magic hongjiddies

метаясь из одного угла к другому по комнате и собирая нужные ингредиенты, хонджун работает над новым заклинанием. он зажигает свечи, сжигает на их огне благоухающий ладан и говорит о своих намерениях, когда кристаллы в его комнате начинают вибрировать. это странно по мнению кима, который берет один из них в руки: оранжевый сердолик. кристалл начинает излучать свет, дрожа в его руке. другие вещи так и продолжили трястись на алтаре. — ох, блядь, что на этот раз я сделал не так– — и потом он начинает ощущать себя… странно. грудь по ощущениям становится более плотной, живот — будто бы сжатым, и ему всё труднее описать это. затем становится только хуже. теперь его грудь кажется намного тяжелее, пышнее и будто набухшей. штаны — будто бы у́же из-за увеличения талии. потом он всё же решается посмотреть вниз и видит там это. — что. за. хуйня. его рубашка натянулась до предела… ким немедленно расстёгивает пуговицы, чтобы увидеть свою грудь, и она стала чертовски огромной. он ещё быстрее накидывает рубашку обратно на плечи, явно паникуя и подбегая к ростовому зеркалу, стоящему на другом конце комнаты. когда он всё же дошёл, то увидел огромный бюст, заменивший его грудь, и то, какими широкими стали его бёдра. слава богу, они не такие огромные, как его… грудь? но они стали ещё больше походить на женские, чем раньше. опустив в панике и настороженности рубашку, он наконец видит свою талию: ещё более миниатюрную и узкую. — я реально проебался где-то. что я делаю… что я делаю? во внезапном приступе страха он хватается за промежность. — ох, блядь, спасибо, — думает хонджун, облегчённо вздыхая, — у меня остался хотя бы член. ким бежит обратно к алтарю, пролистывая свою книгу заклинаний, но не может найти ничего полезного. он даже не знает, что такого нужно было упустить в простецком заклинании проявления, чтобы сотворить со своим телом такое. хонджун хватается за свою голову руками, смущённый фактом того, что не знает, как ему поступить. звонить кому-либо он не собирается, иначе что о нём подумают? хочется попросить помощи у юнхо: он практикуется намного дольше хонджуна и всегда готов прийти на помощь., но согласится ли он помочь, увидев его в таком виде? парень стонет, уткнувшись лицом в ладони. — я должен позвонить юнхо… я должен. неохотно взяв в руки телефон, ким держит свой палец рядом с кнопкой вызова напротив номера телефона юнхо в контактной книге. он глубоко вздыхает, вдыхая через нос и и выдыхая через рот. наконец, кнопка вызова нажата, что заставляет его тут же пожалеть о своём выборе, но продолжать держать телефон рядом с ухом. от воодушевляющего приветствия юнхо его разделяли лишь несколько телефонных гудков. — привет, хён! что случилось? — чон, как и всегда, тут же становится слишком милым в общении. хонджун очень громко вздыхает. — ох… что ж. возможно, мне нужно немножечко твоей помощи, юнхо. я– ох– ладно, мне кажется, я что-то пропустил в заклинании и теперь не знаю, как это исправить. — конечно! хочешь, чтобы я приехал? — да… это очень… смущающая вещь, поэтому, прошу тебя, не удивляйся слишком сильно, когда увидишь меня, — быстро проговаривает хонджун, тихо простонав от безысходности. — я постараюсь, 20 минут, окей? — голос парня звучит немного обеспокоенно, он ведь слышал, каким взволнованным был ким. — окей, но, прошу, быстрее, — старший вновь прячет лицо. они кладут трубку, и хонджун возвращается к зеркалу, рассматривая своё тело снова и снова и смеясь от неверия. — как, чёрт возьми, мне удаётся путать что-то с такой завидной частотой? — он не прекращает смеяться, не зная, что ещё ему вообще остаётся делать в такой ситуации. рубашка продолжает сильно обтягивать его тело. раньше и обычная футболка, заправленная в джинсы, казалась достаточно натянутой, а теперь ткань совсем обтянула его… что бы это ни было. ему не хочется думать о том, как это называется. правда соски этого «чего-то» теперь торчат прямо сквозь ткань, смотря на него