Подарок, мать вашу, судьбы.

Обследуя холл около получаса, я нервно поглядывала на полицейского: он мне не поверил. Ну конечно, напридумывала всего, дура! Подумала про ад — придумала имя! Точнее, слямзила из сериала «Леденящие душу приключения Сабрины». Еще и фамилию Джоэла взяла, о дура-то! Да нет, я же еще его копом в Раккун-Сити забацала, а мама у меня работала в «Амбрелле». Дура, честное слово. И нахрена я сказала, что у меня двоюродная сестра в России, потому я русский знаю? Кстати, повезло, что я на переводчика поступаю и уровень моего английского очень даже не плохой, что не могло не радовать. Ибо… Свободно говорить на этом языке — чудесно, но когда ты косяк в плане письма, но просто боженька в плане говорения — реально чудо. Если быть точнее, то я частенько путала английские буквы с русскими в написании, но при этом говорила и читала весьма не дурно. Я не только получала хорошие оценки по этому предмету, но и готовилась сдавать по нему ЕГЭ. Очевидно, врать я не умею. А еще очень устала, у меня вот-вот сдадут нервы. Бросив обрыскивание первого этажа холла, ищу в своей сумке пачку сигарет и зажигалку. Затянувшись, прикрываю глаза, наслаждаясь воздействием никотина и ядом на нервную систему до легкого головокружения. Присев на стульчик на ресепшене, стряхиваю пепел прямо на пол. Какой же кайф, удачно, что они у меня с собой. — Что ты делаешь? — услышала я рядом. Повернув голову, я затянулась, ничуть не стесняясь полицейского. Леон внимательно посмотрел на сигарету. Я пожала плечами, достала пачку и предложила ему. Парень вежливо отказался. — Тебе разве уже продают сигареты? — Ну, — выдохнув дым, протянула я, — в России можно купить все, — пауза, вызванная затяжкой, была не очень уместной. — У меня стаж курения уже три года. Не думала, что когда-нибудь честно признаюсь кому-нибудь в этом. Я даже от подруги долго скрывала, что удивительно. Даша думает, что курю я от силы год. Конечно, стоило бы ей сказать правду, но мне стыдно признавать, ведь курить я начала из-за своей первой любви, Максима, одноклассника. Точнее, он мне дал попробовать сигаретку, паленые «Мальборо», которые тогда мне не понравились ничуть. Позже я начала все чаще и чаще пробовать другие марки, покупая через совершеннолетних знакомых. Из-за того, что я откладывала деньги на поступление, пришлось перейти с «Винстона с двумя кнопками» на «Бонд» и «Филип Моррис». Последнее время я вообще пыталась бросить, но, видно, не судьба. — Сабрина, — с укором произнес Леон, глядя на пачку в руке, — выкини эту дрянь, только здоровье себе портишь. — Ой, ну подумаешь! — нахмурилась я. — Мое здоровье. Моя жизнь. Мой выбор! — выпалила я, а потом засмеялась. — Как на выборы конституции агитирую. Кеннеди вопросительно посмотрел на меня, потому что шутка про выборы конституции нашего 2020, ему не зашли. Эх, я даже пошутить толком не смогу, потому что он может не понять. Но зато, я хоть помочь могу, точнее, что-нибудь подсказать. Бля, тут же не только зомби. Лизуны, собаки, Тиран… Тиранище… Спокойствие нарушил топот: кто-то явно торопился в холл, летя со стороны той самой двери с надписью «keep out». Из-за этого я подскочила на ноги, выронив сигарету. Понимая, что шаги все ближе, я поспешила к копу. Леон напрягся и притаился за колонной, держа на готове пистолет. Я нагло спряталась за его спину, боясь даже вдохнуть. Шаги чуть при тихли и мы услышали шарканье, которое, наверное, означало то, что этот кто-то проползает. Секунд десять и снова послышались шаги все ближе и ближе. Раз и Леон выныривает из прикрытия, наставляя ствол на пришедшего. А я… Я упала на холодный и грязный пол, потому что держалась одной рукой за Кеннеди. — Стой-стой! Не стреляй! — голос показался чуть знакомым. Так, а кто мог в холл прийти по мотивам игры? Поднявшись на ноги, я смерила новобранца злым и колючим взглядом, которого