Все карты на стол! Русская попала в Гарри Поттера

      — Ты опоздал! — возмущенно фыркнул Драко, когда я все же дошел до столовой.       Вейла расположилась по правую сторону от свободного стула в конце стола. На ней висела пара новых безделушек, наверняка артефакты, видимо, Антонин подсуетился. Надо будет поблагодарить его.       — Имей совесть. Я только закончил с этими бумагами, — упал я на стул, придвинув к себе тарелку с завтраком.       — Стоило оставить это на меня, — Антонин сидел напротив младшего блондина. — Попробуйте блины с творогом и вишней. Они получились очень вкусными.       — Я могу как-то помочь тебе? — Люциус отложил свою книгу и поднял на меня глаза. — Пусть я и не так сведущ в делах Российской Империи, но в бюрократии знаю толк.        — Не стоит беспокоиться. Мы уже решили все важные дела, остальное подождет, — махнул я рукой. — Его величество пожаловал нам свою ложу в театре! Сегодня пойдем на балет!       — Ура! — восторженно воскликнул Драко, но тут же словил недовольный взгляд Люциуса и продолжил уже более сдержанно. — Русский балет известен на весь мир. Было бы большим упущением — побыть в Империи, но не увидеть русский балет!       От столь явной попытки разозлить родителя, Малфой-старший сделал глубокий вдох и смирился с тем, что его сын ведет себя неподобающе для молодого человека из благородной семьи. И ведь не скажешь ничего. Взрослый мальчик уже.       — Вам очень понравится, — улыбнулся Антонин. — Как там Ее Величество Императрица?       — Празднует. Твоя семья вот-вот лишится титула, — объявил я.       Малфои оба закашлялись и с ужасом посмотрели на довольного меня. Для них это была ужасная новость, и они не понимали, почему мы с Тони на радостях чокнулись чашками. Подскочивший ко мне русский мужчина злорадно посмеялся и выдал что-то на смеси нескольких языков, коих он знал немало.       — Это точно надо отпраздновать!       — Рано еще. Вот когда их лишат всех привилегий, можешь хоть годовой бюджет потратить, чтобы отпраздновать это, — голова начала гудеть. Видимо, все эти путешествия, стресс и ночная работа вымотали меня. Было бы неплохо поспать до вечера. Я не такой модник, чтобы несколько часов наводить марафет. Тем более, что нас никто и не увидит.       — Все хорошо? — спросил Драко, положив свою руку на мою. — Ты побледнел.       — Устал, — я переплел наши пальцы и поцеловал тыльную сторону ладони своей вейлы. — Надо просто поспать.        — Тогда доедай и иди, — Люциус подошёл ближе и положил свои руки на мои плечи. Я даже не заметил, как он приблизился. Его прохладные ладони охладили мою шею.       В дверь столовой просунулась голова мары. Она немного помялась, а потом сообщила, что пришло время терапии Антонина, и его уже ждут. Брюнет встал, поцеловал меня в щеку и поторопился на процедуру. А я зашаркал к себе, чтобы упасть на кровать и сразу отрубиться.       Мой прекрасный сон прервало чужое сопение. Пока я спал, мои супруги тоже умаялись и прилегли на дневной сон. Ко мне. Не то чтобы я возражал, но это ведь не единственная кровать, к тому же не самая большая. И теперь мы спали одной кучей сплетенных тел. В шею мне сопел Люциус, Драко устроился с другой стороны. Малфои тоже спали. А вот где Антонин? Наверное, опять какое-то лечение.       Кое-как выбравшись из-под тел своих прекрасных мужей, я размял затекшие плечи. Наконец, после перенаправления магии родов на более нуждающихся, я чувствовал себя человеком. Мне нужен был ежедневный сон, меня не ломило от постоянного переизбытка магии, тело чувствовало усталость, гормоны пришли в более-менее нормальное состояние. Я чувствовал себя живым.       