Silent love

Чонгук всегда любил тишину. А его родители, сколько он себя помнил, любили громкие разговоры и жаркие споры, которые неизменно наполняли их небольшую квартиру шумом. Сам же парень вне зависимости от настроения всегда старался проводить много времени в своей комнате, читая или выполняя упражнения. Его комната была его крепостью, прибежищем всех его самых диких фантазий и мечтаний. И просто местом, где порой диковатых воплей матери не было слышно. Иногда сильно увлеченный чем-то Чонгук мог целый день не выходить из комнаты, как, например, сейчас, когда уже второй день парень сгорбленно сидит на кровати перед ноутбуком и пытается уловить разницу в построении причастий и деепричастий на языке жестов. Пока безуспешно. Ну кто бы мог подумать, что этот странный набор прямых и согнутых пальцев на самом  деле настоящий язык, запутанная система, состоящая из того, что Чонгуку никогда не запомнить. Он мученически вздыхает и закрывает бесполезный гаджет, грозясь помять все прикреплённые к экрану бумажки с пометками. Весёлая тётенька из обучающего видео мгновенно замолкает и в комнате воцаряется тишина. Такая родная и такая любимая. Это именно то, что нужно сейчас. Вообще-то Чонгуку нужен большой стакан холодного молока и желательно Чимин, ругающий его за злоупотребление кальцием (ты и так уже кролик-переросток!). Но холодильник пустовал со вчерашнего вечера, а Чимин опять ускакал под руку с Юнги в светлые выходные,  поэтому остаётся довольствоваться лишь тишиной. Через десять минут спокойную атмосферу нарушает громкое " Бум-шака-лака», вырывая Чонгука из приятной дремы. Парень пытается разлепить сухие глаза и нащупать рукой телефон, лежащий где-то на простыни. — Привет, Чонгук! Не спишь? — раздается в трубке слишком весёлый голос Чимина. — Вообще-то сплю, — прохрипел парень. Сам себе он сейчас очень сильно напоминал Юнги, который часто резко просыпался после короткого отдыха в библиотеке и пытался понять, где находится. — Тогда просыпайся! — легко сказать, — Сегодня вечером ребята идут в клуб «Whalien 52» на реп-баттл! — Какие ребята? — Юнги-хен и  «Намджун-скотина», — парень хихикнул, -. Я его не знаю, но хен говорит, что он классный. Чонгук медленно, но верно обрабатывает всю полученную информацию и пытается выдать ответ, но его внутренний компьютер выдохся и планировал восстанавливаться ещё некоторое время. — А можно отказаться? — выдавил Чонгук. — Ну, Гук, ну пойдём… Хен сказал, что будет весело! Сначала мы встретимся в школе, где учится сестра Юнги, потом пойдём в клуб. Там будет баттл, хен там сегодня будет поливать грязью какого-то зазнайку. Представляешь, в прошлый раз они чуть не подрались из-за..... Чимин продолжил увлечённо рассказывать что-то, но Чонгук уже отключился, вновь пытаясь обработать информацию. В школе, где учится Сальги. Сестра Юнги. Девочка, которая думает, что он странный друг брата. Ну или просто не помнит его. Что ж… Ему не могло так повезти. Значит ли это, что она пойдёт вместе с ними? — Ладно-ладно, я понял. Куда приходить? — Чонгук старался не звучать заинтригованным, прерывая друга, когда тот кажется уже слюной плевался на другом конце провода, рассказывая о противном оппоненте Юнги на баттле. — Оу. Я знал, что ты согласишься!!! Я вышлю тебе адресс школы и клуба, мало ли, что с тобой случится по дороге. В подтверждение слов друга телефон немедленно завибрировал и на экране высветилось два адреса.