он даже не заметил. Сначала выглянув на прибывшего, а после сказав, что полчасика он точно опасным не будет, я привлекла к своей персоне внимание. Этим прибывшим оказался Марвин, да-да. Мужчины чуть расслабились, переговорили. Я еще одну сигарету скурила за это время. Офицер Брана присел на мой стульчик, рассказал все, что знал сам о произошедшем. Пару раз он прерывался и делал мне замечания по поводу курения, я же сказала, что «может, меня через полчаса сожрут, какая разница». Леон закатил глаза на мои слова. Я его достала уже, ха. Леон, достав нож, перерезал желтую ленту на коробке, которая оберегала рычаг от решетки, закрывавшая проход в приемную на западной стороне участка. Наблюдая, как он это делал, я изогнула бровь, а после спросила, нельзя было это просто оторвать руками, на что мне сказали, что ну очевидно же, что так быстрее! На такое заявление я повернулась лицом к офицеру и начала сверлить его взглядом, пока меня не позвал Леон, уходя через приемную в западное крыло. На самом деле он прав, просто я вспоминаю игру и мне становится страшно, что нож сломается. Ступая за новобранцем, я оглядывалась, ища что-нибудь, что могло мне помочь в обороне. Потом позвала Кеннеди, попросив нож, мол ну мне нужнее, у него хотя бы «Матильда». — Ты разбираешься в оружии? Стрелять умеешь? — Я немножко понимаю, что есть что, но не особо. И нет, стрелять я не умею, — пожав плечами, говоря последнее, я еще и поджала губы. Стрельба по банкам из пневматического пистолета года два назад не считается: зомби и лизуны не будут стоять и ждать когда же я прицелюсь и выстрелю. Надо сказать, что рукожоп я еще тот, ведь промахов у меня больше, чем попаданий. Иными словами — я бесполезная. Для Леона я буду только тем, кто может предупредить, что вот в той вот комнате находится лизун, на парковке мы собачек встретим, а вот делом конкретно помочь, нет. Если только заслонить его собой от зомби или мистера Х. Но это такое себе, да… — Найдем пистолет и боеприпасы к нему — научу. Прямо на одном из этих существ, — он замялся, но почти сразу продолжил, — на ком-нибудь, кто не сможет тебя достать. Моя челюсть полетела целовать грязнючий пол. Он все-таки доверяет мне? Какой же ты наивный, Леон! Еще и лицо такое прям… Детское, смазливое, утю-тю. Я невольно улыбнулась ему, радуясь, что… — Но это не означает, что я тебе доверяю, Сабрина. … что мне, блять, все же не доверяют. Он очень сильно выделил мое имя. Блин. Я с досадой улыбнулась ему. Я надеюсь, что он просто поймет, что я не враг, а друг, хоть и не могу сказать всей правды о себе. Вообще в принципе почти ничего не могу сказать. — Ты не скажешь своего настоящего имени? — нерешительно и тихо спросил Леон. Я опустила глаза вниз. — Лучше не говорить об этом, иначе посчитаешь меня реально чокнутой. Но ты можешь верить мне. Я бесполезна в плане обороны или нападения, но могу помочь своими знаниями. Не спрашивай только откуда они, умоляю. — Зачем столько секретов? — Он остановился и повернулся ко мне, складывая руки на груди. — Ой, ну ты посчитаешь нормальным, если я скажу, что твоя машина осталась на заправке, где ты встретил Клэр, и вы, спасаясь от оживших мертвецов, угнали машину сожранных заживо копов? — голубые глаза парня увеличились в размерах и поползли на лоб. Я ляпнула то, чего не стоило было. Он, запинаясь, спросил, откуда я знаю это и… Блять, врем дальше. — Ой, дура, сказала же… — театрально вздохнув, я делаю лицо как могу серьезнее и говорю: — я экстрасенс. Типо вижу будущее и предчувствую что-либо. Я прекрасно понимаю, что в будущем мне очень сильно аукнется подобное. Ах, да! Почему же я несу всякую чушь, а так же почему не могу придумать логичную легенду для себя? Потому что мне до усрачки страшно. Я боюсь, что не заметь мы какого-нибудь ублюдка, пойди что-то не так, меня укусят. Я боюсь пополнить ряды