Все карты на стол! Русская попала в Гарри Поттера

      Возвращение в Туманный Альбион было таким же спонтанным, как и наше отбытие. Новый спектакль прошёл на ура. Никто не заметил, что на самом деле ни Певерелла, ни Малфоев, ни, тем более, Поттера на сием действии не было. Мы сразу направились в замок Певерелла, чтобы не тратить драгоценное время.       Был соблазн воспользоваться маховиком, но толком это ничего бы не изменило. Я не планировал спасать Дурслей или искать Джинни по горячим следам. Этим занимались авроры. Не буду же я делать за них всю работу. У меня так-то долг крови имеется. Требовать я ничего не могу с неё, пока не разродится, но навыком, при должных усилиях, вроде могу. Мне по большому счету достаточно знать, что она больше ничего не творит такого, что могло бы мне помешать. А где и что она делает, меня не интересует.       В ритуальном зале я не долго взывал к Магии. Она, к большому моему счастью, всегда откликалась, словно ждала меня. Джинни сейчас сидела в маггловском Лондоне. Какой-то закоулок между двумя забегаловками. Вот она проходит между двумя мусорными баками и исчезает. Нелегальный переулок? Вот это удача. Ещё и в самом центре города, под носом у авроров.       — Присмотри за ней, — приказал я ворону, который с таким же интересом наблюдал за Джинни. Птица хлопнула крыльями и полетела к лестнице. — Жаль, директор обвешался артефактами, как новогодняя елка. Приставив к нему ворона, можно было бы решить множество вопросов.       В Хогвартсе же царила какая-то странная атмосфера. Узнав о нападении Джинни на родственников Гарри, многие начали волноваться за своих, особенно магглорожденные. С ними Филч общалась особенно много и знала достаточно, чтобы так же устроить набег. А магглы… что они могут сделать против волшебницы, пусть и неумелой малолетки. Особенно сейчас, когда гормоны в ней бушуют так, что запросто можно схлопотать спонтанный выброс магии. Но в то же время Джинни беременна. Признаюсь, я удивлён, что она нашла место, откуда можно черпать магию, не привлекая к себе внимание. В магических переулках её хоть отбавляй. Можно, при должной концентрации, тянуть на себя остаточную магию, витавшую в воздухе после очередного заклинания.       Что же касается Рона, он стал изгоем окончательно и бесповоротно. Даже львы, стоявшие друг за друга горой, обходили его стороной. Заслуженно, как по мне. Он наделал достаточно гадостей и мне, и Гарри, поэтому мне его ни капельки не жалко. Уже достаточно взрослый мальчик, что бы отвечать за свои поступки.       Близнецов, как ни странно, это не коснулось. Они пусть и считались Уизли, никому ничего такого не сделали. Даже демонстративно игнорировали ситуацию с младшим братом. Рон на это злился, писал маме с папой, какие Фред и Джордж плохие, но мистер и миссис Уизли были заняты поиском нового жилья. Временного и постоянного. Сначала обратились к «доброму дедушке» Дамблдору. Тот почесал свою длинную бороду и попытался вселить их в дом на площади Гриммо, но Сириус не отозвался на письмо и дом, собственно, остался закрыт. В Хогвартсе им места нет. Так я сразу и сказал, как услышал от Северуса, который наконец стал моим вассалом, о планах старика. Я как-никак непосредственный владелец школы, а в уставе чётко прописано, что школа для детей. Жить в ней могут только ученики и работники. Исключений не было даже во время воин, как магических, так и маггловских. И идти на уступки я отказался категорически. Альбус попытался как-то пристроить рыжее семейство в тесный коллектив работников, но встала уже Долорес. Она не видела смысла брать людей без должного образования и навыков. Выделить им дом в Хогсмиде я так же отказался. Дать им дом, значило выселить кого-то из жильцов, которые не одно поколение там жили. Дом Филчей, единственное пустующее строение, все ещё был местом преступления, и аврорат не давал добро на проживание там. В общем, не знаю какие терки были между Альбусом и Аберфортом, но Уизли выделили комнату в Кабаньей голове и даже согласились кормить, пока те работают. На все это ушёл не один день, и только вчера Уизли наконец обрели свой угол.       