через отражение зеркала. хонджун давит на них в надежде, что они — он не знает, как сказать правильно, — вернутся на место, что ли? но они, конечно же, не делают этого, продолжая торчать сквозь ткань. ещё и его джинсы сильно натянуты, а талия плавно переходит в бёдра, более мягкие и крупные, чем они были ранее. он поворачивается спиной к зеркалу и тихо смеётся, увидев свой зад. он тоже стал больше в размерах и формах, более мягким и привлекательным. смех теперь превратился в истерический: что за хуйню он вообще сейчас творит?! как только в дверь стучат, в животе поселяется беспокойство, а смех тут же прекращается. перед тем, как разрешить юнхо войти, пришлось даже пару раз ударить себя по лицу, чтобы понять, что он не спит. — иду! — говорит хонджун, медленно подходя к двери и пытаясь придумать план, но, конечно же, ему в голову никогда ничего не придёт за доли секунды. когда же цель — дверь — достигнута, его рука обхватывает ручку, с трудом заставляя себя повернуть её. ким выглядывает из-за двери, пряча своё тело от взгляда юнхо. — эй, ты в порядке? я постарался прийти настолько быстро, насколько смог, — чон замечает, что хонджун зачем-то прячется от него. — эм, могу я войти? — юнхо старается немного приоткрыть дверь. хонджун смотрит на него, на привлекательные руки, обхватившие край двери, и явно нервничает. — пообещай, что не удивишься. — я не собираюсь удивляться, джунни. я видел слишком много вещей. подобное меня не беспокоит, не волнуйся, — голос младшего прозвучал для него более чем убедительным. хонджун всё же открывает дверь пошире, продолжая закрывать ею своё тело, но позволяя юнхо зайти, тут же закрыв за ним, чтобы этого больше никто не мог увидеть. — ну, что ты хотел мне показать? что случилось? — вежливо спрашивает чон. старший вновь вздыхает, прежде чем повернуться к юнхо, стыдливо покраснев до кончиков ушей. он смотрит в глаза чона, опускающиеся всё ниже, чтобы разглядеть все изменения в чужом теле, пока его челюсть буквально отвисла не в состоянии пошевелиться. казалось, будто он даже, чёрт возьми, не дышит. — прекрати так смотреть на это! — ким начинает плакать, закрыв своё лицо, чтобы не видеть чужого взгляда, открывая его только тогда, когда прекращает чувствовать пронизывающий взгляд на себе. — что ж… к сожалению, я никогда не видел ничего подобного ранее, — чон смотрит на потолок, на пол, на стены — куда угодно, только не на хонджуна. — боже, как же я заебался. я останусь в таком состоянии навечно, да? — нет-нет-нет! хён, не бойся, мы– мы попробуем исправить это. мне просто нужно… нужно подумать над… — юнхо сдаётся, вновь посмотрев на это и оставив рот открытым. — рот закрой, а то муха залетит, — хонджун закатывает глаза, пытаясь скрестить руки, но в тот же момент это становится большой проблемой из-за его… сисек… наверное, это нужно называть так, ведь он даже не знает, как можно сказать правильнее. он видит, как лицо юнхо краснеет до самых ушей, которые наверняка окажутся горячими, если прикоснуться к ним. младший смотрит в пол, пытаясь избегать зрительного контакта. — почему бы тебе не– ты можешь принести свою книгу, и я почитаю её с тобой, чтобы посмотреть, что я смогу сделать, — чон заикается, будто сумасшедший, еле-еле выговаривая слова. хонджуну интересно, почему. нет, он знает, что это большой шок, но не думал, что это так сильно сможет напугать парня. он идёт до своей комнаты, чтобы забрать книгу, чувствуя себя немного неуютно из-за того, что заставил чона попасть в такую некомфортную ситуацию. когда же он возвращается обратно с книгой, юнхо кое-как поднимает свой взгляд с пола, тут же опуская его обратно. — спасибо, я поищу что-нибудь о… об этом, — голос младшего кажется немного напряжённым. они плюхаются на любимое место хонджуна, и в этот момент грудь старшего неприятно подпрыгивает. видимо, он теперь не в состоянии даже сесть нормально без ощущения того, как эта тяжесть начинает трястись. юнхо еле устраивается напротив