Согрей меня

если хочешь совет — присаживайся и послушай меня, мой друг. никогда ни к кому не привязывайся. это ада десятый круг. ну зачем тебе эти бабочки и искрящийся свет внутри? ты же знаешь, что эти лампочки лопнут быстро на раз, два, три. чувства лёгкости и забвения вдруг балластом потянут вниз. все моменты, прикосновения — только ранят, как острый крис. если хочешь совет — не связывайся, не ищи для себя проблем. никогда ни к кому не привязывайся.

эти люди не насовсем. — Лика Крылатая

*Мария Чайковская — В комнате цветных пелерин

Он пытается жить дальше без неё. Выходит коряво. Скорее выживает, чем живёт. Когда становится совсем уж плохо, едет к ней. А иногда она к нему. Это случается редко, но каждый миг вместе на вес золота. И каждая эта встреча сопровождается немой тишиной. Ни слова ни слетает с их сквернословных губ. От этого момент ещё дороже.

***

Она изучает его руку, натыкаясь на свежие порезы. В ледяных глазах сверкнет тревога. Влажные губы нежно прикоснуться к искалеченой коже. Раны на душе немного залатаются.

***

Однажды, они со страхом подметят, что привыкли. Но двери друг для друга будут всегда открыты. И в доме каждого их будут охотно ждать. Так будет, пока он не психанет. Забежит к ней в гримерку, метая молнии. Не заледенел, всё ещё умеет чувствовать. Её это радует. — Скажи, как долго это будет продолжаться? — Ты о чём? — Ты же всё прекрасно понимаешь, Тина. Не будь дурой — Это ты не будь дураком, Дан, — в голосе её слышится лёд. — Мы ничего друг другу не обещали, сколько можно поднимать эту тему? — Столько, сколько потребуется мне чтобы остановиться. Чтобы понять, что это конец… — Какой тут конец? Понять бы где начало и есть ли оно вообще. Кажется, мы заигрались, Дан. Всё заходит слишком далеко — Заигрались? Вот так теперь ты это называешь — Да, заигрались. Наш роман никогда не переступит эту черту свободных отношений, как же ты это не поймёшь? — Почему ты так этому противишься?! Скажи, чего ты так боишься? — Хватит, Дан. Ты прекрасно знаешь ответ — «Моё сердце заледенело и больше не умеет чувствовать». Только я знаю, что оно ещё бьётся и может ожить

Не проростай во мне, я не твоя земля Цветам не вырасти на выжженой душе И с каждым днем таких как я всё больше, больше на Земле — Тина Кароль

— Не может. Пожалуйста, уйди, Дан. Я очень устала и хочу домой — Хорошо, уйду. Я уйду из твоей жизни и больше не приду, если ты не попросишь. Я больше не потревожу тебя ночью, если не позовёшь. Я тоже устал, Тина… Если к финалу Голоса ты не примешь решение, наверное это и в правду будет конец Он шумно выдохнет и покинет её гримерку. В душе опять будет разить холодом.

А потом ты уйдешь ты уйдешь, а я останусь Станет странное сердце бестолковая усталость И я буду бояться остаться один на один

Без него всё не то. Ночи слишком длинные, рассветы слишком тусклые. Зато у неё есть вино. Красное полусладкое. С привкусом горечи. А ещё гордость, которая даже в пьяном бреду не позволит ему набрать. Валентин ликует, когда в один день она соглашается пойти с ним на свидание. Забавный паренёк, думает он ей интересен. На самом деле, она просто хочет отвлечься. Его рот не закрывается ни на минуту. Он трындит безустанно о чём только можно и нельзя: политике, погоде, вере. Щеки его красные от эмоционального возбуждения и трех бокалов вина. Ей хочется скривиться. На деле — вежливо улыбается. Сейчас бы глухой тишины. Та не умеет говорить, зато всегда слушает и умеет хранить тайны. — … А ты? — Что, прости? — Я говорю, что терпеть не могу курящих людей. А ты?

