Король и шут

      Плирог проснулся поздно. Солнце уже давно освещало комнату, да и артистов было не видать, а он всё валялся на кровати и думал. Ему никто не мешал, ведь вчера он чуть ли не больше всех волновался и заслужил отдых. В конце концов он был их боссом, а значит кто они такие, чтобы ему что-то указывать? Но размышлял он не об этом, а о том, что сейчас делать. По его мнению, для графов и герцогов они должны были выступать ещё не скоро, но им повезло. А значит стоило двинутся вслед за Брингоном на юг, туда где находился его замок - Гренда. Если шуту не изменяла память, то через пару недель должен был пройти бал в честь 25-летия сына герцога. И на этом балу было бы просто превосходно выступить...       Постепенно мысли Плирога скатывались на вчерашнее представление. Как он выступал на сцене, как на него смотрели десятки взглядов... Шут резко встал и подошёл к окну, за которым был шумный день деревни: стук топора, весёлая песня во время посева и т.д. Если бы кто-то смог заглянуть за его маску, то увидел бы, как у него сощурились глаза и скривился рот, но, увы, это было невозможно. Вскоре Плирог отошёл от окна, потянулся и вышел из комнаты. Спустившись по лестнице в обеденный зал трактира, он увидел свою труппу, если исключить Боримора, кормившего в это время весь зверинец. На их лицах шут заметил улыбки, а сами они явно ждали его, потому что Меллиринг, едва заметив своего начальника, махнул официантке и та побежала за едой. Присаживаясь рядом с ними, Плирог усмехнулся и сказал: - Ну что, орлы вы мои, наш полёт начался! Я не буду долго расписывать, как я рад, вы можете заметить это по моей белоснежной улыбке. Но останавливаться нам нельзя! Я думаю, что сегодня же мы отправимся в ближайший городок на пути к замку Гренда. Стардек, не напомнишь, что там был за городок? - Кларикенд, босс, - тут Стардек едва заметно сглотнул появившийся комок в груди, - а вы уверены, что нам нужно именно туда? - Конечно, - Плирог ничего не заметил и увлечённо говорил дальше, - в этом городе дней через пять будет ярмарка. Отличная возможность показать зрелищные номера на улице...       Плирог начал красочно расписывать представление на улице. В целом несбыточное, но такое прекрасное в воображении. Артисты слушали его, пропуская по привычке мимо ушей все цветастые обороты, которые вставлял иногда шут. Когда принесли еду, к ним подошёл сам хозяин трактира и произнёс весьма уважительно: - Я рад, что вы остановились у меня в трактире. Я-то думал, что вы какие-то прохиндеи, а вы оказывается неплохие ребята. Собственно, это я к чему... Вы можете не платить за вторую ночь ночёвки. Вы видите, как я щедр к таким честным людям! Ну ладно, пойду я.       Когда дворф удалился за свою стойку и вверх поплыли облачка дыма, Плирог пробормотал что-то гневное о жадной натуре трактирщика, а затем начал есть вкусную мясную похлёбку. Наконец, когда все сытно поели и даже притащили за стол Боримора, они отправились в путь. Плирог сел за вожжи и направил фургон на юг.

***

В это время в фургоне

      Как только фургон отъехал от трактира, в котором они провели последнюю пару ночей, внутри начал разгораться спор о том, нужно ли было им ехать в Гренду. - Ну вот на кой нам сдался этот герцог? Его же земли лежат у самих границ. Место плохое. Не лучше ли было поехать на север - в сторону столицы? - спросил Боримор, расстроенный тем, что без него приняли столь серьёзное решение. - А не всё ли равно, - ответила Кревина, - рядом со столицей много конкурентов. Да и народ там уже привычный к всяким диковинкам. А тут труппы, похожие на нашу, появляются очень редко. Я даже не знаю, почему Плирог решил собирать нас так далеко от столицы... - А вот я поддержу Боримора, - сказал Стардек, - ты верно говоришь, что здесь у нас есть возможность брать за представление больше обычного, да только и людей на эти представления придёт меньше. Так to       и выбрали не самую лучшую дорогу. Нет бы проехаться чуть западнее... - А чего ты переживаешь? Быстрее доберёмся до замка - быстрее отправимся в столицу, - произнёс неунывающий Меллиринг, - Я слыхал, что там так красиво! - Красиво, - пробубнил Боримор, - да только не та нынче красота. Не то, что раньше.       Всё это время старый Эрдринг сидел за столом и что-то аккуратно смешивал в склянках, что было весьма опасно - фургон качало, а многие зелья, пока не доведены до готовности, могли здорово обжечь тело. Но маг с такой ловкостью управлялся со своим делом, что, казалось, он даже не обращал внимания на тряску и на спор остальных артистов. Дрен же тихо сидел в стороне и дремал. Вдруг фургон резко остановился, а снаружи послышались угрожающие крики. В стенки фургона стали впиваться стрелы. Боримор тут же взревел и стал пробираться к выходу, тогда как Стардек, взяв свои метательные кинжалы, очень ловко полез наверх, где был незаметный люк, сделанный ради того, чтобы можно было выбраться из фургона, если его опрокинут. Остальные заметно нервничали, однако стали готовиться к бою: маг достал какое-то устройство и начал махать над ним руками. Дрен качал головой, пытаясь понять, что происходит и поудобнее перехватил трость, с другого конца которого выехало металлическое лезвие, ну а Меллиринг с Кревиной старались им не мешать, а бард пытался прикрыть Кревину, чтобы её-то уж точно не задело.

