она меня выручит. А потом строго добавляет: «Но подсказывать я не буду, ты ведь должна сама доходить до этого». Лаванда закатывает глаза, Рон вторит ей, Невилл улыбается, он уже привык к этому, Симус в предвкушении потирает руки. Ну, или от нервов просто вытирает вспотевшие ладони. А вот и слизеринцы. Замечаю главных злодеев, они тоже замечают меня. Девочки холодно улыбаются и отворачиваются от меня, словно я предала их надежды. Мальчики искоса бросают взгляды. Они не такие гордые и им интересно посмотреть поближе на то, как выглядит тот самый герой магического британского сообщества, даже если они не верят в его героичность. Ну, как какая-то девчонка вообще может стать героем, а? Это же бред, верно? А девочки… а вот не знаю. Просто так. Гриффиндорка, героиня, зазвездившаяся, зазнавшаяся и всё такое прочее. Приветственно киваю головой, встретившись взглядом с Малфоем. Люди рядом с ним чуть опешив, (видимо решили, что я поздоровалась именно с ними. Просто они стоят достаточно далеко от меня и достаточно близко к Малфою, чтобы не увидеть точную траекторию моего взгляда) кивают мне в ответ. Малфой в свою очередь холодно приподнимает уголок губ, словно в усмешке и тоже кивает в знак приветствия, а после возвращается к разговору с девочкой, которую он представил в поезде как Панси. Я уже смирилась с тем, что некий белокурый злодей не такой как представлялся мне, но всё ещё не могу понять - почему. Я, кстати говоря, за эту неделю успела смириться со многими несоответствиями. Я успокаиваю себя тем, что я много не помню, а ещё тем, что в оригинальных книгах о приключениях одного мальчика, не было акцентов на определённых личностей. Таких, как например, некоторые преподаватели, студенты и другие бытовые ситуации. А мне приходится проживать всё это полностью, каждую секунду, а не пресловутые «прошло семь лет». Эта продуктивная неделя помимо моего смирения принесла мне много информации о быте и «приличиях» магического британского общества и я пришла к выводу, что этот, так называемый, этикет не сильно отличается от простой вежливости. За исключением некоторых особенных ситуаций, в которые я, как несовершеннолетняя, не попаду ещё несколько лет. А вот и учитель. Ну, я примерно так его и представляла. Нечего описывать если честно. Всё как и везде. Всё как и во всех прочитанных вами работах. Чёрные волосы, чуть засаленные, большой нос, тонкие губы, чёрные глаза, чуть нарушена осанка, но тут скорее из-за его роста. Хотя скорее это больше похоже на нечто психологическое. Потому, что когда мы вошли в класс, расселись по своим местам, достали необходимые принадлежности и провели перекличку, (да-да, «наша новая знаменитость» тоже была, и я неуловимо расслабила свои булки, которые казалось способны были перекусить гвоздь, ровно до этого момента), а потом господин учитель встал на своё место, тем самым впечатляющим жестом из фильма запахнул свою мантию, сложив руки на груди и идеально выпрямился. Если присмотреться, эта его осанка не доставляет ему неудобств. Можно сказать, что сгорбившись он только ходит и это больше привычка. Потому что через несколько минут после начала урока и его знаменитой речи, он не выказал дискомфорта. Да, можно сказать, что всё потому что он стойкий и всё такое, как никак шпиЁн. Но, как человек с физиологическими проблемами с осанкой могу сказать, что целенаправленно выпрямляя спину и держа её в таком состоянии намеренно, через некоторое время спина начинает болеть. И ты неосознанно стараешься что-то с этим сделать. Дернуть плечом, сгорбиться снова, помахать рукой, слегка повернуть корпус тела и т.д. Но когда осанка — это твоя вторая привычка и у тебя нет никаких проблем со спиной, тебе не нужно одёргивать себя каждый раз. И все вот эти мелкие движения не имеют для твоего организма никакого значения. А поэтому Северус Снейп либо — прекрасный шпиЁн, (в чем я, конечно, не сомневаюсь, но… почему-то я не уверена__). Либо — его осанка просто завязана именно на голову, а не на спину. Надо будет понаблюдать. Ээ? Что я только что решила? Понаблюдать? За осанкой и психологическими проблемами этого взрослого и самодостаточного человека? Я? Одиннадцатилетка? Здрасте, приехали. Делать мне больше нечего, ага. Я просто малолетний волшебник, который усиленно слушает учителя. Что он там вообще говорит-то, а? — Мисс Поттер, — окликивает меня профессор, я встаю. Северус не удивляется, как об этом часто пишут в фанфиках. А знаете почему? Потому что встать, когда учитель назвал твою фамилию — правильно. — Да, сэр. — Вы знаете всё о чем я сейчас рассказываю? — Нет, сэр. — Почему вы позволяете себе отвлечься, когда я рассказываю о такой важной вещи как «возможность сохранить свою собственную никчемную жизнь на уроках Зельеварения»? Может быть вы уже всё знаете? Тут я решила промолчать, опустив глазки в пол. Потому, что любой ответ может привести к взрыву. А я не хочу. Если он взорвётся и начнётся именно то, о чём чаще всего пишут разные люди, то я просто морально умру. — Не слышу, мисс Поттер. Нет. Это не провокация. Это называется учительское подозрение. Ну, или просто способ пристыдить ребенка, который и сам знает что виноват. Очень популярный приём, если честно. Я тоже частенько его использовала в прошлой жизни и не только на детях. Однажды, я таким образом довела до истерики человека. Как это возможно спросите вы? Все просто, на самом деле. Мне немного повезло. Это была измена. Он признался сам. А ещё испытывал вину по этому поводу. Как минимум просто потому, что «та девушка» была просто супер ужасна в постели. Я как раз только начала ему раскрывать своё лицо без масок и шаблонов к которым привыкла. Тогда это было ещё возможно. Тогда я ещё помнила себя без них. И тогда же во мне что-то сломалось. Я, улыбаясь, попросила его рассказать мне обо всём в подробностях. Заваливала вопросами о мельчайших деталях. И он говорил. Умирал со стыда, краснел, задыхался, почти расплакался даже к концу. Но говорил. А потом я съехала от него. Но сейчас не об этом. Сейчас о том, что на самом деле будет сказать актуально именно в этой ситуации, когда на мне используют этот способ пристыдить ученика. Мне просто нужно сказать: «простите, сэр», он приподнимет бровь, хмыкнет в своей чисто саркастической манере, (не Снейповской, а именно саркастической. Я не знаю как хмыкают все Снейпы, но могу отличать простой смешок от саркастического, извините) переспросит за что я извиняюсь перед ним, я отвечу что за то, что отвлеклась на уроке и такого больше не повторится и т.д. Меня не простят, конечно. Я слишком Поттер, но хотя бы отвалят на время. Команду сесть мне не дают, и я продолжаю стоять. Глядя на отсутствие реакции этого учителя-года, поступила я правильно. Значит шаблон «как не навлечь гнев строгого учителя» вполне подойдет. Главное самой помнить особенность моей фамилии во время таких вот ситуаций. Стоя рядом со своей партой, по команде «Записываем» беру перо и пишу. Никакой реакции. Опять всё правильно. На самом деле ещё немного и мне дадут сесть. Ну, а если не дадут, то скоро должна быть практика, где стулья и не нужны совсем. Пока мы под диктовку записываем некоторые правила поведения, я бросаю взгляд на соседнюю страницу своей тетради и замечаю несколько записей. Еле удерживаю свою руку чтобы не хлопнуть себя по лицу.