Мнительная и бесстрашная мать рыжих оболтусов писала мне, Певереллу и Поттеру, письма. Сначала с просьбами. Мол, дети поссорились, но они же все ещё друзья, как я могу оставить родителей друга на произвол судьбы и тому подобное. Потом пошли угрозы и вымогательства, а за ними и оскорбления. Они что, забыли сколько всего было найдено в их доме при обыске? Как только рука поднялась писать такое?! Идиоты.       Так же я принял вассалитет от Виктора Крама. Ух, сколько было восхищения и собачьей верности в его глазах. Довольно странно быть кумиром человека, который ненамного старше тебя. Но Крам не был навязчивым. Не искал встреч без повода, к Драко относился исключительно уважительно, как и к Люциусу. Но о том, что я и есть Гарри Поттер, я так и не рассказал. Ни Виктору, ни Северусу. Не настолько я им доверяю.       Время тянулось медленно, но вот и настал тот самый день! День, когда Кубок выплюнет имена самых достойных! И глупых.       Напомнив всем, что я являюсь Хозяином Земель, просто поставил всех перед фактом, что буду присутствовать и точка. Даже выбрал что-то более-менее нарядное. Пришел я через камин в кабинете директора и довольно тепло поздоровался с мисс Амбридж.       — Вы сегодня особенно обворожительны, — я поцеловал пухлую ладошку в тонкой розовой перчатке с милыми помпонами на шнурках. — Кажется, вы закончили с большей частью работы и смогли расслабиться, Долорес.       — Да. Отсутствие бесконечной бумажной работы творит чудеса! А еще мы с мадам Стебль разрабатываем новое меню для учеников, опираясь на урожаи из теплиц. Из-за обилия жирной и сладкой пищи, дети часто отказываются от овощей и зелени, хотя выращивают ее на первых курсах пусть и не в достаточном объеме.       — Когда составите смету, свяжитесь со мной. Обеспечу всем необходимым.       — Благодарю.       Директор Дамблдор чуть ли не в открытую игнорировал меня. Только скупо улыбнулся и пожал руку. Чего не скажешь об остальных присутствующих. Вот мадам Максим, несмотря на свое неповоротливое тело и внушительный возраст, кокетливо похлопала глазками и протянула ладонь, которую я мимолетно поцеловал. Каркаров осторожно пожал мою руку. Знает, зараза, что со мной шутки плохи. Мистер Крауч и лже-Грюм ограничились простыми кивками. Ну от них я ничего и не ждал.       Все обитатели Хогвартса, включая гостей, собрались в Большом Зале и довольно громко обсуждали возможных кандидатов. Как я узнал позже, Диггори меня не послушал и бросил свое имя, пока я отсутствовал. Осталось надеяться, что он не попадет в передрягу.       — Садитесь! — попросил директор. — Прошу вас! — все, кто до этого мельтешил перед глазами, сели и замолчали. Предвкушение! Ах, как сладок этот миг! — Настал момент, которого все так ждали! Избрание Чемпионов!       Для пущего антуража, старый маг взмахнул палочкой, заставляя факелы один за другим погаснуть, оставив едва заметные огоньки. Все с замиранием сердца смотрели за тем, как Альбус подошел к Кубку и дрожащими пальцами коснулся металла. Наверное, старый интриган артефакту тоже не нравился. Это надо же таким быть, чтобы даже артефакту было противно! Но стоило Дамблдору отойти, как пламя сменилось на малиново-красное, извергая из себя первый клочок бумаги. Вроде как первый был Виктор в оригинале. Это не должно было измениться.       — Чемпион Дурмстаранга — Виктор Крам!       Парни подняли гул, поздравляя товарища. Была в этом и гордость, и радость, и зависть. Виктор пожал руку сидящему рядом с ним парню и встал под бурные овации дурмстранговцев. Альбус протянул было руку для пожатия, но молодой человек подошел прямиком ко мне и чуть склонил голову. Этим самым он выказывал уважение ко мне. Я похлопал парня по плечу и подтолкнул к двери, где должны будут собраться все участники.       Пламя снова сменило цвет. В отличии от скомканной бумажки Виктора, шармабатонка сложила свою в нечто напоминающее балетную пачку. Нашему доброму дедушке понадобилось несколько секунд, чтобы понять как прочитать с нее имя девушки.       — Чемпион Шармбатона — Флер Делакур.       