ходячих. Клянусь, я из последних сил выдумываю всякий бред, чтобы не впасть в отчаяние и не зареветь от того, насколько сильно я напугана. Я всеми силами старалась игнорировать темные коридоры, запах гнили, плесени и крови. От такого букета ароматов не то, что кружилась голова, от него воротило, тошнило, хотелось сбежать в холл к полицейскому, который еще раз сто отчитает меня за курение. Стоя рядом с Леоном, который присел, дабы рассмотреть истерзанное тело в углу, я покосилась на весящий труп у двери со знаком трефы. И тут меня осенило: буквально дня два назад я забирала посылку с почты, в которой, удивитесь, были ключи-брелки. Да-да, те самые с карточными мастями. Понятное дело, что друзья-геймеры у меня есть, а то, что они фанаты резедента — оно и не удивительно. Так вот, один ключ уже у Даши, три остальных у меня. К слову, у меня нет только ключа пик — что, кстати не такая уж и проблема. Кхм, вернемся к двери: я начала подходить к ней, как завороженная. Прикоснувшись знака карточной масти, я полезла в портфель. Пожалуйста, скажите, что я их потеряла в порвавшейся подкладке, пожалуйста-пожалуйста. Это многое упростит. Мое копошение в сумке привлекло внимание копа: он оторвался от разглядывания трупа и его обыска. Парень подошел ко мне, стараясь не задеть труп. Мои поиски не принесли результатов, потому я открыла второй отдел, не прекращая молиться всем святым, чтобы они были у меня. Дело в том, что я не помню, доставала ли их из сумки. Только то, что пики уже у Дарьи. Терпение подходило к концу, потому я просто вывернула открытый портфель наружу. Леон присел рядом, когда я начала копаться в куче своего барахла. Серенький пакетик нашелся быстро. — Бинго! — радостно шепнула я и посмотрела на Леона. — Это отмычки? — глянув на дверь, выдал он. Я покачала головой в знак отрицания. Как бы ему объяснить такую находку? Попросить не спрашивать? Дядюшка сделал копии? Блин… Я торопливо закидывала в сумку вещи: несчастное барахло, что попало со мной сюда, уже было испачкано от падения на сырой асфальт, когда я в прошлый раз искала салфетки. Почти все, если точнее. Испачкано было то, что лежало в основном отделе. Со второго же, где и лежали ключи, под прокладками, вашу мать, помимо уже упомянутых еще лежали бусины. Мама занимается всяким рукоделием, недавно забирала на почте пришедший пакет с этими крупными бусинами, имитирующими жемчуг. Да-а, коротко о моей памяти. За свою забывчивость к обыденным делам я частенько схватывала от маман. — Что это? — Леон взял в руки мой паспорт. Внутри меня все оборвалось. Паспорт был без обложки, лежал, конечно, к низу передом, но его заметил голубоглазка почти сразу. Я быстро потянулась за книжицей, пока он ее не открыл. Кеннеди уже разглядывал переднюю часть обложки. Он не моргал. Вспоминал чей герб что ли?.. Я настроилась на то, что заберу свою вещицу у этого американца, чего бы мне не стоило, но переоценила свои возможности, да и то, что он тоже на кортанах был. Потянувшись за паспортом, который он уже собрался открывать, я старалась не падать на загаженный пол, потому что во мне просыпалась брезгливость, которой обычно нет. Как бы, знаете, тут кровь да, может еще что, не хотелось бы на такое своими дорогими одеждами падать, здесь я такую не найду! Не ожидав, что резкого действия с моей стороны, парень отклонился и начал терять равновесие. Я же, что и ожидалось, тоже. Навернувшись на копа, который уже лежал на спине на грязном полу, я все продолжала тянуться к паспорту, пока он не скинул меня и не зажал сел сверху мне на живот. — Да…! Кеннеди, черт бы тебя побрал, отдай! Это не твое! — заерзала я, чувствуя как плечо джинсовки мокнет в чьей-то крови. — Кто ты такая? — грозно и отчеканивая каждое слово, спросил он. Я хотела было послать его куда подальше повторно, но до нас донесся звон разбившегося стекла. Мы так и замерли: я под полицейским, он надо мной, держа в руке мой паспорт. Шаркающие шаги и кряхтение становились все ближе: кажется, в конце коридора одна из тварей забралась в коридор, разбив окно. Когда до Леона дошло, что это к нам приближается, то он моментально поднялся на ноги. Перевалившись со спины на локти и колени, я начала подниматься, как услышала визг этой твари, выстрел в стену и падение пистолета. Обернувшись на Кеннеди, я увидела следующее: полицейский был прижат ходячей к двери, он едва держал ее на расстояние от своей шеи. Оставалось прямо пару сантиметров и острые зубы существа вонзились бы. Некогда бывшее на вид хрупкой девушкой с неистовой силой наваливалось на обладателя русых волос, клацая зубами совсем рядом с желанной плотью. Я прямо-таки и застыла, глядя на это. Осознание, что это все действительно реально, что это никакие не съемочки, не бред (хотя, я еще надеюсь на вариант галлюцинаций), я просто оторопела. — Сабрина! — прокряхтел молодой человек. Я моргнула, все еще глядя на парня, только потом опустила голову на лежащую рядом со мной «Матильду». Все произошло слишком быстро. Я не помню, как взяла оружие в руки, как нажала на курок. Все, что осталось в памяти, то как после четырех выстрелов, голова этой твари наполовину была разъебана. Лицо полицейского было почти полностью в крови зараженного. Я так и стояла с протянутыми руками, которые заметно дрожали. Ужас сковал меня склизкой змеей: я убила то, что когда-то было человеком. Чувствую ли я вину? Нет. Я ничего не чувствую. Ничего, за исключением разве что того же страха, но в этот раз за жизнь компаньона. Я поняла, что панически боюсь остаться одна, потому что одна не выживу. Я боялась, что обращусь в одну из этих тварей. Боялась, как маленькая девочка. Я не сразу обратила внимание на теплые руки полицейского, аккуратно забирающие у меня огнестрельное оружие. Сглотнув, я сфокусировала свой взгляд на его обеспокоенном лице, заляпанным кровью. — Я… — опустив голову и быстро моргая, я пыталась собраться с мыслями. Все путалось, потому что я не знала, как мне быть: с одной стороны, мне абсолютно наплевать на то, кого я убила, с другой страх, что Леона могли заразить, а с третьей вообще полное осознание где я. — Все в порядке, Сабрина, — парень положил руку, мне на плечо. Глаза защипало, хотелось заплакать, спрятавшись где-то в углу. Морально стало тяжело, потому что я не дома. Я даже не в реальном мире, я где-то не пойми где. В созданной вселенной. Успокоившись, пока собирала вещи в рюкзак, я отметила, что паспорт уже находится в моей сумке, что означало — Леон вернул его, возможно, не заглядывая внутрь. Скорее всего он просто убрал его, пока я собирала остальные вещи. Достав ключи из упаковочного пакета, я вытащила их из пупырчатой упаковки. Показав их копу, я взяла трефовый ключ и попыталась вставить. Повернув до щелчка, я даже подумала, что это ключ сломался, но дернув ручку, я поняла, что все же прокатило. — Откуда у тебя они? — поинтересовался он, как я и ожидала. Сказав, что я все-все ему потом расскажу, я зашла в комнату. Внимательно осматривая комнату, я вытащила телефон из портфеля и включила фонарик, так как было уж слишком темно. Леон какое-то время смотрел на мой серенький самсунг, но вопросов не задал. Молодец, хороший мальчик, быстро учится — возьми с полки пирожок. Стоило только пошутить в голове, как я заметила то, что искала — ручка от домкрата. Она мирно лежала на столе, дожидаясь своего часа. Позвав копа, я показала ему находку, на что мне ответили «а зачем?». Закатив глаза, я буркнула ему в ответ фразочку по типу «за шкафом». Собственно, я даже почти буквально сказала. Убрав ручку к себе в сумку, я поплелась вокруг стеллажа, осматриваясь. О, гренка! Отдав полицейскому гранату, я еще раз осмотрелась. По-моему, тут еще че-то должно же быть. Вспомнив, что недавно, для