« Северус Тобиас Снейп. 31 год. Не женат. Профессор Хогвартса. Зельеварение. Декан Слизерина. 9–11 января? Осанка, психологическое? Малоэмоционален. Проблемы с лицевыми нервами??»

Это как вот называется вообще? Это я так сильно задумалась, что на автомате начала записывать всё это? Чёртовы привычки из прошлого. Я думала, что за эти несколько лет «детства» я перестану это делать. Дело в том, что в прошлом своем воплощении, начиная анализировать я постоянно записывала всё, к чему пришла и о чем могла просто задуматься. Это произошло из особенностей моего восприятия и жизни по шаблонам. Чтобы составить эти шаблоны — мне нужно было знать от чего отталкиваться. А для этого огромное количество курсов психологии мне в помощь. В одном из таких вот курсов, вроде американских, был совет вести записи. После чего у меня в столе скопилось много всяких тетрадей с интересными записями. Сначала мне приходилось напоминать себе о том, что нужно писать, а потом это вошло в привычку. А моя натура Плюшкина* — просто не позволяла выбрасывать все эти тетради не смотря на то, что я знаю их уже практически наизусть. В этой жизни я была слишком ребенком и долго не могла сообразить что вообще происходит. А поэтому перестала вести записи. Ну и ещё по ряду других, не особенно интересных, причин. Но не это важно сейчас. Сейчас важно другое.

Он видел?! Видел? Боже, а что если он видел? Он ведь не мог это пропустить? Или это как в кино? Когда Поттер писал, а Снейп его одернул. Что делать? Чёрт. Паника. Паника. Паника.

— Мисс, Поттер. Можете сесть, через минуту перерыв. На следующем часе мы сварим простейшее зелье из минимального количества ингредиентов и этапов варки, — говорит учитель, а я продолжаю стоять.

Мне плохо. Я сейчас упаду замертво. Это слишком для меня. Слишком много эмоций.

У меня дрожат руки. Пергамент с этими записями залит чернилами. Я медленно наблюдаю за тем, как очередное слово скрывается под этой кляксой, оставляя лишь Имя «Северус». Зачем-то дописываю справа от имени фамилию «Снейп», и меня отпускает. — Эй, можно мне с вами? Профессор Снейп сказал, что варить будем в группах по три человека. Он разрешил в этот раз самим выбрать себе партнеров, — рядом с нашей с Гермионой партой оказался Невилл. Перевожу взгляд на него, улыбаюсь. — Конечно, Невилл. Гермиона, ты как? Не против? Всё будет нормально. Всё будет нормально. Всё будет нормально. Повторяю это про себя, как мантру, ещё семь раз и со звонком, полностью переключаюсь на практическое занятие. Невилл говорил, что зелья станут моим любимым предметом. Мне так уже не кажется.