***

      Плирог вёл фургон уверенно, был тёплый солнечный день. Снег, который ещё оставался медленно таял, а птицы, которые уже прилетели с тёплых стран, пели прекрасные мелодии и трели, что понравились бы даже самому чёрствому человеку, что уж говорить о шуте. Дорога, однако, была не самая лучшая. Слишком далеко от центра и от торговых маршрутов она была. Фургон постоянно качало то вверх, то вниз, а сам Плирог несколько раз прикусил собственный язык, не заметив за кучей снега очередную яму. Но вот они въехали в лес, который был не самым большим по протяжённости, но зато самым дремучим из всех, что находились в этой части Реллага. Постепенно птицы смолкли, а огромные ели заслонили за собой ясное небо, отчего резко стало темно, пусть эта темнота и не была кромешной. Плирог поёжился - в тени было не так тепло и он пожалел, что не взял дополнительный плащ из фургона на этот случай. Ехать через лес надо было всего пару часов, но потом он твёрдо решил поменяться с Боримором, ведь заболеть ему совсем не хотелось. Но вдруг свет в его глазах померк, а в своей груди он почувствовал жуткую боль. С криком он свалился на землю и потерял сознание.       Разбойники, а это были именно они, начали стрелять по фургону с разных сторон, надеясь не выпустить возможных охранников из него, а изрешетить их стрелами издалека. Однако с таким раскладом был не согласен Боримор, который, использовав фактор внезапности, выскочил из двери фургона и, подбежав к задней дверце, зашёл внутрь. В него воткнулась пара стрел, но он лишь зарычал от ярости. Вскоре оттуда он выскочил уже на волке, помчавшись в сторону разбойников. Те принялись в него стрелять, но волк двигался очень быстро и лишь малая часть попала в него. Тем временем, пользуясь тем, что разбойники всецело отвлеклись на укротителя зверей, Стардек тихо выбрался на крышу и прицелился в тех бандитов, что высунулись из леса и подходили к фургону. Маленький рост помог ему сохранить в тайне своё местоположение. И вот, прицелившись, сразу 2 кинжала с какой-то нечеловеческой силой и меткость понеслись в сторону 2-х разбойников. Оба попали в горло, но на этом Стардек не остановился - ещё 2, и ещё, и ещё, пока у него совсем не осталось кинжалов, кроме 2-х, затем он ловко спрыгнул прямо с крыши, а разбойники не досчитались десятка своих. В это время до разбойников добрался Боримор, и его кулаки вместе с зубами волка стали вмазывать и разрывать ела врагов. Тем временем с другой стороны стали слышаться крики - там орудовал Стардек, который носился между врагами с огромной скоростью и резал их своими кинжалами.       Вдруг, неожиданно для всех, вокруг исчез лес, все разбойники стали видны как на ладони. Это намного облегчило дело, ведь среди деревьев артисты могли полагаться лишь на свой слух и зрение. А сейчас им помогало солнце, которое раньше скрывали деревья. Эрдринг осторожно выглянул в дверь, а затем почти ползком двинулся к Плирогу. Следом за ним вышел Меллиринг, защищая мага, а вскоре они, вместе с раненым шутом, вернулись в фургон. Совсем быстро для бандитов всё закончилось - они были обычными крестьянами, которые ушли на дорогу в поисках лучшей доли. Ранения Боримора были небольшими: несколько ран от стрел, что для него было несущественно - на нём всё заживало очень быстро. А Стардек был полностью здоров и даже не запыхался. Другое дело - Плирог. Артисты сгрудились над ним, пока маг, подготовив зелье, вытащил стрелу, отчего кровь полилась сильнее, а затем вылил содержимое зелья на рану. Плирог страшно закричал, на секунду придя в себя, но тут же снова уйдя в беспамятство от боли. Но кровь идти перестала и рана начала затягиваться. Шута осторожно положили на скамейку, а Боримор осторожно отогнал фургон в сторону. Ни о каком продолжении пути речи и не шло.