него, смотря только в книгу заклинаний. хонджун наклоняется вперёд, чтобы тоже посмотреть, но в тот же момент они резко отдаляются., а всё из-за груди хонджуна, никуда не исчезнувшей и приблизившейся к юнхо так же, как и сам ким. они смущённо смотрят друг другу в глаза и садятся по разные стороны дивана. старший просто позволяет чону делать свою работу, пока сам листает новостные ленты в телефоне, открывая и закрывая все приложения подряд, не уверенный в том, что вообще хочет что-то видеть сейчас. он слишком нервничает из-за этой обстановки и ситуации. вдобавок ещё и вздох младшего звучит очень безнадёжным. — я не могу найти ничего об этом. я прочитал всё, но не смог найти ничего полезного, — юнхо откладывает книгу и проводит ладонями по собственным бёдрам. — и что нам теперь делать? — робко шепчет ким. — я застрял в этом положении навсегда? — что ж, у нас остался один единственный вариант. мы можем позвонить идену. он наша последняя надежда, ведь это он научил меня всему этому. — нет, нет, нет и нет! мы не будем звонить идену. ему нельзя видеть меня в таком виде, — слова слетают очень быстро, даже испуганно, учитывая то, с какой интонацией он это произнёс. — хонджун, мы должны рассказать ему. скорее всего, он единственный, кто может это исправить. он не будет как-либо осуждать тебя. ему ли не знать, что в этом деле ошибки могут случиться в любой момент, — сказанные слова успокаивают старшего. может быть, он и вправду является их лучшим вариантом. хонджун пытается прикрыть лицо руками, но его глупые сиськи опять мешают этому. он останавливается на этом действии уже пятидесятый раз за день. — хорошо… можешь звонить ему. я верю тебе. чон кладёт руку на плечо парня, попытавшись приподнять его настроение. — давай позвоним ему, я уверен, что он сейчас свободен. всё будет хорошо, джунни. мы исправим это. юнхо достаёт телефон из кармана и находит номер идена в телефонной книге. через несколько гудков хонджун слышит его голос через динамик телефона. — хённим, у нас небольшая затруднительная ситуация. ты можешь заехать к нам сегодня вечером? хонджун практиковал заклинание, и оно подействовало не так, как нужно, а мы не знаем, как исправить последствия. хонджун не слышит, что говорит иден в ответ. — ладно, всё в порядке. когда тебе будет удобнее? у хонджуна будто гора с плеч падает: они решат эту проблему уже сегодня вечером! — ладненько, тогда встретимся позже. спасибо большое за помощь, — после этого чон сбрасывает звонок. — хорошая новость: иден сказал, что сможет помочь тебе. плохая: он сможет освободиться только завтра к обеду. спокойствие исчезает также быстро, как и появляется. — нам– нам придётся ждать до завтра? и что мне делать с этим ночью? — голос старшего звучит сломано из-за волнения. — всё будет хорошо, это всего лишь одна ночь. я уверен, ты справишься с этим, — юнхо поворачивается к нему, тщетно пытаясь держать взгляд только на лице хонджуна. тот, в свою очередь, смотрит на часы на стене: только восемь вечера. он откидывается назад, запрокидывая голову на спинку дивана. конечно же, эти сиськи подпрыгивают после этого действия, заставляя его простонать от безысходности. — ты же останешься со мной, да, юнхо? я не хочу оставаться один… — шепчет ким, заламывая руки от волнения. — д-да. конечно, хен. что угодно для тебя… — юнхо застывает на месте, смотря только вниз. — большое спасибо, юнни. хонджун тянется к нему, чтобы обнять, но быстро останавливается, услышав, как младший задыхается от сдержанного волнения. он уже считает, что из-за него юнхо итак находится в некомфортной обстановке, а тут к нему ещё и лезут с объятиями. вместо этого старший садится обратно, кусая губы в размышлениях о том, как бы прекратить эту неловкую тишину. — ты сегодня ел — ещё нет… — тогда мы можем заказать курочку? я не ел целый день, поэтому очень голоден. — д-да, звучит здорово. я тоже голоден, — юнхо всё также смотрит вниз. хонджун старается ни о чём не думать и