В коридорах Холодного Дворца светло и тепло, несмотря на мрачное название. Пусть здесь и не шастают мертвые родственники от полотна к полотну, как в Англии, но все дышит. Все живое.       Или все кажется мне более родным оттого, что душа-то у меня русская? Хм… Что за наплыв философских мыслей?       — Уже проснулся? — Антонин подошел ко мне, когда я рассматривал картину. Это был зимний пейзаж. Прошлая Великая Княгиня была без ума от этого времени года.       — Да, — я приобнял мужа за плечи и с удовольствием отметил, что тело мое стало более складным, если сравнивать его с тем тощим подобием, в которое я вселился летом. — Как твое здоровье? Еще вчера заметил, что у тебя улучшился цвет лица. Да и на скелета ты больше не смахиваешь.        — Стремительно иду на поправку, — брюнет, как ласковый кот, потерся щекой о мою руку. — Невероятно. Впервые ощущаю этот магнитизм между нами. Кажется, я готов раствориться, лишь бы оказаться к тебе как можно ближе. Зато теперь ясно, почему среди младших супругов так мало попыток навредить старшему. Это похоже на одержимость…       — Уверяю тебя, это взаимно. Весь мир меркнет, когда я смотрю в твои глаза.       — Фу! Что за розовые сопли?! — хитро улыбнулся муж. — Не знал, что ты такой романтик.       — Да-а-а? Надо вбить тебе в эту очаровательную головку данный факт.       Губы у Антонина мягкие с привкусом какого-то горьковатого зелья. В отличии от нежных англичан, мужчина действовал напористо и буквально затолкал меня в ближайшую комнату, стягивая через голову рубаху.       — Стой-стой! — тяжело дыша оторвался от супруга я. — Тебе можно хоть? Не откинешься от такого?       — Блять, — зло выдохнул мне в шею муж. — Блять! Блять! Блять! Дурацкая магия, дурацкие гормоны, дурацкое все!       — Ну-ну, — обнял я его. — Не расстраивайся.       — Еще чертовы два месяца. Ты ведь будешь на новогоднем балу?       — Конечно. Откроем сезон и отправимся на море. Туда где потеплее. Как тебе?       — Договорились.       Чмокнув меня в губы, Антонин хитро улыбнулся и скрылся за ближайшей дверью. Настроил и смылся. Вот такая подстава. Но и Тони жалко. Здоровый молодой мужчина, а разрядки не достичь. Адское лечение прям.       Через пару часов мы собрались и стояли в главном холле, где располагался интересный камин. В белом камне было небольшое прямоугольное углубление как раз для ключей, которыми активно пользовались в Российской Империи. В Европе и Америке такая вещь отчего-то не прижилась. Как по мне, очень удобно.       — Точно все готовы? — спрашиваю в очередной раз. — Никто не забыл артефакты? — взгляд на Драко. Вейла смущенно покраснела и отвела взгляд. — Костюмы точно соответствуют моде? — Люциус был спокоен как удав. — И уверены в том, что хотят пойти? — Антонин только фыркнул. — Я так понимаю, что мы можем выдвигаться.       — Идем-идем! — Малфой-младший подхватил меня под руку и обворожительно улыбнулся. Ох уж эти вейловские чары!       — Так-так-так, молодой человек, — остановил нас Антонин, нехорошо так улыбаясь. — Мы в Империи и нас знают как Великого Князя Морозова, его Младшего супруга, то бишь меня, и его гостей из Европы. Поэтому сегодня Айзака сопровождаю я.       — Согласен с Антонином, — Люциус положил руку на плечо сыну. — Завтра вернемся в Англию, там щеголять под руку с мужем будешь.       — Прошу прощения, — сразу взял себя в руки Драко и отошел на шаг назад. — Давайте уже на балет. Не терпится увидеть! — и ушел к камину.       — Ты не держи на него зла, Тони. Он молодой еще. К тому же вейла, — тихо сказал Люциус.        — Я все понимаю, — улыбнулся Антонин. — Но меня так забавляет то, как твой сын дуется.       — Буду считать это хорошим знаком, — обреченно вздохнул Малфой-старший и направился к сыну.       — Ну что ж, — я подхватил Тони под локоть. — Вот и наш первый общий выход в свет.       — Это да, — улыбнулся мне муж. — И все же я понимаю, почему Драко у тебя фаворит. Он очарователен и искренен.       — Это…       — Не отрицай. Это не упрек.       Балет был… невероятно впечатляющим. Возможно, это оттого, что я и в прошлой жизни интересовался подобным и мир искусства был мне знаком. Ну а аристократы и подавно. У них в крови тяга к прекрасному.       В общем, восторга было много. Даже мои англичане растрогались. Хорошо хоть платочки я могу бесконечно генерировать. Антонин же просто наслаждался прекрасным. Во время постановки нам подавали шампанское, вина и всевозможные соки, а так же закуски и фрукты.       — Это было великолепно! — восхищенно выдохнул Люциус. — Теперь я понимаю разницу между европейским и русским балетом!       — Айзак! Айзак! Мы ведь еще сходим на балет? — вторил ему Драко.       — Обязательно, — улыбнулся я мужьям. — Антонин, каковы твои впечатления?       — Мне все понравилось. Спасибо, — брюнет тепло улыбнулся, но лицо у него было какое-то бледное. Я коснулся губами его лба.       — О, Мерлин! Ты холодный! Быстрее домой! Будем тебя отогревать. Кажется, твоя магия все еще нестабильна.       — Все хорошо. Просто здесь магии меньше, чем в замке.       Тони чуть пошатнулся и оперся о меня. Недолго думая, я подхватил мужа на руки и быстро направился к камину, игнорируя всех аристократов, которые стремились поприветствовать меня. То ли у меня глаза горели нехорошо, то ли они поняли-таки, что ситуация не подходящая для начала светской беседы, но путь мне никто не преграждал. Надо потом узнать, как они вообще пробрались на этаж Императорской семьи.       Драко и Люциус, активировавшие свои артефакты, следовали за мной. Благо их, как моих сопровождающих, так же не смели трогать.       — Шварц! — крикнул я, едва ступив на пол своего замка. — Немедленно Шварца сюда!       Антонина я уложил на диван и убрал шейный платок. Муж был в сознании, но тяжело дышал и губы какие-то синие.       — Господин! — колдомедик вбежал в холл в полосатой пижаме и ночном колпаке. — Я здесь! Ох, батюшки! — старик подбежал к Антонину и замахал палочкой. — Что же вы, голубчик, себя не бережете! Вам же было сказано не перенапрягаться!       — Я хорошо себя чувствовал, — возразил Тони, стирая пот со лба рукавом. — Но когда встал, перед глазами все побелело.       — Господин, не волнуйтесь. Это просто перенапряжение, — обратился старик уже ко мне. — Нужен только сон и отдых. В Холодном Дворце достаточный уровень магии для быстрого восстановления.       — Ты меня так напугал, Тони, — облегченно выдохнул я. — Я сейчас отнесу тебя в спальню и ты поспишь.       — Я сейчас встану и сам…       — Ничего ты сам не сделаешь! — подхватив Тони на руки я повернулся к взволнованным блондинам. — Думаю, все устали и хотят спать…       — Простите, что испортил вечер, — перебил меня брюнет.       — Все хорошо, Тони. Ты не виноват. Это мы не учли твое состояние, — Люциус отдал маре пальто и подошел к нам. — Спокойной ночи и поправляйся, — мягкие губы эльфа коснулись моей щеки. — Побудь сегодня с ним.       — Хорошо.       — Тебе стоит беречь себя, — вид у Драко тоже был взволнованный. — В Певерелл-касле есть некоторые зелья. Я поговорю с мистером Шварцем и пришлю тебе те, что подходят для твоего состояния.       — Спасибо, — Тони снова искренне улыбнулся.       — А теперь отдыхать! Доброй ночи, — Малфой-младший клюнул меня в губы и на секунду прижался щекой к макушке Антонина. Это было что-то типо признания? У вейлы свои тараканы в голове.       — И вам доброй ночи.       Комната бывшего Долохова была очень теплой и светлой. Я выбирал ее давно, но она до сих пор мне очень нравится. Уложив мужа, я осмотрелся. Кое-какие мелочи все же изменились. Мебель немного сдвинута. За огромными стеклянными дверьми на террасу видны кресло и небольшой столик. На полках другие мелкие украшения. На большом письменном столе из белого дерева поднос с аккуратными рядами писем и несколько старых потрепанных книг. Тони понемногу обживается. Это радует.       — Выпей, — я поднес к губам брюнета небольшой флакончик с восстанавливающим зельем. — Сейчас станет лучше.       — Мне уже лучше. Мне здесь всегда легче дышится. Наверное, все из-за магии. А может и потому, что никто не сверлит меня взглядами…       — Прости, что меня нет рядом в такие моменты, — холодные пальца Тони переплелись с моими. Такие длинные и тонкие.       — Ты не виноват. Я сам лезу в гущу событий, чтобы побесить отца. Благодаря тебе я могу безнаказанно дергать тигра за усы, — холодная ладонь крепко сжала мою. — Видеть как Род Долоховых распадается на глазах… знаешь, я давно ничего не чувствовал к ним. Но все же какое-то удовлетворение я от этого получаю. Машу только жалко, дочь отца от второго брака. Мачеху я не особо жаловал, но сестра ничего мне не сделала. Ей как одиннадцать стукнуло, так она на учебу укатила и ни разу домой даже не заглянула. А в Колдовстворце себе жениха нашла и с Великого Императорского Дозволения, вышла замуж и уехала куда-то в Азию. Наследная Принцесса говорила, что у Маши там уже двое детей. Не хотелось бы рушить ее жизнь крахом семьи. Это как отрезать все пути к отступлению. Если с мужем какой разлад будет, ей же и вернуться некуда…       — Так напиши ей. Мол так и так. Вышел замуж за Князя Морозова, если что — окажем поддержку. Авось и переписываться начнете. Или зеркало настрой. Я мастера знаю. Если она нормальная, как ты говоришь, то все поймет. Мне кажется, она тоже не особо была привязана к этой семейке.       — Да. Ты прав. Не надо ждать какого-то знака свыше, — Тони зевнул и на глазах его проступила влага. — Что-то меня совсем в сон клонит.       — Тогда спи. Я просто побуду рядом…       — Лучше иди к себе спать. Вам завтра рано вставать и возвращаться в Англию. Тебе стоит отдохнуть перед такими дальними перемещениями.       — Не волнуйся. Я достаточно силен для этого. Но если ты так хочешь, чтобы я все же выспался, тогда разреши прилечь рядом. Все равно я собираюсь остаться и следить за твоим состоянием.       — Тогда ложись. Все равно ведь все решил.       Сон все никак не шел. Я слушал спокойное дыхание мужа, наблюдал за тем как магия успокаивается в его теле. От этого мне становилось легче.       — Айзак, — послышался голос Люциуса со стороны двери. — Как он?       — Уже гораздо лучше. Мне сложно будет оставить его такого одного.       — За ним присмотрят. Ты ведь понимаешь, что не сможешь остаться с ним здесь. И забрать с собой тоже не сможешь. Ему нельзя в Англию.       — Знаю. И Родольфус с Рабастианом тоже… И Геллерт… Это хорошо еще детей нет. Я бы тогда с ума сошел.       Люциус промолчал. Только приобнял меня за плечи. Малфои уже много поколений страдают от проклятья, оставляющего им всего один шанс обзавестись наследником. И то мужского пола. Он меня понимает.       — Ложись спать, — сказал Люциус. — Я тоже спать пойду.       — Ты прав. Спокойной ночи.       — И тебе спокойной ночи.