— А я люблю одного. Он пахнет дорогим виски и курит по ночам Marlboro у меня в постели. У него сильное, крепкое тело и завораживающие чёрные глаза.

— Даже не знаю. Для меня это не играет главной роли — А вот плохо, курение очень вредно. Вот ты знала, что никотин… Голова идёт кругом. Вино хоть как-то разбавляет этот серый вечер. Мечтает поскорее сбежать. Чтобы как Золушка, только без хрустальной туфельки. Чтобы здесь о ней забыли и больше не вспоминали. Но до 12 времени ещё уйма, а рассказов у её партнёра хватит не только на этот вечер, но и на всю жизнь. Чтобы не было так скучно, она разглядываает своего собеседника. Его черты лица слишком плавные и светлая кожа слишком гладкая, как у младенца. Каштановые волосы зализаны в модной причёске. Ни один волосок не выбивается из строя. Сам он весь, начиная от внешности, заканчивая взглядами на жизнь, слишком правильный. Серые глаза ничем не примечательны. Без глубины и всякого смысла. Мысли инстинктивно приходят к сравнению. Она вспоминает его грубые неправильные линии и нос с горбинкой. Смуглую кожу, колючую щетину и тонкие губы. А как вспоминает его глаза, на мгновение забывает как дышать. Может Дан и проигрывал внешностью Валентину, только вот лишь рядом с ним она хоть немного согревалась и становилось не так уж и всё равно. — Ты меня совсем не слушаешь? — Извини… День тяжёлый, замоталась — Ладно, давай я отвезу тебя домой Валентин не слепой и не глупый. Он всё понимает. Расплачивается за ужин и доставляет до дома. За это она ему благодарна. В её персональной зиме очередное похолодание. Ночные стужи мешают спать. Вода покрывается энным слоем льда. И этот лёд отражается в её глазах, поступках, голосе. На вопрос Потапа: «Ну что ты сегодня хмурая такая?», она отвечает, что ему показалось, одаряя его натянутой улыбкой.

И пока эта муха будет гладить свои лапки Я буду говорить, что у меня всё в порядке В среднем человек в день может врать до двухсот тысяч раз Вот и я солгу сейчас

И чем ближе к финалу, тем больше фальши в её дешёвых отговорках и прогноз погоды обещает аномальную температуру, грозившую превратить каждого, кто осмелиться подойти, в ледышку. Говорят, время лечит. Люди вообще любят говорить. В особенности философствовать и поучать. И каждый обязательно будет прав. И в жизни всё будет хорошо. И плохо никогда не будет. День финала для них решающий. Он расхаживает по своей гримерке со страхом и нетерпением ожидая её появления. Но её нет. И не будет через час и даже через два. Она не придёт. А значит, выбрала не его. И не будет у них долго и счастливо. У них вообще никак не будет. Вот так, в один день, Дан выиграл и проиграл. Причём груз проигрыша затмевал собой сладость победы и сражал наповал. А дома его ждала одинокая квартира и полусобранные чемоданы. Когда, ближе к полуночи, он будет яростно наполнять их скомканой одеждой, в его квартиру раздастся звонок и на пороге окажется она. — Я не готова пока отпустить тебя. Подари мне эту последнюю ночь И он подарит. С яркими красками и салютом напоследок. Он будет так рьяно наслаждаться ею, так сильно боясь увидеть в окнах своей квартиры первые лучи света.

Целуй меня, пока лучи не целятся в нас Пока ещё мы что-то чувствуем Пока мы ещё здесь Целуй меня, я ненавижу когда ты так нужен Потом ведь всё намного может быть хуже… Ты выдыхаешь: «У нас есть час, час, один час»

Она уйдёт, как всегда, по тихому. Оставив после себя цветочный запах духов и бумажку с красивым прописным: «Будь счастлив». Только вот счастлив он не будет. Он заразился холодом, ему уже все равно.