берёт в руки телефон, чтобы заказать курицу. спасибо богу за то, что существует доставка. тишина становилась всё более смущающей, пока они сидели в ожидании еды, но обычный стук в дверь тут же исправил положение. они были слишком рады еде на фоне происходящей ситуации. — я заберу заказ, — поднимаясь, говорит младший юнхо забирает еду, поставив коробку на кофейный столик напротив дивана. они наконец отвлекаются: курочка очень вкусная, особенно после того, как не ешь целый день. хонджун даже исполняет милый маленький танец в честь еды, делая волну руками и немного подпрыгивая на месте. не замечая, что юнхо смотрит прямо на него в этот момент. — не хочешь посмотреть что-нибудь? например, фильм? — спрашивает ким после того, как они убрали со стола после трапезы, в попытке найти хоть какой-нибудь повод разрядить обстановку. — мы можем посмотреть страшилку? — юнхо использует своё главное оружие — большие щенячьи глазки — и заставляет этим показательно закатить глаза. — хорошо-о-о, выбирай, мне без разницы., но не слишком страшный: не хочу видеть кошмары всю следующую неделю. юнхо по-детски хлопает в ладоши от радости и берёт в руки пульт управления. он останавливает свой выбор на новом фильме, о котором ким не слышал, но тому плевать, ведь это всё устроено просто для того, чтобы разрядить обстановку. по закону жанра, фильм начинается совершенно безобидно, совершенно не пугая старшего, но ведь чон не зря смотрел трейлер до этого. потом начинают появляться скримеры. хонджун прячет лицо в подушке, когда на экране происходит всё то страшное дерьмо, способное довести его до сердечного приступа. в таких ситуациях юнхо обычно обнимается с ним, доставляя чувство безопасности, будто мама говорит, что никакие монстры его не получат. поэтому хонджун потихоньку прижимается к младшему. чон продолжает смотреть в экран телевизора, лишь по инерции позволяя старшему залезть на свои колени и положить щёку себе на грудь, перед этим опустив ноги с дивана на ковёр. когда хонджун полностью наваливается на юнхо, второй замирает, задерживая руки около тела, но не позволяя себе обнять как обычно. ким злится сам на себя: он снова заставляет его чувствовать себя некомфортно, но страшилка на заднем фоне и собственный инстинкт самосохранения заставляют очень сильно хотеть обниматься. — прости, я не хотел… лучше я встану… однако юнхо наконец обнимает его, возвращая чужое тело обратно без единого слова. старший не спорит: если юнхо спокойно реагирует и выглядит нормально, значит, с ним всё нормально. хотя больший дискомфорт, наверняка, приносит произошедший «инцидент™»: грудь оказалась неприятно сжатой между ними, но ким предпочитает игнорировать этот факт. они смотрят фильм в таком положении до самого конца, пока напрягающая обстановка постепенно становилась более мягкой. когда в фильме снова появляются скримеры, хонджун сильнее прижимается к телу юнхо, обнимая ногами его талию. его джинсы от этого, естественно, не перестают быть узкими, даже наоборот, но сейчас эта проблема его особо не волнует. руки юнхо ложатся на тонкую талию и крепко обнимают её, будто он нервничает из-за чего-то. по мнению кима, это, должно быть, страшные сцены в фильме. из-за этих мыслей хонджун вообще перестаёт смотреть на экран, пряча лицо в шее младшего в попытке абстрагироваться от самых страшных сцен, когда сюжет достигает апогея. в попытке успокоить, как думает старший, юнхо сильнее обнимает его. ким оглядывается только тогда, когда становится слышна музыка, оповещающая о показе лишь безобидных субтитров. — слава богу, фильм закончился. я так испугался, — после сказанного он крепче обхватывает чужие бёдра и сильнее прижимается. — всё хорошо? я тебя не раздавил? — спрашивает хонджун, когда слышит вздох юнхо, и немного отстраняется, чтобы посмотреть ему в глаза. — о, нет, ты не– просто… ох…. — юнхо снова не смотрит в его сторону. тогда хонджун отстраняется ещё немного, и вот тогда его глаза удивлённо расширяются