Акула пера

Неожиданно для всех, январский номер «Хогвартс экспресса» наделал много шума. В статье на первой полосе не было сказано, чья это «личная история», так как ученики не знали о том, что произошло с Гарри на рождественских каникулах. К тому же, статья была не подписана и могла быть написана кем угодно. Только те, кто уже отличали стиль именно Гарри могли сказать, что это его текст. Нет, никаких подробностей, просто краткая история мафии и предупреждение держаться от этого человека подальше, но между строк сквозило такой болью, что читатели были в шоке от того, насколько, обычно ироничная газета, в этот раз стала мрачнее. Дальше все было, как обычно, но тон, задаваемый главной статьей просто кричал о том, что автору надо было выговориться. Драко, Рон и Гермиона были очень рады, что первыми увидели новый номер. Гарри так и не пришел на завтрак, сказавшись больным, и друзьям хватило одного названия, чтобы понять, что лучше уединиться в редакции и прочесть историю Гарри подальше от лишних глаз. Взяв с собой обед из Большого зала, они сели в мягком уголке, появившемся в редакции после того, как кто-то из них постоянно оставался там ночевать, и начали читать. В отличие от остальной школы, они умели читать между строк и вскоре сидели на диване в шоке, на глаза наворачивались слезы. — Это многое объясняет. — Пробормотал Драко, уставившись в камин. — Да, и прежде всего поведение Гарри в последние две недели. — Это ужасно! Я, конечно, многое подозревал, но… — Рон поежился. Гермиона отложила свой экземпляр на ручку дивана и решительно встала. — Надо прямо сейчас найти Гарри. — Не думаю. — Заметил Малфой. — Вечером он обязательно вернется либо в гостиную, либо в редакцию. Ему нужно время и мне кажется, что это лучшее, что мы могли бы ему дать. Рон с Гермионой согласились. Так и произошло. После ужина они обнаружили Гарри спящим на диване в редакции. Накрыв его пледом, троица отошла к столу Гермионы и решила начать думать над новым номером. Тот вполне можно было посвятить дню святого Валентина. В процессе обсуждения, нужно ли вставлять рекламу магазинов они услышали, как на диване завозился Гарри. Он потянулся, сел, скидывая с себя плед и оглянулся по сторонам. Заметив друзей, он сонно улыбнулся им и, снова подобрав плед, завернулся в него. — Привет, — поздоровался он. — Что делаете? — Думаем, надо ли включать рекламные объявления в следующий номер. Мы же идем в Хогсмид через неделю. — Мы? — Он еще не вполне проснулся и пока не понимал, к чему они клонят. Друзья переглянулись и подсели к нему на диван. Драко занял единственное кресло. — Ну да, 14 февраля, официальный выходной. До Гарри не сразу дошло, о чем они говорят. 14 февраля, Хогсмид… — Но я же говорил, что никуда не хочу идти. Я бы лучше поспал. — Гарри, тебе необходимо развеяться, — Рон умолк, решив не упоминать статью. — К тому же, там классный магазин сладостей. Мальчик плотнее закутался в плед, промолчав. Друзья были в недоумении, если уж сладости не помогли… Все молчали, просто не знали, что сказать. Гарри выглядел сейчас таким грустным и ранимым. Наконец, он сказал, смотря в камин: — Я зря написал это? Теперь вся школа знает? — Нет, половина поняла только то, что им нужно остерегаться мафии, а вторая в недоумении о личности автора. — Тогда ладно. А вы что думаете? — Гарри обеспокоенно посмотрел на них. — А мы рады, что ты нашел способ выговориться, ну и в шоке, конечно. — Ответила за всех Гермиона. Он странно оглядел их и сказал: — Так и быть, пойду с вами в этот Хогсмид, хотя ненавижу день влюбленных. Троица усмехнулась, вспоминая, какими глазами друг смотрел на гору сладостей, которую они принесли ему в прошлый раз из «Сладкого королевства». В этот раз горка будет побольше. Неделя прошла, как обычно. Директора и профессора если и поняли, о чем статья, предпочли не трогать Гарри и это было хорошо. Этот вид психологической терапии помог и уже на следующий день гриффиндорец вел себя, как обычно. Он решил не отказывать в размещении рекламы, но нужно было тщательно продумать, какие это будут объявления. Обрадовавшись хорошему настроению друга, Рон сразу притащил в редакцию шахматы и снова попробовал уговорить его сыграть с ним. — Рон, почему ты всегда пристаешь именно ко мне? Вот Малфой ничего не делает, пусть он и сыграет с тобой. Драко, не сразу осознавший, о чем они говорят, быстро согласился поиграть в шахматы с Уизли и сразу пожалел об этом. Проиграв второй раз, он резко отодвинул от себя доску и прищурился: — Ты еще пожалеешь об этом, Уизли. Не забывай, ты должен мне желание. — Черт! Все расхохотались. Отсмеявшись, Гарри заметил: — Ну, не мне одному страдать, да? Взгляд Драко обещал и ему жестокую месть, на что Гарри сделал то, что слизеринец считал наибольшей подлостью, взъерошил ему волосы. 14 февраля снег усилился и ребята договорились встретиться у выхода из замка после завтрака. Так как Гарри шел туда впервые, друзья решили показать ему все интересные места за один раз. В результате, уставшая троица, Малфой пошел со своими однокурсниками, добралась до магазина сладостей и Рон с Гермионой поняли, что могут спокойно уйти в кафе неподалеку и не бояться, что друг потеряется. Гарри хотел попробовать все, особенно если это было связано с шоколадом и, в конце концов, скупил половину магазина. Когда он опустился рядом с ними в местном пабе, Гермиона скептически посмотрела на огромный пакет сладостей, но предпочла промолчать. Главное, что его глаза блестели от радости. Зато Малфой не стал молчать, когда они все вернулись в замок и встретились в редакции. — А ты не лопнешь? — Что? — Кажется, Гарри не слышал его, доставая из пакета большую плитку шоколада и тут же открывая ее. — И как тебя крестные терпят? — А они не терпят, а любят, — довольно заявил мальчик и друзья удивленно заметили, что большая плитка шоколада исчезла за десять минут, а Гарри в этот момент и правда был похож на пятилетнего.