прохождения купленного ремейка второй части, который вышел в прошлом году, я скачивала на телефон карту полицейского участка. Спешно зайдя в приложение галереи, я оглядела картинку, ища глазами нужную комнату. Да, здесь должен быть порох… Повернувшись и направив луч света от фонарика в угол комнаты, я обнаружила… Три патрона. Мило. Леон тут же забрал их. Покинув комнату, мы побрели дальше по коридору, проверяя трупы по пути: я нашла трубу, тыкала ходила всех. Ух, боевая я!.. Жаль, что на самом деле я шла хвостиком за парнем, опасливо оглядываясь и светя во все темные углы. Мы добрались до командного пункта, обрыскали его, нашли патроны, карту, а еще там действительно какой-то баран оставил отчет о событиях 25–27 сентября. Ни о чем не подозревающие люди были просто перебиты. Передав записку Леону, я осмотрелась. Следующая дверь закрыта цепью. Я обратилась к Леону с тем, что надо найти что-то, что поможет. Однако, опоздала: парень уже залазил в окошко. Твою мать, он издевается?! Даже отсюда слышно, что там ходячие бьются бошками о двери, куда он, блять, полез?! Выстрелы, рычание, пердешь всякий слушать, конечно, очень увлекательно, но как он ко мне то вернется? Поставив рюкзак и трубу рядом со столом и нащупав ключи в карманах джинсовки, убрала к ним телефон. Забравшись на ящик, я постаралась аккуратно пролезть в окошко, но ничего не получалось. Вдруг, в двери в командный пункт начали долбиться. Судя по всему это на выстрелы пришли. — Блять, Кеннеди, я тебя ненавижу! — прорычала я. Спешно оглядываясь, я схватила стул, поставив его на коробку. Только бы не провалиться. При помощи стула было значительно легче влезть через окошко, но проблема была в том, что ждал меня холодный пол, а не теплые объятия батута. Позади с нечеловеческим визгом ворвался зомби, а я, набравшись смелости и сбив головой остатки стекла, прыгнула вниз, как следует толкнув стул ногой. Перестраховаться стоит, мало ли эти трупаки за мной полезут. Ухватившись за ушибленную голову, я проверила не осталось ли осколков в волосах и не порезалась ли я. К счастью, мне повезло, что я цела, к несчастью — мои волосы ужасно запутались. Минус двадцать тысяч на наращивание волос — на концах они слиплись от крови, спутались и там теперь комочек. Вспомнив, зачем полезла, я попыталась подняться на ноги, но сморщилась от боли в ноге. Отлично, я ушибла ногу, теперь болит щиколотка. Наплевав на боль, я все равно поднялась, ища взглядом Леона. Полицейский у автоматов уже мерт был повторно. Позади послышался рык. Я едва успела дернуться, превозмогая тупую боль в ноге, от еще одного мертвеца, чтобы он не укусил меня. Внутри все сжалось: я сейчас беззащитна. Медленно отходя назад, я вскоре уперлась пятками в труп копа. Увидев дверь камеры хранения, я поспешила туда. Заскочив, я закрыла за собой дверь. Облокотившись на нее, я молилась, чтобы эта тварь ушла прочь, забыла про меня, или чтобы Леон нашел меня. Внутри меня что-то сломалось: я начала рыдать навзрыд. Мне было люто страшно, меня колотило, я уже представляю, как меня разрывают зомби, как поедают мои руки, ноги. Комната хранения была едва ли светлее командного пункта, но даже так мне все еще было страшно. Я одна. Слезы не хотели кончатся, я так и сидела на полу, рыдая, но продолжая убираться спиной в дверь, которую так хотел открыть зомби. Я не знаю, сколько я так просидела, кажется, я даже задремала. Когда я вновь открыла глаза, то ходячий мертвец больше не долбился в дверь. Я решила осмотреться. В камерах хранения были весьма полезные вещи, для Леона. Для меня полезным был только нож, который я, к счастью, смогла достать. Я решила не оставаться здесь больше, мало ли Тиран придет, потому двинула наверх, стараясь не шуметь, внимательно оглядываясь и освещая себе дорогу. Периодически я останавливалась и замирала, вслушиваясь. Мне так хотелось