***

В свете закатного солнца перед Чонгуком возвышается современное четыреэтажное здание со множеством широких окон. Сад вокруг школы, окружённый оградой с массивными воротами, выглядит ухоженным и приглашает посидеть в тишине. Именно так Чонгук и сделал, когда пришёл к школе на пятнадцать минут раньше условленного времени, вот только наслаждался он не долго. Как только в открытых оконах послышался звонок, из парадной двери тут же хлынула целая стая учеников. «Странная школа», подумал Чонгук, «ученики даже не носят форму». И действительно, атмосфера вокруг была странная: десятки подростков щеголяли в рванных джинсах, а половина из них ещё и странные значки носила. Чон заметил, что к этим детям особо не подходят. Парень сразу почувствовал себя неуютно. И как он теперь найдёт друзей в этой толпе? На секунду Чонгуку показалось, что он увидел цветную макушку Чимина, промелькнувшую в куче подростков, но он быстро вспомнил, что неделю назад друг перекрасил волосы в более спокойный каштановый, так что это никак не мог быть Пак. Этот факт так же подтверждало сообщение, присланное другом сразу после того, как Чонгук встал и начал оглядываться по сторонам в поисках знакомых лиц: «Прости. Тут пробки. Едем сразу в клуб. Не паникуй.» и просто неприличные количество смайликов ниже. Чонгук почувствовал себя брошенным…на произвол судьбы…в одиночку…никому не нужным. Он мог бы ещё долго стоять и изображать из себя героиню мелодрамы, но незнакомец, которого ранее Чон принял за лучшего друга, сильно заинтересовал парня. А именно направление в котором он двигался. Поотдаль от главной дороги возле забора собралась небольшая кучка подростков: две низинькие девчонки в неприлично коротких юбках и по бокам четыре амбала. Все они смотрели в одном направлении и позы их выражали крайнее напряжение. Не сложно было догадаться, что вне зоны видимости находилась невинная жертва, которую отаковала эта стая стервятников. Чонгук тут же двинулся вслед за парнем с цветными волосами. Как бы он не любил идти на контакт с новыми людьми, чувство справедливости всегда брало верх. Подойдя ближе, Чонгук услышал отрывок разговора небольшой банды: -…гляньте, она думает, что напялила эти тупые наушники и может спокойно здесь разгуливать. — смеялась одна из коротышек, — Бесит. Я тебе сказала, чтобы ты не попадалась мне на глаза, мелочь. Да кто тебя вообще такую на улицу выпустил?! — на этих словах амбалы хором заржали. — Чем занимаетесь? — спросил подошеший к компании цветной парень. Он закинул руку на плечи только что говорившей девчонки и принялся разглядывать свою «жертву». Чонгук тоже ускорился и, подойдя ближе смог разглядеть человека, стоящего в середине. Увиденное ему на понравилось. Засунув руки в карманы толстовки, Мин Сальги стояла, окруженная быдловатыми сверстники, и смотрела нападавшим прямо в глаза. Она не прижималась к забору и не опускала голову, а наоборот старалась не высказывать страха. Чонгук бы подумал, что она и в правду не боится, ведь девушка казалась спокойной и даже немного высокомерной, но по напряжённым скулам было понятно, что она держится из последних сил. Понятно было, видимо, только ему одному. — Оппа, эта гадина строит из себя крутышку и игнорирует твою милашку Сеин, — от эгьё этой дамочки у Чонгука свело челюсть. Дело явно шло к массовому избиению и надо было что-то делать, но сколько бы Чонгук ни делал отжиманий, даже его силы не хватит, чтобы разобраться с этой толпой. Оставался один только вариант. — Эй, ты кого игноришь?! Совсем дерзкая? — включился «Оппа», он начал слишком сильно задирать подбородок, как любой уважающий себя гопник. Сальги молчала и продолжала пилить взглядом хулиганов. Чонгука охватил ужас. Она же не слышит