от осознания ситуации: возбуждение юнхо упирается ему прямо в задницу. — у тебя… встал… пока мы… смотрели фильм? — ким задыхается, пока говорит. — я знал, что ты настоящий извращенец, — успокоившись, он начинает подшучивать, немного хлопая по широким плечам. хонджун поднимается вверх, чтобы не давить на чужой член, но его останавливают. юнхо продолжает держаться за его талию, удерживая на своих коленях. хонджун не может видеть, что творится ниже его груди — он никогда не привыкнет к тому, чтобы называть их сиськами, — но он чётко чувствует, как чужие руки почти полностью обхватили его новую крошечную талию. пальцы чона почти соприкасаются, оставаясь на расстоянии пары сантиметров. они смотрят друг на друга, сохраняя небольшой шок на лицах. кажется, будто тишина будет длиться ещё примерно вечность, пока юнхо не начинает говорить с придыханием. — ты сводил меня с ума весь вечер, — ким смотрит на чужое лицо, покрасневшее ещё сильнее, чем можно было бы представить. — что? что ты имеешь в виду? — в голове старшего всё равно творилась каша. — ты– твоё… уф– просто твоё тело… — младший начинает говорить тише с каждым словом. — прости, я не имел ввиду ничего такого. я всё испортил. теперь всё встаёт на свои места, пока он смотрит на чона, избегающего любого зрительного контакта: у юнхо встал после того, как они обнимались… юнхо не испугался тела хонджуна, оно его возбудило. на лице старшего появляется недобрая ухмылка. — что? это? — он чуть двигает плечами, заставив грудь затрястись, а после берёт их в руки, немного приподнимая и отпуская. — тебе нравится это? юнхо в открытую смотрит на грудь хонджуна, пока тот мнёт её через ткань рубашки, и сильнее сжимает пальцы рук на его талии. — оно тебе нравятся, да? хочешь потрогать? — старший берёт в свою руку руку юнхо и кладёт её себе на грудь. они сидят так какое-то время, не двигаясь. на секунду хон даже заволновался: вдруг он понял всё не так, и юнхо вообще ничего не хотел?.. так было, пока он не почувствовал чужие большие руки, сжимающие его груди. юнхо немного отодвигает чужие бёдра, пока сжимает мягкую грудь, стараясь потрогать всё. хонджун стонет от таких прикосновений, стонет, когда пальцы касаются его сосков и царапают их через ткань. и когда он успел стать таким чувствительным? ким дёргает бёдрами, касаясь своей задницей члена юнхо через брюки и заставляя младшего застонать вместе с ним. — можно поцеловать тебя? юнхо только коротко кивает, позволяя хонджуну лечь на себя. соски его груди тут же прижимаются к груди младшего, когда они наконец целуются. их губы и языки двигаются резко и страстно в попытке попробовать друг друга. юнхо медленно опускает свои руки по телу старшего, обхватывая ими крупные ягодицы. чон сминает их, сильно сжимая пальцы и после отпуская, чтобы начать расстёгивать пуговицы на рубашке старшего, нерешительно касаясь свисшей груди. хонджун отстраняется от поцелуя и смотрит в помутневшие глаза напротив. он никогда не видел юнхо таким: весь покрасневший до самых кончиков ушей и упирающийся своим возбуждением прямо ему в бедро. хонджун никогда не признается, но он часто думал о том, каково это — спать с юнхо. это происходило глубокими ночами, когда его тело вдруг возбуждалось, не имея на то причины, но лично он считает, что его мозг просто ненавидит его. каждый раз в такие моменты он думал о том, как хорошо смотрелись бы эти большие руки на его теле, и о том, каково бы было почувствовать в себе его член. отойдя от посторонних мыслей, хонджун медленно спускает рубашку с плеч, вопросительно смотря на младшего, чтобы понять, правда ли он хочет именно этого. после короткого кивка он спускает её сначала до локтей, из-за чего его грудь невольно подпрыгивает, и затем снимает полностью. юнхо смотрит на происходящее так, будто у него аневризма произошла от увиденного: большая грудь его хёна свисает от собственной тяжести, показывая младшему мягкие и розовые соски. в порыве уверенности в своих