Дамы ограничились аплодисментами. Флер элегантно выпорхнула из-за стола и подошла сначала ко мне, сделав реверанс и бросив кокетливый взгляд исподлобья. Я сдержанно улыбнулся и коснулся губами протянутой ладошки с тонкими пальчиками. Дочь министра иностранных дел как-никак. Дамблдор старался держать лицо, но я заметил, что он слишком сильно сдавил девичью ручку для простой формальности. Но Делакур воспитанная девочка. Даже виду не подала.       — Чемпион Хогвартса! — незамедлительно продолжил Альбус, словив последнее имя. — Седрик Диггори!       Вот тут-то школа и содрогнулась. Крики, визги, улюлюканья, кто-то даже хлопал в ладоши и прыгал. Некоторые, однако, были расстроены, но даже это не мешало им улыбаться поддавшись всеобщему восторгу.       Седрик решил не нарушать традицию, начатую его предшественниками и нервно замялся передо мной. Решив не мучать парня, я протянул ему руку в которую тот сразу же вцепился, а после похлопал по плечу, как Крама. Дамблдор на этом моменте, видимо, решил, что ему тоже надо показать какое-то участие и приобнял Диггори за плечи, чтобы направить к двери. По дороге туда на пуффендуйца сыпались поздравления, кто-то даже жал руку, но вот его взгляд натыкается на моего голема, отчего парень тут же отворачивается и нарочито быстро идет к двери.       — Превосходно! — директор развернулся к большей части зрителей, широко расставив руки и чуть не попав мне в глаз. — Теперь мы знаем имена трех чемпионов! Но в конце концов только один из них войдет в историю, — где-то на заднем плане эльфы быстро перебирали ногами, пытаясь не уронить свою ношу, укрытую старой тряпкой. Могли бы и получше что найти на такое событие. — Только один поднимет эту чашу чемпионов. Этот замечательный сосуд победы! — не ну он конечно размахался своими конечностями! Снова едва не попал в меня. — Кубок Трех Волшебников! — ну это уже нахальство! Три раза за полминуты быть в миллиметре от того, чтобы ткнуть свое непосредственное начальство. Тряпка слетела, как в дешевых маггловских фокусах, но вот кубок был и правда необычен. Мне нравилось его леденисто-голубое свечение и интересный узор на стекле. Хотя это похоже больше на хрусталь.       Пока все любовались кубком, Северус Снейп как-то нехорошо скривился и сделал шаг вперед. За ним еще и еще, пока не застыл с нечитаемым выражением лица. Я посмотрел на тот кубок, который извергал имена участников и заметил, что пламя снова неспокойное. Ого-го! Сейчас будет весело! Раздался характерный звук на который обернулись все, включая Альбуса и начался спектакль с дедом в главной роли.       Открыв рот в изумлении и с палочкой наготове, наш отважный директор направился к «неисправному» артефакту. Пламя сменило цвет, уж извините за повторяющиеся фразы, заставив Альбуса спрятать лицо в руках. Не скажу, что пламя было хоть на толику ярче чем до этого, поэтому я назову это не очень хорошей актерской игрой. Но я решил подыграть и накрыл детей чарами защиты. Это я знал, что всё безопасно, но им-то страшно.       Кубок буквально выплюну еще один клок бумаги. Я не стал вмешиваться и дал Дамблдору поймать бумажку. Старик набрал было в грудь воздуха, чтобы объявить Гарри, но подавился этим самым воздухом. Имя-то не мое. Долорес, бывшая все это время на подхвате оказалась рядом достаточно быстро и, выхватив бумажку их старческих пальцев, четко и ясно объявила:       — Рон Уизли.       Повисло гробовое молчание. Слышно было только как дети крутят головами и озираются, будто спрашивая друг друга не послышалось ли им.       — Рональд Уизли! Встаньте и выйдите сюда! — уже более громко повторила женщина.       Из дальнего угла вытолкали перепуганного Предателя Крови, который явно не мог даже слова сказать от шока. Кое-как его дотолкали до центра зала, а сам парнишка достаточно осмелел, чтобы протянуть мне дрожащую руку. Я не стал ее жать. Вот прям показательно. Да, по-детски, но все же!       Директор и замминистра схватили неудачливого ученика под руки и поволокли в комнату чемпионов, чувствуя как толпа начала понимать, что происходит и беситься. Первые упреки летели в спину уходящему рыжику, но тот, кажется и не слышал. Я шел следом, поэтому многие просто закрывали рты, чтобы я не смог запомнить их, выкрикивающих грязные слова. Зато как будет весело потом…