найти Леона. Просто найти, чтобы он был рядом. Какой же этот участок большой. Нет, он чертовски огромный. Поднявшись на второй этаж, я заглянула в душевую. Труп из шкафчика уже валялся на полу, кодовый замок открыт. Я так же обратила внимание, что вентиль был на месте. Что ж… Тут душевая, я уже приметила белую рубашку… Идея идиотская, но я ужасно хочу в душ, после того как полежала в крови. Быстро проверив функциональность двух целых кабинок, я убедилась, что обе работают. Скинув с себя одежду, я оставила ее рядом на тумбе. Ухватив чистые полотенца положила на раковины. Смывая с себя пот и кровь, я молилась, чтобы сюда никто не зашел. Нет, если сюда зайдет кто-то живой, то это еще не так критично, но если этот кто-то будет банально обычным зомбарем, то это будет очень и очень плохо. Выключая воду, я услышала шаги и кряхтение: сюда шла тварь и, наверное, не одна. Ухватив большое полотенце, замотавшись в него, я взяла нож, готовая ко всему. Изнутри меня поедал страх, но я держалась. Если хочу выжить, надо быть смелее. Дверь, через которую я зашла, открылась от глухого, но сильного удара. Я молилась всем богам, чтобы это был обычный зомбарь, а не мистер Х. А в идеале Леон. Я уже обрадовалась, когда увидела светлую макушку, двинулась вперед, как поняла, что это не он. Поскользнувшись, я упала на мокрый пол, пятясь назад. Тварь накинулась на меня, но я смогла ее толкнуть от себя. Попытавшись убежать, я дернулась в противоположную сторону от этой твари. Поднявшись на ноги и вылетев из душевых через дыру в стене, я попадаю в чужие объятия. Только это не Леон, не кто-то живой. Это мертвец, сидевший на скамейке до этого. Я попыталась вырваться, но тварь оказалась нереально сильной. Мена опрокинули на пол, наваливаясь сверху. Правое плечо пронзила острая боль, от чего у меня в глазах залетали мушки. Вспомнив про нож, я вонзила лезвие ублюдку в спину, из-за чего он отпустил меня, заорав. Но не успела я прийти в себя, как правую ногу пронзила такая же жгучая боль. Пришедший с коридора зомби вонзился мне в ногу. Я кое-как вытащив нож из одного, вонзила в другого. Правая нога, чуть ниже колена, была уже окровавлена. Я попыталась отодвинуть от себя этого ублюдка, но второй снова вгрызся в меня, но уже в левое предплечье. Я завопила от боли, после чего пнула того, что кусил за ногу и накинулась на другого. Я несколько раз вонзила нож ему в лицо делая из него месиво. В панике, напуганная и разрываемая болью, я забыла про второго, пока он не напомнил мне, снова пытаясь полакомиться моей плотью, в этот раз я успела дернуться, попыталась его тоже убить, вонзив нож в голову, но тварь потянулась к икре левой ноги. Не так сильно, как в прошлый раз, а может ослепленная болью в других частях тела я просто не почувствовала, я попыталась вонзить ему в голову нож. Попытка была бы удачной, если бы тварь не кусила бы меня и за запястье правой руки, из которой тот час выпал нож. Повезло, что левую не отгрызли и я успела. Успела… Смешно. Некогда белое полотенце было все в моей крови. Боясь, что сюда придут еще твари я поднялась и выскочила в коридор. Но я не успела далеко убежать, заорав от ужаса, увидев лизуна. Я верещала во всю, пока не поняла, что он мертвый. Я, содрогаясь в беззвучных рыданиях, облокотилась о стену спиной. Обняв колени, я молча сидела и плакала. Мне было ужасно страшно обращаться в эту тварь. Но сомнений быть не может: пять укусов — это уже точный приговор на смерть. Все тело горело изнутри, было ощущение, что мне прижигали раны раскаленным металлом. Я не сразу заметила силуэты в коридоре, бегущие ко мне. Более того, звуки доносились до меня через какую-то пелену. Было ощущение, что я в воде. — Сабрина!.. — Леон склонился над мной, не понимая, что произошло. Он что-то еще говорил. Кто-то с ним наставил на меня оружие, но он пытался… Пытался что-то сделать.