действиях хонджун прижимается чуть сильнее, укладывая руки на спинку дивана и открывая юнхо полный доступ к своей груди, расположив её ровно перед его лицом. младший, будто вышедший из некого транса, приоткрывает рот и обхватывает губами один из сосков, заставляя хонджуна громко и высоко простонать от повышенной чувствительности. на его фоне второй стон со стороны чона звучит ниже и отчаяннее, когда он обхватывает чужую грудь, поочерёдно играясь то с одним, то с другим соском. хонджун и подумать не мог, что ему понравится подобное настолько сильно, но прямо сейчас он готов сказать, что хочет, чтобы юнхо никогда не прекращал этого делать. это прекрасное ощущение, которое оказалось намного лучше, чем он мог предположить; а ведь юнхо сейчас просто играет с его сосками. ким не прекращает стонать и зарывается пальцами в волосы на затылке младшего, сильнее ёрзая на чужих коленях, из-за чего их члены начали тереться друг о друга через ткань. юнхо лишь продолжает наслаждаться чужой грудью, уделяя внимание каждому соску по очереди. он отстраняется, тяжело дыша и продолжая мять мягкую грудь, и затем укладывает лицо между двух грудей, мягко выдыхая и скрывая большую часть лица. хонджун тихо хихикает. юнхо кажется прекрасным и милым, когда выглядит так, будто бы не может удержаться, и кусает мягкую набухшую кожу его груди. — хонджун… можно я– мне нужно– — младший дышит рвано и почти задыхается, с трудом пытаясь выговорить слова. — можно отсосать тебе? — голос кима, может, и звучит немного неуверенно, но он точно знает, что собирается сделать. юнхо несдержанно хнычет. — пожалуйста… но только– только если ты правда хочешь, — его руки всё так же продолжали сжимать чужую грудь. хонджун только в последний раз тяжело вздыхает, слезая с чужих коленей, и, опускаясь на диванный коврик, удобно размещается прямо меж ног юнхо. старший укладывает свою щёку на мощное бедро, поднимая взгляд до чужих глаз, и осторожно касается выпирающего бугорка. младший выглядит потерянным, пока смотрит в чужие глаза и тихо хнычет, дёргая бёдрами, но стараясь держать себя в руках. — всё в порядке? — ким смотрит из-под ресниц прямо в глаза и тянется к пуговице на джинсах. юнхо даже не отвечает, самостоятельно расстёгивая джинсы, и спускает их вместе с боксёрами, открывая хонджуну вид на свой вставший член. хонджун тихо смеётся. — кто-то очень сильно хочет, да? — чон бездумно кивает, когда небольшая ладонь касается его члена и медленно ведёт вверх и вниз. — и когда ты собирался сказать мне, что он такой большой, а? — подшучивает хонджун, широко проводя языком по стволу от основания к головке и заставляя юнхо виновато простонать. ким начинает играть с головкой языком и медленно вбирает её в рот, помогая себе рукой и медленно водя ею по стволу. теперь он тоже возбудился. и ощущение просто огромного по его меркам члена у себя во рту даёт понять, что назад пути уже точно не будет. — хён, я хочу– уф. хён, можно я– п-пожалуйста… — руки юнхо хаотично двигаются вдоль собственного тела, задевая край рубашки и задирая его под аккомпонименты громкого стона. старший лишь вопросительно поднимает глаза, продолжая посасывать чужую головку и давая понять, что он внимательно слушает. — это очень смущает– — предложение прекращается на полуслове, потому что хонджун взял в рот полностью. головка касается стенки гортани. юнхо больше ничего не говорит, он просто стонет, пытаясь протолкнуться ещё дальше, но ему не позволяют. член становится мокрым от собственной смазки и чужой слюны. хонджун выпускает чужой член из своего рта и начинает надрачивать, смотря в блестящие глазки. — тебе нужно сказать, что ты хочешь, иначе я не смогу тебе этого дать, юнни. — я хочу– ты не против– блядь… — юнхо прикрывает глаза, нещадно краснея, и обхватывает руками свой живот. — ну же, ты сможешь, — он начинает двигаться быстрее, уделяя больше внимания головке. — пожалуйста, можно мне? ох… можно мне т-трахнуть твои сиськи… — голос младшего