их угроз! И даже если она способна понять их смысл по губам, все равно не сможет ничего ответить! — Ты че, оглохла?! — пискнула вторая коротышка, на что уголок губ Сальги приподнялся в усмешке. Чонгук готов был поспорить, что в её голове промелькнула забавная мысль, о том, что она и в правду глухая. — Отвечай! — амбалы начали терять терпение, когда вновь не услышали ответа, — Ну ты напросилась, стерва! Сразу же все двинулись на девушку, однако у них не хватило времени совершить что-нибудь непоправимое — Чонгук оказался быстрее. Он мигом толкнул цветного парня в спину ногой и, пока тот не опомнился, схватил опешившую Сальги за запястье. Неожиданный удар выбил банду из колеи и Чонгук, воспользовавшись их замешательством, рванул к главным воротам, стараясь не оглядываться. Тонкая ручка девушки находилась в плотных тисках намного более сильной ладони Чона, что не оставляло ей другого выбора, кроме как бежать за парнем. А бежать пришлось очень быстро. Как только компания пришли в себя, амбылы во главе с цветными парнем кинулись вслед за удравшей парочкой, попутно выкрикивая оскорбления и угрозы. Когда лёгкие уже начали подводить, Чонгук остановился судорожно оглядываясь по сторонам в поисках пути отступления. Парень понятия не имел, как теперь разрешить проблему, которую он импульсов на себя взгромаздил. Благо, он хотя бы спас Мин Сальги от массового избиения. Точно, Сальги, он же все ещё крепко держит её за руку. Парень обернулся чтобы посмотреть на свою невольную спутницу и увидел, что девушка явно не привыкла к физическим нагрузкам:  она стояла, уперевшись свободной рукой в колени, и, казалось, готова сейчас была выплюнуть лёгкие, её обычно белое как у брата лицо, сейчас покрылось красными пятнами. Чонгук не знал на что надеяться: на то, что они появились от быстрой ходьбы или от злости. В обоих вариантах виноватым был Чон. Они не успели передохнуть и минуты, когда вновь услышали ругательства, направленные на них (вернее Чонгук услышал, Сальги все еще была слегка невминяемая после быстрого бега и даже не подняла голову). Парень страдальчески вздохнул и вновь начал быстро оглядываться по сторонам. Его взгляд метался с такой скоростью, что любой гепард бы позавидовал, однако парень не мог позволить себе сейчас подобные мысли. Что поможет им скрыться? Кафе на углу? (нет) Может те кусты возле дороги? (браво маэстро) Спрятаться за каким-нибудь забором? (ага, найди хоть одни, умник)Сесть на автобус? (нет) Хотя постойте… Автобус, направляющийся в сторону окраин, сейчас проезжал мимо Чонгука и Сальги аккурат по направлению к остановке, находившийся метрах в пятнадцати от них. Это шанс. Не имея ни малейшего понятия, куда именно автобус их доставит, парень, перехватив покрепче руку Мин Сальги, рванул вслед за ним, как раз в тот момент, когда из-за угла показались остатки банды. Чонгука позабавило, что из всей той толпы до них добежали только двое и те выглядели от истощения похуже Сальги. Это добавляло аптимизма. Автобус ехал слишком быстро, так что пришлось подключить все свои силы, что было сложновато, учитывая, что ноги Чонгука были почти в полтора раза длиннее, чем у его спутницы, поэтому та постоянно спотыкалась и издавала возмущенные звуки вроде писка или нечленоразжельных восклицаний. Они еле успели заскочить в закрывающиеся двери автобуса и принялись переводить окончательно сбившееся дыхание. От пережить шока Чонгук завис, поэтому до не не сразу донеслись слова уже слегка раздраженного водителя: —  Парень, либо плати, либо выходи- не один тут! Чор быстро опомнился и достал карту, чтобы в следующую секунду приложить её к терминалу. Он хотел было обернуться и предложить Сальги заплатить за обоих, но девушки рядом не оказалось — она уже ретировалось в дальний конец автобуса и сейчас стояла там, облакатившись на поручень и  стараясь не смотреть на Чонгука. Ответ был ясен: он и так должен платить за обоих, сам виноват. Разобравшись с оплатой, парень получил два билетики и направился к заднем выходу, чтобы наконец нормально объясниться с Сальги. Девушка так и не поменяла положение, поэтому сразу же заметила подошедшего к ней Чона. — Привет! — неловко помахал рукой парень и попытался вспомнить некоторые жесты, которые разучил, — Я Чонгук, — изобразили его руки. — Придурок! — коротко и ясно, с абсолютно однозначный выражением лица и теми жестами, которые в видео-уроке были ярко выделены, как те, которые использовать неприлично. Сальги отпихнула от себя Чонгука и, вежливо поклонившись старушке, села рядом с ней на место возле окна. Там её Чон не достанет. Чонгук мысленно ответил себе аплеуху. Браво, Чон Чонгук, именно так надо заводить новых друзей. До этого момента парень считал своим самым позорным знакомством первую встречу с Тэхеном и Сокджином, но этот случай явно вытеснил его с первого места. Вмешаться в ссору со школьными хулиганами, утащить за собой Сальги, которая его наверняка даже не помнит, заставить бежать незапланированную стометровку и посадить её на автобус, ведущий непонятно куда, даже не представившись. Парень страдальчески вздохнул и принялся разглядывать профиль девушки, но быстро остановил себя: не хватало ещё чтобы она подумала, что он гребанный сталкер. Тем не менее, он успел заметить, что девушка очень напряжена и явно чувствует себя некомфортно, а ещё она, кажется, очень зла. Её сейчашнее выражение лица как никогда было похоже на такое же её брата — действительно суровое. Они проехали ещё несколько остановок, когда Чонгу заметил, что Сальги, снова кланясь старушке, вылезает из своего «убежища» и направляется к выходу. Недолго думая, парень начинает двигаться за ней. Автобус отанавливается возле большого красного знака, указывающего на название улицы, так что сразу после немного резкого торможения Мин Сальги выскакивает наружу, на секунду с осторожностью обернувшись на Чона. Она быстрым шагом направлялась в неизвестном Чонгуку направлении и парню бы стоило дважды подумать, стоит ли идти за ней по пятам как маньяку-убийце. Но дело сделано, так что парень шёл ровно с той же скоростью, что и Сальги, но все же немного позади. Район был не самый уютный: по обеим сторонам улицы стояли обшарпаные дома, некоторые с выбитыми окнами, на других же висели яркие рекламные банеры. В конце был тупик с дверью, ведущей в подвальное помещение. Над ней красовалась цветная вывеска, гласящая: " Whalien 52». Вот это совпадение! Так выходит, Чонгук совершенно случайно затащил Мин Сальги на автобус, которы ведёт туда, куда им нужно. Не следуй парень за сестрой Юнги, он бы низачто не нашёл бы этот клуб. Парень уж было обрадовался, что наконец добрался до места назначения, но тут неожиданно идущая впереди Мин Сальги остановилась и на пятках повернулась к Чонгуку. В наступающих сумерках её глаза казались черными. — Что тебе от меня надо?! — проговорила она, используя руки. — А? — не сразу сообразил парень, но быстро включил мозг и принялся работать руками, — Я…друг… Юнги. Идти в клуб… Реп?.. — Ты друг моего брата? — Сальги подняла одну бровь. Парень активно закивал, а потом продолжил. — Я не хотеть…хотел… — чёртовы пальцы! — тебя… — парень силился вспомнить слово «пугать» на языке жестов, но напрасно. Так что, не долго думая, он решил показать наглядно. Он сложил руки в форме лап чудовища, скорчив рожу, зарычал и сделал выпад вперёд. Сальги посмотрела на Чонгука как на душевнобольного. — Не подходи ко мне, чудик! — эта фраза не нуждалась в переводе.