crossroads demon.

      На перекрёстке веет холодом, от которого внезапно хочется съёжиться, а тучи на небе не предвещают ничего хорошего. Чонгук не верит в знаки, но, зная на какой земле он находится, это определённо предвестники беды, которую он сам же и навлекает на себя. Взгляд проходится по местности, подмечая необходимый для призыва тысячелистник, что растёт рядом. Ноги словно сопротивляются, но Чон силой воли заставляет себя двинуться к центру перекрёстка и раскопать там небольшую яму, куда будет помещена коробочка со всем необходимым: фотография Чонгука, земля с кладбища и кость чёрной кошки.       Остаётся лишь горка земли, что закрывает собой небольшую коробку. Проходит несколько секунд, но результата нет и кажется, словно брюнет что-то напутал, если бы не презрительный смешок позади.       Резко обернувшись, он натыкается взглядом на худощавого парня, совершенно обычного на первый взгляд, если бы не белая словно снег кожа и отливающие красным чёрные глаза. Демон перекрёстка всё же явился к нему, сам Юнги пришёл по его душу. — Какое жалкое зрелище я наблюдаю, - губы парня растягиваются в сладкой улыбке предвкушения от предстоящего разговора. — Мой сладкий Чонгук-и настолько отчаялся, что пришёл за помощью к тому, кого всю свою жизнь изгонял. Неужто старшему братику придётся скоро попрощаться с тобой?       Ему нравится ненависть, что плещется в чужих глазах. Она не позволяет демону оторвать взгляд даже на секунду, впитывая такое приятное чувство чужого отчаяния. Он знает, насколько низко охотнику прийти за сделкой к демону и открыто пользуется этим - давит. Питается теми эмоциями, которые сейчас захлёстывают того с головой.       Юнги является одним из сильнейших демонов перекрёстка и приходит лишь за особо ценными душами, которые вызывают неподдельный интерес. Он прекрасно знает, кто такой Чонгук и сколько подобных Мину он отправил обратно в ад, от этого сладость предвкушения нарастает всё сильнее. — Хватит трепаться, Юнги, - держится привычно холодным, очевидно геройствует, даже будучи задетым за живое. — Ты возвращаешь Хосока к жизни и даёшь мне десять лет, а взамен получаешь мою душу. — Гук-и, мой милый маленький Гук-и, - интонация демона заставляет Чонгука напрячься, ведь он охотился на него слишком долго, чтобы не знать того, что этот голосок не предвещает ничего хорошего. — Я дам тебе лишь один год.       Глаза парня вмиг округляются, а кулаки невольно сжимаются, стоит услышать условия сделки. Демонам верить нельзя, а с такими как он даже разговаривая подвергаешься риску. — Ты не можешь дать мне всего лишь один год, когда все получают десять лет, - интонация на сей раз грубая и более резкая, его нервы очевидно сдают. — Не могу? Ох, ещё как могу, ведь даже один год слишком много для того, кто может убить меня, - на сей раз глаза демона уже более отчётливо отливают красным, а эмоции быстро испаряются с лица. — Ты должен быть благодарен, что я не заберу твою душу прямо сейчас и ты сможешь провести со своим братцем хотя бы жалкий год. Если тебе не нравится моя сделка, то уходи и наблюдай, как день за днём твой брат будет умирать на твоих глазах, а ты останешься один на всю жизнь и, не справившись с утратой, в конечном итоге сведёшь счёты с жизнью. Так что позволь Хосоку жить и радуйся времени, что сможешь провести с ним.       Выбора нет, Чонгук не может позволить ему умереть. Всю свою жизнь именно старший брат заботился о нём, а теперь прикован к больничной койке и не приходит в сознание уже несколько месяцев из-за неудачного изгнания особо сильного демона. Тогда всё пошло не по плану, это в Чонгука должны были вселиться, но тот принял удар на себя. Младший не был хорошо знаком на тот момент с демонами такого уровня, поэтому, когда ему всё же удалось освободить тело Хосока, тот уже был без сознания, а демон скрылся. Его не удалось изгнать в ад окончательно, он был изгнан лишь из тела.       В последние годы о демонах перекрёстка не было ничего слышно, словно они вовсе перестали заключать сделки, но около полугода назад они получили сведения от Намджуна, что демон один за другим забирает души юных охотников в очень короткие сроки. Сделки Юнги считались самыми выгодными для демонов, а люди, что попадали к нему, не находили другого выхода, кроме как согласиться. Тоже самое происходит и с Чонгуком, ведь демоны опытные манипуляторы, которые хорошо умеют играть на эмоциях и чувствах людей, особенно на негативных.       В небе опасно сверкало и чёрное, словно тьма, небо сгущалось над ними с каждой секундой всё сильнее. — Чёртов демон, - сжатая в кулак рука разжимается и вмиг оказывается вытянутой вперёд, уже сжимая тонкую лебединую шею Юнги, за которую он тянет того на себя, грубо впиваясь в словно назло сладкие как сахар губы.       Чонгук целует не жалея, с силой вгрызаясь в раскрасневшиеся от напора губы, которые местами прокусаны своими же клыками, пока рука демона уже покоится на затылке парня, не давая тому отстраниться так быстро, смакуя свою кровь со слюной охотника.       Оба выдыхаются и поцелуй разрывается, а это значит, что сделка заключена и Хосок уже пришёл в себя, а Чонгуку остался лишь год.