почти совсем стих под конец, но хонджун успевает понять, о чём он говорит. он ухмыляется, поднимаясь руками к головке и мучительно медленно массируя уретру. — они так сильно понравились тебе, да? ты думал об этом всё время, пока был здесь? юнхо громко стонет, откидывая голову на спинку дивана. — да– и сейчас хочу т-так сильно, джунни. ты прекрасен, хнн… хонджун довольно улыбается от осознания, что это именно из-за него юнхо сейчас сходит с ума от ощущений, которые он ему доставляет. — спустись чуть ниже и дай хёну сделать тебе приятно, — юнхо послушно сползает чуть ниже, позволяя хонджуну сильнее прижаться. старший не тратит время на те плевки, которые часто показывают в порно, он просто приоткрывает губы, позволяя слюне стекать прямо на член юнхо. тот, в свою очередь, не может сдержать стона от ощущения горячей жидкости, обволакивающей его половой орган по всей длине. убедившись, что член хорошо смазан, хонджун немного приподнимается, умещая грудь на чужих бёдрах совсем рядом с пульсирующим и требующим внимания половым органом. — скажи мне, как сильно ты этого хочешь, — немного с издёвкой говорит старший, лишь сильнее придвигаясь и задевая грудью чужой член. — я очень, очень сильно хочу этого, джунни. я думал о них, не переставая, поэтому, пожалуйста– я хочу почувствовать их, — голос юнхо заметно напрягается, а сам он выглядит ужасно мило в своём слишком очевидном и отчаянном желании. — хороший мальчик, — наконец, хонджун устраивает чужой член меж своих грудей, мягко сжимая их вокруг него. думая, что «смазки» может не хватить, он осторожно сплёвывает на выпирающую головку. юнхо под ним начинает мелко дрожать, заводя хонджуна только сильнее. ким любит это ощущение собственного превосходства. ощущение полного контроля над младшим. и потом хонджун начинает водить грудью по всей длине. юнхо от такой стимуляции готов уже начать вопить, осторожно вплетая руки в чужие волосы на затылке. — как думаешь, ты сможешь? хочешь сделать всё сам? — юнхо кивает, смотря блестящими от предвкушения глазами, и заменяет руки старшего своими. без какого-либо предупреждения он начинает двигать бёдрами с быстро установившимся темпом. хонджун вдруг вспоминает, что за всю ночь его члена практически не касались, поэтому он опускает одну руку вниз, быстро справляясь с пуговицей и молнией, и, залезая под кромку боксёров, начинает самостоятельно надрачивать себе. младший громко стонет, сильнее сжимая чужую грудь, пока головка его члена то и дело показывалась из неё во время каждого толчка. ким двигает рукой интенсивнее, очень сильно желая, чтобы юнхо наконец-то взял его, но он прекрасно видит, как происходящее действует на младшего, поэтому помалкивает, наслаждаясь теми видами, что сейчас имеет. почувствовав приближение оргазма, старший опускает голову, чтобы головка члена юнхо, высовываясь из грудей, оказывалась у него во рту. от такого количества стимуляции чон всхлипывает, заставляя хонджуна продолжить. теперь, вдобавок ко всему прочему, он успевает водить странные узоры своим языком прямо по его головке. — я… я уже почти, — пространственно шепчет юнхо, немного отстраняясь и приподнимая одну из грудей, чтобы довести себя до желанного оргазма с помощью руки. для чужого удобства хонджун делает то же самое с второй грудью, быстрее водя рукой по своему члену. чон высоко и красиво стонет и наконец кончает, покрывая чужую кожу большим количеством семени, что заставило старшего обильно кончить следом за ним. сейчас его мало волнует тот факт, что потом придётся убирать ковёр и пол. пока они пытаются отдышаться, в голову хонджуна приходит странная и немного смущающая идея. он обхватывает свою грудь и поднимает к своему лицу, смотря в глаза юнхо и слизывая с неё сперму. когда с «чисткой» было покончено, они снова посмотрели друг другу в глаза. это выглядело странно, но, похоже, юнхо снова возбудился. не прерывая зрительный контакт, они оба уже знали, о чём думает каждый. второй раунд.