Где наша не пропадала

Наконец-то наш марш-бросок закончился на вершине горы. Тут было неестественно тихо, как в фильме ужасов перед началом зомби-апокалипсиса. Поэтому я пресёк на корню предложение разделиться, чтобы побыстрее осмотреть территорию. Знаю я, чем такое разделение обычно в подобных фильмах заканчивается — горой расчленённых трупов. Поэтому заросший сорной травой огород, полуразрушенный дворец и пещеру мы отправились осматривать всей толпой. В пещере обнаружились Ванечка с Васенькой и пропавший молодняк в полном составе. А ещё — таинственные символы на полу и куча разбросанной повсюду непонятной хрени. Ох, не к добру все эти написанные кровью знаки… Некоторые из моих попутчиков, не разобравшись, сразу же начали гнать волну: — Старейшина Илина, немедленно отпусти детей и сдавайся! — Да их никто не держит. Получше следили бы за своей зеленью, так и мне не пришлось бы сюда тащиться, чтобы их выручать, — ухмыльнулся Васенька. Ванечка просто молча стоял рядом с ним, сохраняя свою обычную морду кирпичом, сообщавшую окружающим, что ему глубоко фиолетово на происходящее вокруг, словно познал дзен ещё в пеленках. Ох и устрою я им обоим курс молодого бойца после возвращения на место постоянной дислокации… — Вэй Усянь, ты похитил моего племянника и ещё смеешь столь нагло врать! — воскликнул понравившийся мне молодой глава Юньмэна, от злости сравнявшись цветом лица со своим платьем. Он явно с трудом сдерживался, чтобы не пустить в ход свою плётку, и наверняка пустил бы, несмотря на моё возражение: — Может быть, сначала выслушаем показания молодёжи? Но слушать никто не желал — только говорить. Неизвестно, сколько бы продолжался этот базар, если бы нас не окружили полчища воинственных мертвяков, от которых пришлось срочно отбиваться. И тут по закону пакости случилось неладное — большая часть бойцов внезапно принялась харкать кровью (у них тут проблеваться кровью, как два пальца об асфальт, примерно, как нашим алкашам с перепоя. Это вроде как служит индикатором утраты силушки богатырской). Ну, всё, думаю: дело — труба, и придётся просить Ванечку сыграть всем нам отходную на своих гуслях. Ан — нет. То ли желудок у меня оказался лужёный, то ли дело в том, что сила моя родом из другого мира, но она осталась при мне. Ну, и те лани, что подпевали мне по дороге, тоже остались при своих способностях. Однако таких было очень мало. Поэтому пришлось совершить стратегическое отступление в пещеру и сгрудиться внутри магического круга, который показался мне крайне ненадёжной защитой. Читал я у Гоголя, чем обычно заканчивается выход из такого круга, ежели поблизости наблюдается разгул нечисти, а до конца жизни в нём не просидишь — рано или поздно придётся выйти хотя бы по нужде или для добычи пропитания. И мечами против этих супостатов махать без толку — зомбаки продолжают двигаться, даже лишившись руки или ноги. Вот если бы у меня была граната, а лучше несколько… Хм, ну и что, что сейчас нет. Мне не в первой собирать взрывное устройство из подручных средств. Помню, как в училище смастерил ради баловства из старой лампочки, магниевой стружки, гвоздей и проводков самодельный взрыватель… Наверняка и здесь смогу. Так размышлял я, пока Ванятка с Васяткой вяло переругивались с главами мелких кланов. Когда выведенный на чистую воду косплеер моих ланят, намеренно фальшививший всю дорогу, нарушил круг и смылся, я понял, что нужно срочно действовать. — У кого есть с собой сигнальные фейерверки? — поинтересовался я. — Старейшина Лань, на чью помощь нам надеяться? Все самые сильные заклинатели собрались здесь, — прошипел сквозь зубы Фиолетовый, всем своим видом показывая, что я впал в маразм. — Помирать, так с музыкой — устроим тут праздничный фейерверк, — ответил я, не желая раньше времени раскрывать свои планы. Кое-кто из молодняка был запасливым, и вскоре я стал счастливым обладателем полудюжины разнообразных фейерверков. Васенька оказался самым смышлёным — он сразу понял, что я собираюсь сделать, и предложил свою помощь: — Учитель Лань, тут рядом моя мастерская. Скорее всего, все мои вещи растащили, но вот магний, которым я однажды случайно едва не взорвал тут всё вокруг, наверняка остался. — Если бы у тебя тут ещё железные гвозди нашлись, цены б тебе не было… — вздохнул я. — Гвоздей нет, зато у некоторых адептов наверняка есть стрелы с железными наконечниками, — сказал Васенька. — И эти стрелы в ближнем бою бесполезны, зато их убойная сила намного больше, чем у гвоздей! — обрадовался я и пошёл грабить лучников. Надо отдать им должное, они не сопротивлялись. Кроме одного — неуравновешенного юнца из башни Кои. Пришлось его дяде дать ему плётку. Хотя я на его месте лучше дал бы мелкому плёткой по жопе, чтобы не истерил по каждому поводу. Вскоре собрали мы с Васенькой довольно мощную бомбочку. Пришла пора пускать её в ход и выбираться из окружения, а то сидим тут, как в блокадном Ленинграде — ни еды, ни воды (ту кровавую воду из пруда я бы и под страхом смерти глотать не стал). Метнуть боеприпас в нападавших я не доверил никому. Велел всем лечь на пол и прикрыть руками голову, а сам высунулся из пещеры и бросил бомбу в гущу мертвяков, после чего спрятался за каменной стеной и зажал уши. Ох и знатно тогда ебануло… Я чуть не оглох. С каменного свода пещеры посыпались пыль и мелкое каменное крошево. Куски мёртвых тел снаружи разбросало по всей горе. Однако мертвяки вскоре снова зашевелились и поползли по направлению к нам, а значит, медлить не следовало. — Велика Поднебесная, а отступать некуда, — сказал я и вместе с Ваняткой, Васяткой и несколькими сильными адептами начал прорубать просеку в изрядно поредевшей после взрыва толпе мертвяков, чтобы остальные смогли вырваться на свободу. В процессе выяснилось, что так действовавшая мне на нервы в Облачных Глубинах Васенькина дудка не менее мощно действовала и на мертвяков — те хватались за головы и разбегались в стороны. Так что всё же был от этого шкодника прок. Ничего, вернёмся домой, я из него сделаю настоящего человека…